Все записи
МОЙ ВЫБОР 12:32  /  21.09.16

12497просмотров

А.Янов ТАК БЫЛО ЭТО С НАМИ ИЛИ НЕ БЫЛО? Маленький тест для читателя. Окончание

+T -
Поделиться:

      Главный тест, однако, впереди. И связан он с традиционно болезненной в России темой, точнее стереотипом, согласно которому Иван III якобы разрушил Великий Новгород. Без сомнения, стереотип этот ставит под сомнение всю мою и без того спорную гипотезу о Европейском столетии. Это как открытая рана. Понятно поэтому, что подходить к разговору о ней должен я не только осторожно, но и очень тщательно. Разрушение стереотипа ─ работа всегда ответственная, а такого тем более. Начну по этой причине  с портрета архитектора того удивительного в русской истории столетия, единственного, когда, как видели мы в первой части главы, Россия оказалась более Европой, чем сама Европа.

      ВЕЛИКИЙ ЗОДЧИЙ

      Когда в марте 1462 года юный князь Иван III вступал на престол, Москва не только не была еще европейской державой ─ какой он ее 43 года спустя оставил ─ она и единым-то государством была разве что по имени.  Еще была она данницей Орды. Еще опаснейшие в прошлом конкуренты - великие княжества Тверское, Рязанское, Ростовское и Ярославское - жили сами по себе, лавируя между Москвой и Литвой. Еще в вольных городах Новгороде, Пскове и Хлынове (Вятке) бушевали народные веча, и решения их нередко носили антимосковский характер. Еще северная колониальная империя Новгорода, простиравшаяся далеко за Урал, Москве не подчинялась, отрезая ее от доступа к морю ─ и к Европе. Еще удельные братья великого князя способны были поднять на него меч. Еще жила память о том, как во время предыдущей гражданской войны был ослеплен своим племянником Димитрием Шемякой отец князя Ивана Василий, прозванный Темным.

       Вот из такого разношерстного и неподатливого материала предстояло ему собрать свою "отчину", построить страну, завершая дело предков ─ собирателей распавшейся под ударами Орды и Литвы Киевско- Новгородской Руси, своего рода русской Реконкисты. В этом состояла первая часть его жизни.

       Он был из рода Ивана Калиты, не только "издавна кровопивственного", как писал впоследствии Курбский, но и наделенного неслыханным фамильным упорством. Деды в этом роду не смущались быстротечностью дней человеческих, веря, что начатое ими доделают внуки и правнуки. От этого рода и пошла на Руси поговорка "не сразу Москва строилась". Каждый умел следовать за счастливой прадедовской звездой, словно внутри у него был политический компас.

       И все-таки отличался от них князь Иван кардинально. Классик русской историографии С.Ф. Платонов заметил: "До середины XV века московские князья еще были удельными владельцами, которых трудно назвать политическими деятелями... Политика этих князей не государственная". Другое дело Иван III. "Рожденный и воспитанный данником степной Орды, – пишет о нём Карамзин, – сделался он одним из знаменитейших государей в Европе... без учения, без наставлений, руководствуемый только природным умом, он дал себе мудрые правила в политике внешней и внутренней".

       Добивался своего Иван III смело, но осторожно, с большим политическим тактом и по возможности малой кровью. Во всяком случае, с большим тактом и с меньшей кровью, нежели его французский современник Людовик XI. В этом отношении походил он скорее на английского своего современника Генриха VII. Так же, как и тот, был он скуп, расчетлив, сух, лишен предрассудков и дальновиден. Так же, как и тот, считал, что худой мир лучше доброй ссоры. Всюду, где можно было избежать драки, предпочитал уступать.

       Не было в его характере ни претенциозного упрямства, ни высокомерия и безумной жажды первенствовать в мире, которыми страдал внук его, Иван Грозный. И трусом, как этот внук, он не был. Но умел льстить без зазрения совести, когда было нужно. Поистине рожден он был великим князем компромисса. Никогда не играл ва-банк, уважал противника, если тот заслуживал уважения, и всегда оставлял ему возможность почетного отступления. Превыше всего ставил князь предание, самый сильный, как мы помним, аргумент средневековой политической логики – "старину".

       Николай Иванович Костомаров завещал нам такую характеристику Ивана III: "Холодный, рассудительный, с черствым сердцем, непреклонный в преследовании избранной цели, скрытный, чрезвычайно осторожный; во всех его действиях видна постепенность, даже медлительность... он никогда не увлекался, зато поступал решительно, когда дело созрело до того, что успех несомненен". Откуда мог знать это Костомаров, если великий князь был скорее всего неграмотным (во всяком случае не оставил нам ни строчки, написанной его рукой, даже подписи не оставил)? Надо полагать, оттуда же, откуда знаю и я. Из монументального памятника, который оставил он после себя.

       И памятником этим была не только созданная им великая держава, но и самый процесс ее созидания. Не только то, что было сделано, но и то, как это было сделано ─ при помощи каких маневров, подходов, интриг, посольств, браков и переговоров. Нет недостатка в документальном материале, чтобы рассмотреть, как сквозь всю эту хаотическую мозаику, сквозь все словно бы бессвязные курбеты политической акробатики проступают монументальные архитектурные формы, как из разрозненных тактических акций складывается далеко наперед продуманная стратегия, отражающая не только манеру, особенности политического творчества великого зодчего, но и его характер.

       Отличало князя Ивана от всех последующих русских царей, кажется мне, непогрешимое, как абсолютный слух у музыканта, чувство стратегии. Не найдете вы у него ни одного политического шага, как бы ни был он незначителен, который в свое время, пусть и много лет спустя, не оказался бы ступенькой к поставленной им себе с самого начала цели. Шел он к ней долго, с упорством и спокойствием государственного мужа, ищущего не сиюминутной, непременно прижизненной выгоды, не сенсационного эффекта, но основания новой, фундаментальной исторической традиции.

       Ну, кто мог бы сказать, например, в 1477-м, что конфискация монастырских земель в Новгороде,  превратившая Север Руси в "крестьянскую страну", окажется на самом деле много лет спустя деталью гигантского плана церковной Реформации, акции общенационального значения, которая и в голову не могла бы прийти его предшественникам? Кто угадал бы наперед, что сентиментальный интерес отнюдь не сентиментального Ивана к скромной секте "заволжских старцев", людей не от мира сего, монахов, покинувших монастыри и живших в одиноких лесных скитах, что интерес этот был на самом деле началом широкого плана создания мощной политической партии "нестяжателей", предназначенной стать идейным штабом этой Реформации?

       И вот так во всем, что он делал. Он был живой загадкой для современников. Циничный прагматик, реалист, известный своей цепкостью и практицизмом, он  жил словно в каком-то ином, непонятном им измерении. Об этом, впрочем, у нас еще будет случай поговорить. А сейчас - о второй части его жизни.

       "ОТЧИНА" И "ВОТЧИНА"

      К восьмидесятым годам XV века фамильная звезда, что вела за собою десять поколений московских князей, угасла. Дальше вести она не могла. Русь ─ то, что осталось от древнего Киевско-Новгородского конгломерата после монгольского погрома, и не было проглочено Литвой ─ была собрана, стала единым государством. И что же? На наших глазах человек, исчерпавший прежнюю традицию, тотчас зажигает новую звезду, которая тоже, как мог он думать, станет фамильной. Он создает новое поприще, достойное того, чтобы состязались на нем его внуки и правнуки, как сам он состязался на поприще "собирания Руси" со своими дедами и прадедами.

       Очень точно и кратко сформулировал это тот же С.Ф. Платонов: "Когда он начал княжить, его княжество было окружено почти отовсюду русскими владениями... В конце своего княжения он имел лишь иноверных и иноплеменных соседей – шведов, немцев, литву, татар".

       И вот что самое во всем этом замечательное: человек, которому суждено было прожить как бы две жизни, в двух абсолютно непохожих мирах - сначала в суетном и склочном мире междукняжеских распрей и удельных раздоров, а затем в мире большой политики и общенациональных задач ─ человек этот чувствовал себя дома в обоих мирах. Мало того, он уже в первой своей жизни подготовил все важные плацдармы, все исходные точки для второй ─ не провинциального московского князя, а государя европейской державы. Едва был закончен процесс "собирания", продолжаться  могла Русь лишь на арене европейской политики.

       До этого она была "вотчиной", родовой собственностью одной княжеской семьи. Теперь превращалась она в нечто принципиально отличное ─ в "отчину", в народ, в члена европейской семьи народов. И соответственно, "вотчинная ментальность" становились анахронизмом. "Отчина" -  государство - требовала новой идейной платформы, новых единых стандартов и норм национальной жизни, даже новых слов, обозначающих прежде не существовавшие понятия.

       Судя по его действиям, великий князь хорошо это понимал. К сожалению, современным западным  экспертам такое понимание дается с трудом. Уж не язык ли тому виною? Даже мы, говорящие по-русски, не сразу улавливаем разницу между словами "отчина" и "вотчина". Корень у них общий, да и по смыслу они частично совпадают - то, что досталось в наследство от отцов. В реальной политической жизни конца XV века, однако, значение этих слов разошлось ─ до полной противоположности.

       Слово "отчина" употреблялось теперь главным образом во внешнеполитическом контексте и звучало как "отчизна", "отечество". Оно наделялось высоким идейным смыслом: в нем воплощался призыв к восстановлению поруганной родины. А "вотчина" означала теперь не великокняжеский домен, как прежде, но лишь наследственную собственность ─ бояр или крестьян.

