Все записи
МОЙ ВЫБОР 12:28  /  14.05.13

793просмотра

"Što bi u Polju Kosovu?", заключение.

+T -
Поделиться:

 

часть 6

 

 

По окончании Второй Мировой войны, с установлением в Югославии власти коммунистов, Косово впервые было выделено в качестве самостоятельной и единой административной единицы. Автономная область Косово и Метохия, однако, продолжала управляться, в основном, сербами, поскольку в местной коммунистической организации число албанцев было незначительным.

Первая послевоенная перепись населения была проведена в 1948 году. Население края составляло 730 000 человек, из которых примерно 500 000 (68,4%) назвали себя албанцами, а 200 000 (27,4%) – сербами и черногорцами. В действительности, почти все послевоенные югославские переписи, при общей достоверности, содержали некие «лукавинки». В силу свойственных коммунистическим режимам извивов «партийной линии» в отдельные моменты становилось более или менее выгодным «записываться» в ту или иную этническую группу. Так например, в 1948 году было «невыгодно» указывать себя турком, цыганом или славянином-мусульманином. Турки и цыгане в основном назвались «албанцами», а мусульмане – «сербами»и «черногорцами». Так что, беря в расчет предвоенные и, наоборот, более поздние данные о процентной доле цыган, турок и мусульман, можно предположить, что в реальности албанцы составляли 62-63%, а сербы - 24% населения. То есть к этому моменту доля сербского населения заметно снизилась по сравнению с предвоенной (за счет оттока бывших колонистов), но превосходила ту, которая была в крае на момент его вхождения в состав Сербии в 1912 году.

Переписи 1953 и 1961 годов показывали абсолютно ту же пропорцию. В 1953 году из 810 000 населения с учетом «поправок» на турок, цыган и мусульман, албанцы составили 63% и сербы 24%. В 1961 году – 964 000, 64% и 24%.

Демографическая ситуация стала меняться после того, как в 1968 году на фоне потери мест в ЦК Союза Коммунистов Югославии рядом покровителей сербского национализма и массовых демонстраций студентов-албанцев (А как без студентов? Это же 1968 год! И это не герметичный СССР, а открытая миру Югославия), область была преобразована в Социалистический Автономный Край Косово. Во вновь образованном крае большинство административных постов стали занимать «местные кадры» и сербы, вдруг, утратили статус de facto правящей этнической группы. Поскольку значительная часть сербского населения до этого состояла на госслужбе, начался достаточно быстрый отток сербов в Белград, Ниш и другие крупные города собственно Сербии. На это наложились и два других процесса – быстрая урбанизация Югославии (стало сокращаться население сельских сербских анклавов Косово, но не за счет переезда в Приштину, которая давала мало перспектив сербскому работяге, а за счет миграции в «Большую» Сербию) и снижение рождаемости в сербских семьях, более смело подходивших к вопросам контрацепции, чем албанцы-мусульмане. Все эти процессы получили отражение в результатах переписи 1971 года. Население края выросло до 1245 000 жителей, из которых албанцев (после манипуляций с то исчезающими, то появляющимися турками, цыганами и мусульманами) уже было 72%, а доля сербов снизилась до 20%.  Абсолютного уменьшения сербского населения еще не произошло, но его прирост в крае полностью прекратился.

В 1974 году была принята новая Конституция СФРЮ, в соответствии с которой республики и автономные края получили почти полное самоуправление в социально-экономической и культурной сферах. Вместе с тем, полученная большая свобода принесла и большую ответственность. Начался стремительный рост разрыва в уровне жизни бедных и богатых республик. Этому, кстати, сильно способствовал своеобразный югославский социализм, немного напоминавший горбачевскую перестройку, но проведенную более-менее образованными людьми. Самым бедным членом Югославской федерации оказался край Косово. Полуторный разрыв в размерах средней зарплаты в Приштине и любом из крупных городов Сербии, Воеводины, Боснии или Черногории, не говоря уж о не очень гостеприимных к сербам, но таких привлекательных курортных центрах Хорватии, сыграл в судьбе сербской общины Косово гораздо большую роль, чем уже реальный тогда, но сильно преувеличенный в глазах сербских националистов, албанский национализм. Чтобы не быть голословным, позволю себе небольшое, но занудное сопоставление демографической динамики в паре сербских общин Косово и паре почти таких же депрессивных общин в собственно Сербии.

