Все записи
МОЙ ВЫБОР 20:54  /  7.02.17

7435просмотров

Последняя реплика оппонента

+T -
Поделиться:

Андрей ПЕЛИПЕНКО (главный научный сотрудник Российского института культурологии)

НЕ БЫЛО НИКАКИХ «МОСКОВСКИХ АФИН» И МОСКОВСКИХ ПЕРИКЛОВ

К сожалению, мне не удалось из-за болезни присутствовать на обсуждении доклада Александра Янова. Но поскольку уважаемый Александр Львович назначил меня не только выразителем идей либеральной культурологии, но и удостоил достаточно развернутой критики, я должен хотя бы коротко на нее ответить.

Надо сказать, что я уже имел опыт обсуждения данной темы с Александром Львовичем по интернету. Однако, при всей корректности и взаимной доброжелательности стиля дискуссии, содержательных плодов она не принесла и затухла по причине непреодолимых парадигматических и отчасти миров­оззренческих различий.

Суждения А. Янова касаются многих аспектов и нюансов темы, и ответить на них столь же подробно я не возьмусь. Остановлюсь лишь на самом главном, не придираясь к деталям.

Прежде всего, должен признаться, что не являюсь либералом par excellence. И не только потому, что дихотомия «либерализм — авторитаризм» (или нечто синонимическое) представляется мне донельзя узкой и, по сути, исторически исчерпанной. По своим политическим воззрениям я скорее экспертократ. Но коли уж Александру Львовичу угодно считать меня либералом, то перед лицом оппонентов из авторитарного лагеря спорить с этим не стану.

Если одним словом охарактеризовать мои претензии к тому подходу, посредством которого уважаемый автор интерпретирует российскую историю и мои скромные о ней суждения, то это слово — передергивание. Как известно, ложь страшна теми крупицами правды, которые в ней растворены (Кант). Читая рассуждения Янова о «европейском столетии» и отмечая эти самые крупицы правды, ловишь себя на мысли о невообразимом передергивании исторических фактов и фантастичности интерпретаций.

Автор подробнейшим образом смакует и раздувает в значении все, что только можно различить на чахлом поле российского либерализма. Но об авторитарной традиции, которая всегда одной левой давила все эти жалкие ростки, говорится вскользь, неохотно и походя. Порой кажется, что только высокий профессионализм с трудом удерживает автора от того, чтобы объявить все эти «давилки», действовавшие и в столь любимом им (и им же придуманном) «европейском столетии», досадными случайностями.

Да, при Иване III и его ближайших преемниках имело место некоторое равновесие векторов и форм исторической эволюции: имперского в своей тенденции государства (Казанское ханство, кстати, было присоединено за 12 лет до опричнины) и национального феодализма в общеевропейском мейнстриме. Но… «европейское столетие»?

Не было никаких «Московских Афин» и, соответственно, московских Периклов! Почему мы не должны доверять свидетельствам иностранцев — того же Герберштейна, в конце концов? Общий строй московских порядков уже в »европейское столетие" вполне оформился в «тяглое государство» (термин А. Буровского). А нам что-то говорят про «Афины»…

По мнению автора, я не заметил и не оценил должным образом реформ Избранной рады. Но дело в том, что, будучи не историком, а культурологом, я интересуюсь не событиями в их историческом измерении, а их общекультурными последствиями. Неужели это различие нуждается в разъяснениях?

Александр Львович явно передергивает, приписывая мне мысль о начале российской истории с Ивана Грозного, со второй половины его царствования. Это не история началась при Иване Грозном, это глобальное макроисторическое противостояние между российской (инверсионной) и западной (медиационной) культурно-цивилизационными моделями стало определенно оформляться примерно с того времени. Ни больше ни меньше. И, мне кажется, я выражал эту мысль в своих работах (в том числе и в цитированной автором) достаточно ясно. Вот почему канувшие в Лету итоги реформ Избранной рады, сколь угодно важные для историка, для меня особого значения не имеют. В этом нет пренебрежения историческими фактами. Это просто другой масштаб видения проблемы и другая парадигматика интерпретаций.

Автора явно задела моя «графическая» метафора о том, что либеральная линия в российской истории представляет собой вялый пунктир, тогда как по мнению Янова — полнокровную линию (если не более того). Настаиваю — именно вялый пунктир. Да и то лишь в лучшем случае!

Я опускаю здесь соблазнительную возможность попридираться к автору по поводу его экстраполяции понятия «либерализм» на другие исторические эпохи, которую он осуществляет с легкостью необыкновенной. Чего стоят хотя бы «нестяжатели-либералы»! Обращусь к самой сути спора.

Суть эта, по моему мнению, состоит в том, что следует принципиально различать мир идей и сферу социально-политических практик. Идеи в обществе могут рождаться самые разнообразные, в том числе и наипрогрессивнейшие. Однако ставить их на одну доску с политическими практиками — либо недомыслие, либо сознательное шулерство.

Кстати, когда я впервые услышал выступление Янова на семинаре А. С. Ахиезера, то просто не поверил, что столь фантастически преображенную картину российской либеральной традиции можно рисовать всерьез. Тогда я, грешным делом, заподозрил автора в либеральной ангажированности. И лишь убедившись в его несомненной профессиональной честности и искренности, избавился от этих подозрений.

Наиболее поразительный пример смешивания идей и практик у Янова касается даже не его любимого героя — Ивана III, а другого «фаворита» русского либерализма — Михаила Салтыкова с его конституцией 1610 года. Можно, разумеется, спорить, настолько ли уж эта конституция была либеральна — в частности, в вопросе о крепостном праве. Но суть дела все же не в этом. Она в том, что конституция Салтыкова никак не отразилась на современных ей политических практиках, т. е. осталась в области истории идей. И констатация этого гораздо важнее любых рассуждений о ее прогрессивности и прочих достоинствах.

Но совсем уж трогательно звучит довод автора, что наработки этой конституции со временем оказались востребованными: «…три столетия спустя проект Салтыкова был и впрямь воплощен в жизнь в Основном законе конституционной монархии 1906 года». Хорошо же развивалась на Руси либеральная традиция, если в 1906 году оказались актуальными идеи трехсотлетней давности! Странно, что автор не понимает, что предоставляет дополнительную (и выразительную) аргументацию не сторонникам своим, а оппонентам. А говорить об отмене крепостного права в 1861(!!!) году как о «блестящей победе» либерализма, как, впрочем, и о других «победах» из приводимого автором ряда, можно, как мне кажется, лишь с позиций очень утонченного чувства юмора.

Чтобы глубже укоренить Россию в Европе, Янов объявляет неприемлемым использование применительно к ней понятия деспотизм. Я не стану касаться смысловых разночтений этого понятия, имеющих место в общегуманитарном, историческом и культурологическом контекстах. Есть такой не очень чистый риторический приемчик: когда нечего ответить по существу, начинают придираться к терминам. И Александр Львович объясняет мне, как школьнику, что термин «деспотия» к России неприменим, а в доказательство рассказывает о монаршей собственности на землю в Китае и Турции, по отношению к которым данный термин уместен. Таким образом,  мне и другим «либеральным авторам», коих автор уличает в «изначально ложной» установке, предлагается уяснить, что Иван Грозный — это не Навуходоносор и не Цинь Шихуанди. А в подтексте слышится: «Не все еще потеряно, не все!»

Спасибо, просветили: в основе всего — собственность на землю. Конечно, конечно, производительные силы, производственные отношения, азиатский способ производства… Помню все это, помню. Но меня почему-то мучает вопрос: приходило ли в голову кому-либо из психически вменяемых граждан СССР поверять поступки тов. Сталина на их соответствие закону, не говоря уже о нормах права? Чем он владел, какой собственностью? И не поважнее ли будет такая независимость политической практики от каких-либо писаных норм, имевшая место на Руси не только в сталинские времена, пресловутой формальной собственности на землю?

