Все записи
МОЙ ВЫБОР 02:39  /  14.09.16

18546просмотров

Так было это с нами или не было? Маленький тест для читателя

+T -
Поделиться:

Согласно расхожему представлению, Москва на заре ее государственного существования была чем-то вроде подковки, зажатой между литовским молотом и татарской наковальней. Злая судьба заперла ее на скудном северном пятачке, где даже и хлеба вдоволь не произрастало. Нечто подобное древней Иудее, стиснутой между борющимися колоссами, Ассирией и Египтом, -- с тем еще невыгодным для Москвы добавлением, что выхода к морю у нее не было и климат здесь был ужасный.

Другие могли позволить себе жить, как им заблагорассудится   Москва не могла. Ее "национальное выживание, - как объясняет нам британский историк Тибор Самуэли, - зависело от перманентной мобилизации ее скудных ресурсов для обороны". Это было "для нее вопросом жизни и смерти". Просто не существовало в такой ситуации других вариантов государственного устройства, кроме самодержавной диктатуры и тотальной милитаризации. Выбора не было. Такая страна могла жить лишь на осадном положении. Куда денешься, на войне как на войне.

Из этого географического представления и вырос мощный бастион современного мифа о "России - азиатском монстре". Ибо чем же еще в самом деле могла стать страна, напрягавшая все силы, чтобы просто выжить во враждебном окружении, если не, -- заключает Самуэли. -- "московским вариантом азиатского деспотизма"?

Представлению о том, что национальное выживание было главной заботой новорожденного Московского государства, не чужды и отечественные историки -- даже те, кого оскорбляло отлучение России от европейской цивилизации. Вот, например, как формулировал этот миф Николай Павлов-Сильванский. "Внешние обстоятельства жизни Московской Руси, ее упорная борьба за существование с восточными и западными соседями требовали крайнего напряжения народных сил", в результате чего "в обществе развито было сознание о первейшей обязанности каждого подданного служить государству по мере сил и жертвовать собою для защиты русской земли". 

Миф этот так уже почтенно стар, что вроде бы даже и неловко подвергать его сомнению. Я, однако, не первый, кто первый, кто подверг. Куда более авторитетные в русской историографии люди подвергали.

А. Л. Шлецер, оставивший нам первую периодизацию русской истории, открывает третий её период именно временем Ивана III. И называет он его почему-то не эпохой национального выживания, а как раз напротив "Россия победоносная (vitrix)". В согласии со Шлецером описывает начало государственного существование России в царствование Ивана III (занявшее практически всю вторую половину XV века) один из самых авторитетных знатоков дела Сергей Михайлович Соловьев: "Относительно бедствий политических и физических должно заметить, что для областей, доставшихся Иоанну в наследство от отца, его правление было самым спокойным, самым счастливым временем: татарские нападения касались только границ; но этих нападений было очень немного, вред, ими причиненный, очень незначителен... остальные войны были наступательные со стороны Москвы: враг не показывался в пределах торжествующего государства".

Где же упорная борьба за существование  Где корчи национального выживания? Если верить Шлецеру и Соловьеву, ничего этого просто не было. Как раз напротив, редко случалось в истории, чтобы юная страна была так обласкана судьбой, как Москва в эту первоначальную пору ее расцвета.

Кому же верить? Давайте не поверим никому и попробуем разобраться самостоятельно

ПРОВЕРКА МИФА

К счастью есть для этого один, хоть и косвенный, но в высшей степени эффективный способ. Я имею в виду вектор национальной миграции. Проще говоря, куда бегут люди -- в страну или из нее. Не всем ведь нравится жить в условиях постоянной скудости и осадного положения. Ясно, что если тогдашняя Москва и впрямь была «московским вариантом азиатского деспотизма», граница между ней и Литвой должна была стать границей между Европой и Азией и, как к чуме, должно было относиться к ней литовское вельможество. В конце концов тогдашняя Литва была вполне европейской абсолютной монархией и вдобавок еще великой державой.

Показательна и позиция правительства в вопросах эмиграции. Немыслимо, согласитесь, представить себе брежневское Политбюро, выступающим с громогласными декларациями в защиту права граждан на свободный выезд из страны. Напротив, объявляло оно эмигрантов изменниками родины и рассматривала помощь им со стороны Запада как вмешательство в свои внутренние дела. Так и положено вести себя государству, из которого бегут.