                                   1948       1953          1961      1971       1981          1991

Лаплье (Косово)        853           932          1043         1072      1209       1383

Зупче (Косово)          437             500          518           507        542         532

Коньува (Сербия)      709            933           787          551        335         226

Кукавица (Сербия)     526            536           534          525        534         539

          Выбраны были совершенно случайные села, так что, возможно, анализ большего числа данных позволил бы указать более тонкие закономерности, я же хотел показать, что с началом активной урбанизации в конце 50-х – начале 60-х годов XX века рост населения сельских общин прекратился повсюду в Югославии, а не только в сербских анклавах Косово. Особенность Косово состояла только в том, что сербы предпочитали уезжать из местных сел не в города края, достаточно бедные и с абсолютно преобладающим неславянским населением, а в преимущественно славянские, более зажиточные центры Сербии, Черногории и до некоторой степени - Хорватии. Этот совершенно психологически понятный и объяснимый без привлечения демонических «албанофашистов» процесс привел, однако, к быстрому сокращению доли и абсолютной величины сербского населения края.

В 1981 году в Югославии была проведена очередная перепись населения. Она важна для нашего рассказа тем, что в её ходе впервые югославы были абсолютно свободны в указании своей этнической принадлежности и это была последняя до Балканской войны 1990-х годов перепись, в которой статистические данные по Косово были представлены полно и объективно. В Югославии еще успели провести перепись в 1991году, но косовские албанцы уже массово её бойкотировали и для Косово она не репрезентативна. В силу этого обстоятельства данные переписи 1981 года заслуживает, на мой взгляд, более детального рассмотрения.

В 1981 году население Косово составило 1 584 000 человек. Из этого числа албанцев было 1 227 000 или 77,4%, сербов вместе с черногорцами -  237 000 или 14,9%, славян-мусульман (босняков или, в случае Косово, горан) – 59 000 (3,7%), цыган – 34 000 (2,2%), турок – 12 000 (0,8%) и, наконец хорватов – 9 000 (0,6%).

Я взял на себя труд свести данные переписи 1981 года по краю Косово в один графический файл, который доступен в высоком разрешении по адресу:

http://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/0/01/Ethnic_composition_of_Kosovo_1981.png

Как показывает эта карта, 131 000 или 55% косовских сербов проживали на территориях, где они составляли абсолютное большинство. Впрочем, все эти анклавы в совокупности составляли около 10% общего населения края. Еще 16 000 или 7% проживали в населенных пунктах со смешанным населением, где сербов было не меньше 1/3 от общей численности жителей. Оставшиеся же 90 000 сербов или 38% от их общего количества в крае, проживали среди албанского большинства, сосредоточенные в шести крупнейших городах Косово, где они образовывали костяк местной администрации.

Таким образом, уже в 1981 году Косово было фактически разделено на анклавы с сербским большинством, общая численность населения которых составляла 150 000 человек, из которых примерно 15% были албанцы, и основную часть края с населением около 1 400 000 человек, среди которых албанцев было около 86%, а сербов – около 6%.

При подобном соотношении численности общин, у белградских сербских элит было фактически два варианта стратегического подхода к решению косовского вопроса, которые можно было с натяжкой назвать «выигрышными».  Первый состоял в активной интеграции албанцев в политическую, экономическую и культурную жизнь «большой» Сербии в качестве «привилегированного» меньшинства, подобно тому, как поступили с албанцами Черногория и Македония в нулевые годы 21 века, или чуть раньше Болгария с турецким меньшинством. Второй путь состоял в выделении из состава Косово сербских анклавов, с возможным их обменом на албанские эксклавы в смежных с Косово общинах Прешево и Буяновац, входивших (и входящих) в состав собственно Сербии, в которых албанцы составляют большинство населения.

Как известно, сербы не нашли в 1980-1990-е годы в себе сил поступиться хоть немного своими национальными амбициями и избрали третий путь – уничтожение всех форм самоуправления албанского большинства в крае, закрытие албанских газет и издательств, перевод школьного и университетского образования на сербский язык.

После поражения, нанесенного поддерживаемым Белградом сербским национальным движениям в Хорватии и Боснии в 1995 году, произошла, с одной стороны,  резкая радикализация албанского движения за независимость, поскольку албанская молодежь посчитала политику ненасильственного сопротивления, исповедовавшуюся тогдашними лидерами общин, слишком неэффективной, а, с другой стороны, сербские власти начали активизировать «сербизацию» в такой степени, что в 1999 году разразилась настоящая война, в ходе которой более половины албанского населения было изгнано из края сербскими вооруженными формированиями. Беженцы получили убежище не только в Албании, но и в значительной степени в Македонии и Черногории.

После вмешательства НАТО, авиация которого уничтожила практически всю сербскую военную инфраструктуру, Сербия согласилась отвести свои силы из края и на их место был введен сравнительно немногочисленный контингент международных миротворческих сил.

