Собчак & Красовский: 
Пророки в отечестве

Участники дискуссии: Сергей Мурашов
+T -

Решив основать новый культ, Собчак и Красовский посетили мастер-классы у главных духовных наставников России XXI века

Поделиться:
Фото: Дмитрий Смирнов
Фото: Дмитрий Смирнов

– Что ему нужно в три часа ночи? – Собчак судорожно стучала ногтем по экрану айфона. – Господи, Красовский, ну что тебе?

– Хватит спать! Ты видела, что Марго Симоньян уходит с Russia Today и становится провидицей?

– Чтооооо? – Собчак поперхнулась зевотой.

– Тоооооо! Ты ее твиттер читаешь? Уже даже Марго поняла, что нужно делать собственный культ, чтоб через пятьдесят лет к твоей могиле съезжались со всей страны, как к Славику Чебаркульскому. Давай срочно создадим церковь Собчак! Это ж какие тыщи можно поднять! Главное только – с попами из РПЦ делиться, чтоб они СК не натравили.

– Лошадиный культ, – осторожно предложила Собчак. – Хотя эту тему уже вроде бы Невзоров под себя подмял...

– Ну, кстати, – не растерялся ушлый Красовский. – Можно вообще все замутить на лошадиных силах и бабло на запуск взять у твоего любимого Audi.

– Ой, ну не знаю.

– А тебе и не надо сейчас ничего знать. Я уже заказал несколько мастер-классов по организации бизнеса. Завтра в двенадцать встречаемся у пирамиды Голода на Новой Риге. И оденься по-человечески. Торжественно, мистически, шикарно. Как Мария Дэви Христос.

– А ты-то, малахольный, что будешь в моей церкви делать? – окончательно проснулась Собчак.

– А я, моя священная лошадка, буду твоим маленьким мулом. Апостолом и камнем. Буду от твоего имени писать. Первое послание урюпинцам, второе – орехово-зуевцам. Давай, ищи благолепные шмотки.

Фото: Дмитрий Смирнов
Фото: Дмитрий Смирнов

***

Наутро Посланница и Апостол встретились в поле. Жалящая подмосковная пыль забивалась в складки тоги, под корону, в черную посланную небесами бороду. Солнце освещало пирамиду, куда вереницей тянулись граждане, движимые русской безнадегой, которая тут отчего-то называется надеждой.

– Что мы там делать-то будем? – прошептала Собчак.

– Как что? – удивился Красовский. – Учиться! Шизофрения по нынешним временам – это не болезнь. Это наука. Надо знать, что говорить, откуда исходят энергии, ретроградный ли Меркурий. Но главное, уверенно отвечать на вопросы, что будет с родиной и с нами.

– Ой, у меня есть такой чувак. Павсикакий. Он нам с Максом предсказывал развод. К нему надо тоже пойти.

За этой оживленной беседой основателей церкви застал невысокий мужчина со сломанной ногой. Мужчина был похож на инженера-теплотехника, постоянно сотруднича­ющего с редакцией «Науки и жизни». На голове его надежно, как все заимствованное, обосновалась бейсболка, на носу торчали очки.

Фото: Дмитрий Смирнов
Фото: Дмитрий Смирнов

Инженер

– Александр Ефимович Голод, – представился мужчина. – Пойдемте сядем.

В углу стояли три обшарпанных кресла, на расстоянии прыжка от которых настороженно маячил охранник.

Красовский: Расскажите нам, что это за ерунда такая?

Голод: Я занимаюсь этой ерундой двадцать пять лет. Изучаю ее. В 1989 году я организовал один из первых в Днепропетровске кооперативов. В Советском Союзе был большой дефицит нейлоновых струн, а я в первый год выпустил миллион комплектов этих струн. И меня в том же Запорожье познакомили с ребятами, которые строили пирамиды, я им дал деньги, и они сделали в Запорожье первую пирамиду. Потом пятую, десятую. Штук двадцать построили пирамид, благо возможности были. Оказалось, что пирамида – интересное сооружение. Я засеял в Днепропетровске двадцать тысяч гектаров. Получилось, что урожай повышается от тридцати до семидесяти процентов от пирамиды.

Собчак: Лучше все растет? Больше энергии?

Красовский: Вот, молодец. Правильные слова начала использовать. Энергия!

Фото: Дмитрий Смирнов
Фото: Дмитрий Смирнов

Голод: А вот теперь насчет энергии: примерно в то же время, в конце девяностых годов, ребята из Академии химзащиты начали просматривать пирамиду с военных аэродромов, и оказалось, что над пирамидой локатор видит ионный столб высотой несколько километров.

Собчак: Над этой пирамидой тоже?