Как же объяснить в таком случае, что в царствование Ивана III европейская Литва оказалась в ситуации брежневского СССР: а "деспотическая" Москва -- в положение современногоей Запада? Невероятно с точки зрения мифа. Но факт.

Кто требовал наказания эмигрантов-"отъездчиков", кто - совсем, как брежневское правительство -- клеймил их изменниками, "зрадцами", кто угрозами и мольбами добивался юридического оформления незаконности "отъезда"? Вильно. А кто защищал гражданские права и, в частности, право человека выбирать, где ему жить? Москва.

Цвет русских фамилий, князья Воротынские, Вяземские, Одоевские, Новосильские, Глинские, Трубецкие -- имя же им легион -- это все удачливые беглецы из Литвы в Москву. Были и неудачливые. В 1482-м, например, бояре Ольшанский, Оленкович и Бельский собирались "отсести" на Москву. Король успел: "Ольшанского стял да Оленковича", убежал один Федор Бельский. Удивительно ли, что так зол был литовский властитель на "зраду"? В 1496–м он горько жаловался Ивану III: "Князи Вяземские и Мезецкие наши были слуги, а зрадивши нас присяги свои, и втекли до твоея земли как то лихие люди; а ко мне бы втекли, от нас не того бы заслужили, как тои зрадцы". Королевская душа жаждала мести. Я бы, грозился он, головы с плеч поснимал твоим "зрадцам", коли бы "втекли" они ко мне. Но в том-то и беда его была, что не к нему они "втекали".

А московское правительство изощрялось тогда в подыскании оправдательных аргументов для королевских "зрадцев", оно их приветствовало и ласкало, королю не выдавало и никакой измены в побеге их не усматривало. Например, перебежал в Москву в 1504-м Остафей Дашкович со многими дворянами. Вильно потребовало их депортации, ссылаясь на договор, якобы обуславливавший "на обе стороны не приймати зрадцы, беглецов, лихих людей". Москва остроумно и издевательски отвечала, что в тексте договора сказано буквально "татя, беглеца, холопа, робу, должника по исправе выдати", а разве великий пан -- тать? Или холоп? Или лихой человек? Напротив, "Остафей же Дашкович у короля был метной человек и воевода бывал, а лихова имени про него не слыхали никакова... а к нам приехал служить добровольно, не учинив никакой шкоды".

Видите, как неколебимо стояла тогда Москва за гражданские права? И как точно их понимала? Раз беглец не учинил никакой шкоды, т.е. сбежал не от уголовного преследования, он для нее политический эмигрант, а не изменник. Более того, принципиально и даже с большим либеральным пафосом настаивала она на праве личного выбора, используя самый сильный юридический аргумент в средневековых спорах: ссылку на "старину". Как писал в  ответе королю Иван III: "и наперед того при нас и при наших предках и при его предках меж нас на обе стороны люди ездили без отказа".

На чем настаивает здесь великий князь? Не на том ли, что подданные короля (как и его собственные) не рабы, принадлежащие государству, а свободные люди? Разумеется, можно заподозрить его в лицемерии. Но и в этом случае "гарнизонная ментальность", преобладавшая, согласно мифу, в тогдашней Москве, просто неправдоподобна. Немыслимо ведь, чтобы брежневский СССР, в сколь угодно демагогических целях, принялся вдруг защищать право граждан на свободный выезд из страны, да еще объявляя его отечественной традицией? И у политического лицемерия есть свои пределы.

Я вовсе не хочу этим сказать, что тогдашняя Москва была более либеральна, нежели Вильно. Конечно же, оба правительства были в равной мере жестоки и авторитарны. Средневековье есть средневековье.Не больше озабочен был Иван III соблюдением гражданских прав своих подданных, чем зять его, великий князь литовский Александр. Не подлежит сомнению, что Иван уморил в темнице родного брата и, поставленный перед выбором между женой и любимым внуком, уже коронованным в 1498 году на царство, не только отнял у него корону, но и отдал его на гибель.

Единственное, в чем могли быть уверены перебегавшие к нему вельможи:  если не воспротивятся они его политическим планам, их жизнь и их собственность будут при нём  так же неприкосновенны, как были в Литве.. Другими словами, уверены могли быть перебежчики в том, что никакой не была азиатской деспотией Москва в ее Европейском столетии и "вотчины" их останутся их "вотчинами". Ибо такой же, как Литва, была тогда Москва европейской абсолютной монархией. И поэтому речь у нас о другом: по какой-то причине московскому правительству почему-то выгодно было защищать право на эмиграцию, а литовскому – нет.