Возвращение в край сотен тысяч беженцев-албанцев в условиях отсутствия сербских силовиков привело к волне сербских погромов, вынудивших почти все сербское население покинуть города с преобладающим албанским населением. Единственным исключением стала Косовска Митровица, вплотную примыкавшая к крупнейшему сербскому анклаву на севере края. В результате город оказался разделен на две части по реке Ибар.

Вторая, несколько меньшая по масштабам волна сербских погромов прокатилась по краю в 2004 году и затронула в большей степени небольшие изолированные сербские общины-анклавы. После этого под контролем сербов осталось только Северное Косово, включая северную часть Косовской Митровицы. В общей сложности в ходе албанского восстания, его подавления сербской армией и последовавших за этим натовских бомбардировок, а также сербских погромов 1999-2004 годов погибло около 2 500 гражданских сербов и около 5 000 албанцев. Потери вооруженных сил Сербии и албанских мятежников составили приблизительно по 1 500 с каждой стороны.

К 2005 году примерно 200 000 косовских сербов были вынуждены покинуть свои дома и стали беженцами. Из них, несколько десятков тысяч нашли приют в Северном Косово, а остальные бежали в Сербию.

Начиная с 2006 года ОБСЕ и международный оккупационный контингент начал напряженную работу по восстановлению сербского самоуправления на территории края, возвращению сербских и других беженцев на прежние места проживания. К 2011 году, не считая не подчиняющегося косовским властям анклава Северное Косово, на территории края было воссоздано 6 автономных сербских общин. Процесс, однако, вряд ли может привести к полному восстановлению довоенной численности населения сербских анклавов. Помимо проявлений агрессивного албанского национализма существенную роль играет и полуторный разрыв в реальном душевом ВВП в Сербии и Косово. Значительная часть беженцев предпочитает более-менее сложившуюся за более чем десять лет изгнания жизнь в более зажиточной Сербии возвращению в относительно бедное Косово.

Вот так выглядело географическое распределение сербского населения Косово в 2011 году: http://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/a/a2/Kosovo_Serb_population_in_2011.png

В большом анклаве Северное Косово вместе с сербской частью Митровицы проживало 70 000 сербов, шесть небольших анклавов, воссозданных усилиями ОБСЕ в 2005-2010 годах после возвращения части прежнего населения насчитывали в совокупности 21 000 сербов. Еще две тысячи сербов проживали в населенных пунктах с сербским большинством, находящихся вне автономных общин. И только 2 000  сербов проживали в общинах с преобладанием албанского населения.

К сожалению, ни Россия, имеющая определенный вес в деятельности миссии ОБСЕ в Косово, ни правительство Сербии (до подписания соглашения с властями Косово в 2013 году) не принимали участия в деятельности по воссозданию сербского самоуправления в крае и в усилиях по возвращению беженцев в места прежнего проживания. С одной стороны, это было вызвано принципом «или все или ничего» которым руководствовалась сербская и российская дипломатия в косовском вопросе, настаивая на возвращении всего Косово в сербскую юрисдикцию, с другой стороны, что гораздо более понятно, вызывало и вызывает сомнение само выживание нескольких малонаселенных и преимущественно сельских сербских анклавов в достаточно агрессивном албанском окружении. Эти опасения, впрочем, не относятся к Северному Косово, в котором в настоящее время сосредоточено почти 3\4 сербского населения Косово и который не только примыкает к собственно Сербии, но и тесно с ней интегрирован экономически.

Тем не менее, после того, как между Сербией и Косово в апреле 2013 года было подписано соглашение о нормализации отношений, а отношения между администрациями вновь созданных сербских общин и администрацией Приштины перешли в стадию «худого мира», наметилась некоторая перспектива окончательного урегулирования косовской проблемы.

Судя по всему никаких шансов на реинтеграцию Косово в Сербию в реальности не осталось. Тот путь решения албанского вопроса, который избрали в Черногории и Македонии применять в Сербии уже поздно. Поэтому, вся интрига дальнейших политических игр будет состоять в том, удастся ли Белграду добиться воссоединения с Северным Косово (что представляется мне единственно правильным решением по множеству причин), а также – каков будет статус изолированных сербских анклавов в Центральном Косово. Мне представляется до некоторой степени возможным (и в моих глазах очень желательным) такой исход, при котором Косово и Сербия сумеют сторговаться на обмен сербских анклавов в Косово на албанские анклавы в общинах Прешево и Буяновац, смежных с краем. Однако для этого сербским политикам придется продемонстрировать умение торговаться и изворотливость, которыми они, в принципе, в прошлом не отличались.