       Кстати, аналогичную внутреннюю трансформацию пережил и термин "старина". Он тоже стал звучать как политический лозунг, означающий общее прошлое всех русских земель. Вместе с лозунгом "отчины", под которым имелось в виду их общее будущее, он создавал цельную идеологическую конструкцию, и этот символ национального единства цементировал всю внешнеполитическую стратегию Ивана III.

       А на английский оба слова переводятся одинаково - "patrimony" Случается, впрочем, что путают их и отечественные авторы. Например, Николай Борисов, автор единственной русской биографии Ивана III, цитируя его послание новгородцам, начинавшееся словами «Отчина моя, Великий Новгород», так комментирует реакцию новгородцев: «Им не понравилось, что московский князь называет Новгород своей вотчиной». Перепутал. На самом-то деле не понравилось новгородцам то, что московский князь называет Новгород своей "отчиной". 

       На этой семантической путанице вырос еще один миф о России как о "патримониальном государстве" – собственности её царей. Но ведь достаточно просто задуматься: почему-то же сохранились в лексиконе оба термина! Ведь "отчина" не вытеснила "вотчину": на право боярской собственности Иван III, в отличие от внука, никогда не покушался. Как иначе мог бы привлечь он к себе князей и бояр из Литвы, из Твери и Рязани, бежавших к нему со своими вотчинами? На этой вотчинной основе и формировал он свою аристократическую элиту.

      И сформировал  ее настолько мощной, что внуку его, действительно воскресившему  архаическую "вотчинную" концепцию государства как царской собственности, понадобились революция и тотальный террор, чтобы сломить сопротивление аристократической элиты, созданной его дедом.

       Но ведь Грозный-то строил  совсем другую, самодержавную государственность, где,  единственным "вотчинником" в стране должен был, по его мнению, быть он сам. Ничего из этой его попытки, как мы увидим, несмотря на террор, не получилось. Более того, результат оказался прямо противоположный: в вотчины превратились даже вчерашние "поместья". Но об этом разговор у нас еще впереди. Что сказать, однако, о современных экспертах, безоговорочно поверивших именно его, Грозного, патримониальному толкованию "вотчины", даже не заметив жесточайшего конфликта между политическими представлениями внука и деда?

       Остался нам последний стереотип, гласящий, как мы уже знаем, что Иван III якобы "разрушил" Великий Новгород, на самом деле, как мы сейчас увидим, он такая же напраслина, как и прежние, придуманная все теми же изобретателями "антиевропейского консенсуса".

      НОВГОРОДСКАЯ КОНТРОВЕРЗА

      Сложность истории не всегда усложняет жизнь историка. Порою она облегчает нам споры. Я не знаю, например, как можно было бы сейчас опровергнуть “патримониальный” миф, наглядно продемонстрировав читателю принципиальную разницу между традициями “отчины” и “вотчины”, когда б не аналогичные акции в отношении Новгорода, предпринятые дедом и внуком,  разделенные между собою столетием. Словно бы нарочно поставила история такой эксперимент, чтобы с графической, можно сказать, скульптурной рельефностью запечатлеть эту разницу. Все, что требуется в таких случаях от историка - это просто её заметить.

       Однако, поскольку тема новгородской республики и её традиционных вольностей болезненна в сегодняшней России, придется нам предварить разговор о ней заметками о связанной с ней контроверзе.

       Когда Иван III взошел на престол, Новгород, как мы уже говорили, представлял собою автономное политическое тело в том сложном и неуправляемом конгломерате, который условно назывался Московским государством. Так же, как германские торговые города, родственные ему по политической структуре, Новгород, собственно, был олигархической республикой, чем-то вроде русского Карфагена. Формально высшим органом власти считалось в нем всенародное вече. Оно ежегодно избирало посадника (президента республики) и тысяцкого (генерала, командовавшего народным ополчением), и те ведали администрацией, военным делом и юстицией. Реально же это выборное правительство контролировал, говоря словами В.О. Ключевского, считающегося лучшим знатоком вопроса, "Совет господ, Herrenrath, как называли его немцы, или госпОда, как  назывался он в Пскове. В истории политической жизни Новгорода этот боярский совет имел гораздо большее значение, чем вече, бывшее обыкновенно послушным его орудием".

       Это тем более бросалось в глаза, что вече, конечно, не было представительным учреждением, делегатов туда не избирали. Просто, заслышав звон колокола, все граждане города бежали на сходку. И потому "на вече не могло быть ни правильного обсуждения вопроса, ни правильного голосования. Решение составлялось на глаз, лучше сказать, на слух, скорее по силе криков, чем по большинству голосов. Когда вече разделялось на партии, приговор вырабатывался насильственным способом, посредством драки: осилившая сторона и признавалась большинством". Еще хуже обстояло дело, когда страсти достигали такого накала, что враждующие партии собирали свои отдельные веча, одно на Софийской стороне, другое на Торговой. В этих случаях исход "голосования" решался буквально побоищем двух огромных толп на большом Волховском мосту.

       При всем том, однако, вольности Новгорода были вполне реальны. Выражались они главным образом в двух вещах. Во-первых, новгородцы свободно избирали должностных лиц республики: сменяемость власти была законом. Во-вторых, с князьями, которых они приглашали для защиты своей империи, отношения у них были договорные (и, согласно договору, во внутренние дела республики князья вмешиваться не могли). А поскольку "устройство новгородской земли... было лишь дальнейшим развитием основ, лежавших в общественном быту старших городов Киевской Руси",  то вольности Новгорода были живым свидетельством что, вопреки Карамзину, Русь эта от самого своего начала оставалась вполне европейской страной, где самодержавием и не пахло. Так или иначе, новгородцам было что терять. Такова одна сторона контроверзы.

       Другая состоит в том, что, не присоединив Новгород, новорожденное российское государство практически не имело шансов стать органической частью Европы. Просто потому, что новгородская империя контролировала весь Север страны (самую развитую и процветающую в ту пору её часть), отрезая тем самым России возможность непосредственной коммуникации с Западом. В буквальном смысле: новгородская империя действительно перекрывала все её тогдашние выходы к морям – как к Балтийскому, так и к Белому. А если еще иметь в виду, что от сухопутных связей с Европой Москва была тогда отгорожена, как выразился мой коллега из Вильнюса, "могучим литовским задом", то независимость Новгорода обрекала её на полную изоляцию от Европы.

       Короче говоря, не присоединив новгородскую империю, которую князь Иван справедливо считал своей "прародительской отчиной" (в конце концов, страна от самого своего начала была Киевско-Новгородской Русью), Москва не только не могла завершить свою Реконкисту, но и оказывалась безнадежно отброшенной в Азию. Вот и спрашивается: что было важнее для будущего России – сохранить новгородскую империю или все-таки дать стране шанс стать европейской державой?

       Честно говоря, я не знаю историков, кроме Ключевского, которые всерьез задумывались бы над этой коварной контроверзой. Для советской историографии проблемы тут вообще не существовало: централизация страны была для неё альфой и омегой (как мы еще увидим в Иваниане, именно необходимостью этой централизации ухитрялась она оправдывать даже зверства опричнины, а не только ликвидацию новгородской империи). Для большей части дореволюционной и эмигрантской историографии проблема Новгорода состояла не столько в его вольностях, сколько в том, что он служил яблоком раздора между Литвой и Москвой, чтоб не сказать, между "латинством"  и православием. И потому, как с полным сознанием своей правоты восклицает эмигрантский историк Василий Алексеев: "со стороны православной Москвы это была действительно борьба за Родину и за Веру!"  Для западной же историографии  проблемы тут и вовсе не было, ясно ведь, что не мог московский деспотизм мириться с новгородскими вольностями. Так над чем тут задумываться?

       Самое интересное, однако, в другом. Даже в книге, призванной, казалось бы, служить обобщающим итогом постсоветской историографии (с обязывающим названием "История человечества, т.VIII. Россия"), проблема по-прежнему выглядит двусмысленно. С одной стороны, «объективно победа этой [пролитовской партии в Новгороде] означала бы сохранение городских свобод, избавление от тяжелой руки Москвы и движение по пути других восточно-европейских стран, находящихся в орбите европейского цивилизационного развития». С другой стороны, однако, "для России борьба с католицизмом означала защиту от идеологической агрессии западных стран".

       Но что означало это для России, отрезанной от Европы? Об этом ни слова. Совсем не та контроверза. Впрочем, имея в виду, что все царствование князя Ивана проходит у авторов этого тома под рубрикой «Формирование государства по евразийской модели», изоляция России от «латинской» Европы их нисколько не заботит:  Всё равно ведь принципиально другая у нее, евразийская, "модель государственности", другая, извините, цивилизация. Удивляться ли, если редактором этого тома был все тот же А.Н.Сахаров, срочно перековавшийся из марксиста в евразийца?

       Словом, похоже, что единственным серьезным историком, который высказал свою точку зрения на новгородскую контроверзу ясно и недвусмысленно, действительно был все тот же Ключевский. "Уничтожение особенностей земских частей независимо от их политической формы, – говорит он, – было жертвой, которую требовало благо земли, становящейся строго централизованным и однообразно устроенным государством".  Другими словами, как ни жаль нам новгородских вольностей, но они были обречены. Чего, однако, никто, сколько я знаю, не заметил, это что Иван III, как мы сейчас увидим, думал иначе.

      В конце концов, Новгород был богатейшей и процветающей частью его «прародительской отчины», её сокровищницей, живой нитью связывавшей её с Европой. И если для того, чтобы сохранить эту сокровищницу, требовалась даже очень широкая автономия республики, пусть и с вольностями,  великий князь, судя, во всяком случае, по результатам его первого похода на Новгород в 1471 году, был готов и на это – при условии, конечно, что пролитовская партия в Совете господ Новгорода сложит оружие раз и навсегда. Это, конечно, гипотеза. Но судите сами.