Голод: Да, у меня есть фотография пирамиды с локатора из Кубинки, там, где «Витязи» всякие летают. Смотрите: вот это экран радара, вот это пирамида, вот это отметка четыре километра. И локатор видит такой столбик. Высота зависит от размера пирамиды: скажем, пирамида на Селигере дает столбик высотой тысяча семьсот метров, а здесь – четыре тысячи двести.

Красовский: И?..

Голод: Исследователи из медицинских учреждений обратили внимание на то, что выживаемость всего живого, клеточной ткани, людей или животных, увеличивается, просто вот так выплескивается, особенно в тяжелых ситуациях.

Собчак: То есть если жить в пирамиде, то это гарантия вечной жизни?

Голод: Нет, жить в пирамиде не надо. У пирамиды большая зона действия, для такой пирамиды – порядка тысячи километров, покрывает всю территорию Москвы, например.

Собчак: Покрывает чем?

Красовский: Добром. Вот ты злом все покрываешь, а пирамида – добром.

Голод: Да, можно говорить на языке добра и зла, а вообще пирамида – это инструмент, то есть злой человек вполне может работать с этим инструментом, если заточит его под себя. Пирамида меняет структуру пространства. Ксения, вы кто по образованию?

Собчак: Я политолог, специалист по международным  отношениям.

Голод: Но не технарь? Если говорить о структуре пространства: представляете, вы заходите в комнату смеха, кривые зеркала, зашли – и все искажено. А теперь берем вот это искаженное пространство, ставим его под эту пирамиду, и оно потихонечку начинает выправляться. А в зависимости от того, как пространство структурировано, все события в нем начинают происходить либо в сторону зла, либо в сторону добра. Вы же были на майдане в Киеве. Помните там пирамиду?

Красовский: Елку что ли?

Голод: Вот вы даже не помните. А там же была желтая пирамида, заряженная, как вы говорите, на зло.

Красовский: Да ладно, сейчас посмотрю. (Роется в айфоне). Ой, Собчак и точно. Гляди.

Фото: Дмитрий Смирнов
Фото: Дмитрий Смирнов

Собчак: Ничего себе.

Красовский: Ну а у нас-то что? У нас же тоже...

Красовский: Мы видим, что с тех пор, как вы построили пирамиду, зла становится все больше и больше.

Голод: С моей точки зрения, не построили бы пирамиду, зла было бы еще больше. Мы видим, что происходит на Украине, в моем родном краю, для меня это вообще непонятная вещь.

Красовский: Ну, разные люди по-разному думают. Одни считают, что там русские войска воюют, другие наоборот…

Голод: Вы знаете, если мы будем говорить о войсках, то это вообще пустой разговор.

Собчак: Происходит война, это всегда зло. Вот интересно, если сейчас построить большую пирамиду, например, в районе Луганска и Донецка, это могло бы как-то изменить ситуацию?

Голод: Вот пример. В 1998 году я побывал у Куликова, который тогда был министром обороны, и он сразу переадресовал меня к главному тюремщику России. И я провел исследование. Мне дали Тверское УИН, шесть тысяч контингента. Тогда у меня была маленькая пирамида в Раменском. Эксперимент заключался вот в чем: поставили пять тонн соли, она постояла неделю в пирамиде, и ее отвезли в пищеблоки нескольких зон. В течение одиннадцати месяцев наблюдали, что будет происходить. Происходило буквально следующее: в четыре раза уменьшилось число нарушений режима, в три с половиной раза упала смертность, на ноль вышли тяжкие преступления.

Собчак: Давайте сейчас к конкретике перейдем: каким образом влияет эта пирамида на улучшение ситуации с добром в Москве?

Голод: О, какая вы хорошая! Вам это правда интересно?

Красовский: Я тоже ей не верю никогда.

Голод: Если задавать такой вопрос, надо понимать прежде всего следующее: как вообще устроен мир вокруг нас, что представляет собой каждый из нас как человек.

Собчак: Вы можете сказать, как, на ваш взгляд, устроена вселенная? Можете объяснить в течение пяти минут?

Голод: Давайте я начну объяснять, а вы засекайте время. Есть пространство вокруг, какой-то физический вакуум, как говорят физики. Это тот же воздух, только более тонкий. Эзотерики могут называть его «астральный план». Возьмем точку сингулярности – назовем ее «замыслом Всевышнего», – из нее можно создать тороидальный вихрь…

Фото: Дмитрий Смирнов
Фото: Дмитрий Смирнов

Солнце грязными желтыми пятнами, похожими на листву, втоптанную в московский асфальт, пробивалось сквозь шиферные стены пирамиды. У прилавков с заряженной водой толпились страждущие. Основатели церкви погрузились в медитативный сон. Через полчаса они одновременно очнулись. Но оказалось, что можно было бы и поспать. Потому что Голод только входил в раж:

– Давайте с этой точки зрения взглянем на то, что волнует всех нас более всего сегодня, – это проблема с той же моей родной Украиной. Можно кивать на то, что американцы просто хотят уничтожить Россию, но при этом не много ли мы вешаем на них? Кто они такие, чтобы им чего-то хотеть? Исходя из того, что я рассказал, нет этого, нет мирового правительства, нет экстрасенсов, нет ясновидящих.