Могут сказать, что просто православные вельможи бежали в православную Москву из наполовину католической Литвы. Но почему же тогда после 1560 года, т.е. после государственного переворота Ивана Грозного, когда Москва и впрямь начала походить на азиатскую деспотию, стрелка миграции повернулась вдруг на 180 градусов и те же православные сплошным потоком устремились из Москвы в Литву?

И переменилось вдруг всё, как по волшебству. Теперь уже Вильно видело в перебежчиках не "зрадцев", а почтенных политэмигрантов, а Москва кипела злобой, объявляя беглецов изменниками. Теперь она провозглашала на весь мир, что "во всей вселенной кто беглеца приймает, тот с ним вместе неправ живет". А король, исполнившись вдруг либерализма и гуманности, снисходительно разъяснял Ивану Грозному: что "таковых людей, которые отчизны оставивши, от зневоленья и кровопролитья горла свои уносят", пожалеть нужно, а не выдавать тирану. И вообще выдавать эмигрантов, "кого Бог от смерти внесет", недостойно, оказывается, христианского государя. Как резюмирует замечательный русский историк Михаил Дьяконов, "обстоятельства круто изменились и почти непрерывной вереницей отъездчики тянутся из Москвы в Литву. Соответственно видоизменились и взгляды московских и литовских правительственных сфер".

В чем же состояло это "крутое изменение обстоятельств", что заставило не только правительства изменить свои взгляды, но  и вчерашних перебежчиков в Москву устремиться обратно в Литву? Да в том же, о чем я говорю: в Москве произошла катастрофа, самодержавная революция и во мгновение ока стала она ДРУГОЙ СТРАНОЙ. Вы не поверили бы мне, что такое возможно,если бы 350 лет спустя не повторилось в ней то же самое в октябре 1917. Оказывается, возможно такое в России (я не говорю уже ни о том, что в промежутке, в 1700-м, случился в ней аналогичный переворот при Петре и 74 года спустся после окябрьской катастрофы семнадцатого года еще один -- в 1991-м). Такая, как видите,страна Россия, цивилизационно неустойчивая, гибридная, то отрекается от Европы, то пытается к ней вернуться. И повторяется это на протяжении столетий!

Как бы то ни было, тщательно документированное исследование Дьяконова камня на камне не оставляет, казалось бы, не только от старых западных мифоа о России, как об "азиатском монстре", но и от нового, отечественного. Я имею в виду миф о «Русской власти» Ю.С. Пивоварова и А.И. Фурсова, точно так же, как Тибор Самузли, отождествивших  Россию с азиатской деспотией. Просто, говорят они, не повезло России. Попав однажды под каток варварского владычества, так и не смогла она освободиться от заимствованной у завоевателей формы власти. И исправно продолжала, говоря словами Карла Маркса, «играть роль раба ставшего рабовладельцем».

Вопросы, которые при  этом возникают в свете исследования Дьяконова элементарны. Неужели князья Воротынские или Трубецкие  могли в здравом уме и твердой памяти предпочесть кошмар азиатской деспотии либеральной власти  литовских государей? И сознательно – с опасностью для жизни – ввергнуть судьбу близких им людей, не говоря уже о собственных семьях, в лапы московского деспота? Ведь и в самом деле, предположив, что все эти просвещенные для своего времени вельможи по доброй воле предпочли рабство свободе, мы отказываем им  в обыкновенном здравом смысле.

И никак не могут ведь наши мифотворцы объяснить, почему  именно после 1560 года потянулись вдруг «непрерывной вереницей», говоря словами Дьяконова, «отъездчики» обратно в Литву. Право, нужно совсем не уважать страшный – ибо что, кроме смерти, было в те времена (как, впрочем, и в советские) страшнее эмиграции? – выбор сотен и тысяч своих предков, чтобы с легким сердцем его игнорировать. .

