[stamp-one]Леонид Парфенов представляет новую книгу и спрашивает, что было самым важным для вас в последние пять лет

Здравствуйте все!

Вышел пятый том «Намедни». Не получилось целое десятилетие втиснуть в одну книгу. Мы живем в эпоху, которая не закончилась. Она началась тогда, в начале двухтысячных, и продолжается сейчас. Уплотнять, как-то синтезировать, сливать одно с другим не получается: грубо выходит. Вот пройдут годы, и будут считать, что вообще были реалити-шоу российского ТВ начала двухтысячных. Но сейчас «Дом-2» и «За стеклом» — это все-таки разные истории. Потом будут рассказывать про то, каким феноменом были первые кофейни, когда началась такая как бы европейская публичная уличная жизнь, и там внутри еще будут кальяны. Но пока это разные вещи. Так и получилось, что где-то вдвое больше событий, людей и явлений требуется описать, чтобы у современника возникло ощущение полноты проживаемого времени и чувство, что вроде ничего не забыто.

Конечно, тут, как и в каждом томе, есть свои «гиперфеномены» — это мое внутреннее определение событий и явлений, которые тянутся сквозь все десятилетие и оказываются таким всевлияющим фактором. В этом томе ими стали теракты, особенно с захватом заложников: «Норд-Ост» и Беслан. Еще силовики, гламур, дело «Юкоса», 11 сентября и последующая борьба с международным терроризмом, разные стороны управляемой демократии и разные стороны потребительского бума. Плюс, конечно, всевозможные технологические революции, такие бытовые, но очень важные: например, переход на цифру, когда кончилась всякая пленка — и для музыки, и для фото, и для видео; или гаджетомания, которая, видимо, теперь с нами навсегда.

От каких-то вещей, наоборот, было решено — не дожило. Например, группа O-Zone была таким открытием 2004 года, а их песня «Нума-нума-е» отовсюду гремела, как когда-то «Ламбада» или «Макарена».

Со статьей про закрытие «Намедни» решил поступить так: там нет личного текста, только короткий информационный лид, а дальше вырезки из газет. Я не стал о себе сам писать.

Бывает так, что когда все собрал вместе, то оно в целом, по тяжелой совокупности обстоятельств, производит какой-то еще дополнительный эффект; и мне говорили, что том получился очень драматичный, какой-то напряженный и густой. Но это дело индивидуальное, так что вам судить.

Сейчас готовится список феноменов шестого тома. Это уже совсем наше время. Наверняка, у вас могут возникнуть какие-то соображения. Что было самым важным для вас? Пожалуйста, отзывайтесь, предлагайте, отмечайте. Мы стараемся учитывать резонанс того или иного феномена. Потому что тут важно ощущение коллективного разума.