Да, Россия — не азиатская деспотия, и я не сомневаюсь, что все авторы, использующие применительно к ней данный термин, выражаются в той или иной степени метафорично. Но метафора эта не столь уж далека от действительности, как может показаться на первый взгляд, если рассуждать не формально. Хотя, соглашусь, степень метафоричности следует пояснять в каждом конкретном случае.

Отдаю себе отчет в том, что мои замечания о докладе Янова и его книге,  которым я не склонен отказывать в содержательности и насыщенности конкретным материалом, обрывочны, бессистемны и, конечно же, методологически эклектичны и некорректны. Строго говоря, было бы корректно, став на позицию историка, провести имманентную критику взглядов автора, уличая его в том, что он видит лишь то, что хочет видеть. А затем, выйдя на позицию культуролога, проинтерпретировать полученные выводы. Однако для этого потребовалось бы проделать весьма трудоемкую работу и изложить ее результаты в отдельной книге…

Можно было бы, правда, порассуждать еще и о том, как и в чем Александр Львович видит источник оптимизма для либерального будущего России. Однако и в данном случае ограничусь лишь самыми короткими замечаниями.

Какие бы счастливые метаморфозы ни ожидали «либеральную линию», я не могу себе представить Россию, входящую в Европу вместе со всеми своими Башкириями, Калмыкиями, Якутиями и Чечней. Просто не хватает фантазии — ни исторической, ни литературной. Да и у наиболее продвинутых регионов тоже не может не быть больших проблем с таким вхождением, даже при самых фантастически благоприятных условиях.

Но здесь хоть можно говорить о какой-то надежде. В том смысле, что либеральное будущее России неизбежно обусловливается ее распадом и регионализацией. При этом внешний рисунок распада может выглядеть обусловленным геополитическими, экономическими и тому подобными факторами, но за ними неизбежно проступит глубинный фактор — культурно-цивилизационный.

Таков экзамен, который ждет Россию в ближайшем будущем. Это будет жестокий исторический урок. Но зато прекратятся, наконец, все тошнотворные «русские» разговоры с расковыриванием язв и бесконечным обсуждением заведомо нерешаемых вопросов, которые просто боятся решать.

Однако есть и еще один, гораздо более тревожный и неприятный вопрос, глубоко табуированный в сознании российского либерала. Вопрос звучит так: а есть ли либеральное будущее у самой Европы (в широком ее понимании)? Не пришел ли поезд европейского либерализма, за которым бежало, задрав штаны, российское просвещенное общество, на конечную станцию? Не размылся ли за последние лет сто этот, казалось бы, незыблемый кисельный бережок?

Но нет, не буду начинать эту сложную и болезненную тему. Тем более что Александр Янов, как истинный рыцарь либерализма, данного вопроса не касается. Остается разве что сказать, что для меня лично тема России — периферийная. А также принести извинения — не ритуальные, а вполне искренние — за некоторую полемическую резкость и заверить Александра Львовича в не менее искреннем моем к нему уважении.

ВЫНУЖДЕННЫЙ КОММЕНТАРИЙ

Тут моя ситуация сложнее. (Четыре главы, 12–16, «Мой второй фронт», раздел второй), нечаянно слитые в «Снобе» в одну, посвятил я подробному и внимательному  разбору эссе покойного Андрея Анатольевича о прошлом и будущем России. Понятно, что отвечал я не только ему, но в его лице всему нигилистическому сообществу. Буквально переворошил  русскую историю, чтобы сделать свой ответ убедительным. Не для одних нигилистов, но, что для меня важнее, для читателей, которых пригласил в судьи нашего спора.

Тут случилось самое ужасное из всего, что могло случиться: ответив на мои усилия насмешливой — и оскорбительной — репликой, Андрей Анатольевич безвременно ушел (мир праху его!). Ушел. Помимо соболезнования и скорби, которые я уже выразил во вступлении к этому блоку глав, не могу не сказать, что меня он оставил перед особенно мучительной дилеммой: смею ли я, вправе ли комментировать насмешки и оскорбления, которыми он со мною простился, когда его уже нет? А если завтра уйду я, так они и останутся эпитафией нашему спору? А ведь были они, оскорбления. Тяжелые, как гири, непростительные. Ни от кого за всю долгую свою жизнь не приходилось мне слышать ничего подобного. Тем более если отделить шипы от роз...  

Много ли остается мне добавить в ответ на критику уважаемых наших нигилистов после ЧЕТЫРЕХ глав, где каждый их аргумент разобран по косточкам в контексте истории самодержавной государственности? Разве несколько слов об одном из чистосердечных признаний А. А. Пелипенко: «Я интересуюсь не событиями в их историческом измерении, а их общекультурными последствиями». Словно и впрямь можно что-нибудь путное  сказать о последствиях «событий в их историческом измерении», понятия не имея об этих событиях? То есть рассуждать о последствиях неизвестно чего?

Я, было, подумал, что это оговорка. Слишком уж легкомысленное высказывание. Но нет, уважаемый А. А. настаивает, что разногласия наши «парадигматические», т. е. неразрешимые, и на этом закрывает тему. Не преминув, впрочем, упрекнуть меня в «невообразимом передергивании исторических фактов и фантастичности интерпретаций». Хорошо, к интерпретациям мы еще вернемся, начнем с «передергиваний». Вот образец.

В эссе, с которого начался наш спор, уважаемый А. А. писал: «С эпохи Ивана Грозного Русь обозначилась для Европы как внешняя имперская антитеза». Я возражал: «Тут проблема. Состоит она в том, что русская история не начинается с Ивана Грозного. И с империи не начинается она тоже». Как видите, никакого «передергивания», просто констатация факта. Подразумевался совершенно очевидный вопрос, вокруг которого, собственно, и завязалась дискуссия: почему «антитезой Европы» Россия стала лишь с эпохи Ивана Грозного, а НЕ с начала своей  государственности? Ведь начиналась она еще за столетие до государственного переворота, совершенного царем в 1560-е. И до этого переворота, как свидетельствует уважаемый А. А., никакой «антитезой Европе» не была. Так не понадобился ли этот переворот именно для того, чтобы она такой «антитезой» стала?

Короче, единственный действительно спорный вопрос касался того, ПОЧЕМУ до «опричного» переворота «антитезой Европе» Русь не была. Мой ответ читатель знает: потому что была обыкновенной европейской абсолютной монархией. Но как же сейчас, на закате спора, после долгой, затянувшейся на годы дискуссии, отвечает на этот вопрос уважаемый А. А.? Никак. Просто пересказывает другими словами мысль своего исходного эссе.

Вот текст. «Александр Львович явно передергивает, приписывая мне мысль о начале русской истории с Ивана Грозного... Это не история началась при Иване Грозном, это глобальное макроисторическое противостояние между российской... и западной... культурно-цивилизационной моделями». Не в лоб, так по лбу. Ей-богу, лишь множеством слов отличается этот текст от четкой формулы «антитеза Европе» в исходном эссе. Но разве об этом был спор, об этом копья ломались?

Только ведь идиот мог «приписать» солидному ученому мысль «о начале русской истории с Ивана Грозного», когда любой школьник знает, что началась она полутысячелетием раньше. Поскольку уважаемый А. А. едва ли держит меня за идиота, как говорят в Одессе, приходится допустить, что он лишь делает вид, что не понял смысл моего возражения. Понял только, что ответа на спорный вопрос у него нет. «Не было никаких Московских Афин!», хотя очевидец (Иосиф Волоцкий) свидетельствует, что были. Того не было, этого не было. Долой! Но спорный-то вопрос: почему все же не стала Русь до опричного переворота «антитезой Европе», так и повис в воздухе. Не имеет оппонент понятия о «событиях в их историческом измерении», предшествовавших перевороту.

