Все записи
18:44  /  13.05.15

12858просмотров

Россия — Китай: возможность стратегического альянса

+T -
Поделиться:

 

В пору моего обучения китайскому языку в начале 80-х годов видные синологи того времени (многие и сейчас вполне здравствуют, китаистика подразумевает очень долгую и неторопливую жизнь :)) с ностальгией вспоминали 50-е годы, когда дружба с новым социалистическим Китаем казалась «на века» и открывала широкие жизненные перспективы для молодых (тогда еще) специалистов. Они ездили по всей Поднебесной в составе многочисленных партийно-правительственных, да и просто общественных делегаций, участвовали в реализации экономической помощи Китаю и трансфере (как бы сказали сейчас) современных технологий. Перед ними открывались двери библиотек и архивов, оформлялись разрешения на археологические и научно-этнологические экспедиции практически в любом месте страны.

Само государство Китай как бы вновь создавалось точно по лекалам СССР, бережно перенося на свою территорию все наши «наработки» в области государственного управления, организации партийно-хозяйственной жизни, не говоря уже о полном и всеобъемлющем восприятии нашей стратегии развития. Можно было говорить даже не о каком-то там «стратегическом союзе, но о полном уподоблении Китая СССР. 

Но не прошло и десятка лет, как «дороги разошлись». Да так разошлись, что в течение почти двадцати лет смотреть друг на друга мы предпочитали через танковый прицел, а  контакты сузились до кратких и сухих дипломатических обменов на самом низком уровне. Какая тут китаистика! Максимум можно было (с разрешения приграничных властей СССР) посетить Благовещенск, да посмотреть через Амур на жизнь затхлой китайской деревушки «на том берегу». Вся информация «доходила» или по радио, или по печатным изданиям под грифом «для служебного пользования», и только (для особо удачливых) случались редкие поездки в Сингапур, где находился центр изучения китайского языка при Сингапурском университете.

Уже никто особо не надеялся хоть на какой-то «свет в конце тоннеля». На изучающих китайский язык смотрели с сожалением. Вряд ли им может представиться даже возможность просто поговорить с китайцем. Но этот период (к большой радости китаеведов) закончился.

И вот опять... Ударили барабаны, замаршировали почетные караулы, зачастили делегации.  

Россия и Китай вновь поворачиваются к друг другу с «распростертыми объятиями» и вновь вот-вот готовы зашагать «нога в ногу», но уже в рамках равноправного стратегического партнерства. По крайней мере, так все выглядит со стороны и так все подается по самым главным информационным каналам нашей страны.

Но не только официозные, а и самые либеральные СМИ заговорили об историческом «повороте» России в сторону Востока.

Именно этой теме и была посвящена передача на «Эхе Москвы», куда меня недавно пригласили в качестве «эксперта».

Ведущая, Евгения Марковна Альбац, перечислив наиболее значимые вехи в российско-китайских отношениях, обратилась с вопросом о возможности этого нового «стратегического союза» или, как стали говорить, об образовании новой «стратегической двойки» на современной политической карте мира. Каждый из приглашенных на эту передачу (в том числе и я) высказал свое мнение о тех или иных аспектах российско-китайских отношений, их роли и месте в российской экономике и политике. Поговорили и о самом Китае. Не буду пересказывать, запись передачи можно почитать и даже посмотреть на сайте самого «Эха».

Но вот сам вопрос Евгении Марковны, на мой взгляд, так и остался без ответа. Можно ли говорить о неком новом «стратегическом союзе» или нет?

Если спросить прямо и ответить односложно, то твердо можно произнести слово «нет». Сейчас постараюсь аргументировать почему.

Прежде всего (для успешного стратегического альянса) нужно определенное совпадение частных стратегий самих стран, хотя бы по основным параметрам. Как, например, это было между СССР и КНР в 50-е годы. Когда обе страны строили практически одинаковые  государства на одной экономической и идеологической базе и разделяли идентичные общественно-политические ценности. Вот на такой основе стратегический союз вполне возможен, но совсем не гарантирован (как мы сами в этом убедились). 

Сейчас же такой общей базы ценностей у нас нет. И я совсем не говорю о формальной социалистической риторике КНР, от которой Россия отказалась в связи с распадом СССР. 

