Все записи
18:35  /  14.12.17

1320просмотров

"Кабы не было зимы" - швейцарской

+T -
Поделиться:

Люцерн славится своими средневековыми и барочными красотами, окаймляющими лебединое озеро, но тут созрел и 21 век. Его концепция – экология+искусство+электронное управление пространством. Один такой центр – KKL. Странное название, но историческое. На месте нынешнего гигантского сооружения на берегу, возле пристани, было старое здание культурного центра, которое люцернцы сочли некрасивым и морально устаревшим. В Швейцарии же все решают жители путем голосования, в том числе, рублем, в смысле франком. Собрали денег и заказали архитектору Жану Нувелю новый проект. Он хотел построить его в виде корабля, прямо на озере, ему это не разрешили, но от идеи он не отказался и впустил озеро внутрь здания, эдаким венецианским каналом, а главный зал построил в форме корабля.

Этот деревянный «корабль» заключен в полностью прозрачную конструкцию, а разделяющие прозрачную стену переплеты сделаны как огромные открытки: рамка с тем или иным видом города. Здание высокое, «открыток» много. На террасе верхнего этажа смотришь не только вниз, на озеро, прямо – на город, но и вверх – на алюминиевую гладь внутренней стороны крыши, выдающейся далеко вперед. Там озеро и город отражаются, напоминая черно-белое кино вековой давности. Да и сам вид нисколько не изменился за век, даже среди кораблей, курсирующих по озеру, есть старожилы с большими красными колесами. Корабли в Люцерне – ходовой транспорт, а поскольку все стремятся попасть на гору Риги, то в Фитцнау, откуда карабкаются на Риги красные горные поезда, корабли идут с частотой городских автобусов.

В Фитцнау (Vitznau) есть и своя достопримечательность – Park Hotel, в замке 1903 года, на озере. Здесь, как и в KKL, тоже храм дизайна и искусства. У владельца есть любимый художник – Клод Верлинд. Его картины висят в разных помещениях отеля, а в конференц-зале - картина во всю стену, называющаяся «Глобализация». На ней аллегорически изображены разные страны (Россия, в том числе) с именами их главных героев. Лев Толстой, само собой, но и еще десяток всемирно известных русских. Художнику, напоминающему по стилю Босха и Брейгеля, 90 лет, глобализация его, скорее всего, не радует.

В Паркотеле вообще есть что посмотреть: шахты лифта расписаны фресками, каждый этаж посвящен одной теме. Гастрономия. Виноделие. Эндаумент. Высококлассные фотографии на тему в коридоре, и у каждого номера (все – сьюты, их 47) – свой сюжет. Я жила в номере нобелевских лауреатов. Их фото висят в гостиной номера, а перед входной дверью – рассказ об одном из них и qr-код, по которому можно считать историю вопроса. Номер, посвященный Бордо, оформлен в винных тонах, там, кроме всего, оборудована кухня – на ней для ужина в узком кругу готовит шеф-повар отеля (всего шефов три: двух ресторанов – с одной и двумя звездами Мишлен, и шеф над ними). Еще отель собирает коллекцию арманьяков и коньяков, пока собрано 250 бутылок, но каких – некоторым по сто и двести лет. Идея – сделать самую большую коллекцию в Европе. Винный погреб насчитывает 35 тысяч бутылок, среди которых - все самые дорогие и прославленные марки.

Вообще, Паркотель нельзя назвать отелем в традиционном понимании, этажи здесь называются галереями, потому что так оно и есть – это сплошное выставочное пространство, а кроме того – умный дом. В каждом номере лежит планшет, с которого можно управлять всем: светом, открытием и закрытием дверей, жалюзей, маркиз, занавесок, выключателей нет вообще, вместо них кнопки на стенах, как на клавиатуре компьютера. Ключ похож на камушек в кожаном футляре, дверь «узнает» его, так что нет нужды доставать его из кармана.

Отель – идеальный, или идеалистический, концепт 21 века - стоит на озере Четырех Лесных Кантонов (Vierwaldstättersee), и плавать тут можно круглый год. В открытом подогреваемом бассейне зрительно плывешь как бы по самому озеру, а в соседнем бассейне, тоже теплом, можно включить легкий «шторм» джакузи. СПА тут занимает 2000 кв.м., и помимо сауны, хамама, холодного басссейна и косметических процедур, есть три вещи необычные. Ледяная пещера, тепидариум (комната отдыха с убаюкивающей температурой - на два градуса выше тела) и стена-аквариум с яркими рыбами Красного моря и водой оттуда же. То есть совмещены как бы три естественных климата: жаркий, умеренный и арктический. После реконструкции в отеле оставили одну лестницу из прежней эпохи, с красной ковровой дорожкой и гигантской хрустальной люстрой – чтобы сохранить образец стиля. Типично швейцарский подход.

Вид из отеля фантастический, на озеро, горы и домики на зеленой лужайке, желания выходить из этого царского места не возникает, так что я пренебрегла изучением окрестностей. Только наблюдала из лоджии, как покрываются снегом вершины – зима же началась! И встречать ее мы поехали в Берн. Там встреча зимы – главный праздник, луковый фестиваль.

Начинается ночью, в 4 утра, и длится до вечера по всему городу. Съезжаются на фестиваль отовсюду, таких толп в Берне больше не увидишь, и такого сияния на всех без исключения лицах тоже. На улице едят с лотков луковые пироги, ризотто, пьют глинтвейн, покупают изделия ремесленников, вешают на себя гирлянды из луковок, осыпают друг друга конфетти и стучат по голове пластиковыми молоточками.

 

Центр праздника – площадь перед Парламентом, официальные лица устраивают в этот день приемы, духовой оркестр проходит по городу маршем, в общем, «кабы не было зимы, этих дней веселых». 

А перед началом зимы, в темную позднюю пору, на здании Парламента демонстрировалось световое шоу, как каждый год, на этот раз оно рассказывало об истории Реформации, которой исполнилось в этом году 500 лет. В Москве о реформации – в широком смысле слова – можно только мечтать.  Интересно, о чем мечтают швейцарцы, уже сделавшие максимум того, что я вообще могу себе вообразить.

фото Александра Тягны-Рядно

Комментировать Всего 2 комментария

Жируют буржуи. И русского мира им не надо.

Чудесный текст и великолепные фотографии!

Эту реплику поддерживают: Татьяна Щербина