Все записи
15:43  /  12.09.17

2165просмотров

РЕСТАВРАЦИЯ ИМПЕРИИ ИЛИ АГОНИЯ? Седьмой вопрос моим читателям.

+T -
Поделиться:

 

                                                                            Даже самые великие политические 

                                                                            успехи  наши в Азии и в Европе

                                                                            таят в себе нечто трагическое и жестокое...

                                                                            Не повторяем ли мы в новой форме старого Рима?

                                                                            Но разница в том, что под его подданство

                                                                            родился Христос, под нашим скорее

                                                                            родится  антихрист.

                                                                            Константин Леонтьев

Волей-неволей затрагивает этот вопрос одну из самых трагических загадок современной истории. Загадка, разумеется, не в том, почему практически без выстрела рухнула в одночасье в феврале 1917 года четырехсотлетняя Российская империя. В конце концов, точно так же развалились тогда, пусть с интервалом в год или несколько лет, и соседние, даже более древние континентальные империи – Оттоманская и Австрийская. Вопрос в другом: почему имперская история Турции и Австрии на этом и завершилась, тогда как в России агония подновленного  средневековья продолжается, как ни в чем ни бывало, вот уже целое столетие? Почему в отличие от соседей, не научил ее опыт Катастрофы (повторившейся вдобавок в августе 1991), и по-прежнему вдохновлена она  своим прошлым образом кнутобойной милитаристской империи?

Более того, повинуясь велению фантомного наполеоновского комплекса, терзающему ее со времен Крымской капитуляции середины XIX века, Россия и столетие спустя после этой капитуляции опять, как при Николае l, противопоставила себя миру. И, «встав с колен» при Сталине, добивалась – и добилась! – имперских «приращений», напророченных ей Федором  Ивановичем Тютчевым и Николаем Яковлевичем Данилевским.

И главное в том, что в известном смысле Леонтьев оказался прав: если бы не СЛИШКОМ своевременная смерть Сталина, мир и впрямь был на пороге Армагеддона. Другими словами, реставрация империи действительно закончилась антихристом (пусть и несостоявшимся по независящим от него причинам). Но, даже отвлекаясь от библейских аллюзий, хотя граница нового «царства Русского» и не прошла по Тигру и Евфрату, как завещал ему Тютчев, Восточную и Центральную Европу со «свежим населением в 111 миллионов душ», как плотоядно подсчитывал более прагматичный Данилевский, проглотила реставрированная Российская империя, не поперхнувшись.

И все лишь затем, чтобы три поколения спустя, не выдержав напряжения развязанного ею мирового конфликта, снова рухнуть в одночасье и практически без выстрела? Точно так же, как в 1917? Так зачем же было калечить еще три поколения живых – и родных – душ? Зачем ГУЛАГ? Ради фантома?

Как бы то ни было, вопросы остаются: как удалось России не только реставрировать распавшуюся империю, но и начать в ней строить заранее обреченную, как очевидно стало уже в 1921 году, фантазию – коммунизм в ОДНОЙ, отдельно взятой стране? И почему после неминуемого крушения столь нелепой идеи, поддержанной большинством политически активного населения, продолжает Россия в очередной раз противопоставлять себя миру?

АЛЬТЕРНАТИВНЫЙ ВЗГЛЯД

Это судьбоносные, согласитесь, для будущего России  вопросы. Первостепенно важны они и для ее соседей и в конечном счете для мира. Ибо если наполеоновский комплекс России действительно НЕИЗЛЕЧИМ, как думают многие, и очередная ее попытка «присоединиться к миру», говоря словами Чаадаева, в 1987-2001 была всего лишь интермеццо в вековой имперской симфонии, то ведь холодная война НИКОГДА не закончится! И противостоянию России с миром суждено постоянно возобновляться, как, собственно, и мечтают ее имперские националисты, наследники Тютчева и Данилевского.

Я исхожу, как знает читатель, из альтернативной точки зрения. Из того, что присутствуем мы сегодня при агонии русского средневековья, сохранявшегося все эти столетия, благодаря обстоятельствам исторически неповторимым. Из того, что перед нами действительно интермеццо, но интермеццо агонии. Из того, короче говоря, что реставрации русское средневековье больше НЕ ПОДЛЕЖИТ.