В настоящее время сам вектор развития наших стран противоположен. Китай строит открытое миру рыночное государство, основанное на западных, практически либеральных (если не либертарианских) принципах устройства социально-экономической жизни с осязаемой перспективой демократического (в западном понимании этого слова) переформатирования политической системы в среднесрочной перспективе. Все предыдущие 30 лет китайских реформ только подтверждают пусть и совсем небыстрый, но неуклонно реализующийся тренд прозападного развития КНР.

Даже когда Китай совершал внутри страны совсем, скажем, неевропейские действия в отношении своих граждан, которые требовали более радикальных политических перемен (события на площади Тяньаньмэнь), и подвергался жестким санкциям со стороны ведущих западных держав, включая Японию, Южную Корею и Австралию, то  «ответ» Китая не был наполнен усугублением конфронтации и внешними враждебными действиями. Наоборот, руководство КНР только ускорило политику открытости и снятия ограничений на движение товаров и капиталов как в свою сторону, так и вовне. Причем наибольшие привилегии получили экономические агенты именно тех стран, руководство которых наиболее жестко выступало с осуждением действий китайского руководства.

Вкупе с другими обстоятельствами это способствовало очень скорой отмене санкционных ограничений и восстановлению отношений as usual. Можно с уверенностью говорить, что Китай стремится «состояться» как великое и уважаемое государство в рамках современного «западного» цивилизационного выбора, который уже привел многие страны к зримому успеху. А с учетом человеческого и научно-экономического потенциала своей страны Китай надеется (пусть совсем и «не завтра») стать чуть ли не новым лидером, если не заменив, то серьезно подвинув определенным образом США и Западную Европу с этого, скажем, мирового пьедестала. 

И для реального достижения подобных целей им как воздух нужно тесное взаимодействие и сотрудничество со всеми значимыми центрами мирового развития, а совсем не обособление и гордое наслаждение своей самобытностью. Такого взаимодействия можно добиться только одним способом: стать не только равным среди  ведущих мировых держав по экономической и военной мощи, но и «своим» по основным общецивилизационным ценностям, в том числе и правам человека со всем набором условно «западных» демократических принципов.

Преобразования в области политического устройства, переход от автократии к принципам западной демократии хотя и отнесены Китаем на последний этап своих  реформ и о конкретных шагах в этом направлении еще рано говорить, но они стоят в «повестке дня» и никто их не оспаривает.

Совсем другую картину мы наблюдаем в нашей стране. Можно с высокой степенью уверенности говорить о возврате к так называемым «традиционным ценностям», о попытках воссоздания некой своей, как сейчас принято говорить, «евразийской» государственной идентичности на основе отдельного (неевропейского) культурного кода. 

Отсюда и достаточно твердое противопоставление себя «западному миру», ревностное отношение к своим «зонам влияния», попытки обозначения границ своей культурно-экономической «ойкумены» не только жесткой риторикой, но и прямой военной силой. Все это свидетельствует о  желании «отгородиться» от внешнего мира, снизить масштаб взаимодействия до простой взаимовыгодной торговли и примитивного культурного обмена на уровне гастролей фольклорных коллективов (это уже немного утрируя :)). Говорить об эффективном и тесном сотрудничестве и (тем более) о взаимопроникновении с т. н. «западным миром»  совсем не приходится.

Такая стратегия по всем основным пунктам противоречит китайской стратегии на развитие и сближение с тем же «западным миром».

Вот если бы Китай также делал упор (как было раньше) на своей цивилизационной уникальности, желал бы вернуться к своей традиционной конфуцианской государственности и считал все «западное» чуждым и вредным для китайского народа, то тогда бы была очень хорошая основа для стратегического альянса России и Китая в противовес западному тренду человеческого развития. Вероятность того, что Китай вдруг перестанет идти, как говорили раньше, в фарватере евроатлантического развития, а вернется на свой «исконный путь», может, и существует, но крайне низка. Китайское руководство отлично понимает, что без этого «фарватера» придется распрощаться со всеми своими мировыми амбициями, а также со скоростными автомагистралями и железными дорогами, высокотехнологическим производством, непосредственным и прямым доступом к инновационной мировой лаборатории. В общем, с главным источником человеческого развития — с современными знаниями и умениями.

Готовы ли китайцы (в лице своих руководителей) отказаться от перспектив своих реформ ради обретения стратегического союзника в виде России? Думаю, что ответ тут более чем очевиден.