Но уступим на минуту уважаемому А. А., все-таки рекомендует себя человек «экспертократом» (хорошо бы еще, правда, знать, с чем это едят), согласимся, что «общекультурные последствия» можно обсуждать независимо от исторических событий, последствиями которых они являются. У меня, понятно, нет возможности повторять здесь все, что уже было сказано об этих «общекультурных последствиях». Ограничимся двумя.

 1. ВЕЛИКАЯ РЕФОРМА 1860-Х

В общекультурном значении этого «последствия» наш экспертократ вроде бы не сомневается. Еще бы! Усомниться в величии события, сделавшего свободными сотни тысяч рабов, которых можно было продать порознь, т. е. детей отдельно от матерей и мужей отдельно от жен, было бы кощунством. Сомневается поэтому уважаемый А. А. в другом. В том, что «говорить об отмене крепостного права в 1861 (!!!) году как о "блестящей победе" либерализма ... можно, как мне кажется, лишь с позиций утонченного юмора».

Странное, согласитесь, заявление (впрочем, в устах «нигилиста навыворот» привычное). Странное потому, что напрашивается на очевидный вопрос: кто же еще, кроме либералов, как западников, так и славянофилов, боролся во второй половине XIX века за отмену крепостного права? Чья еще могла это быть победа?

О чем бы ни говорили, о чем ни писали либералы, тема «разрушения Карфагена» звучала и в их стихах, и в их конституционных проектах, и в их пьесах и памфлетах, и в их диссертациях, даже в письмах. Вот смотрите.

«Стыдно и непонятно, как мы можем называть себя христианами и держать в рабстве своих братьев и сестер» (Алексей Кошелев).

«Там, где учат грамоте, там от большого количества народа не скроешь, что рабство — это уродливость, и что свобода, коей они лишены, такая же неотъемлемая собственность человека, как воздух, вода и солнце» (Петр Вяземский).

«Покуда Россия остается страной рабовладельцев, у нее нет права на нравственное значение» (Алексей Хомяков).

«Рабство должно быть решительно уничтожено» (Павел Пестель).

«Раб, прикоснувшийся к русской земле, становится свободным» (Из проекта Конституции Никиты Муравьева).

«Восстаньте, падшие рабы!» (Александр Пушкин).

В трилогии я назвал это «либеральной мономанией», создавшей в стране атмосферу нетерпимости к рабству, атмосферу, в которой всякий, кто был против его отмены, тотчас становился нерукопожатным. Коренным образом изменилась «ментальность» общества, говоря современным языком. И одним из первых, кто не устоял перед этим изменением ментальности, оказался сам император Александр Николаевич, который при жизни отца был твердокаменным противником отмены крепостного права.

Нет спора, гром европейских пушек, принудивших николаевские армии к капитуляции, помог. Но могли ли иностранные пушки определить направление внутрироссийских реформ, что, вероятно, и имеет в виду уважаемый экспертократ, надсмехаясь над либералами? Свидетельствуют об этом даже ближайшие к нам события. Многое ли изменило в Ираке вторжение войск Буша и последовавшая за ним гражданская война между шиитами и суннитами? Даже не запахло победой либерализма, во имя которой вторгались. А в постниколаевской России без всякого вторжения победили именно либералы. Именно их «Карфаген» был разрушен. Очевидно же, откуда эта разница. Так прилично ли серьезному ученому над победой либералов надсмехаться?

Увы, не получается у «нигилиста навыворот» объяснение общекультурных последствий «событий в их историческом измерении», едва отвлекается он от этих событий. В чем же я «передергиваю» и что «фантастически интерпретирую»?

 2. ЕЩЕ ОДНА ЛОВУШКА ДЛЯ НИГИЛИСТОВ

Как видели мы в главе 5 «Самодержавная государственность», решающим последствием революции 1560-х было создание гибридной государственности, существенно отличавшейся как от азиатского деспотизма, так и от европейской абсолютной монархии. Основные ее черты обсудили мы в главах 7 «Самодержавная государственность» и 12–16 («Мой второй фронт», раздел второй). Но были и не основные, которые тоже требуют обсуждения в свете нашего спора с «нигилистами навыворот». Я имею в виду, в частности, уничтожение крестьянской собственности на землю, сложившейся в европейском столетии, и трансформацию бывших служебных владений в «вотчинную» (т. е. частную, неотчуждаемую) собственность. В главе 9 «О дружественной критике» я попытался описать роковые последствия этих изменений для новой, рабовладельческой аристократии, возникшей после отмены «Юрьева дня». Вот и послушаем, что думают о них наши нигилисты.

Сразу скажу, что, с моей точки зрения, одним из главных «общекультурных последствий» этих событий была странная, нигде больше в мире не наблюдавшаяся двойственность диктатуры: «сакральная» власть царя каким-то образом сосуществовала с диктатурой новых «вотчинников». Причем интересная, возможно, актуальная деталь: едва самодержец хоть чуть-чуть, хоть самую малость начинал колебаться, сомневаться в своем курсе, так тотчас и натыкался на жесткое сопротивление своих, если хотите, содиктаторов. Я все о том же крепостном праве, с которым у Николая I были очень сложные отношения. Ему случалось в одной и той же речи (30 марта 1842 года) высказывать прямо противоположные суждения. С одной стороны, что «нет сомнения, крепостное право у нас есть зло для всех ощутительное и очевидное». С другой стороны, однако, «всякий помысел о его отмене был бы не что иное, как преступное посягательство на общественное спокойствие и на благо государства».

При всем том был Николай у крепостников на подозрении, они-то никакого зла в своей «крещеной собственности» не усматривали и готовы были стоять за нее насмерть. И самодержец смиренно, чтоб не сказать трусливо, как мы увидим, отступал. Так вот...

Но стоп. Тут заминка. Соавтор и единомышленник нашего экспертократа И. Г. Яковенко во всеуслышание заявил в дискуссии: «Я настаиваю, что ни в Московии, ни Российской империи, ни в Советском союзе, ни в постсоветской России частной собственности никогда не было и нет». Словно бы Игорь Григорьевич никогда не слышал ни слова «вотчины», постоянно противопоставлявшегося в источниках слову «поместья» как условного, на время службы держания, по крайней мере, с XV века, ни даже выражения «крепостное право», целиком основанного на частной собственности. Или забыл со школьных времен?

Или просто догма обязывает? Сказал ведь «А»: «Что такое российское государство? Как я понимаю, это идеологически санкционированная деспотия», надо сказать и «Б». Вот И. Г. и говорит: «В деспотии собственник один — "верховный властитель". Все остальное — "квазисобственность", которая может быть отнята, обменена, конфискована». Совсем зарапортовался Игорь Григорьевич. Выходит ведь, что крепостник был в России один — царь. И в любой момент мог он отнять у помещиков их «квазисобственность». Очевидный ведь вздор получается. Но тут на выручку зарапортовавшемуся соавтору спешит единомышленник, уважаемый А. А. Признает, пусть сквозь зубы: «Да, Россия — не азиатская деспотия, и я не сомневаюсь, что все авторы, использующие применительно к ней данный термин, выражаются в той или степени метафорично».

Вот как значит, вся логика И. Г., оказывается, не более чем метафора? Несмотря даже на то, что высказывался он в дискуссии очень даже категорически («я настаиваю»). Но допустим, что слушатели просто не поняли так хорошо запрятанной метафоры, ловушка-то все равно захлопнулась. Да, не принадлежит Россия к семейству азиатских деспотий. Но к какому семейству она в таком случае принадлежит? К европейскому? Не может быть и речи, продолжает рассуждать уважаемый А. А.: «Метафора [И.Г.] не столь уж далека от действительности, как может показаться на первый взгляд, если рассуждать не формально». Значит, и к европейскому семейству не принадлежит Россия. К какому тогда?