Не знаю, почему Ю. С. Пивоваров и А. И. Фурсов убеждены, подобно Марксу, в необратимости политических последствий монгольского ига. Может быть, просто модный "антиевропейский консенсус", о котором говорили мы во Введении. Но честно говоря, куда больше озаботило меня, что поверили им не одни лишь маргинальные неоевразийцы, но и самые серьезные и вполне  либеральные ученые. Вот пример. В конце 2005 года вышла либеральная и очень серьезная  книга о русском прошлом от Владимира Святого до Владимира Путина История Росии: конец или новое начало? Авторы не историки, но в высшей степени квалифицированные и просвещенные читатели исторической литературы (среди них и участники дискуссии 2009 года И.М.Клямкин и И.Г. Яковенко). И что  же?  Уловили они разницу между страной, в которую бегут, и той, из которой бегут? Я говорю,конечно, о разнице между европейской монархией Ивана III и "адовой твердыней" его внука? Напротив, заверяли они Пивовароаа и Фурсова, что «следовали по проложенному ими курсу».      

Следовали, несмотря на то, что основополающее исследование Дьяконова, не говоря уже об архивных открытиях советских историков 1960-х,о которых мы еще поговорим подробно, не оставляют ни малейшего сомнения, что "курс" этот -- миф, не выдерживающий первого прикосновения  критики. Просто ничем иначе нельзя объяснить  внезапное крутое изменение стрелки миграции и правительственной пропаганды с обеих сторон, кроме простого факта --  кончилась ее Европейское столетие."Затворил" Русь Грозный царь, как писал Андрей Курбский, "аки во адове твердыне". И вступила она в зону смертельной опасности для жизни и собственности любого из его подданных.

Никогда больше московское правительство не выступит публично в защиту свободной эмиграции, а люди побегут из Москвы неудержимо. И длиться это будет долго, столетиями.

Даже когда, полвека спустя после самодержавной революции, Борис Годунов отправит 18 молодых людей в Европу набираться там ума-разума, 17 из них станут невозвращенцами. У Григория Котошихина, сбежавшего в Швецию и оставившего нам первое систематическое описание московской жизни середины XVII века, читаем: "Для науки и обычая в иные государства детей своих не посылают, страшась того: узнав тамошних государств веры и обычаи и вольность благую, начали б свою веру отменять и приставать к другим и о возвращении к домам своим никакого бы попечения не имели и не мыслили... А который бы человек, князь или боярин, или кто-нибудь сам, или сына или брата своего послал в иные государства без ведомости, не бив челом государю, а такому бы человеку за такое дело поставлено было б в измену".

Это, впрочем, нам хорошо знакомо. Единственное, что узнали мы  здесь впервые – было в прошлом России время, когда и она  обладала магнитными свойствами, притягивавшими к ней людские и интеллектуальные ресурсы сопредельных держав.

Иначе говоря, не была она на заре своего государственного бытия ни "гарнизонным государством", борющимся за национальное выживание, как думал Павлов-Сильванский, ни "московским вариантом азиатского деспотизма", как считал Самуэли, ни «Русской системой», как убеждены Пивоваров и Фурсов. А была тогда Москва державой здоровой, растущей, с надеждой смотрящей в будущее, и к тому же сильной. Не она зависела от своих восточных соседей, некогда грозных татар, а сама содержала на жаловании толпу татарских царевичей со всеми их "людишками" . И не Литва наступала на Москву, а Москва на Литву и - после ряда блестящих побед - отняла у нее 19 русских городов, в том числе Чернигов, Гомель, Брянск и Путивль.

Так было это с нами или не было?

(Продолжение следует)

Комментировать Всего 16 комментариев

Спасибо, интересно, жду продолжения, но где же тест?

Эту реплику поддерживают: Светлана Пчельникова

Александр Львович, говоря о Литве,Вы имеете в виду Великое Княжество Литовское и возводите его в ранг великой европейской средневековой державы. Если иметь в виду ту огромную територию, которую оно занимало, действительно можно так считать.Но была ли Литва, до того как она объединилась в федерацию с Польшей (1569 г), действительно великой державой? На мой взгляд вопрос весьма спорный. То что она успешно соперничало с Москвой ни о чем не говорит, ведь в то время Москва сама весьма нетвердо стояла на ногах. И еще, Вы именуете великого князя литовского королем. Разве было такое время когда в Вильно правил не великий князь, а король? Ну и попробую судить со своей "колокольни": то что в среде русской аристократии и дворянства оказалось так много выходцев из Литвы, Орды (все они как упомянутые Вами литовские (точнее сказать литвинские ибо литовцами они не были) вельможи прибежали в Москву ко двору московских князей, а позднее выходцев из Западной Европы, привело к тому, что собственно русское этническое дворянство как таковое почти не существовало. В результате дворяне не чувствовали кровного родства с народом, над которым властвовали, отсюда и до нельзя затянутое крепостное право, и беспримерная (на генном уровне) взаимная ненависть, что и привела к опять же беспримерной по жестокости гражданской войне.