Вы можете возразить, что китайцы же совсем не отказываются от протянутой руки России с предложением дружбы и союзничества. Наоборот, всячески эту руку трясут и  сжимают в своем ответном «пожатии». Вот и лидер Китая Си Цзиньпин стоял рядом с лидером России В. В. Путиным на военном параде, а потом были торжественно подписаны десятки разных протоколов на самом высшем уровне, не говоря уже о намерении развивать совместно масштабные инфраструктурные проекты. Оба лидера излучали волны взаимных симпатий и надежд на «большое светлое будущее».

Все это так… Однако не надо обманываться внешними проявлениями. Китай, выбрав курс на всестороннюю интеграцию с лидерами мировой экономики и политику открытости, открыт (извините за тавтологию) всем для взаимовыгодного сотрудничества, пока это сотрудничество способствует и не противоречит его основной стратегии. Китай  не против получить дополнительный бонус от чьих-то других противоречий, которые прямо Китая не касаются. Китай, можно сказать, вообще такой всемирный «специалист» по эффективному использованию «самобытных» стран в своих целях. Пример только одних китайско-иранских отношений, не говоря уже об отношениях с африканскими странами, свидетельствует о способности Китая извлекать пользу даже там, где другие страны в силу своих определенных, скажем, «предубеждений» действовать не могут. Но ни о каких стратегических союзах между, например, тем же Ираном и Китаем речи не идет.

Какие у нас есть основания предполагать, что мы для Китая нечто большее, чем страны Африки, Латинской Америки и Ближнего Востока, которые также противопоставляют себя «западному миру» в общем и «империалистической политике США и его сателлитов» в частности, и также пытаются компенсировать минусы своей стратегии «дружбой с Китаем». Китай, конечно, с ними со всеми «дружит», но с существенной выгодой для себя и без лишних стратегических обязательств. Вот и с нами тоже будет дружить. Но не более того.

Комментировать Всего 26 комментариев

Странно было бы ожидать чего-то иного. Не думаю, что у наших "элит" нет этого понимания. Но в сегодняшних условиях для них важна и риторика сама по себе, и надежда - а вдруг )

Да нет тут никакой надежды. Вот с Мугабе у нас "стратегии" полностью совпадают. И он готов прямо сейчас в "строй" борцов за "самобытность" против "империализма". Однако с ним создавать "стратегический альянс" надо уж совсем отчаиться. С Ким Чен Ыном тоже можно. Заодно никто не будет спать на совещаниях. Его в Президиум прямо с занитным орудием можно посадить. Никто даже моргать не будет. Но опять как-то странно все будет выглядеть. Однако ничего не поделаешь. Скоро и с Мугабе за счастье сочтем :) Среди "вечных правителей" выбор небольшой .

Эту реплику поддерживают: Игорь Вечеребин, Сергей Любимов

Надежда всегда есть ) Но Мугабе конечно путеводная звезда в наших условиях. И боюсь, что вполне достижимая цель.

Эту реплику поддерживают: Игорь Вечеребин, Владимир Невейкин

Здравствуйте. Меня в этом плане вполне удовлетворяет знание о том, что экспансионистский вариант пан-китаизма эффективно в исторической перспективе не реализовался. Очевидно, нет причин переживать по этому поводу и сейчас. Или я ошибаюсь?

То есть "химера, химера" или ... ?

Вы хотите сказать, что Китай нельзя считать "национальным государством" в смысле Анны Харендт?

Вне пределов национального государства КНР (ну и о. Тайвань) проживают десятки миллионов китайцев в разных странах. Их называют хуацяо. Они, в теории, могут быть основой т.н. "пан-китаизма". Сам Китай, исторически, представлял собой совокупность многих государств, вроде Европы. Но в Европе никому не удалось всех объединить в одно государство силой, а в Китае удалось. Это случилось 2216 лет тому назад. И сейчас, несмотря на наличие национальных автономий (разных хуэй, тибетцев, мяо, уйгур и монгол) 95% населения считают себя ханьцами, хотя фенотипические различия между ними как между сицилийцами и норвежцами. Поэтому стоит говорить о Китае как национальном государстве даже в смысле Анны Харендт. ИМХО

Эту реплику поддерживают: Тимур Седов

Подскажите пожалуйста, а фиксируется ли специалистами какой-либо явно доминирующий дискурс в китайском обществе, замешанный на экспансионистсой идее?