Логика буквально наталкивает нигилистов на очевидный вывод: должна была существовать какая-то еще форма политической организации, кардинально отличавшаяся как от азиатской деспотии, так и от европейской абсолютной монархии (как помнит читатель, ее и назвал я «самодержавной государственностью»). Но нет, не могут нигилисты оторваться от пуповины: пусть российская деспотия Яковенко и метафора, но все равно «метафора эта не столь уж далека от действительности» у Пелипенко. Ну да бог с ними, пусть остаются в своей «деспотической» ловушке. Сами ее для себя создали.

3. ПРИЧУДЫ САМОДЕРЖАВНОЙ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ

Вот только отвлекли они меня своей «деспотической» риторикой от обсуждения еще одной важной особенности самодержавной государственности, которую, боюсь, бессмысленно после всего сказанного обсуждать с нигилистами. Толку от них... Что ж, продолжим с читателем.

Частично рассказал я уже в главах 12−16 о двух отнюдь не тривиальных эпизодах царствования Николая I (одного из четырех, как мы помним, царей в российской истории, при которых «сакральная» власть максимально приблизилась к деспотической). Единственной своей слабостью обязан он был, как это ни парадоксально, декабристам (и дернула же его нелегкая допрашивать их лично). Рассказ их о том, что вытворяют помещики со своими крестьянами, потряс царя до глубины души. На всю жизнь! Он приказал своему секретарю Боровкову сделать свод декабристских показаний и хранил его в своем кабинете — до конца своих дней. И регулярно давал его в наставление, «дабы могли они извлечь из сих сведений возможную пользу», всем шести, как думал В. О. Ключевский, или девяти, как полагал великий знаток крестьянского вопроса В. И. Семевский, или даже десяти, как подсчитал Брюс Линкольн, секретным и весьма секретным комитетам, которым поручал как-то облегчить судьбу крепостных. Больше ста царских указов было с этой целью издано. И всё впустую.

Чтобы читатель получил представление об этом знаменитом своде, вот маленький отрывок: «Помещики неистовствуют над своими крестьянами. Продавать в розницу семьи, похищать невинность, развращать крестьянских жен считается ни во что и делается явно». Понятно теперь, что мучило всемогущего императора? В его царстве был непорядок, жестокий, ужасный непорядок. Непорядка он терпеть не мог. Но и поделать с ним ничего не мог тоже, не приставишь же к каждому помещику жандарма. А «отнять, обменять, конфисковать», что слышали мы от нигилистов, существует лишь в их возбужденном воображении. Именно к «священной частной собственности» апеллировали крепостники. И бессилен был против этого аргумента самодержец.

Смиренно выслушал он высокомерное поучение предводителя смоленского дворянства, что уполномочившее его общество ни малейшего посягательства на священное право собственности не потерпит. Василий Осипович Ключевский так этот эпизод комментировал: «Едва ли какой конституционный монарх с таким молчаливым терпением выслушивал от своего подданного урок и такой вздорный урок, как это сделал самодержавнейший». Еще интереснее, что ответил на этот урок император. «Земля, — сказал он, — заслуженная нами, дворянами, или предками нашими, есть наша, дворянская. Заметьте, что я говорю с вами, как первый дворянин в государстве»

Должно ли удивить нас после этого, что на замечание графа П. Д.Киселева «помещики едва ли станут заключать договора с крестьянами, если их не обязать» первый дворянин ответил: «Я, конечно, самодержавный и самовластный, но на такую меру никогда не решусь»? А теперь сопоставьте это со знаменитым восклицанием Павла I: «Только тот вельможа в моем государстве, с кем я разговариваю, и пока я с ним говорю». Небо и земля, не правда ли?

Вот я и говорю о двойственности диктатуры в самодержавной государственности. Едва почувствовала элита уязвимость «сакральной» власти, как тотчас дала ей понять, кто в стране хозяин. Павел, как глухарь не слышал этого подземного гула и вообразил себя деспотом. Кончилось табакеркой.

Так имело ли смысл обсуждать эти «общекультурные последствия» самодержавной революции Ивана Грозного с нашими нигилистами, убежденными, как мы видели, что Россия всегда была деспотией или чем-то вроде нее и частной собственности никогда в ней не было? Все ведь до последней буквы заимствовано из правящего стереотипа мировой историографии, ни проблеска собственной мысли. Вынужден я поэтому согласиться с еще одним чистосердечным признанием уважаемого А. А.: «Отдаю себе отчет, что мои замечания о докладе Янова... отрывочны, бессистемны и, конечно же, методологически эклектичны и некорректны». Вот и я это говорю. Но что скажет читатель?

Комментировать Всего 85 комментариев
Что скажет читатель?

Цитата:

"Однако есть и еще один, гораздо более тревожный и неприятный вопрос, глубоко табуированный в сознании российского либерала.

Вопрос звучит так: а есть ли либеральное будущее у самой Европы (в широком ее понимании)?

Не пришел ли поезд европейского либерализма, за которым бежало, задрав штаны, российское просвещенное общество, на конечную станцию?

Не размылся ли за последние лет сто этот, казалось бы, незыблемый кисельный бережок?"

Ответ: Всемирная глобальная либерализация провалилась. Уверена, что правые и популисты начнут брать вверх во многих странах Европы, что возможно повлечёт прекращение проекта ЕС( К сожалению для идеи, на практике получилась что Европа толерантна и лояльна к меньшинствам. Своё население не имеет таких прав как мечталось ему.

Глобализация, Света,

так же, как беременность, не может быть либеральной или антилиберальной. Она либо есть, либо ее нет. Можно, конечно, как думает Ваш фаворит Трамп, сделать аборт и провозгласить " Америка First", но в мировой истории таких абортов еще случалось. 

Эту реплику поддерживают: Михаил Аркадьев

Мы с вами живем, Александ Львович в интересное время. Передел мира происходит здесь и сейчас.

Много нового нас ждёт впереди. Такого, чего ещё не было.

Что много нового ждет нас, Света,

это правда. Вопрос в том, много ли хорошего? Ваши фавориты на подъеме.

У ВВП беспорно поддержка абсолютного большинства в России и расстановка сил в мире меняется каждый день в положительную сторону, а у The Trump я думаю через год-два будет такой же авторитет (рейтинг) в США. Возможно и раньше.

Мне нравится что Трамп обещал народу. И народ свой выбор сделал, но он ПЕРВЫЙ в современной истории Америки президент, который тут же начал выполнять  предвыборные обещания избирателям.

Это круто.

"Передел мира" - это, Света, конечно круто. Последнюю попытку мы наблюдали в 1939-1945 годах. Соглашусь, что действительно было "круто". А сейчас с появлением новых видов самоуничтожения людей как вида будет, наверное, "круче крутого". Весь вопрос только как долго Вы, Светлана, (да и мы все) будем иметь возможность проявлять к этому процессу "живой интерес". И не позавидуем ли мы вашим куклам, то что они, в принципе, неживые...

Я надеюсь, что всё будет хорошо!

Подпись: Чемберлен :))

вашим куклам, то что они, в принципе, неживые...

 

Россию много лет обвиняют либеральные СМИ во всех смертных грехах..

Президент Трамп в интервью О’Райли говорит , что Америка такая же.

Государства — и США не исключение — убивают людей без суда и следствия, когда того требует национальная безопасность.

 Оппоненты Трампа утверждают о недопустимости «морального уравнивания Москвы и Вашингтона  - путинского кровавого режима и исключительной нации, являющейся величайшей демократией в мире».

Понятно, что любое государство внутри своих границ обладает монополией на насилие: полиция может убить преследуемого подозреваемого, шпионов и диверсантов, которых нельзя захватить, как правило, убивают.

Государства, проводят  операции спецслужб за пределами (а иной раз и внутри) страны, убивая того, кого считают врагами.

США не исключение -  все это знают.