       Как пишет британский эксперт Джон Феннел в книге "Иван Великий",  "на протяжении шестидесятых напряжение [между Москвой и Новгородом] росло. Раскол Новгорода... становился все более определенным и вел к беспорядкам в городе... пролитовская фракция становилась все более сильной и дерзкой. Она действовала так, словно пыталась спровоцировать Ивана на акт финального возмездия".

       Представителей великого князя публично оскорбляли; земли, в прошлом уступленные Москве, были снова захвачены. Платить налоги республика отказывалась. Могла демонстративно пригласить на княжение сына Димитрия Шемяки, ослепившего в свое время отца великого князя. Обычным делом были переговоры с Казимиром литовским. И в довершение ко всему, архиепископ новгородский вступил в контакт с киевским митрополитом, ставленником этого самого Казимира.

       Что удивляет тут больше всего − это терпение великого князя. Почему, в самом деле, даже перед лицом открытых провокаций медлил он призвать к порядку мятежную отчину? От нерешительности? Из малодушия? Можно поверить в это, если не знать, какая могучая и беспощадная воля, какой хитрый умысел стояли за этими колебаниями. Ивану III нужно было, чтоб все поверили: он не решается на экспедицию против Новгорода. Это было частью его плана. Так же думает и Феннел: "Одни лишь оскорбления... вряд ли могли быть использованы как предлог для серьезной экспедиции, предназначенной сокрушить то, что, в конце концов, было русским православным государством".

       Если припомнить на минуту, что столетие спустя Иван Грозный тоже предпринял новгородскую экспедицию, превратившую тот же русский православный город в пустыню, ─ без какого бы то ни было предлога (если не считать, конечно, стандартного обвинения в “измене”, какие фабриковались тогда  на опричной карательной кухне тысячами), это объяснение может, пожалуй, выглядеть до смешного наивным. Представить Грозного царя спрашивающим себя, достаточно ли у него оснований для карательной экспедиции, ─ за пределами человеческого воображения.

       Тем более необъяснимо, на первый взгляд, что такое словно бы само собою напрашивающееся сравнение даже в голову не пришло Джону Феннелу. А ведь оно тотчас же продемонстрировало бы пропасть между дедом и внуком, между "отчинным" и "вотчинным" представлением о своей стране, между, если хотите, европейской и патерналистской Россией.

       Как бы то ни было, даже когда измена Новгорода, и политическая и конфессиональная, стала очевидной, и тогда великий князь не бросился опрометью его наказывать. Он разыграл эту локальную революцию, как гроссмейстер сложную шахматную партию. И вовсе не новгородцы, которые действовали крайне неуклюже и беспрестанно попадались в великокняжеские ловушки, были его настоящими противниками, а сама "старина" со всем её могущественным авторитетом: новгородские вольности были ее воплощением. Просто нагрянуть в один прекрасный день и стереть город с лица земли, как сделал его внук, Иван III не мог. Мысль его работала принципиально иначе. И замысел, как можно понять, заключался в том, чтоб предоставить Новгороду первым нарушить священную "старину". Вот тогда он и выступит ─ не разрушителем, а охранителем национального предания.  Выступит против ниспровергателей "старины". Его атака должна была выглядеть лишь как ответный удар, как акт национальной самозащиты.

       И он, конечно, дождался. Новгородцы заключили с Казимиром договор, "докончание". И тогда великий князь выступил против Новгорода. 14 июля 1471-го он нанес сокрушительное поражение республиканской армии на реке Шелони. Республика лежала у его ног, безоружная и беззащитная. Казалось, наступила минута, которую он терпеливо ждал целое десятилетие. И что же? Использовал он свою победу, чтоб разгромить Новгород политически? Разграбить его богатства? Уничтожить его вольности? Читатель мой уже, надеюсь, понимает, что должен был сделать наш герой в этой ситуации. Конечно же, он вступил в переговоры и согласился на компромисс. В договоре рядом со словами, подтверждающими, что Новгород  "наша отчина", стояло: "мужи вольные новгородские". Другими словами, Новгороду действительно была предложена автономия. Вечевой колокол у него во всяком случае остался.

       Даже Феннел, сын страны компромисса, с удивлением замечает: "И все-таки Иван показал замечательное милосердие".  Согласитесь, для русского царя получить такой комплимент от британца − дело почти неслыханное. Правда, и это не смогло поколебать его изначальной убежденности в том, что Россия страна от века тоталитарная, и ничего иного строить князю Ивану не было дано, так сказать, по определению. Просто, как и большинство западных историков, Феннел при всех обстоятельствах сохраняет верность Правящему Стереотипу мировой историографии, даже если обстоятельства ему  противоречат. Не вмещается в этот стереотип европейская Россия − и все тут. Оставалось лишь недоумевать: "Почему нужно было терпеть еще семь лет аномалию независимой свободолюбивой республики в том, что становилось централизованным тоталитарным государством?"

       Но ведь ответ напрашивается сам собою. В отличие от будущих историков, великий князь подходил к проблеме без всяких стереотипов. Он экспериментировал. Пробовал разные формы сосуществования прошлого с будущим. В 1471 году Новгороду был дан шанс интегрироваться в рождающееся национальное государство на правах автономной республики – расставшись со своей империей, но с максимальным сохранением его вольностей. Окажись Новгород в состоянии при этих условиях разгромить пролитовскую партию в своем Совете господ, так бы, вполне возможно, оно и было.              

       ИСТОРИЧЕСКИЙ ЭКСПЕРИМЕНТ

      Но нет, не в силах в это поверить выученики Правящего Стереотипа – ни западные, ни отечественные. Не могут они принять очевидное свидетельство истории, даже когда оно бьёт в глаза. И самое любопытное ─ объяснения, которые дают они "милосердию" князя Ивана, вполне правдоподобны.

      Феннел, например, пишет: "Конечно, жесткие методы на этой стадии не облегчили бы задачу управления городом; его [Ивана] несомненная непопулярность среди определенных членов  [новгородской] общины возросла бы; лидеры оппозиции стали бы выглядеть жертвами в глазах публики; торговцы, чьей поддержкой Иван весьма дорожил, могли стать противниками московского дела и таким образом сорвать её [Москвы] экономическую программу".

       Нечто подобное предлагает читателю и Борисов: "князь Иван не хотел задевать самолюбие всего Новгорода. Напротив, он надеялся расколоть городскую общину изнутри и привлечь на свою сторону основную её часть. Горожане должны были увидеть в нём не завоевателя, а защитника, не разрушителя всего и вся, а строителя".

       Все верно. Но выгляни эти эксперты за пределы своей грядки, они тотчас убедились бы, что ни одно из этих соображений не могло даже возникнуть в уме самодержавного царя, руководившегося "вотчинными" представлениями о принадлежащей ему стране, как не пришло оно на ум Ивану Грозному во время его новгородской экспедиции 1570 года. Новгородских торговцев разграбил он беспощадно, ничуть не заботясь ни о московской экономической программе, ни тем более о своей репутации "среди определенных членов общины". Этих "определенных членов" - вместе, впрочем, с неопределенными ─ он просто подверг массовой экзекуции. И уж конечно, мысль, что "жесткие методы", если позволительно так назвать устроенную им в Новгороде кровавую баню, не смогут "облегчить задачу управления городом", не остановила его ни на минуту. Все слои населения  города - и бояре, и духовенство, и богатые купцы, и бедные посадские люди, и даже нищие, которые посреди свирепой зимы были изгнаны замерзать заживо за пределы городских стен, - истреблялись методически, безжалостно, целыми семьями.

       Так почему же внук пренебрег соображениями, которые, согласно русскому и западному биографам князя Ивана, были для него определяющими? Что лежало в основе этой поразительной разницы? Свести разговор к несходству характеров деда и внука было бы, согласитесь, в нашем случае сверхупрощением. Ибо перед нами не просто разные люди, но политики, живущие словно бы в разных временных измерениях. Если политическое мышление деда пронизано заботой о будущем его отчины, внуку, в полном согласии с "евразийской моделью государственности", страна представлялась безгласной собственностью, «вотчиной», которой он вправе распоряжаться, как ему заблагорассудится. Нельзя даже сказать, что он был лишен чувства ответственности за судьбу государства. Просто  эта судьба не существовала для него вне его собственной судьбы.

       Для того, однако, чтобы удивиться этой ошеломляющей разнице, чтобы сопоставить политическое мышление деда и внука по отношению к Новгороду, чтобы понять различия между их экспедициями как исторический эксперимент, требовалось выйти за пределы своей грядки, не говоря уже о пределах Правящего стереотипа. Увы, этого биографы,что русский что британский, сделать даже не попытались.

       Вернемся, впрочем, к деду. Нет, не справился Новгород с условиями сохранения своей автономии ─ и вольностей ─ не смирилась со своим поражением антимосковская партия. Опять затеяла она интриги с Литвой - и опять пошло за нею вече. Доказательства были налицо. Через семь лет после первого похода Иван III, вооруженный, как всегда, солидными документальными уликами, снова выступил против мятежной отчины. И снова она была у его ног. И ─ что вы думаете? ─ он опять дает Феннелу повод воскликнуть: "Можно только удивляться тому терпению, с которым Иван проводил переговоры". 

       Впрочем, терпение терпением, но на этот раз великий князь расправился с антимосковской партией радикально и жестоко: ее лидеры были сосланы, а некоторые казнены, вечевой колокол снят, целые роды потенциальных крамольников переселены на юг и на их место посажены верные люди.