Собчак: А что есть?

Голод: А есть то, что поскольку каждый из нас имеет бесконечное множество структур, то чем ближе структура к этой точке сингулярности, тем более она влияет на то, что ниже нее. Ребята из тех тонких миров – это не какие-то инопланетяне. Вот умирает человек нехороший, который всю жизнь творил зло, у него очень много недоделанного в этом мире осталось: бабки все не заработал, недвижимость всю не скупил, людей всех не поработил. Он не хочет уходить, хочет доделать. И он уже из соседнего, более тонкого мира спокойно может влиять. Он может набирать здесь команду.

Красовский: И вот он набрал команду. Кто это: Обама, Порошенко, Путин?

Голод: Я отнюдь не принадлежу, мягко говоря, к сторонникам власти, любой власти, в частности Путина. Но вот благодаря тому, что делается с февраля этого года, он явно вырос в моих глазах, и очень многое можно за это простить. Я понимаю, что он борется не за Украину и не за Россию, а как минимум за всю Европу, а точнее, за все человечество.

Красовский: То есть он на стороне добра борется? А Обама на стороне зла?

Фото: Дмитрий Смирнов
Фото: Дмитрий Смирнов

Голод: Он рассыпался, все его вихри. Но ребята, которые там все организовывают, – им вообще это по барабану, они следующего сделают на месте Обамы.

Собчак: Как противостоять злу? Я вот вижу, например, самый простой способ: зачем здесь строить пирамиды, если можно в Вашингтоне построить?

Красовский: Вот что бы я на месте ГРУ сделал: я бы по всему миру вместо атомных подводных лодок строил бы нормальные пирамиды стометровые, позитивные.

Голод: О! Один вопрос: как вы думаете, тем ребятам надо, чтобы придурок в нашем мире догадался, как все устроено, и чтобы весь мир начал двигаться в том направлении, чтобы разбомбить все их связи?

Собчак: Не надо.

Голод: Есть у них возможность сделать так, чтобы это было невозможно?

Красовский: Конечно.

Голод: Тогда расскажу вам еще одну вещь. После эксперимента с тюрьмами я познакомился с Пал Палычем Бородиным. Благодаря ему у меня здесь пять гектаров, я без проб­лем поставил эту пирамиду. Генеральный директор «Астрахань Газпрома» увидел пирамиду и приглашает меня к себе. Он строит у себя большую пирамиду сразу между трубами газоконденсатного завода и городом. За первый год в три с лишним раза уменьшилось количество отравлений. Мне звонит помощник Рема Ивановича Вяхирева и говорит: «Ровно через неделю мы с Ремом Ивановичем у тебя». Ну а дальше понятно: через неделю Рем еще куда-то улетел, а через два месяца он перестал быть председателем правления «Газпрома».

Фото: Дмитрий Смирнов
Фото: Дмитрий Смирнов

Собчак: Силы включились.

Красовский: То есть найдет темная сторона силы способы, чтобы много пирамид не появилось.

Голод: Теперь концовочка. Вот у меня соседи, бывший замглавы администрации, не помню, то ли Путина, то ли не Путина. Вот я ему рассказываю. «Да, Саш, подожди, за три дня я тебе столько встреч организую». Полтора года прошло – ноль.

Становилось душно. В глазах основателей церкви помутнело, пыль с поля капризным вихрем залетела внутрь пирамиды и уверенно направилась в сторону кресел.

Собчак: А вы уверены вообще, что ваша пирамида добро излучает? Я реально себя фигово чувствую. У меня болит горло.

Красовский: Потому что мы зло. У меня та же самая история, у меня начинает болеть голова и болит горло. Может быть, вы посланник зла?

Голод: Активная замена энергий, когда распадаются одни, а формируются другие, вот тогда першит в горле.

Собчак: А почему вы уверены, что это добрая энергия?

Голод: Вот мы с вами контактируем, и идет подключение, вот более грубые наши структуры…

Красовский: Я, кстати, уже чувствую подключение.

Собчак: Мне реально фигово. Предлагаю выйти отсюда.

Красовский: Ладно, поехали к шаману. С научным подходом к проблеме ты познакомилась, про тороидальные вихри и Пал Палыча Бородина все усвоила, теперь узнаем, что нас всех ждет в будущем, по мнению древних богов. Читать дальше >>

Читать дальше

Комментировать Всего 1 комментарий
Прогноз евро - пятьдесят четыре до января, шестьдесят - к 2016

"Никакой ты не командир"...

Все, спалился провидец...

а казался ведь самым вменяемым из них...

Самые
активные дискуссии

СамоеСамое

Все новости