Но либералы считают что у  Америки есть моральное право убивать  из-за «демократичности» и «исключительности», а у России такого права, по их мнению, нет.

Сегодня в современном мире США - исключительный убийца. В моральных правах с этим убийцей никого уравнивать нельзя.

На этой «исключительности» строится глобальный миропорядок, в котором  монополия на насилие у США.

Для неоконов исключительность Америки — в ее особой роли в мире. Она применяет насилие в мировом масштабе во благо всего человечества. Нет этой роли, и США — это уже не единственная в своем роде сверхдержава, а так — просто одна из стран.

В своей инаугурационной речи Трамп сказал, что Америка не будет заниматься военными интервенциями в чужие страны и разрушать государства.

Светлана, Вы удивительно близко к тексту возпроизводите обвинения "т.н. западной демократии" со стороны лидеров Германии 1933-1945 гг. Они именно этим мотивировали свое "право на насилие" и заявляли, что их действия (захват Австрии, присоединение Судет, оккупация Польши) ничем не отличается от подобных действий Англии или Франции по отношению к другим территориям . Надо сказать, что немецкий народ широко повелся на эту "аргументацию" и полностью поддержал своего национального лидера. Вы знаете, чем все закончилось. В первую очередь для самого немецкого народа.  За что Вы так не любите русский народ, что предлагаете ему вновь "откушать" подобной демагогии? Честно, не понимаю..

Светлана, Трамп прямо так и говорит о себе в 3-ем лице :) ? И накидывается на либералов, обвиняя США в двуличии? Именно США, а не определенных политиков. Очень интересно.. Скиньте ссылку на его прямую речь :) 

Это моя интерпретация слов и мыслей Трампа :)

(я много путешествую, много общаюсь, живу в Европе, родилась в России(да не просто в России а в центре Москвы :) - у меня активная позиция по отношению к миру и я не боюсь говорить то, что думаю вслух.

Для вас и  Александра Львовича - бесплатно)

Эту реплику поддерживают: Владимир Невейкин

и я не боюсь говорить то, что думаю вслух.

Смехота :))))

Была бы Света одна такая, Владимир,

можно было бы рассматривать ее, как своего рода антиквариат. На самом деле она очень даже полезный в либеральном сообщесте, как Сноб, рупор "большого мира".

Да, он сегодня такой. В нацистской Германии он тоже был такой. И даже в брежневском СССР такой. И это, как ни парадосально, вселяет в меня надежду. Поскольку свидетельвует о ВСЕМОГУЩЕСТВЕ государственной пропаганды. Куда все это девалось во второй половине 1980-х? Как метлой вымело!

И снова ведь выметет, едва изменится вектор пропаганды. Столько раз я это в русской истории видел. Подсчитал ведь даже, что одиннадцать (!) раз.

"На самом деле она очень даже полезный в либеральном сообщесте, как Сноб, рупор "большого мира". Да, он сегодня такой."

- дорогой Александр Львович, почему Вы думаете, что "он сегодня такой"? Потому что Света отвела Вам глаза "цыганским гипнозом"? Потому что таким же гипнозом занимаются социологические службы?

Света уникальный человек - по всем параметрам. И если она чей-то "рупор", то уж никак не "большого мира". Даже если она сама так говорит :)

Эту реплику поддерживают: Эдуард Гурвич, Михаил Аркадьев

Я был бы очень Вам признателен, Анна,

если б Вы объяснили мне, что мир вокруг нас на самом деле "не такой".

Разве Света придумала, что "Крым наш" РАСКОЛОЛ российское общества, если не каждую семью? Причем подавляющее большинство уверено, что Крым таки да "наш"! Разве Света придумала чудовищного Трампа?

Да, для ее сведения: на обложке последнего "Шпигеля" Трамп иображен с окровавленным ножом в одной руке и с отрубленной головой статуи Свободы -- с другой. С подписью Amerika first!

Да, вот такой вокруг нас сегодня мир. И я честно не знаю, какие у Вас основания это отрицать.

Эту реплику поддерживают: Михаил Аркадьев

Дорогой Александр Львович, мир "не такой", потому что он разный.

Мне кажется, Света и подобные ей придумали, что "крымнаш" не расколол, а сплотил российское общество. На самом деле, я думаю, большинству "общества", по большому счету, всё равно. А в чем уверено "подавляющее большинство", точно сказать никто не может - в связи с отсутствием возможности провести честный опрос, который включал бы в том числе (и прежде всего!) объяснение причин того или иного ответа.

И кроме Трампа, есть тот самый "Шпигель" с карикатурами в стиле "шарли". И, может быть, для Америки лучше переболеть трампизмом сейчас, чем позднее, - если уж этой холеры избежать не удается. Вряд ли эта болезнь убьёт американское общество - а если не убьет, значит, сделает сильнее.

Вряд ли эта болезнь убьёт американское общество - а если не убьет, значит, сделает сильнее.

Дорогая Анна, стоит ли приводить собственную мысль оппонента в качестве  контрагумента? :))

Дорогой МА, а кто у нас сегодня оппонент? :) И какую именно мысль Вы имеете в виду?

Если мы считаем, что Светлана у нас "маяк", указующий нам путь в "правильную" гавань, ( рупор "большого мира" в либеральном сообществе), то мы предполагаем, что "большой мир" таков, как нам вещает Светлана. В её мире все любят Трампа так же, как якобы у нас любят Путина. А мир вообще-то другой, в нём есть и Шпигель, и антитрамповские демонстрации, и прозвище "х..ло". И Александр Львович, конечно, знает это не хуже меня, но почему-то рад поверить Светлане.

Дорогая Анна, я имел ровно только ту фразу, которую вывел в заглавие :)) оппоннет, разумеется АЛ.  

Дорогой МА, если А.Л. разделяет мысль, вытащенную в заглавие, то я не вижу причин для признания ужасности мира :)

А равзе у АЛ есть хоть малейший намек на пессимизм? :)

А я не говорю о пессимизме. Я говорю об ужасности картины мира им.Светланы Пчельниковой, с которой АЛ почему-то соглашается

Подождем комментария АЛ :)

Повторяю, Анна, я ни на минуту

НЕ соглашаюсь со Светой. Я лишь признаю, что "Крымнаш" и Трамп существуют. И это опасно. Вы отрицаете это?

Я лишь признаю, что "Крымнаш" и Трамп существуют. И это опасно. Вы отрицаете это?

- насколько я понимаю, в нынешней ситуации население России НИКАК не определяет политику России, поэтому НИКАКИЕ его политические убеждения не являются "опасными", будь то "крымнаш", православие, коммунизм или либерализм.

(А что касается "Трампа", то опасность этого явления лучше обсудить с американцами.)

Aх, Анна, мир всегда РАЗНЫЙ.

И во времена брежневизма он был разный, И даже во времена сталинизма. Только меньшинстсво гнило в психушках или гибло на лесоповалах, а большинство, притворялось, как сейчас Света, что ничего об этом не знает и продолжало шагать в "прекрасный новый мир". И тогда тоже не было никаких серьезных исследований, потверждающих, что мир советского человека кошмарен (они появились потом, когда кошмар кончился). Но он БЫЛ, этот кошмарный "большой мир"

И Света его рупор. Зря, право, Вы приписали мне вздор, будто я считаю ее МАЯКОМ, освящающим нам путь. Какой из нее с ее упертой наивностью маяк? Но она голос сегодняшнего "крымнаш" большинства. Рупор путинизма. А Вы, отрицая путинизм, близки к отрицанию брежневизма, который, как мы точно знаем теперь, был -- и вел страну в пропасть. 

Да, когда кошмар и гибельность путинизма будут разоблачены, как был разоблачен кошмар брежневизма, Света ужаснется и отрекнется то него, как отрекся от брежневизма, скажем, Познер и тысячи таких, как он. Но это будет послезавтра. А пока что полезно в либеральном оазисе послушать голос кошмарного большого" крымнаш мира. 