       Что ж,  компромиссная комбинация "отчины" с "вольными мужами" не сработала. И признав свое поражение, великий князь ликвидировал "вольности". Но даже и тогда расправился он с антимосковской партией, а не с Новгородом. Пусть и лишенный автономии Новгород нужен был ему как часть "отчины" – живая, здоровая и богатая, а не обращенная в пепел.

       Академик М.Н. Тихомиров авторитетно подтверждает, что именно так и обстояло дело после второго новгородского похода князя Ивана: "Присоединение Великого Новгорода к России отнюдь не привело к падению его экономического значения. Наоборот, после присоединения к Российскому государству Новгород поднялся на новую высшую ступень своего экономического развития. И даже остатки прежней новгородской вольности сохранялись еще очень долго".

      ФИНАЛ ЭКСПЕРИМЕНТА

      Так или иначе, столетие спустя, перед походом Грозного, это все еще был Великий Новгород, богатейший город земли русской, самый развитый, самый культурный, все еще жемчужина русской короны. Но там, где проходила опричнина, и трава не росла. "Опричные судьи вели дознание с помощью жесточайших пыток... опальных жгли на огне... привязывали к саням длинной веревкой, волокли через весь город к Волхову и спускали под лед. Избивали не только подозреваемых в измене, но и членов их семей... летописец говорит, что одни опричники бросали в Волхов связанных по рукам и ногам женщин и детей, а другие разъезжали по реке на лодке и топорами и рогатинами топили тех, кому удавалось всплыть...".

       Никогда больше не суждено было Новгороду стать Великим.

       А между тем, к 1570-му в нем давно уже не было ни республики, ни Совета господ, ни веча, ни автономии, ни вообще антирусской партии. Не было больше врагов Руси в Новгороде. И, тем не менее, армия и полиция, институты, созданные для поддержания общественного порядка, обрушились на собственный, совершенно беззащитный от них народ, православный, заметьте, народ, растерзали его, надругались над ним, превратив жемчужину в прах.

       Бессмысленная жестокость? Но в том-то и дело, что террор был лишь формой событий, сутью его был обыкновенный грабеж. Сразу же после погрома в городе опричники вдруг принялись за монастыри. Как говорит летописец, "по скончанию того государь со своими воинскими людьми начат ездити около Великого Новгорода по монастырям". Результаты этого вояжа не оставляют сомнений в его целях: "Государев разгром явился полной катастрофой для новгородских монастырей. Черное духовенство было ограблено до нитки... Опричники ограбили Софийский собор, забрали драгоценную церковную утварь и иконы, выломали из алтаря древние Корсунские врата". И словно специально, чтоб продемонстрировать, как мало в этом деле значила новгородская "измена", экспедиция тотчас обрушилась и на монастыри псковские - они тоже были обчищены. У монахов отняли не только деньги, но и кресты, иконы, драгоценную церковную утварь и книги. Даже колокола опричники сняли с соборов и увезли.

       Полностью опустошен был, разумеется, и сам бывший Великий Новгород. "Опричники произвели форменное нападение на город. Они разграбили новгородский торг... Простые товары, такие, как сало, воск, лен, они сваливали в большие кучи и сжигали (этой зимою на русском Севере царил страшный голод, именно потому скопилось в Новгороде так много нищих). В дни погрома были уничтожены большие запасы товаров, предназначенные для торговли с Западом. Ограблению подверглись не только торги, но и дома посадских людей. Опричники ломали ворота, выставляли двери, били окна, горожан, которые пытались противиться, убивали на месте". И что еще страшнее, "младенцев к матерям своим вязаху и повеле метати в реку…".

       ТЕСТ

     А вот и обещанный тест. Условия такие:

     I. Ничего похожего на зверства, вандализм и грабеж, учиненные Грозным в 1570 году в Новгороде, не наблюдалось во время обеих экспедиций Ивана III. Более того, после этих экспедиций Новгород как был, так и остался Великим, а Русь получила доступ к морю. Иначе говоря, к Европе.

       2. Единственный в русской истории прецедент, когда случилось нечто подобное новгородскому погрому Ивана Грозного, произошел лишь во время монгольского завоевания Руси. Только тогда дело доходило до того, что в иных городах (в Киеве, например) не осталось после погрома ни одной живой души. Именно поэтому и приравнял Н.М.Карамзин правление Ивана Грозного к "татарщине". До Новгорода завоеватели не дошли.

      Вопросы:

      Исходя из этого, как охарактеризовали бы вы разрушение Великого Новгорода:

      1. как логическое продолжение политики Ивана III ("дед начал, внук закончил", как брутально сформулировали в "Русской системе" Ю.С.Пивоваров и А.И.Фирсов)?

                                        или

      2. как символ возрождения "татарщины", на этот раз отечественной? Другими словами, согласны вы с авторами "Русской системы" или с Карамзиным?

       3. Какой из двух этих ответов предпочло, вы думаете, подавляющее большинство современныхисториков?

       Пусть читатель, познакомившийся с фактами, представленными  на его суд, сам ответит на эти вопросы. Одна лишь подсказка (поскольку читатель просто может этого не знать): ни в одном случае речи о "татарщине" не было.

       ЗАКЛЮЧЕНИЕ

      Как ни удивлен был Феннел милосердием и терпением своего героя, нисколько это не поколебало изначального его убеждения, что строил Иван III не европейскую державу, но азиатскую деспотию. Как ни восхищен был Борисов "гениальным планом" князя Ивана, всё равно считает он его планом "разрушения Новгорода". Короче говоря, имеем мы здесь дело с очередным бастионом мифа. И это обстоятельство вынуждает меня суммировать прошедший перед нашими глазами исторический эксперимент в более строгих терминах.

       Нелепо отрицать то общее, что было между  новгородскими акциями деда и внука. Обе были жестоки, обе связаны с казнями, преследованиями и конфискациями. И, в конечном счете, обе предназначены были обеспечить успешное продолжение определенного государственного курса. Но на этом, как мы видели, сходство их и кончается.

       Ибо в первом случае Москву привела в Новгород логика Реконкисты и интеграции в Европу, а во втором - логика самодержавной революции, отрезАвшей страну от Европы.

       В первом случае акция диктовалась императивом воссоединения страны и государственного строительства; во втором ─ соображениями экспроприации имущества подданных.

       В первом случае власть соответственно старалась сохранить новгородские богатства, заставив их функционировать как часть национальной экономики; во втором - просто уничтожила все, что не могла присвоить.

       Между прочим, опричной экзекуции Новгорода предшествовали любопытные события, подкрепляющие это заключение. Как раз перед походом Грозный инспектировал новую, строящуюся в непроходимых вологодских лесах крепость, чудо современной ему фортификации. А на случай, если и эта твердыня не защитила бы царя, в окрестностях ее была заложена верфь. Английские мастера готовили там целый флот, способный вывезти московские сокровища в Соловки и дальше ─ в Англию. Посол Андрей Совин привез согласие королевы Елизаветы на просьбу царя предоставить ему политическое убежище.

       Вологда расположена так далеко на севере страны, что неприятельское вторжение ей никак угрожать не могло. Значит, не от внешнего врага намеревался в ней прятаться Грозный. От кого же тогда, если не от собственного народа? Но действительно ли надеялся он в вологодской крепости отсидеться?

       Похоже, что нет. Похоже, готовился сбежать. И если так, то новгородская экзекуция могла быть продиктована, во-первых, желанием, что называется, хлопнуть дверью перед тем, как покинуть Россию. А во-вторых, ─ вполне прозаическим намерением начать жизнь в Англии не с пустыми руками. Это, конечно, всего лишь предположение. Но мне такой финал кажется не только правдоподобным, но и совершенно логичным для этого царствования.

       Как бы то ни было, принципиальная разница между результатами двух походов Москвы на Новгород очевидна. Более того, буквально бросается в глаза каждому объективному исследователю тех времен. Вот пример.

      Р.Б. Мюллер, историк Карелии (принадлежавшей до московских походов новгородской империи), нечаянно затрагивает нашу тему. Книга ее издана была еще в сталинские времена, когда Грозный официально считался героем России, и писать о нем правду  было  опасно. Тем не менее, честный и совершенно аполитичный  историк не могла не заметить, что после того, как Иван III включил Карелию в состав Московского государства, стала она «процветающей крестьянской страной". А итогом экспедиции Грозного  оказались "небывалое запустение и упадок... Население было разорено".  Согласитесь, что разница между процветанием и разорением не требует комментариев.

      Я  это к тому, что исторический эксперимент, так подробно нами здесь рассмотренный, заслуживает места, которое мы ему посвятили: на наших глазах рухнул еще один бастион старого/нового мифа.

 

Комментировать Всего 77 комментариев
Не по зубам, похоже, оказался тест.

Жаль.

Но ещё же не вечер! Я вот ещё только треть прочитала... на работе же многие.

Значит, просто, до теста

еще и не дочитали?

Вот, я дочитала статью.

К сожалению, на тест не смогу ответить. Я думаю, что действия правителей продиктованы их желаниями, а не какой-либо политической линией. В "линию" происходящее можно затем выстроить, посмотрев на результат, но это не значит, что "линия" предполагалась изначально тем, кто её проводил. То есть, по пунктам 1 и 2 - оба ответа неверны. А по пункту 3 - мне бы хотелось, чтобы современные историки думали так же, как и я, но вряд ли это возможно.