Александр Янов Комментарий удален автором

Ох, сложнее все было,Виктор,

намного сложнее. И поговорим мы еще об этом очень подробно.

Конечно сложнее. Самое простое это те мифы на которых жиждется История России: "Слово о полку Игореве", "Повесть временных лет" и т.д. написанные в угоду правящей в то время династии Рюриковичей. Я же, увы, не верю, что можно было пойти по пути Ивана III, которого Вы наделяете какими-то опять, на мой взгляд, мифическими качествами демократа. Рюриковичи, Гедеминовичи, Юсуповы и прочие аристократы никогда не считали себя частью народа над которым властвовали,в том числе и генетически. Собственно русская аристократия (племенные князья кривичей, вятичей, мери, муромы, мещеры и т.д.) были уничтожены Рюриковичами где-то в 9-12 веках. Про это не то что летописей, вообще памяти не сохранилось. Потому никакого иного отношения между так называемой русской аристократией и русским народом кроме как отношение господина и раба быть не могло. Со временем это конечно сгладилось, но рудименты оного сохраняются по сю пору, даже когда во власти давно уже нет ни Рюриковичей, ни Романовых ни прочих выходцев со Скандинавии, Литвы, Орды...

Дорогой Виктор, подтвердить

 то, что Вы утверждаете, документально или как-либо еще невозможно. Даже легенд таких не существует. А сказать, что я "наделяю Ивана III качествами демократа" можно лишь ОЧЕНЬ невнимательно прочитав этот текст.

О каких документах той эпохи может идти речь? Тем летописям, что писались "по указанию свыше",можно верить далеко не полностью. Например, не подлежит сомнению факт что имело место "призвание варягов". Но кто призывал Рюрика,Синеуса и Трувора "приходить и володеть нами"? Конечно же тогдашняя верхушка общества, племенные князья. В данном случае опять же из летописей известно, что таковыми были князья новгородских словен, кривичей и мери. Значит они были. Но куда же делись через несколько столетий? Сами добровольно записали себя и потомков своих в смерды? Здравый смысл подсказывает, что они были уничтожены рюриковичами и их варяжскими дружинами в борьбе за власть, за право "сидеть" на хлебном пути "Из варяг в греки". Ну не могли так просто без следа исчезнуть столько родовитых фамилий, что уже к 15 веку, не было ни одного князя ведущего свой род от кривичей или новгородских словен, а только Рюриковичи, Гедеминовичи, и бывшие татарские мурзы, преобразовавшиеся в русских князей. 

А кто позвал, Виктор?

Не те же ли словенские князья? Вроде бы и некому было больше...

взаимная ненависть, что и привела к опять же беспримерной по жестокости гражданской войне.

Да ну, "беспримерная по жестокости"...

"Беспримерная по жестокости" например, бойня в Кампучии, когда до 20% населения забили мотыгами и кирками, жалея на них патроны, - совершенно без какой-либо причины.

"Беспримерная по жестокости" - бойня Гитлера, когда в печах сожгли миллионы - тоже беспричинно.

"Беспримерные по жестокости" - нынешние злодеяния исламистов, когда людей убивают десятками и сотнями за то, что они не мусульмане...

А ГВ - война за власть и передел собственности, многих практически не коснувшаяся - вот из моих предков только про одного известно, что его убили на ступенях храма, в который он отказался пустить большевистских реквизиторов...

Дорогой Сергей, Вы напрасно волнуетесь, Я уверен, Виктор просто оговорился. А мой текст вообще о другом.

О другом-то о другом... Просто я и с тем не согласен, что в России были (есть) какие-то принципиальные отличия от других стран по части "бессмысленных зверств": ну нет в природе "клейма", которое сразу отличало бы нашу страну от других...

Трамп, нмв, отлично это демонстрирует: до него можно было удивляться, как россияне не видят Путина тем, кто он есть... Но вот - американцы не видят Трампа тем, кто он есть - и это без массированной госпропаганды, при наличии свободной прессы, при независимых судах, и вообще при "американских традициях"...

Дать Трампу преимущества Путина - и всё, пожизненный президент Америке обеспечен, с восторженной поддержкой 86%...

