Веничка

Прослушать

Веничка

  Веничка

+T -

рассказ  ~  Эдуард ЛИМОНОВ

Поделиться:

Рассказ написан специально для «Сноб».

Фото из семейного архива Эдуарда Лимонова
Фото из семейного архива Эдуарда Лимонова
Отец автора Вениамин Иванович Савенко, младший офицер войск ОГПУ. 1940 г.

Выйдя из лагеря, я поселился за Курским вокзалом, в промзоне, на Нижней Сыромятнической улице, в обширной и запущенной квартире. Рядом с заводом «Манометр» стоит семиэтажный дом. Тогда это был единственный обитаемый дом в промзоне, стиснутой речкой Яузой, с одной стороны, и отходящими от Курского вокзала железнодорожными путями, вознесенными на высокие эстакады, – с другой. В доме жили всякие чудики. Гулял с собачкой поседевший музыкант Гера Моралес, лидер группы «Джа Дивижен», – у него на концертах висел над сценой рисованный марихуанный лист, ну вы все поняли... На первом этаже, подо мной, жил майор милиции...

Всё вместе, с несколькими туннелями, с неработающими корпусами заводов, с пустырями за Я­узой, место это, называемое в народе Сыры, имело мистический вид. Здесь можно было целые дни снимать фильмы ужасов по сценариям Ганса Гейнца Эверса или Лавкрафта, ей-богу. Однажды возвращавшуюся от меня рано утром девушку покусала стая собак, а в другой раз приехавшая ко мне пара видела банду парней, крушивших бейсбольными битами автомобиль. В Четвертом Сыромятническом переулке, как раз в том месте, где сейчас вход в Центр современного искусства «Винзавод», ночами стояли толпой проститутки. Их привозили на двух микроавтобусах, этих бедных девок. Ну вы поняли, что было за место.

Как я попал туда? Я унаследовал квартиру (владела ею квартирная хозяйка, пожилая бывшая официантка, жена слесаря) от директора издательства Ad Marginem Миши Котомина. Вещей у меня после тюрьмы не осталось. Я приехал с сумкой и французским мешком «Почта Франции» и стал жить. Меня привозили и увозили на красной «пятерке» охранники. Я строго подчинялся суровому распорядку жизни лидера радикальной (тогда еще не запрещенной) партии. Если соседи пытались познакомиться со мной, я уходил от знакомств. Звонок на двери я отрезал, на стук в дверь не отвечал. Где-то через полгода жильцы установили домофон, и я стал пользоваться им строго выборочно – отвечал, если только ожидал посетителя. Девушка, встретившая меня из заключения, отвыкла от меня, пока я сидел, и постепенно отдалилась. Если я не был приглашен куда-либо, вечера я обыкновенно проводил с белой крысой, оставшейся от девушки, когда она вернулась к родителям.

Крыса откликалась на имя Крыс и была чудесным другом, веселила меня и скрашивала жизнь. Я, конечно, подумывал о том, что нужно бы обзавестись новой подружкой, но это предприятие для человека охраняемого, не покидающего дом без охраны, представлялось трудным. Трудоемким. Впрочем, я неустанно пытался, подружки появлялись, но когда ты вышел из лагеря и тебе шестьдесят лет, тебе трудно угодить.

Извините, этот материал доступен целиком только участникам проекта «Сноб» и подписчикам нашего журнала. Стать участником проекта или подписчиком журнала можно прямо сейчас.

Хотите стать участником?

Если у вас уже есть логин и пароль для доступа на Snob.ru, – пожалуйста, авторизуйтесь, чтобы иметь возможность читать все материалы сайта.

Комментировать Всего 3 комментария

Не являясь поклонником творчества Лимонова , спешу отметить точность, выразительность и талант с которыми написан этот рассказ.

Спасибо.

получил удовольствие от способа изложения...

красивый слог...как-то просто, естественно и органично мысли изложены...

для такой темы...автобиографичной...

это трудно, наверное...

спасибо!

очередной раз убедился, что масс-медиа могут человека растоптать и вознести. любая публичная подача информации об Эдуарде Лимонове - с флером "нездорового большевизма", однобоко...

но как он пишет - человечно... истинное наслаждение от творчества. 

Самые
активные дискуссии

СамоеСамое

?
«Ты глаза ее не видишь?»

«Ты глаза ее не видишь?»

Всего просмотров: 14587
Все новости