Эту реплику поддерживают: Сергей Мурашов

Но я могу эмоционально поучаствовать

Плач Марфы-посадницы - Александр Городницкий:

https://www.youtube.com/watch?v=_XkVVFVmWVk

Марфа-Посадница - исторический персонаж, участница описанных в тексте событий.

Видеоряд в клипе тоже доставляет.

Впевые, пожалуй, не понял Вашего ответа, Анна.

Как можно результат оторвать от "линин"? Тем более, если "линия" прорисована подробно за десятилетия и результат ей полностью соответстует? Напопню, при Иване III люди бежали из Литвы в Москву, при Грозном побежали обратно, Что говорит нам это о "желании" правителя, если оно совпало с "линией"? Почему-то эти люди "желали" прямо противоположного. Почему? Вот же что требует объяснения.

Эту реплику поддерживают: Михаил Аркадьев

Дорогой Александр Львович, мы имеем некоторое количество поступков, которые некоторым образом объединяем в "линию". Но мы не можем предполагать, что именно эта "линия" и этот результат закладывался "в проекте". То есть, грубо говоря, мы не можем предполагать, что цари Иваны заглянули на 500 лет вперед, узнали о разных концепциях историков будущего, выбрали - каждый для себя - какую-то концепцию, и принялись последовательно воплощать выбранное.

Мне кажется, они "действовали по обстановке", имея в виду только некоторые "наметки", "черты" того, что им хотелось бы видеть. Вот Ивану III хотелось видеть в лице Новгорода богатого вассала-союзника, а для Ивана IV важнее было НЕ видеть в Новгороде угрозы - и ради этого он готов был пойти на уничтожение города (и попутно получить "с худой овцы хоть шерсти клок" - поживиться новгородскими богатствами).

Почему так выстроились их приоритеты? Мне кажется, это исключительно личные особенности (а не "национальные" или какие-либо ещё). А власть в России была устроена так, что позволяла политике государства зависеть от личных особенностей государя. И, как сказал мудрый двоечник из фильма "Доживем до понедельника": "России не везло на царей" (правда, он сказал "После Петра I", но и до Петра I тоже, мягко говоря, не везло).

"при Иване III люди бежали из Литвы в Москву, при Грозном побежали обратно ..... Почему-то эти люди "желали" прямо противоположного. Почему?"

- думаю, потому, что они ошиблись - когда бежали из Литвы в Москву. Насколько понимаю, при Иване III Москва предлагала более выгодные условия подданства. И люди не заметили - или не посчитали важным - что к выгодным условиям не прилагаются гарантии неизменности этих условий. Или, может быть, гарантии даже были им даны, устно или письменно. А в царствование Ивана IV им предстояло убедиться, чего стОят "бумажные" гарантии по сравнению с институционализированными - обеспеченными соответствующими институтами. И я, конечно, не утверждаю, что в Литве был высокий уровень правосознания - но там была возможность потребовать от власти исполнения договоров, а в России такой возможности не было. Или я здесь ошибаюсь?

Ошибаетесь, Анна.

И, что в высшей степени странно для Вас (судя по моему о Вас представлению во всяком случае) как то по детски ощибаетесь Ни в малейшей степени не хочу Вас обидеть. Просто предлагаю. подождать теоретических глав, которые уже на подходе. Очень хотел бы, чтобы Вы прочитали их.С тем, чтобы мы могли обсудить Ваши сегодняшие преставления в свете теории, которая, поверьте, не менее сложна, чем кризис современной науки.

Эту реплику поддерживают: Светлана Пчельникова

предлагаю. подождать теоретических глав, которые уже на подходе

Я тоже буду ждать -)

Эту реплику поддерживают: Слава Цукерман

Я думаю, дело вот в чём: например, действия что нынешнего нашего президента, что, гм, Сталина, можно практически полностью, как мне кажется, объяснить ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО собственными частными интересами. 

При этом объяснять действия что того, что другого "государственными интересами", увидеть в них именно "политику", совсем несложно: достаточно не акцентировать внимание на действиях, явно нацеленных на личную выгоду того или другого, и несущие ущерб государственным интересам...

Что касается Ивана IV - наверное, и все его действия также ограничивались реализацией частных интересов... 

Про его деда, видимо, этого сказать нельзя - во всяком случае, в данном тексте всё говорит как раз в пользу того, что Иван III, действительно, был выдающимся политическим деятелем, занятым реализацией не столько своих личных, сколько государственных интересов.

действия правителей продиктованы их желаниями

Вообще-то, дорогая Анна, совершенно произвольное, хоть и стандартное предположение. Люди, не только правители, отличаются от животных тем, что прекрасно умеют действовать из соображений, например, долга, или совести, и вопреки своим желаниям. И это даже слишком упрощенное описание реальных, противоречащих желаниям мотиваций человека. Желания человека, во-первых неоднозначны и сложны, а чаще всего одновременны и разнонаправлены и противоречивы  (Примеры Вы можете привести сами в больших количествах. Например, я могу очень хотеть, простите сбегать в туалет, но необходимость и желание (именно еще и ЖЕЛАНИЕ, не говоря уж о долге руководителя-исполнителя, это насчет долга правителя) доиграть или додирижировать  программу на сцене оказывается почему-то всегда сильнее) НЕ являются всегда доминантой, и даже, когда кажется, что являются, это предположение может быть ошибочным.  Что касается истории, то правитель это в некоторой степени профессия, так что оцениваем именно по линии и результатам, а не по желаниям.

Дорогой МА, как я понимаю, Вы считаете "желание" чем-то исключительно иррациональным, а то и физиологическим. Ну ОК, замените у меня "желание" на "намерение".

Для меня-то очевидно, что если Вы "действуете из соображений долга и совести" - значит, именно этого Вы и ХОТИТЕ, именно таково Ваше ЖЕЛАНИЕ - предпочесть "долг" чему-то ещё; действовать "вопреки своим желаниям" невозможно в принципе. Вы ВСЕГДА действуете в соответствии со своими желаниями - или намерениями - насколько позволяют обстоятельства; но в любых обстоятельствах именно Ваше желание(намерение) определяет выбор между возможностями.

"Что касается истории, то правитель это в некоторой степени профессия, так что оцениваем именно по линии и результатам, а не по желаниям" - да неужели? И кто же работодатель у этого "профессионала"? :)

"Оцениваем по результатам" - да, и у нас на Снобе есть любитель оценивать "по плодам"; но он совершенно произвольно выбирает "древо", с которого якобы собраны эти "плоды". И вообще-то оценка "линии" как раз ближе к оценке "намерений": "хотели как лучше, а получилось как всегда" - то есть, и "линия", и "намерения" были хорошие, а результаты почему-то оказались совсем другие. А здесь от нас требуется обратный ход рассуждений: нам известен результат - а какова была "линия", каковы "намерения"? - можно ли об этом судить по результату?

Я думаю, что Мишу правильнее называть не МА, а Па ;-))

не МА, а Па ;-))

- Айрат, на это я пойтить не могу :) МА - просто сокращение: в каком-нибудь фейсбуке только обращение "Дорогой Михаил Александрович" полкоммента займёт :)

Вместо "Дорогой Михаил Александрович" можно писать просто Миша. Уверен, он будет только рад.

Помню Юрий Олеша должен был подписать какой-то договор, где было написано "...Юрий Карлович Олеша, именуемый в дальнейшем....". Дойдя до этого места он спросил - "Можно ли написать "именуемый в дальнейшем Юра"?

Эту реплику поддерживают: Михаил Аркадьев

Проблема не в намерениях, Анна.

В данном случак они очевидны. Проблема в том, как объяснить разницу в этих намерених.

Проблема в том, как объяснить разницу в этих намерениях

- мне кажется, здесь как раз напрямую разница в намерениях объясняется личными особенностями. Так же как у нас: например, почему Сталин строил "высотки", а Хрущев - "хрущевки"? Я не хочу сказать, что это единственная разница между ними. Но ведь цели у них были одинаковые. А методы достижения они избрали разные.

нам известен результат - а какова была "линия", каковы "намерения"? - можно ли об этом судить по результату?ё

Вообще говоря, результат действий политика - это результат не только его действий. :) Понятно, что всегда на результат влияет великое множество факторов, так что выделить, что произошло по воле того или иного администратора, а что - совсем по другой воле, обычно непросто...

Но мне очень понравился анализ случая с Новгородом: действительно, то, что он не был разграблен, это хороший знак, признак действий мудрого политика, а не человека, озабоченного лишь собственной сиюминутной выгодой.

то, что он не был разграблен, это хороший знак, признак действий мудрого политика

- вот интересно: если бы у Ивана III к моменту "принятия решения по Новгороду" был тот же исторический опыт взаимодействия с ним, что у Ивана IV? - то есть, "в анамнезе" была бы сотня лет отношений, и что "сколько с Новгородом ни дружи, он всё в Литву смотрит"? - может быть, решение Ивана III было бы иным? Он ведь не был таким уж "добреньким", при нужде и казнить умел.

Эту реплику поддерживают: Сергей Мурашов

Конечно, Анна, может быть... Нмв, во всех наших построениях, не касающихся в основном нашего личного опыта, или чего-то точно известного (типа того, кто и как именно "развалил СССР", стоит помнить, что любое впечатление лишь отчасти состоит из реальности, а отчасти - из особенностей восприятия впечатляющегося... :)

Хотя мне вот тоже хочется видеть одного Ивана - вот таким, а другого - вот этаким, и я, конечно же, найду массу доказательств в пользу именно такого видения... :)

(Но, положа руку на сердце, придётся признать, что опровергнуть-то это видение толком и нечем...).