озаботило меня, что поверили им не одни лишь маргинальные неоевразийцы, но и самые серьезные и вполне либеральные ученые.

Беда наша в том, что никакие заслуги и знания не охраняют человека от ошибок, иногда нелепейших и со стороны очевидных.

Я, понятно, согласен со всем почти - и "иммиграционный" аргумент считаю очень важным, только Русь - Россия не раз и не два оказывалась привлекательной для иностранцев, не даром не только в Литву, а и на Русь мигрировали ордынские царевичи, князья и простонародье, а немцы - так и вовсе расселились чуть не по всей России: ну не может быть эмиграционно привлекательной страна с какими-то особо зверскими, деспотичными порядками - ну просто не бывает так.

С чем я традиционно не соглашусь - так это с негативной оценкой влияния Золотой Орды. Напомню: джучиды принесли на Русь переписи и Ямы - на века раньше, чем то и другое пришло в Европу. Принципы расчёта налогов, привнесённые в Орду китайскими администраторами, не имели аналогов в тогдашней Европе, опережая европейское администрирование на столетия... 

К сожалению, до нас дошло не так много культурных памятников Золотой Орды - из-за её уникально трагической судьбы... Но известно, что многие ханы по своему образованию не уступали европейским государям, а крупные города Орды не только не отставали от европейских городов, а часто превосходили их по многим статьям.

Довольно долго в Орде придерживались принципов веротерпимости, заповеданных Чингисханом, и не было гонений на иноверцев (как известно, именно при монголах РПЦ получила беспрецедентные привелегии и льготы). С развитием ислама это время кончилось... Но это скорее именно особенность ислама, а не традиция джучидов.

Да, с Золотой Ордой справедливо связывают зверства - Старая Рязань, например, была уничтожена так тщательно, что современный город находится на другом месте, вдали от прежнего городища...

Но - своих зверств было немало и в Европе: вспомним французскую бойню 24 августа 1572 года - это мыслимое дело, вырезать 30 000 человек за одну ночь, не щадя ни детей ни стариков, по совершенно нелепой причине?

А ведь это уже спустя три с половиной века после гибели Старой Рязани, и уже после гибели самой Золотой Орды...

А давайте вспомним Наполеона - самого знаменитого француза, боготворимого до сих пор. За 16 лет его правления в Европе погибло до 7 000 000 (СЕМЬ МИЛЛИОНОВ!!!) человек... Да, в войнах Монгольской Империи и Золотой Орды людей погибло на порядок больше... НО НЕ ЗА ШЕСТНАДЦАТЬ, А ЗА БЕЗ МАЛОГО ТРИСТА ЛЕТ!!! Если бы Наполеону удалось прожить триста лет, - он бы, пожалуй, истребил всё население Земли подчистую...

Я уж не говорю о разрывании лошадьми диссидентов, зверских казнях на площадях, "крестовых походах", инквизиции, колонизации Америки...

Нет, нельзя разделить Золотую Орду и Западную Европу, и сказать: "вот - бессмысленная, зверская, дикарская деспотия, а вот - колыбель наук и гуманизма, родина человеколюбия и справедливости". А раз так - то нечего вообще клеймить Русь за связи с Ордой: эти связи, кроме плохого, дали и много хорошего... Да и было это так давно, что вряд ли оправдано искать в одной лишь России "звериный оскал ордынства": если русские князья когда-то и запятнали себя неким коллаборационизмом и "превращением раба в рабовладельца", то вряд ли это отразилось на остальных 99,99% их подданных больше, чем на сегодняшних россиянах отражаются выкрутасы Путинского режима, а уж на нашей сегодняшней жизни последнее отражается уж точно неизмеримо существеннее...

Эту реплику поддерживают: Айрат Бикташев

Предложено здесь, Сергей,

лишь начало главы 2 "Спора о "вечном самодержавии".  Разговору об азиатских деспотиях и в частности о монгольской империи посвящена глава3.  Вот тогда и будет время о них (и он ней) поспорить. Пока что разговор о Европейском столетии Руси. И о том, что многие (подавляющее большинство) категорически отрицают само его существование. С ними я и спорю. Надеюсь, Вы со мной? 

Эту реплику поддерживают: Эдуард Гурвич, Сергей Мурашов

Спасибо, Сережа.

Нас еще ожидают тяжелые испытания.

Эту реплику поддерживают: Сергей Мурашов