Ну, приходит такой момент в жизни, когда начинаешь потрошить архивы… Вдруг выпорхнула, пожелтевшая (как же без такого расхожего:) страничка русскоязычного американского альманаха «Панорама», еженедельника в Лос-Анджелесе, где в 90-е я был лондонским корреспондентом. Газетная вырезка с очерком 25-летней давности -про Рождество в Англии. А может, подумал я, будет интересно, как исключение, перепечатать его в «Снобе». Обещаю, больше не буду.

В канун Рождества я оказался в Ротланде – это примерно в 100 милях к северу от Лондона. Мы с друзьями заглянули в две соседние усадьбы. Об одной расскажу. Глава семьи – довольно успешный бизнесмен. Трое его сыновей, как и он сам, получили образование в Харроу, где учился Уинстон Черчилль. В огромном доме, кроме жены и одной из невесток, живут шесть собак и один кот. И когда в прихожей нас встретил хозяин, возникло ощущение, что мы пришли на псарню. Собаки тут всюду, им можно всё, они вхожи в любую комнату. Лишь на двери в туалет висит табличка для нервного гостя: «Собак за дверью нет. Будьте спокойны!». Во дворе стоят две лошади: хозяин еженедельно в сопровождении собачьей стаи отправляется на охоту, взяв с собой одного из сыновей или гостя. Охотится в лесу и на полях огромного земельного участка, который принадлежит ему. Накануне Рождества хозяин ещё купил свинью. Он утверждает, что это самое смышлёное животное из всех и достойно жить в доме… Когда мы сидели в гостиной, я увидел с десяток иллюстрированных книг о слонах. Это дало мне повод вслух предположить, что к следующему Рождеству в доме появится слон. Владелец усадьбы, раскуривая трубку, пробурчал почти всерьёз что-то вроде «Не исключено».

… Из гостиной мы переместились в столовую. Здесь нас ждал типичный английский ужин, закончившийся появлением на столе огромного блюда с сырами, которое передавалось по кругу. Около одиннадцати вечера все перешли в другую гостиную. Здесь стояло старинное и не очень хорошо настроенное пианино, рядом лежала гитара. Откуда-то из недр дома появился друг сыновей хозяина, симпатичный парень чуть старше двадцати лет, в расстёгнутых рубашке, пиджаке, пальто – он так и сел за пианино и, возмущаясь, что оно абсолютно расстроено, начал джазовые импровизации. Потом к нему подсел сын хозяина моих друзей, и они уже импровизировали в четыре руки. К ним присоединилась гитара… Концерт закончился далеко за полночь… Это был прекрасный вечер в прекрасном доме, без всякого намёка на какой-то раз и навсегда заведённый порядок, какие-то правила и условности.

Вообще же, поездка в Ротланд даёт представление об Англии, сильно отличающейся от Лондона. Англичане утверждают, что Лондон – это вообще никакая не Англия. И, похоже, они правы. В деревне, где я гостил у друзей несколько дней, всего полтора десятка домов. Самый большой, в центре деревни, принадлежит хозяину фермы. Дом же моих друзей – в стороне. Владелица его, Су Вэйк, живёт в Лондоне, этот дом она купила давно и называет его дачей, потому что приезжает сюда лишь на выходные и праздники. Дому 250 лет. Канун Рождества. Мы сидим, конечно же, на кухне, хотя есть ещё и столовая, и кабинет, и огромная гостиная с камином. Но это для торжественных случаев. А тут – традиционный деревенский пирог со свининой. Едим его с горчицей – французской и английской. Потом Адам, сын хозяйки, и я получаем от Су список того, что надо ещё подкупить к главному рождественскому вечеру, и отправляемся в Стамфорд, небольшой городок в пяти милях от деревни… Мы быстро покупаем необходимое в супермаркете и отправляемся на ёлочный базар. Несколько минут спустя Адам, нажав кнопку открывает крышу автомобиля и «сажает» на заднее сиденье пушистую пихту высотой в два метра. К нашему возвращению хозяйка дома уже вытащила коробку с елочными украшениями. Вытягивая гирлянду с лампочками, она заметила: «Ну, по старой английской традиции, это, конечно, не должно работать» … Нет, повезло. Всё работало, и очень скоро ёлка стояла, украшенная игрушками. А под ней – подарки…

Ну, а утром выяснилось, что автомобильная шина спустилась, запасного колеса тоже не оказалось. Пришлось Су позвонить соседям через дорогу. Пожилая английская пара, Юна и Фред, отправлялись в церковь и охотно взяли нас на утреннюю рождественскую службу. Церковь – в нескольких милях от деревни. Она стоит здесь уже девять столетий. Служба длилась около часа. Назад ехали тоже с соседями. Они пригласили нас на чашку чая. Хозяин вытащил пироги, предложил выпить кое-что покрепче. Словом, всё было вполне по-русски. И мифы, будто англичане приглашают в гости за несколько недель, что они не любят экспромты, что дом – это «крепость» и так далее, развеялись в один миг…. Ну, а когда мы вернулись к себе, в доме уже пахло фаршированной индейкой, которой положено томиться в духовке пять-шесть часов, потому что быстро готовить её просто не рекомендуется.

Соответствует ли эта деревенская идиллия тому, что происходит вокруг? И да, и нет. «Санди таймс» сразу после Рождества опубликовала данные опросов, что думают британцы о Рождестве, что делают в эти дни, что и сколько покупают. Оказалось, что только 23 процента англичан ходили в церковь и только 16 процентов из них не пожалели об этом, полагая, что провели время там очень хорошо. 45 процентов британцев чувствовали себя счастливыми в эти дни из-за подарков, 50 процентов объявили, что особое удовольствие получили от еды. В среднем британская семья истратила на подарки и еду в эти дни 450 фунтов стерлингов; 17 процентов утверждают, что что они потратили от 500 до 1000 фунтов, и 7 процентов - больше тысячи. Увеличьте эти цифры примерно в полтора раза, и вы получите представление о рождественских тратах в долларах.