Эту реплику поддерживают: Владимир Невейкин, Сергей Кондрашов

Света ужаснется и отрекнется то него, как отрекся от брежневизма, скажем, Познер и тысячи таких, как он.

Но, строго говоря, ужаснется не потому, что узнает что-то новое (Вы и сами признаете, что "крымнашистское" большинство ДЕЛАЕТ ВИД, что не замечает преступлений режима), а потому, что так можно будет снять с себя всякую ответственность за прошлое. Простой конформизм - не более. А вот чтобы добиться смены моральной парадигмы, нужны десятилетия очень серьезных педагогических усилий.

Эту реплику поддерживают: Эдуард Гурвич, Сергей Любимов, Михаил Аркадьев

А педагоги кто, Сергей?

И кто будет учить педагогов?

В этом, на мой взгляд, и проблема "залипания" России в повторяющемся цикле смута/тирания. Главный учитель - опыт, извлекаемый разного рода элитами. Но способность обучаться на своем и чужом опыте сильно зависит от достаточно случайной комбинации социальных условий, от особенностей локальной культуры, от степени и характера внешних влияний.

Однако, для накопления опыта элиты должны произрастать достаточно долго. А в России со сменой элит всегда царила чехарда. Это взаимосвязано с самодержавной природой власти от момента возникновения государственности до сих дней. И с альтернативным выходом - появлением просвещенного монарха, который мог бы поставить страну на путь более или менее истинный, пока не повезло.

Эту реплику поддерживают: Сергей Кондрашов

Я боюсь, всякие "фазовые переходы" вообще зависят от случайного стечения обстоятельств, хотя предпосылки, разумеется, должны существовать.

Эту реплику поддерживают: Михаил Аркадьев

 В целом да. Даже в классичекой термодинаике фазовые переходы первого рода, когда скачкобразно меняются сами термодинамические фцнкции состояния, а не просто их производные, обычно очень чувствительны к случайным воздействиям. Пожалуй исключением является только невозможность перегрева кристаллического тела выше температуры плавления. А вот перегретая или переохлажденная жидкость или пар - сколько угодно, если нет центров кристаллизации или случайных флуктуаций, способнвх ими стать.Здесь ккак раз резко возрастает роль личности в истории )

Эту реплику поддерживают: Михаил Аркадьев

С необходимой оговоркой, что уподобление социальной системы физической, всё же, лишь метафора. Динамика процессов "немного похожа", но разная. И т д.

Вторая оговорка, что роль личности в истории при таком взгляде возрастает. Но возрастает, также, роль и таких неконтролируемых факторов, как засухи, голод, резкие изменения социальных условий у соседей, наличие/отсутствие исторических прецедентов/аналогий, за которые могло бы "зацепиться" национальное сознание ..... Слишком многофакторное уравнение.

Разумеется в зонах близких к точке бифуркации роль любого воздействия или фактора очень велика. Однако можно говорить просто о метафоре, а можно полагаю строить и какие-то простейшие модели. Социум конечно очень сложная и неравновесная система, но думаю, что возможно создать формализм, который хотя бы в общих чертах описывал его поведение. Все же уравнения несколько надежней набора слов, при помощи которых можно объяснить решительно все, что угодно.

возможно создать формализм, который хотя бы в общих чертах описывал его поведение

Возможно-то возможно, но, на нынешнем уровне, точность предсказаний, сделанных на основе такой модели, будет неотличим от фона.

Кто знает что будет из себя представлять то, чего еще нет )

Дорогой Александр Львович, простите, пожалуйста, если я неверно Вас поняла или неточно выразилась.

Я думаю, что мир разный настолько, что никакого общего "рупора" у него нет и быть не может - если только "репертуар" этого "рупора" не заказан "свыше", то есть, это не "рупор мира", а "рупор заказчика". Если мы предположим, что Света всё-таки пишет от СВОЕГО имени (что вообще-то не факт, и даже не факт, что это пишет именно Света :) ) - то она выражает ТОЛЬКО СВОЁ ЛИЧНОЕ МНЕНИЕ. А никакого "большого крымнашего мира" НЕ СУЩЕСТВУЕТ, пока мы с Вами его не СКОНСТРУИРУЕМ под Светиным чутким руководством. Против чего я и пытаюсь Вас предостеречь.

Извините, Анна,

но что-то все больше звучит Ваша проповедь, как "Света наоборот". Вы и впрямь полагаете, что "в фундаменте у советского человека общечеловеческие ценности"? А сталинизм, террор, миллионы вертухаев, брежневизм, психушки, "Империю зла",  путинизм и "Крымнаш" злой дядя (забудем на миг про Свету) придумал? Или не было всей этой мрачной истории, которая как-то не очень стыкуется с общечеловечесими ценостями? Объяснитесь, пожалуйста.

Эту реплику поддерживают: Сергей Кондрашов

"Вы и впрямь полагаете, что "в фундаменте у советского человека общечеловеческие ценности"?"

- дорогой Александр Львович, а как иначе мы бы здесь договаривалсь? Мы ведь все - бывшие советские люди: и Вы, и я, и остальные. И Вы же помните, чему Вас учили в школе? Разве Вас учили воровать или убивать, или нарушать ещё какие-нибудь заповеди?

"А сталинизм, террор, миллионы вертухаев, брежневизм, психушки..." - а нацизм или фашизм были у людей без фундамента из общечеловеческих ценностей?

Беда в том, что люди часто путают собственные моральные ценности с политическими. (об этом недавно была горячая дискуссия в фейсбуке). Предполагают, что этична только та позиция, которой придерживаются они сами, исходя из своей информационной и политической картины мира. А "картины мира" бывают разные, и нравственный выбор может быть противоположным - причём будучи одинаково нравственным, никакого "нравственного релятивизма" я здесь не имею в виду.

Давайте представим. Например, Вы живете в России. Вы знаете, что в Киеве к власти пришли фашисты, которые ненавидят этнических русских (русскоязычных). Вы понимаете, что при новой власти жизнь русских будет незавидной (если вообще будет: Вы знаете лозунг "Москаляку на гиляку"). Вы знаете, что в Крыму большинство жителей - русские. И представьте себе, что какой-то человек говорит: "Мне наплевать, что будет с русскими в Крыму! Крым украинский, и пусть их там всех хоть перережут!". Назовете ли Вы такого человека "нравственным", "исповедующим общечеловеческие ценности"?

Вы скажете: "Но в Киеве нет никаких фашистов!" - то есть, у Вас другая исходная информационная картина? А я предлагаю Вам принять решение в рамках той картины, которую, предположительно, имеет большинство россиян.

(А если кто-то скажет: "Нужно быть идиотом, чтобы верить в сказки из телевизора!" - то это будет правильный вопрос, но сейчас мы обсуждаем не это.)

Эту реплику поддерживают: Сергей Любимов

Давайте, Анна, рассмотрим подробней

хоть одно из Ваших категорических утверждений. Хоть это: "На самом деле большинству "общества" все равно, Это постулат, как я понимаю, он не зависит от обстоятельств.

На выборах 2012 Путин не дотянул, если я правильно помню, до 70% по стране, а Москва не дала ему даже 50. На выборах 2018 Кириенко поставил задачу 70/70, т.е 70 явки и 70 "за". Как Вы думаете, добьется Путин этой цели? Если "да", то почему не добился ее в 2012?.

Большинству, если верить Вашему постулату, было "все равно" и тогда, и теперь. Как объянить в таком случае разницу?  Тут не спрячешься ни за Свету, ни за ложные соцопросы.Если разница будет, то откуда она? 

"Если разница будет, то откуда она?" - от административного ресурса, разумеется.