С проявлениями типа "крымнаш" или знаменитыми картами Китая до берегов Антарктики?

Существует ли общественный запрос , например  на силовую экспансию?

В Китае идеи экспансионизма (в его классическом понимании) ограничиваются Тайванем, некоторыми спорными районами с Индией на Тибете, островами в южно-китайском море (Спратли, Парасельскими, Дяоюй). Но с Тайванем это все-таки не притязания на другую территорию, а спор между двумя политическими силами за ВЕСЬ Китай. Общественного запроса на внешнее расширение "до Арктики" или Сан-Франциско (там свыше 30% - китайцы) - не  наблюдается. "Знаменитые карты" - это исторические карты Китая в разные эпохи. Например, если мы публикуем карты российской империи в конце 19-го века, где и Польша, и Порт-Артур (да и вся Желтороссия), и Финляндия, то это совсем не означает, что мы все здесь в России спим и видим как это все нам вернуть "взад". Вот и в Китае они иногда публикуют исторические карты. Если посмотреть на карту при династии Юань, то там почти по Венгрию :) все "входило" в Китай...

Эту реплику поддерживают: Сергей Кондрашов

Интересно, а совместные проекты предполагают инвестиции со стороны Китая в российское производство или что-либо смежное.  Мне попадалась информация о том, что основная часть инвестиций в Россию до 2014 г. шла со стороны её западных ворогов (+Японии), а на долю "стратегических партнёров" оставалось что-то вроде 2%.  При этом американские инвестиции шли в производство, в т.ч. высокотехнологичное. 

Китайские инвестиции ничем не отличаются по своим требованием от любых других иностранных инвестиций. Им нужна прозрачная среда, понятные правила и защита от административно-криминального давления. Пока со средой у нас не очень хорошо. Вот и инвестиций крайне мало, особенно прямых и производственных. Я не говорю о государственных или окологосударственных, которые реализуются по отдельным прямым договорам с соответствующими министерствами и ведомствами (или госкорпорациями). Но в этих областях у японцев и американцев гораздо больший  опыт взаимодействия еще с советских времен, да и предложить они могли нечто большее,чем   Китай. Пойдут ли китайские госинвестиции? Надо поглядеть. Могут и пойти в определенные области. А вот с малыми и средними инвестициями будут проблемы.

Эту реплику поддерживают: Таня Ратклифф

Руководство обеих стран заинтересовано в ограничении политического и экономического влияния США в мире и в особенности в своих регионах. Это создает определенную общность интересов и базу для альянса. Что-то вроде союзников в борьбе с однополярностью мирового устройства.

Каждая страна заинтересована в усилении своих позиций в рамках возможного. Это прекрасно снизить влияние США как у себя в стране, так и у соседей. Французы с немцами тоже непротив :) . Другое дело как это осуществлять: можно как Сев. Корея или Куба. а можно как Япония или та же Германия. Китай стремиться усилить свои позиции и ограничить влияние США через развитие и интеграцию, через повышение своей позитивной конкурентоспособности и экономической привлекательности. Они не закрываются от США. Наоборот, пытаются взять оттуда как можно больше знаний и умений, чтобы быть (как минимум) не хуже. Мы же выбрали стратегию условного Мугабе: ограничить контакты и закрыть (по-возможности) границы. Это разные подходы к решению одинаковой задачи. Отсюда и принципиальная разница в векторах развития, а это влечет невозможность стратегического союза. В локальных задачах или при явных общих угрозах мы можем "выступать вместе" (как, например, СССР вместе с Британией и США воевали против Германии и Японии), но не более. ИМХО.

Я не понял аргумент про невозможность стратегического союза или партнерства между странами связи разницей в "векторах развития". США например уже не одно десятилетие являются стратегическими партнерами с Саудовской Аравией, при этом "вектора развития" у этих стран всегда были разными. Россия кстати продолжает сотрудничать с США по многим направлениям (Афганистан, например, Иран, ИГИЛ итд.). Насчет Кубы, я бы сказал, что это США последние 50 лет блокировали Кубу а не Куба закрывалась от США. Сейчас когда Обама начал отменять санкции никакого противодействия со стороны Кубы нет, наоборот, они счастливы.     

