Говорят, что если человеком овладевает какая-то идея, то он теряет способность комплексного восприятия информации. Сознание начинает выхватывает исключительно те факты и суждения, которые в той или иной степени поддерживают или соотносятся с основными постулатами «всепроникающей и единственно верной теории».   Вот и интерпретация «вопроса Нидэма» с привязкой к генезису современной науки и исключительной роли в этом христианской религии можно правомерно отнести именно к этому случаю.

Ни в коем разе  не собираюсь вступать в дискуссию с адептами такого подхода. Они имеют право на своё миропонимание. Верой, как мы знаем, все сильны бесконечно. В отличии от знаний..

А вот   читателям «Сноба», которым небезразлична синология как таковая, хотелось бы обратить внимание на то, что наследие Нидэма в области китаеведения совсем не ограничивается только его знаменитым «вопросом». Да и сам вопрос  о том, почему в Китае не возникла «современная наука», не является статичным, т.е. заданным в определенное время и в определенном смысле. Он имеет свою историю и не раз видоизменялся на протяжении долгой научной деятельности Дж. Нидэма.  Как и совокупность ответов на него, в том числе и самого Нидэма.  И вполне справедливо отмечают многие исследователи, что вопрос носит не предопределенный характер (где уже имеется и какой-то ответ), а «эвристический», т.е. побуждающий к  размышлениям, кропотливой работе ума и изучению феномена китайской культуры, в общем, и её научного наследия, в частности.

Здесь необходимо отметить, что основной труд, даже, вернее, основной «проект» знаменитого английского ученого заключался в  создание всеобъемлющей энциклопедии «Наука и цивилизация в Китае» с привлечением широкого круга исследователей самых разных граней китайской цивилизации, где сам Нидэм больше выступал в качестве координатора-организатора, а не доминирующего автора (хотя статей под его фамилией там тоже не мало). Работа над проектом вылилась в создание полноценного «института Нидэма», было выпущено семь томов собственно Энциклопедии и свыше 20 фолиантов сопутствующих исследований (которые мы вправе отнести к той же Энциклопедии, что многие и делают).

Дж. Нидэм сопровождал этот проект лично более 50 лет, в течении которого менялись подходы, происходили новые открытия в источниковедении, взгляды самих авторов претерпевали существенные коррекции, а многие из них достаточно жестко полемизировали со многими оригинальными нидэмовскими тезисами. Тот же Натан Сивин или Дёрк Бодде.

Энциклопедия по-праву считается основополагающей фундаментальной работой по осмыслению китайской цивилизации как таковой, наверное, первой системной попыткой проведения реконструкции китайского цивилизационного наследия с рамках понятий и категорий европейской философской мысли. 

Конечно, пытаться даже кратко пересказать Энциклопедию занятие безнадежное.  Только библиография издания занимает несколько томов.

Но я хочу отметить другое. Этот труд является ярким примером честного исследования, где люди готовы не только защищать свои взгляды, но и воспринимать идеи оппонентов и даже пересматривать свои концепции, если аргументация критиков превосходит собственную.

Так произошло и с самим Нидэмом. Приступая к работе (уже будучи зрелым человеком и состоявшимся ученым в области биологии), Нидэм, естественно, имел уже некий свой взгляд на китайскую цивилизацию в целом, считал науку в Китае некой «протонаукой», которая носила , в основном, эмпирический прикладной характер и не основывалась на общих методологических подходах, идеях универсализма и единства мира.  Это явно просматривается в первых двух томах Энциклопедии. Но даже в рамках своих тогдашних взглядов, он совсем не считал  отсутствие «личностного Бога»  исключительным  фактором,  не позволившим  преодолеть барьер между средневековой и современной наукой на территории Китая.  Больше рассуждал о социальном устройстве Поднебесной, которое в силу своей уникальной «бюрократичности» , основанной на стройной системе иерархичного управления, не сформировало, как бы сказали сейчас, социального заказа на интеллектуальную активность западного типа, а направляло умственную работу людей на решение практических задач общества в рамках существующей модели социального устройства. Причем, сама система была не наследственной, а  открытой для всех желающих, которые дерзнут сдать соответствующие государственные  экзамены. В китайском традиционном обществе т.н. «социальные лифты» работали значительно эффективнее, чем в средневековой Западной Европе.  Оборотной стороной такого «бюрократического феодализма» была консервация, вернее, канализация интеллектуальной и исследовательской активности в рамках бюрократической карьеры. Надо отметить, что экзамены совсем не носили формального характера и требовали от соискателей недюжинных способностей и знаний.

По мере изучения китайских оригинальных источников, систематизации археологических и прочих изысканий начала проявляться совсем иная концепция в подходах к китайскому интеллектуальному наследию. Из разрозненного эмпиризма и некой внешней «бессвязности» или синкретичности  стала вырисовываться общая стройная система с явными признаками универсализма или как это позже назвал сам Нидэм   «организмичности». 

И вот с 70-х годов  под влиянием доводов Натана Сивина, новых данных источниковедения, аргументов Бодде и многих других своих критиков Нидэм очень кардинально пересматривает свои взгляды и принимает её целостный единый характер (см. CHINESE SCIENCE / EXPLORATIONS OF AN ANCIENT TRADITION). Он перестает ее называть «протонаукой», а даже говорит, что китайская интеллектуальная мысль несет в себе зачатки будущей, можно сказать,  «постевропейской» мировой науки, которой будет больше свойственна холичность, организмичность и гармония.

Вслед за Бодде, говорившему  о недостаточности и неправомерности прямого соотношения европейских категорий с китайскими, Нидэм стал ратовать за более глубокое осмысление самих китайских терминов и понятий в их естественном интеллектуальном контексте, а уж потом проводить сравнения смыслов, методов и подходов. Даже пресловутые «единые законы природы», о которых говорили чуть ли не о как  главной причине в  разрыве китайской и европейской научной мысли, были обнаружены в древних китайских трактатах почти в прямом смысловом контексте. Имеются ввиду т.н. «законы неба» (天法).  

Как мы видим взгляды Нидэма отнюдь не исчерпываются его знаменитым вопросом, да и сам «вопрос Нидэма», который в свое время вдохновил многих ученых на исследования и размышления, сыграв свою «эвристическую роль»,  уже достаточно давно перестал быть актуальным для современной китаистики. Или, по крайней мере, был значительно переосмыслен с момента своего возникновения.

А уж его «религиозная трактовка» и вообще носит надуманный характер и имеет малое отношения к научному осмыслению китайского цивилизационного наследия.

 

P.S.  Не сочтите мой небольшой очерк некой попыткой научной полемики. Я совсем не являюсь специалистом в этой конкретной области.  Более системный анализ вы можете найти как у наших синологов (напр. Академика Мясникова или проф. Кобзева, а также у многочисленных авторов как европейских, так и азиатских). Достаточно набрать в поисковике «Нидэм наука и цивилизация Китая».