И я не имею в виду только фальсификации при подсчетах, вбросы или директивное голосование подневольных бюджетников. Нужно также не допустить вменяемых кандидатов (кстати, Вы согласитесь, что на выборах-2012 Путин выглядел наименее невменяемым?). И конечно, нужно правильное "освещение" в телевизоре. (Дорогой Александр Львович, если бы российское телевидение взялось агитировать за Вас, Вы бы набрали не"70/70", а "90-60-90"...)

Вы же не хотите сказать, Анна,

что в 2012 административный ресурс не был задействован на 100% или что ТВ "освещало" выборы неправильно? Все было, как положено. А Москва сллоховала, Почему?

в 2012 административный ресурс не был задействован на 100%

- конечно, в 2012 админресурс НЕ был задействован на 100%, дорогой Александр Львович. После "выборов" декабря-2011 и последовавших протестов власть решила сделать вид, что хочет провести "честные выборы". Помните, тогда даже закупили прозрачные урны, как символ прозрачности и чистоты выборов? И тем не менее, на участках с КОИБами (автоматическими сканерами бюллетеней) итоги существенно отличались от соседних участков с ручным подсчетом голосов...

В общем, власти хотели сделать вид, что это были честные выборы - и в Москве результат особенно "провис", потому что больше всего было наблюдателей и честных членов УИК "белоленточного призыва", и меньше было прямых фальсификаций. А по итогу власть всего лишь на примере объяснила разницу между "честными выборами" и "честным голосованием" (пусть даже относительно честным): голосуйте как хотите, но если допущены только кандидаты от "нерушимого блока коммунистов и беспартийных", то этот блок и победит.

Что и требовалось доказать, Анна.

Ваш постулат "большинству все равно" вовсе не постулат. Бывает так, но бывает и иначе. В 1911- 12 москвичи были настроены анти-путински. после "Крымнаша" ни настроены про-путински. Колебания, флуктуации в ту или другую сторону бывают всегда. И власть их вынуждена учитывать.Скажу больше: весь "Крымнаш" был затеян как ответ Путина на "белоленточный" взрыв 1911, который Путин воспринял как ЛИЧНОЕ оскорбление. Показания сбежавшего в Киев депутата это подверждают. 

весь "Крымнаш" был затеян как ответ Путина на "белоленточный" взрыв 2011

- дорогой Александр Львович, на "белоленточный" протест Путин "ответил" сразу же: рассуждением о "контрацептивах", которые он разглядел в белых ленточках. А "ответ действием" был продемонстрирован на Болотной 6 мая 2012.

Мне кажется, гипотеза о том, что нечто в России делается ради народного одобрения, объяснима только долгой жизнью в демократической стране. В России (по крайней мере, последние 100 лет) обычно наоборот: власть делает то, что нужно ей, а потом объясняет народу, что это всё делалось для него.

"В 2011- 12 москвичи были настроены анти-путински" - а за кого же они были? Путин вообще-то и по Москве (в среднем) набрал больше остальных кандидатов (насколько помню). И 2011-12 год - это не то, что сейчас: тогда ещё можно было иметь иллюзии о роли "выборов".

"Одобрение Путина" сегодня - это не оценка политического лидера, это скорее энтузиазм спортивных болельщиков: они болеют (например) за "Спартак" и ругают "Динамо" и "Зенит" - но не получают ничего от победы "своей" команды, кроме чувства удовлетворения, на реальную жизнь это никак не влияет. Вот в этом смысле, конечно, "не всё равно": болеют "за Путина", потому что ему выстроили яркий образ.

Поддерживаю только первую половину, где разговор идёт про меня, любимую)

К старому обмену репликами насчет "русофобии". Вот, например, что пишет известный Вам  писатель А. Куприн:

"Помню, лет пять тому назад мне пришлось с писателями Буниным и Федоровым приехать на один день на Иматру. Назад мы возвращались поздно ночью. Около одиннадцати часов поезд остановился на станции Антреа, и мы вышли закусить. Длинный стол был уставлен горячими кушаньями и холодными закусками.

Тут была свежая лососина, жареная форель, холодный ростбиф, какая-то дичь, маленькие, очень вкусные биточки и тому подобное. Все это было необычайно чисто, аппетитно и нарядно. И тут же по краям стола возвышались горками маленькие тарелки, лежали грудами ножи и вилки и стояли корзиночки с хлебом.Каждый подходил, выбирал, что ему нравилось, закусывал, сколько ему хотелось, затем подходил к буфету и по собственной доброй воле платил за ужин ровно одну марку (тридцать семь копеек). Никакого надзора, никакого недоверия.

Наши русские сердца, так глубоко привыкшие к паспорту, участку, принудительному попечению старшего дворника, ко всеобщему мошенничеству и подозрительности, были совершенно подавлены этой широкой взаимной верой. Но когда мы возвратились в вагон, то нас ждала прелестная картина в истинно русском жанре. Дело в том, что с нами ехали два подрядчика по каменным работам. Всем известен этот тип кулака из Мещовского уезда Калужской губернии: широкая, лоснящаяся, скуластая красная морда, рыжие волосы, вьющиеся из-под картуза, реденькая бороденка, плутоватый взгляд, набожность на пятиалтынный, горячий патриотизм и презрение ко всему нерусскому - словом, хорошо знакомое истинно русское лицо. Надо было послушать, как они издевались над бедными финнами.- Вот дурачье так дурачье. Ведь этакие болваны, черт их знает! Да ведь я, ежели подсчитать, на три рубля на семь гривен съел у них, у подлецов... Эх, сволочь! Мало их бьют, сукиных сынов! Одно слово - чухонцы.А другой подхватил, давясь от смеха:- А я... нарочно стакан кокнул, а потом взял в рыбину и плюнул.- Так их и надо, сволочей! Распустили анафем! Их надо во как держать!" 

Этот текст полезно вспомнить по многим причинам, в том числе в связи с ситуацией в Якутске :Ссылка

Куда все это девалось во второй половине 1980-х?

Никуда оно не девалось. Оставалось там, откуда Светлана это вытащила - в фундаменте личности. Другое дело, что в 1980-1990 ПРОИЗНЕСЕНИЕ общедемократических лозунгов было ПРЕСТИЖНЫМ, поскольку ассоциировалось с приобщением к богатству Запада.

в фундаменте личности

Сергей, Вы этот фундамент сами раскапывали? :)

В фундаменте у россиян, как и у советских людей, всегда были обыкновенные общечеловеческие ценности.

А вот произносимые лозунги всегда зависели от конъюнктуры и не имели отношения к личным убеждениям произносящего.

Это только Ваши мечты, Светлана :) Как и в прочих Ваших репликах :)

Мои мечты - ВСЕГДА становятся реальностью 

Мои мечты - ВСЕГДА становятся реальностью :))

Тогда, Светлана, может быть, по многочисленным просьбам трудящихся, Вы могли бы помечтать о чём-нибудь действительно полезном для России? :)

Эту реплику поддерживают: Владимир Невейкин, Михаил Аркадьев

Вы этот фундамент сами раскапывали? :) В фундаменте у россиян, как и у советских людей, всегда были

Ну, то есть это не я раскапывал, а Вы........ ;-)

не я раскапывал, а Вы........ ;-)

- Я только, по мере возможностей, не даю этот фундамент закопать :) Думаю, он ещё пригодится для грядущего строительства.

А живое подтверждение моего тезиса - у нас перед глазами. Вот Светлана Пчельникова: чем она в реальности живет, что она ДЕЛАЕТ? - замечательные благотворительные проекты, прекрасные выставки.

А что она ГОВОРИТ? - :(((...

А......Так Вы тоже спасаете Светлану от неё самой! Прекрасно! Уверен, Светлана, как умный человек, со временем полностью оправдает Ваши надежды на её "перековку". Ну а я, с Вашего позволения, останусь при мнении, что она говорит именно то, что ей кажется правильным сказать, что её высказывания вполне отражают её душевное устройство и что она представляет здесь голос десятков миллионов "простых россиян"

Так Вы тоже спасаете Светлану от неё самой!