Скорее, мы несколько неодинаково понимаем термин "стратегический партнер". Для меня это включает не только локальное совпадение интересов в определенных регионах. И я бы не стал относить Саудовскую Аравию к стратегическим партнерам США, наряду со странами, например, Евросоюза. Все-таки парнерство между Британией и США  существенно отличается от сотрудничества между США и СА, на мой взгляд. В силу ряда конкретных ситуаций США может поддерживать своих "сукиных детей" в тех или иных регионах в противовес чужим "сукиным детям", особенно, когда сильно выбирать не приходится. И мы можем формировать с Китаем определенную общую позицию в противовес кому-то (да тому же США ). Но я бы не стал это относить к "стратегическому партнерству". Вот и СССР имело много проектов с разными странами капитала (а вклад США в индустриализацию и переоценить сложно). Даже в разгар "холодной войны" эти проекты не прекращались. Но причем здесь "стратегическое партнерство"? На мой взгляд это понятие несколько глубже ситуативного партнерства.

Ок, исходя из вашего определения стратегического партнерства, кто является сегодня стратегическим партнером Китая?

Это, конечно, с определенными оговорками :) . Жаль, что сами США об этом не догадываются :)

Вы это серьезно? Можно быть стратегическим партнером со страной, которая вас таковым не считает?

Вы говорили что СА не стратегический партнер США, потому что отношения принципиально отличаются от партнерства между США и Великобританией или США и ЕС? А отношения Китая и США разве не отличаются от Англо-Американских или Американо-европейских?

Владимир, если говорить серьезно, то в случае с Китаем я бы вообще не говорил о "стратегическом партнерстве" в классическом понимании. Но с точки зрения "стратегического доверия" Китай больше всех верит США, затем странам ЕС. Именно на них Китай и ориентируется в своем развитии.

Возможно. "Стратегическое доверие" новый для меня термин, никогда раньше не слышал.  Если отбросить "стратегическое", то я думаю, что и здесь, если это доверие и есть, то оно не обоюдное. США Китаю не доверяют.

Это "доверие" даже можно измерить долговыми обязательствами. Китай, наверное, больше всех набрал долговых обязательств США. Если бы не доверял США как стране, то явно бы этого не делал. Не знаю имеют ли США какие-нибудь "долговые обязательства" Китая, но инвестируют в эту страну стабильно. Когда какая-нибудь страна набирает долговых обязательств на сумму более 4 трлн. долларов США  у другой страны, то , на мой взгляд, уже можно говорить о "стратегическом доверии" :) .Может настанут времена, когда и США начнут скупать долговые обязательства Китая, номинированные в юанях. Тогда доверие станет "двусторонним" и можно будет говорить о "стратегическом партнерстве" . ИМХО А все словесные заверения в "доверии" - это, опять же на мой взгляд, "в пользу бедных" ..

Имея соседей китайцев в Тбилиси,куда они попали после культурной революции,изучая китайскую медицину и побывав неоднократно в Китае,могу сказать,что абсолютно солидарна с автором.У китайцев только свои интересы.В политике вообще нет отношений,всегда превалируют интересы.Но...китайцы- особенный народ.Одно говорят,другое думают и третье делают.Сегодня -есть интересы...завтра они могут и обостриться.Непредсказуемы.

Эту реплику поддерживают: Тимур Седов

Все-таки позволю себе с Вами не согласиться. Китайцы очень предсказуемы. Они практичны и предметны в своих желаниях. Они публично объявили свою стратегию и последовательно ее выполняют. Что касается личных взаимодействий, то некоторые особенности китайского общественного поведения мы воспринимаем за неискренность и лукавство. А это просто элементы "китайской вежливости", где  (по-возможности) стоит избегать резких формулировок, а только намекать на свою позицию. Для самих китайцев этих "намеков" достаточно и они правильно реагируют. Европейцы это принимают за "увертки" и продолжают "додавливать", думая что с ними еще ведут диалог.

И китайцы совсем "не особенный народ". В чем-то наивный, в чем-то усложненный, но не особенный. Как британцы, итальянцы, шведы .. и т.д. ИМХО

Эту реплику поддерживают: Christina Brandes-Barbier de Boymont, Алекс Лосетт

Зная язык,вы ,наверное, глубже и лучше изучили особенности характера и поведенческих реакций китайцев.Я написала о своих наблюдениях на протяжении немалого количества лет.

Эту реплику поддерживают: Владимир Невейкин, Тимур Седов