Для меня важен выбор из разных вариантов: вот выбор присоединить к нынешней России Крым - не взирая на "волю крымчан", для России весьма вреден... А что с Новгородом? Было ли ДЛЯ МОСКВЫ полезно сначала его "отпустить", а потом всё же "прижать", но оставить вполне себе функционирующим? Или лучше всего было сразу унчтожить, пожечь и разграбить? :)

Но ведь не интриговал с Литвой, Сережа.

Не шантажировал Москву намерением перейти на сторону противника. Боюсь, аналогия неудачная.

Ну, эм...

Если это про аналогию Крыма и Новгорода - то она, разумеется, не задумывалась как полностью симметричная...

При этом ведь и Крым, и Украина реально не "угрожали перейти на сторону противника", и никого особенно не шантажировали...

На мой взгляд, разница между Новгородом и Крымом в том, что Иван третий жил в другую эпоху: когда завоевания были естественны и часто даже оправданы...

но эта эпоха кончилась, и теперь завоевания - преступление.

Вот и вся разница.

Миша, Анна, как мне кажется, имела в виду немного другое.

Давай я поясню так, как вижу...

Например, действия Горбачёва - по проведению в СССР различных перемен, были не только не нужны ему лично, но и весьма рискованны для него - ведь если бы он не начал тогда Перестройки - вполне возможно, что он и до сих пор возглавлял бы СССР в качестве Генсека ЦК КПСС - наверное, другого СССР, в другом мире, - но Горбачёв, скорее всего, оставался бы все эти годы влиятельнейшим мировым политиком, а не уважаемым пенсионером...

А вот уже про Ельцина этого так легко не сказать - нужно тщательное и всестороннее изучение, которое позволило бы отделить его частный интерес от интересов России...

А про нашего нынешнего как раз всё понятно - с какой лёгкостью он ввергает Россию в кризис для реализации своих частных интересов...

Эту реплику поддерживают: Михаил Аркадьев

Не огорчайтесь. Текст выше всяких похвал. Прекрасно изложено. Логично. Мощные акценты. На моём уровне знаний и интереса к теме  не вижу для себя возможностей входить в дискуссии по  нему. Но решительно встаю на Вашу точку зрения. Спасибо. 

Спасибо, дорогой Эдуард.

Но Света, видите, не согласна.

А вот и я с ответом)

Я бы охарактеризовала разрушение Великого Новгорода как логическое продолжение политики Ивана III ("дед начал, внук закончил".

1:0 в пользу авторов "Русской системы"

Но почему, Света?

Преемственность поколений. 

Это важный фактор в России, нмв.

Так в том-то и суть текста, Света,

что не было в этом преемственности. Была катастрофа. Как в 1917.

Была катастрофа. Как в 1917..

Еще одна катастрофа  случилась в конце 20 века... Когда большиство в СССР на референдуме проголосовало за сохранение страны, а Горбачев росчерком пера развалил страну на части. 

Дела минувших лет можно трактовать сейчас по разному, а Горбачёвскому преступлению я была очевидцем.

Что о роли Горбачева, Света,

мы не согласны, Вы знаете. Но какое for Gods sake имеет это отношение к тексту, который мы (предположительно) обсуждаем? По русски это называется "пришей кобыле хвост". 

"пришей кобыле хвост"

Дорогой Александр -)), ради Бога -)))

Вы - историк и никуда не торопитесь, спокойненько разбираетесь в том что вам интересно с научной точки зрения..

 а у нас сейчас жизнь "ключём кипит и бьёт по голове"  - то выборы, то Олимпиада, то санкции, то  Сирия.. 

Но обсуждаем- то мы, Света, этот тест,

не те, что перед Олимпидой.

Эту реплику поддерживают: Светлана Пчельникова

Это правда. Но мне кажется, что вы не толерантно пытаетесь обвинить россиян в отечественной "татарщине". 

Я думаю что все люди - белые, черные, геи, Татары, евреи одинаковы. Нет людей с голубой кровью и белой костью.

А Иван III разве не русский, Света?

И Грозный тоже руский. Но между ними -- пропасть. Какая? Такая же, как между А.Д.Сахаровым и, допустим, В.М. Молотовым. И ни при чем здесь "голубая кровь и белая кость". Об этом ведь текст.

Эту реплику поддерживают: Сергей Мурашов

И ни при чем здесь "голубая кровь и белая кость". Об этом ведь текст.

При чем. Очень даже. Не хорошо искать и находить "особость" и "татарщину".

Есть факты и есть их интерпретация.

"Захват нацистами Киева - это "победа Немецкой культуры над азиатчиной"... политолог Владимир Корнилов цитирует газету "Звильнэна Украйына" от 21 сентября 1941 г.: "Сейчас на Украине праздник. 19 сентября 1941 г. станет исторической датой для Киева, для всей Украины и для могущественной непобедимой Немецкой Армии.  

Все дальше и дальше уходите от теста, Света.

Уже и в бинокль Вас не видно!

Ок) назад к тексту!

У вас в условиях ответа к тесту строго два варианта. Может поэтому что-то не задалось. 

Предлагаю вам добавить варианты.

p.s.  современные историки согласны со мной?

Современные историки, Света

выбрали тот же ответ, что и Вы. Интересное совпадение, не правда ли?

Эту реплику поддерживают: Светлана Пчельникова, Сергей Мурашов

Александр Львович, я почему-то не удивлена. Обрадована конечно, так как  хотела этого.

Света, не у нас, а у НИХ. Мне  ИХ жизнь абсолютно неинтересна, только "птичку жалко".

Эту реплику поддерживают: Светлана Пчельникова

Горбачев росчерком пера развалил страну на части

Александр Львович, - это прекрасная иллюстрация того, откуда берутся некоторые идеи, популярные в обществе: например, СССР "росчерком пера" развалил вовсе не Горбачёв, а участники Беловежских соглашений, среди которых Горбачёва как раз не было...

Но миф "Горбачёв развалил СССР" живёт, несмотря ни на что, ни на какие факты, - так же, как и миф, который Вы опровергаете этим текстом...

Эту реплику поддерживают: Алекс Лосетт

угу... миф...

 25 декабря 1991 — Президент СССР М. С. Горбачев объявил о прекращении своей деятельности на посту Президента СССР «по принципиальным соображениям»;

26 декабря Верховный Совет СССР принял декларацию о прекращении существования СССР.

Слушай, ну нудно уже, право:

Белове́жские соглаше́ния = Соглашение о создании Содружества Независимых Государств (СНГ), подписанного главами Российской Федерации (РСФСР), Республики Беларусь и Украины 8 декабря 1991 года.В соглашении говорилось о прекращении существования Союза Советских Социалистических Республик как «субъекта международного права и геополитической реальности»

Так что после 8 декабря 1991 года СССР уже фактически не существовало, и Горбачёв, пробыв две недели президентом несуществующего уже фактически государства, как разумный человек признал своё поражение, и оставил свой пост.

А что он должен был делать?

Арестовать Ельцина, Шушкевича и прочих?

Ввести войска во все столицы союзных республик, и силой вернуть СССР?

Света, когда хочется поспорить о чём-то, всегда стоит начать с того, чтобы потратить немного времени и разобраться в том, о чём хочешь поспорить, не повторяя чужой ахинеи только потому, что эта ахинея тебе по каким-то причинам понравилась.

Эту реплику поддерживают: Владимир Генин, Владимир Невейкин

А что он должен был делать? Арестовать Ельцина, Шушкевича и прочих? Ввести войска во все столицы союзных республик, и силой вернуть СССР?

Ты сам ответы знаешь.

Попробовали бы при Путине чего-то там в лесу подписать ...

Да, я знаю ответ, и он такой: если бы Горбачёв использовал войска - он стал бы преступником, какие-бы благие идеи у него при этом ни были.

И то, что "при Путине" ничего в лесу не подписывают - вообще ни о чём не говорит. Горбачёв в своё время "отпустил" СССР, и вот ему за это потомки памятники непременно поставят: за то, что он не утопил в крови попытку россиян и прочих уйти от "коммунизма" советского образца.

Путин тоже мог бы стать заметной положительной фигурой в истории России, но - не стал, и теперь уже не станет, и в этом смысле я бы сравнил его скорее с Иваном IV, а не с Иваном III.

Разница только в том, что Иван правил по праву рождения, а Путин правит в силу определённых действий, оплаченных из российского бюджета.

Попробовали бы при Путине чего-то там в лесу подписать

Светлана, они попробуют, ждите.

Не обязательно даже "в лесу".

Эту реплику поддерживают: Сергей Мурашов

Поживём - увидим

Я тут и никуда не тороплюсь.

И прошу  не начинай расставлять оценки - нудно не нудно и так далее.

Напомню тебе на всякий:

76,4% проголосовавших на всесоюзном референдуме ответили "да" на поставленный вопрос о сохранении ССР. 

Подробнее на ТАСС:http://tass.ru/spec/ussr-referendum

Света, это ФАКТ: что Горбачёв "росчерком пера" ничего не разваливал 25 декабря, так как "росчерком пера" СССР "развалила" за две недели до этого группа товарищей, к которым Горбачёв не принадлежал.

Количество за что-то голосовавших к этому не имеют никакого отношения, и если с кого и надо спрашивать за то, что к голосовавшим не прислушались, то уж точно не с Горбачёва, а с подписавших Беловежские соглашения, ОТМЕНИВШИЕ СССР ЗА ДВЕ НЕДЕЛИ ДО ТОГО, КАК ГОРБАЧЁВ СНЯЛ С СЕБЯ ПРЕЗИДЕНТСКИЕ ПОЛНОМОЧИЯ.