- что Вы! Боже упаси! :) Света очень неплохо устроилась, её любят и ценят даже "в области культуры" :) Было бы просто жестоко пытаться её спасать.

"она говорит именно то, что ей кажется правильным сказать" - именно так: говорит то, что она считает правильным сказать, а не то, что она думает "на самом деле".

И я не вижу ни малейших причин считать идиотами "десятки миллионов простых россиян" - на том основании, что они ГОВОРЯТ то, что "ПРАВИЛЬНО", выгодно сказать здесь и сейчас. Нет никаких оснований предполагать, что они ДУМАЮТ именно то, что говорят.

я не вижу ни малейших причин считать идиотами "десятки миллионов простых россиян" - на том основании, что они ГОВОРЯТ то, что "ПРАВИЛЬНО", выгодно сказать здесь и сейчас.

Причем тут "идиотизм"? Говорить то, что выгодно, не обращая внимания на то, что выгода эта достигается за счет страданий и смертей других - совсем не "идиотизм". Это традиционная этика "умри сегодня ты, а я - завтра".

Эту реплику поддерживают: Сергей Любимов

Здрасьте, какие ещё "страдания и смерти других"? Вы что, хотите сказать, что власть России прислушивается к "просьбам трудящихся"? Это с какого перепугу? Власть делает то, что хочет. И НИКАКИЕ слова "простых россиян" НИКАК не могут повлиять на политику власти - ни в лучшую, ни в худшую сторону.

Нет никаких оснований предполагать, что они ДУМАЮТ именно то, что говорят

Это и есть основной диагноз, причем, мягко говоря, неутешительный, дорогая Анна.

Эту реплику поддерживают: Сергей Кондрашов

диагноз неутешительный

- Дорогой МА, разве Вы бы предпочли убежденных идейных фашистов - людям, "правильно" отвечающим на бессмысленные вопросы?

Дорогая Анна, уточните, какие бессмысленные вопросы Вы имеете ввиду?

Дорогой МА, под "бессмысленным" я имею в виду вопрос, ответ на который ничего не меняет. Например, спросили у нас на референдуме: "Вы хотите жить в обновленном Советском Союзе?" - мы ответили "Да", а нам ответили: "А мы считаем, что Советский Союз прекратил свое существование...". То есть, вопрос референдума был бессмысленным.

Вопрос был, да,  глупым, манипулятивным и бессмысленным вне зависимости от результатов самого реферндума или Беловежских соглашений, дорогая Анна. Референдумы такого рода не проводят вообще, или проводят иначе. Или это не в тему? :) 

В тему, дорогой МА :) Вопрос-то был нормальный, но не было смысла его задавать, раз ответом не собирались пользоваться. Может быть, организаторы рассчитывали на другой ответ, хотели получить "мандат" на свою деятельность. Но нужного ответа не получили, и пришлось организовывать путч, чтобы напугать руководство союзных республик, а потом поставить всех перед фактом - "СССР прекратил существование".

заниматься военными интервенциями в чужие страны и разрушать государства.

Да, теперь это делает и путинская Россия. Действительно, зачэм, слющай, монополия? Мы тоже хотим убивать. Чем мы хуже? 

Поддерживать насилие государственного аппарата, не важно, чьего, но ОСОБЕННО собственного - верх деструктивного цинизма. Фактически это эквивалентно призыву к мировой войне. Что и происходит на наших ТВ каналах прямыми текстами (недавно опять у Соловьева). Браво циничным кукольникам всех мастей!   

Меня интересовало, Света, не то,

что мог бы сказать Пелипенко по поводу THE Трамп (в скобках, уверен, то же, что говорю я: жлоб и комедиант, не имеющий представления на что он поднял руку), но то, что скажут читатели по поводу его (Пелипенко) собственного признания, что заметки его "отрывочны, бессистемны и, конечно же, методологически эклектичны и некорректны". Об этом текст. И спор, напомню, о природе и происхождении самодержавия в России, а не о том, будто  народы Европы недополучают каких-то положенных им прав из-за зловредных меньшинств. Нам бы таких "недополученных" прав,что у европейцев. 

Александр Львович, царствие небесное Пелепенко. Последнее слово осталось за вами, бесспорно.

Злостная пропагандистская и историческая безграмотность, Светлана. Либерализм строгое понятие, и вообще весьма строгая вещь, причем вполне консервативная, а не предмет для болтовни на уровне примитивных таблоидов.   

Инстаграмм, твит и перепост в Фейсбуке - новостные ресурсы, меняющая мир

Какая бы вакханалия не устраивалась в либеральных СМИ по поводу президента Трампа, а тот напишет пару строк в социальных сетях и раз за разом побеждает.

...уличая его в том, что он видит лишь то, что хочет видеть

Строго говоря, все и всегда видят лишь то, что хотят видеть, и штука в том, чтобы хотеть видеть правильно. :)

И вот, как по мне, Александру Львовичу это удается. :)

все и всегда видят лишь то, что хотят видеть

Люди всегда ГОВОРЯТ, что видят именно то, что говорят. А видят-то они картину гораздо более обьективную, чем то, как они её описывают. Большинство твоих оппонентов видят вещи, не слишком отличающиеся от того, что видишь ты. Но говорят вещи прямо противоположные тому, что говоришь ты. Проблема, на мой взгляд, не в том, чтобы увидеть вещи "правильно", а в том, чтобы описать реально видимое более-менее честно. И тут сочетаются два препятствия - отсутствие субьективной честности и, нередко, неумение подобрать адекватный язык для описания.

Эту реплику поддерживают: Михаил Аркадьев

описать реально видимое более-менее честно

Я, как и вы, на Украине сейчас реально увидеть ничего не можем, потому что находимся физически далеко.

По ощущениям моим: все ужасные изменения в украинской жизни происходят от последнего Майдана.

Сейчас Донбасс решает судьбу всей страны, с которой он был одним целым до 2014 года. Сохранится Украина, как государство или распадётся на две части.

Киевская власть и СБУ делают все чтобы Донбасс "ушёл" навсегда, вряд ли они инициируют уважительный диалог как предписывают минские соглашения

Опять, Света, привычная

пропагандистская картинка из российского ТВ: в основе всего Майдан, гражданская война и открытая граница с Россией (что делает ее стороной конфликта).

Вот когда Вы так пишете от своего лица - это уже интересно. Я могу сколько угодно не соглашаться, но личное оценочное суждение не может быть опровергнуто и не является ложью или фальшивкой.

Спасибо, Сережа,

а то очень уж далеко мы ушли от текста.

Эту реплику поддерживают: Сергей Мурашов

Вам спасибо, Александр Львович.

Да,Сергей, Вам с автором блога А.Яновым всё и всегда хочется видеть  правильно:) И  вам это удаётся. Почему? Может, потому что  вы стараетесь основывать свои точки зрения на фактах. По крайней мере то, что касается Трампа. Чего не скажешь о вашей  любимой оппонентке. Я тут подивился её радости в связи с избранием Трампа. Но не стал в пик   эйфории даже косвенно высказываться на этот счёт. Просто дал времени поработать. Ну, а то, что  происходит с этим "другом России", я в заключительном комментарии своего последнего эссе о Ленине  перечислил все его "достижения".Но отчего-то  эти "достижения"  остаются вне вашего фокуса....:)) Я исключительно о "победах" Трампа... И ни о чём больше:)

Эту реплику поддерживают: Сергей Мурашов

Вам с автором блога А.Яновым всё и всегда хочется видеть правильно:) И вам это удаётся. Почему?

Видимо, всему виной наш обширный опыт...

Который, как известно, сын. :)

Эту реплику поддерживают: Эдуард Гурвич