И да - это невероятно нудно в сто сорок седьмой раз читать странную ерунду про Горбачёва: его можно во многом обвинять, но чего он уж точно не делал - это не "разваливал СССР", так как "развалили СССР" Ельцин со товарищи 8 декабря, и Горбачёва там не было.

Эту реплику поддерживают: Анна Квиринг

"развалили СССР" Ельцин со товарищи 8 декабря, и Горбачёва там не было.

- я уже хотела влезть, но подумала, что это такая новинка патриотической историографии: что в Беловежской Пуще был Горбачёв, причем в трёх лицах...

Но пришел Сергей Мурашов и вернул историю на место :)

Эту реплику поддерживают: Сергей Мурашов, Алекс Лосетт

Меня это реально бесит - когда реальную ахинею, то, чего точно никогда не было, раз за разом повторяют, повторяют, повторяют...

Ещё есть "Выступление Горбачёва в Американском Университете Анкары" - вернее, его нет - ни самого выступления, в котором Горбачёв, якобы, признался, что всю жизнь мечтал уничтожить КПСС и СССР, ни даже этого университета, что не мешает массе народу настаивать на том, что это правда, что "дыма без огня не бывает" и пр.

Эту реплику поддерживают: Анна Квиринг

Сколько очевидцев тех событий - столько и мнений. 

Моё мнение , что развал СССР - дело рук США с помощью Михаила Горбачёва.

А если тебе нудно - НЕ ОТВЕЧАЙ НА МОИ ПОСТЫ совсем. Даже опосредовательно. А если вступаешь таким видом в разговор, То будь добр, соблюдай приличия. И не ссылайся постоянно на свою лень, скуку и нудность.

Сколько очевидцев тех событий - столько и мнений.

Ничего подобного, это как раз тот самый случай, когда есть истина, и есть выдумки.

Есть ФАКТ - что Горбачёв "росчерком пера" СССР не разваливал - так как СССР был формально распущен за две недели до того участниками Беловежских соглашений, и спорить с этим после первых объяснений (которые я тебе дал давным - давно) нудно и нелепо.

Ну, знаешь, как вот спросить, сколько будет "дважды два", выслушать, поблагодарить, а потом снова и снова, раз за разом, утверждать, что "дважды два - сто сорок семь". Это неуважение к собеседникам, и неуважение к самой себе.

=========

А вот "твоё мнение" - это вопрос отдельный, и ты можешь верить во что угодно - что СССР развалили американцы, китайцы, кхмеры, марсиане - кто угодно, и я не сделаю ничего, чтобы тебя в этом переубедить: каждый имеет право верить во что угодно.

Но тебе нужно научиться отделять своё мнение от того, что не принадлежит тебе, а принадлежит истории, и является неизменным: то, что Горбачёв "не разваливал СССР росчерком пера" - это такой принадлежащий истории факт, и ты можешь либо это признать, либо ошибаться на этот счёт, а третьего не дано.

Горбачев дал всем россиянам шанс жить в цивилизованном европейском государстве (в котором сейчас живете Вы), но мы не сумели воспользоваться им и снова погружаемся в мир лжи и системного насилия. Что Вас так радует? То, что мы здесь, или то, что Вы уже там?

Эту реплику поддерживают: Сергей Любимов, Сергей Мурашов

Владимир меня радует моя собственная жизнь, за которую я в ответе. Я вижу цель - преград не вижу, а если не могу изменить ситуацию, то меняю к ней сво отношение.

Счастье каждого зависит в первую очередь от него  самого. Но уж точно несчастья других - меня не радуют. 

Эту реплику поддерживают: Владимир Невейкин

Это Вы верно. И я тоже за Вас очень рад. Как говорится, если вы не можете что-либо изменить - постарайтесь на этом заработать :) 

Эту реплику поддерживают: Сергей Любимов

100 процентов!

- как, заработать всего сто процентов? Надо как минимум триста :)

...а если не могу изменить ситуацию, то меняю к ней своё отношение.

- Светлана, наконец-то я поняла, почему Вы полюбили Путина!

:)

наконец-то я поняла

Это случилось незаметно.

Я  сама не поняла как...

не было в этом преемственности. Была катастрофа

Конечно, не было.

Что нисколько не мешает увидеть то, чего не было.

Александр Львович, спасибо большое за рассказ! О Великом Новгороде, неподалёку от которого я родилась, всегда рада узнать что-то новое. Конечно, Вы так описали Ивана III – личность и политические устремления, что согласиться с пунктом 1 в тесте я не могу. Соглашусь с пунктом 2 (без «татарщины»). А вот современные историки скорее всего предпочитают пункт  первый.

Тут два вопроса, Лариса.

1. Почему, Вы думете, современные историки предпочитают первый ответ?

2. Что останется от второго ответа, если вычесть "татарщину"?

А вообще- то счет 2:1 против авторов "Русской системы".

1. Им так удобнее, потому что косные.

2. Ничего не останется, равно как и ничего общего нет между походом Ивана III и его внучкА-разрушителя.

Такие выводы я сделала, прочитав Ваш текст. И согласна с Вами!

Эту реплику поддерживают: Слава Цукерман

от Аркадьева из глубины сибирских.

Роман Козин "Откуда мог знать это Костомаров, если великий князь был скорее всего неграмотным (во всяком случае не оставил нам ни строчки, написанной его рукой, даже подписи не оставил)? Надо полагать, оттуда же, откуда знаю и я. Из монументального памятника, который оставил он после себя.". После этого предложения ни читать - ни дискутировать мне не интересно. Извините.

Михаил Аркадьев Извините, возражение несерьезно, Роман. Смехотвторно,я бы уточнил.  Элементарное самооправдание нежеланию читать. Имеете право, Роман, но зачем придумывать поводы?

Роман Козин Mikhail Arkadev Ивините, Михаил. Но раз такое дело, специально схожу в библиотеку и соберу список документов и источников которые были у Костомарова при работе над "Русской историей в жизнеописаниях ее главнейших деятелей". Могу побиться об заклад, список не поместится в Фейсбуке. А чем пользовался какими источниками и документами для статьи в "Снобе" историк Янов? То есть что ему (Янову) дало повод или право для не научной, мягко говоря шутки?

 Михаил Аркадьев Роман Козин Роман, ну несерьезно это, простите. Янов Вам вывалит те же источники. Это значит, смысл его высказывания в другом. Чтение по верхам, чтобы прижучить, при полном непонимании тезауруса и уровня адресата прижучивания, это тактика деревенского критика из рассказа Шукшина "Срезал". От Вас не ожидал.

Роман Козин Mikhail Arkadev Михаил. Вы не поняли. Я этого никак не ожидал от Янова.

Михаил Аркадьев Роман Козин Если не ожидали, Роман, естественно читать дальше, может быть разъяснится, как обычно и бывает в текстах такого уровня. Это была бы с Вашей стороны, на мой взгляд, логичная реакция. А Ваша реакция сейчас - это из репертуара "срезал".

Роман Козин Mikhail Arkadev Пусть так - я не против. Чем я хуже Янова...

Михаил Аркадьев Роман Козин Не понял постановки вопроса. В данном случае Вы не хуже, не лучше Янова, Вы просто невнимательный читатель :)

Роман Козин Mikhail Arkadev А Янов и чем не лучше униженного им Костомарова. Все это есть у Костомарова. И при прочтении Костомарова ясна вся гнусность и фантазийность популярной и фальсифицированной истории "РОССИИ". Скорее Янов только подтвердил Костомарова.

Михаил Аркадьев Роман Козин То есть Вы предпочитаете комментировать не читанный текст, и выдвигать гипотезы относительно него? ОК.

Роман Козин И к такой мысли я пришел не по "снобу", а по работе Янова "Россия: У истоков трагедии. 1462—1584: Заметки о природе и происхождении русской государственности".

Михаил Аркадьев Вывод Ваш не ясен, и пока не имеет никакого отношения к смыслу текстов Янова.

Роман Козин А какой смысл у Янова в отличие от Костомарова? На мой взгляд один и тот же.

Михаил Аркадьев На уровне парадигмы мало общего. Янов принадлежит к линии Ключевского, а не Костомарова.Где у Костомарова исследование латентных ограничений власти, история юридичечких ограничений, исследование струкутры самодержавной революции Грозного, как следствие - диагноз базовой цивилизационной неусточивости политической россйиской системы, трехфазность политического цикла,с неизбежной (пока) насильственной контреформой? Причем здесь Костомаров, за исключением нормальных параллелей у любых взятых наугад двух историков России? Янов пока единственный известный историк политических систем, который, опираясь на свои анализы трехфазности, предсказал Перестройку, которая была для всех других теоретиков как гром среди ясного неба, и (!) следующую за ней реставрацию еще в конце 60-х, начале 70-х годов.

Roman Shapka · 4 общих друга

Мне, наверное, знаний не хватает, но когда я вижу вот это: 1462 ("вступал на престол") и "европейской державой" (через 43 года), то начинаю думать о человеке Возрождения, книгопечатании, архитектуре и музыке Европы того времени. И о том, что вроде бы да - итальянцы приезжали Кремль достраивать. Но - "европейская держава"... Рим, Венеция... Наверное, дальше это смелое сравнение как-то объясняется.

Нравится · Ответить · 8 ч · Отредактировано

Михаил Аркадьев Roman, была ещё Северная Европа, не забывайте. И Русь до 1560 года относится именно туда .

Нравится · Ответить · 1 · 7 ч

Roman Shapka · 4 общих друга

Михаил Аркадьев, спасибо, я почитаю, но всё равно не ясно: к Северной Европе я всегда относил Нидерланды и Фландрию, Германию, Великобританию... Википедия ещё Испанию добавляет. А почему 1560? Из-за Ивана IV? Он тогда, конечно, проводил "реформы", но не только в этом же дело. Сейчас пытаюсь найти место из Монтеня, где описано, как Грозный к римскому Папе приезжал, так там отношение к нему как к диковинному варвару. Хорошо, простите. Буду про Ивана III читать. В нём, наверное, загвоздка.

Нравится · Ответить · 5 ч

Напишите ответ...

Антон Евсеев Блестящее логическое построение! Однако, тут есть одно слабое звено. Концепция, встроенная Яновым, базируется по сути, на одной аксиоме: "оба Ивана действовали по плану, но каждый по своему, оттого и результат разный". Никаких доказательств этого Янов не приводит. Впрочем, тут я его понимаю - надежных доказательств в принципе нельзя привести, ибо в головы этим давно умершим людям мы не можем, а все остальное есть все-таки более субъективная трактовка, нежели объективный анализ. Рассуждение про то, что таким доказательством может быть "монументальный памятник, который князь оставил после себя" мне представляются логической ошибкой под названием "подтверждение следствием", поскольку нет доказательств тому. что сей монументальный памятник не мог образоваться, например, из-за чистой случайности (примеров того, что случайность может влиять на ход глобальных процессов много, например - победа американцев в ключевой для них битве в у атолла Мидуэй во время Второй Мировой). А что, если оба события - это не результат последовательной политики, а просто цепь случайностей или результат действия факторов, о которых мы не знаем? Может быть, Иван Третий плохо себя почувствовал после битвы на Шелони, и поэтому пошел на переговоры (в те времена плохое самочувствие главнокомандующего вполне могло стать причиной отмены похода)? Или он просто испугался (князь был весьма труслив, это подтверждает много фактов, например, его бегство из армии при стоянии на Угре), потому что знал, что его войско после битвы оказалось небоеспособно (а новгородцы этого не знали)?А во втором случае он просто застал их врасплох. стати, есть версия, что та самая вторая "измена" - просто искусно разыгранный князем спектакль (об этом упоминает Г. В. Вернадский, например, а также Б. Греков), она была выдумана им и его боярами от начала и до конца. В таком случае то, почему новгородцев застигли врасплох, становится понятным -откуда им знать о княжеских фантазиях? Что касается Грозного, то тут все еще запутанней. Существует версия (опирающаяся на данные герасимовской реконструкции по скелету), что сей царь страдал одной из форм шизофрении. В таком случае его мотив уничтожения Новгорода вообще может быть любым - мало ли что психу в голову придет? Ну примерещилось ему, что там по улицам зеленые чертики ходят - и велел своим опричникам все жечь и крушить! При этом я ни капли не сомневаюсь в том, что рано или поздно Новгород был бы поглощен - не Москвой, так Литвой, и тут Янов совершенно прав. Я лишь сомневаюсь в том, что это (как и его последующее разграбление) по факту было результатом целенаправленной политики.

Михаил Аркадьев "Целенаправленная политика", уважаемый Антон, это вовсе не простейшее сознательное действие, типа поднять руку, или написать письмо, хотя уже в этих действиях много бессознательного целеполагания. :)

Да, Володя, нюансов у оппонентов

в Мишином блоге больше, чем в Снобе. Только все они какие-то...пустые. Чем я унизил Костомарова? Какие "зеленые чертики" приснились Ивану Грозному? Чем это содежательней возражений Светы? Возражения ради возражений?

продолжение из ФБ

(ссылка)

Антон Евсеев Михаил Аркадьев , вы совершенно правы. Это я, видимо, не четко выразил свою мысль. Мне кажется, что Янов конкретно намекает на то, что у Ивана под номером три был какой-то план в отношении Новгорода и он действовал согласно ему. Возможно, это был не план, а планы, они были не долгосрочными, а короткосрочными - не важно. Главное (как я понял, возможно я не прав), что Янов говорит о существовании некоей государственной программы под названием "присоединение Новгорода к Москве", которая, хоть и допускала некоторые импровизации, тем не менее, была достаточно определенной. Мне же кажется, что не то, что такой программы не было, так и Иван Васильевич себе цель так не формулировал. Ему не нужно было присоединять Новгород - ему в тот момент по ряду причин были срочно нужны деньги. А взять их кроме Новгорода, было неоткуда. Поэтому он просто любыми средствами "выдаивал" их с города, а то, что тот в итоге присоединился, стало неожиданным побочным эффектом (причём неожиданным даже для самого князя). Вот я примерно это имел в виду - возможно, на самом деле оба Ивана руководствовались совсем другими мотивами)))

роль человека - государствнника

Не только в России.. вообще в мировой истории роль Личности очень важна.

Иван III  не один такой: Александр Македонский, создатель великой империи. Нельсон Мандела, сидя в тюрьме, победил апартеид (один из самых чудовищных режимов на земле). И моя либимица - Маргарет Тэтчер.  

Станет ли Трамп в один ряд с такими великими людьми, посмотрим после его победы.

Рассуждение про то, что таким доказательством может быть "монументальный памятник, который князь оставил после себя" мне представляются логической ошибкой под названием "подтверждение следствием", пос

...поскольку нет доказательств тому. что сей монументальный памятник не мог образоваться, например, из-за чистой случайности

====

В общем да, конечно, одному Ивану могло просто очень - очень везти, а другому - очень - очень не везти, и всё. :)

Хотя я бы всё же согласился с тем, что один - достиг одних результатов, а другой - совершенно других, и это, скорее всего, значит, что один стремился к одному, а другой - к другому, и оба получили именно то, к чему стремились.

Александр Львович, это не совсем тест, который предполагает наличие верного ответа. У Вас, скорее вопросы, два возможных варианта, хотя,  вполне возможны и другие при других подходах к истории. Например, "цивилизационщики" дали бы другие объяснения без привязки исторического процесса к историческим фигурам. Я бы мог дать свою версию (но тут надо сильно подумать, да и знаний этого участка истории маловато), но у меня еще с прошлого раза синяки от пинков не прошли ;-))

Я не могу согласится с обеими версиями. Особенно со второй. Если рассматривать как "символ возрождения", то должно быть и неоднократное повторение в еще более ужасающих масштабах.

"Логическое продолжение политики" можно было бы принять, но не в версии продуманной на века политики Ивана III, продолженной Грозным.  А как "логическое продолжение политики" вызванной внешними факторами и необходимостью укрепления государственности.

Эту реплику поддерживают: Светлана Пчельникова

Дорогие друзья, почему-то спорящие с Яновым!   Я не историк, но мне кажется, что не надо быть историком, чтобы знать о делах Ивана III, отличающихся от дел Ивана Грозного. Результаты его женитьбы на иностранке и других подобных его поступков до сих пор всем видны. Построенный итальянцем главный собор страны до сих пор стоит посреди Кремля. И по-моему, зная все его действия, очень естественно заключить, что не грабеж был целью его похода на Новгород. Что же тут спорного? По-моему правота Александра Львовича очевидна.

Эту реплику поддерживают: Лариса Бабкина

Тест, в общем-то, для меня малоинтересен, хотя я , пожалуй, присоединюсь к мнению, что "внук продолжил дело деда" и этого мнения придерживаются большинство современных историков. Я выскажу свое "особое мнение", продиктованное не взглядом "снаружи", а "изнутри", взглядом потомка крепостных, чьи бесчисленные поколения жили на территории, которую принято отождествлять с Центральной Россией. Почему Иван Грозный разорил, едва не стер с лица земли Новгород, а его дед поступил с оным достаточно мягко? В отличие от деда, внук был не только Великим Князем Московским, но и внуком византийской принцессы Софьи Палеолог. Он ощущал себя потомком римских кесарей и мечтал превратить Москву в третий Рим. А это уже совсем иной уровень амбиций, имперский, что правоцирует стремление к неограниченной власти. А раз так, то как можно терпеть под своей юрисдикцией город, который постоянно фрондирует, а главное, он богат и экономически, ввиду торговле напрямую с Европой, намного более развит, чем собственно Московия. Да и среди подданных наверняка шел ропот: Ты царь-батюшка чей государь-то, наш или новгордцев, почему там жируют, а мы тут с хлеба на квас, а то и вообще с голоду пухнем!? Вот он и решил привести всех к общему знаменателю, к единой нищете, и покончил с процветанием Новгорода, а заодно и с вольнодумством. Надо отметить последующие правители на последний фактор особо внимания не обращали, позволяли окраинным отчинам-вотчинам материально жить лучше тверских, рязанских, ярославских, владимирских... В результате русский народ не встал на защиту Империи в 1917. Все повторилось и позже, русский народ не встал на защиту СССР, где он жил не просто плохо, а что самое обидное, гораздо хуже многих прочих союзных республик.   

Совсем новый поворот темы, Виктор.

Грозный -- потомок римских цезарей и ПОТОМУ нужно, чтобы "все его подданные жили в одинаковой нищете". Разбойник как восстановитель справедливости! Этакий коронованный Робин Гуд.

Что на это скажешь? Разве только, что знаменитый историк Михаил Погодин, который сам еще в юности был крепостным, пришел к выводу противоположному: "Злодей, зверь, говорун-начетчик с подъяческим умом -- и только. Надо же ведь, чтобы такое существо, потерявшее даже облик человеческий, не только высокий лик царский, нашло себе прославителей!"

Эту реплику поддерживают: Михаил Аркадьев, Сергей Мурашов