Само собою, у моей точки зрения есть масса оппонентов – и в России, и на Западе. Их так много, что всем им в одном коротком эссе не возразишь, разве что скажу я в заключение несколько слов о бесплодности мечтаний отечественных имперцев. Но в принципе обсуждать здесь будущее России я не намерен. Тем более что уже это сделал в двухтысячестраничной «России и Европе 1462 – 1921»,  причем сделал на основании подробного анализа ВСЕГО прошлого российской государственности как целого. Трехтомник есть в сети. Кому интересно, найдет. Здесь лишь о моем вопросе, о первоначальной загадке.

Повторю: почему после Первой мировой, когда другие континентальные империи в Европе перестали существовать, Российская, пусть под псевдонимом, не только сохранилась, но  и разрослась?                                                 

ОБ ЭНТУЗИАСТАХ РЕСТАВРАЦИИ

Не спрашиваю об этом главных своих оппонентов: сегодняшних имперских националистов. Не спрашиваю, поскольку знаю, что для них никакой загадки тут нет. Они совершенно убеждены, что как в феврале 1917, так и в августе 1991 Российскую империю разрушили происки врагов. Постаралась вечная пятая колонна внутри страны – вкупе, разумеется, с врагами внешними. У имперцев, конечно, свои заморочки. Одни из них склоняются к тому, что главную роль тут сыграли предатели внутренние, будь то либералы, как уверен кающийся либерал Михаил Леонтьев, или масоны, которых активно проталкивал на эту роль покойный Вадим Кожинов, или жидомасоны, как уверяет нас Михаил Назаров.

Александр Проханов затрудняется, какой именно категории предателей отдать пальму первенства в разрушении Российских империй (поскольку историю их он ведет чуть не с Вавилонских времен, то насчитывает даже не два, а четыре таких крушения). Хоть и клеймит он «предателей» Горбачева и Ельцина как «мстительных карликов», но склоняется к тому, что больше все-таки виноваты их зарубежные хозяева. С этими, однако, трудность: иные, хоть и враги, прикидывались порою друзьями. Когда «гадила англичанка» – дружили с американцами, когда развоевались французы, дружили с англичанкой, когда немцы – с французами, а потом и заново с англичанкой. Слишком сложный, согласитесь, получается кроссворд.

Трудность можно, конечно, обойти собирательным понятием «Запад». Но возражает ведущий геополитик и конспиролог Александр Дугин, открывший стационарных злодеев в неких «талассократах», отвека заинтересованных в разрушеиии самой сильной «теллурократии». В переводе на русский, американцы виноваты. Особняком стоит Путин, обнаруживший «исключительно сильный генетический код» России в дополнение к ее, если верить Дмитрию Киселеву (так во всяком случае было объявлено на транспаранте его политического шоу на центральном ТВ), «апассионарности». Отдавая должное столь основополагающим открытиям (отнесем смешение Бетховена и Гумилева к недоработке Киселева), мы не вправе, однако, умолчать, что они все же не объясняют ни двукратного крушения Российской империи на протяжении одного ХХ столетия, ни тем более жизненной необходимости ее реставрации, на которой настаивают его единомышленники («когда мы говорим Россия, мы говорим империя» А.Г.Дугин). А объяснить-то требуется именно это.

Вот посмотрите. Допустим, их мечта исполнилась и империя-3 (пусть в форме какого-нибудь Евразийского Союза), осуществилась. Но заранее  ведь ясно, что непременно заведутся в ней такие же «мстительные карлики», как в обеих предшественницах, назови их хоть либералами, хоть жидомасонами. И их зарубежные хозяева, те самые «талассократы», тоже ведь никуда не денутся. И с такой же неотвратимостью обрушат они новую империю, как обрушили старые. И никакой «генетический код»  так же не поможет ей, как не помог он ее предшественницам. Так есть ли смысл затевать заранее обреченное предприятие? Или попросту говоря, стоит ли овчинка выделки? Тем более что как знаем мы по опыту: каждое новое                  крушение империи обходится народу дорого, страшно?

Борис Никольский, самый блестящий из имперских националистов последнего предреволюционного поколения, понял это еще в 1918 году. «На реставрацию не надеюсь, – писал он, – страшно то, что происходит, но реставрация была бы еще страшнее». И как в воду глядел. А сегодняшние имперцы и по сей день не понимают. Понятно теперь, почему обращен мой вопрос только к нормальным людям?  

Комментировать Всего 19 комментариев

Александр Львович, отвечу на вопрос, стоящий в заголовке : и то, и другое. Реставрация не противоречит агонии, а порождает агонию   

Это так, Миша, но почему все-таки

именно и ТОЛЬКО Россия реставрировала в 1917-1922 распавшуюся империю? Загадка-то в этом.

И дело ведь даже не в одних лишь соседнихконтинентальных империях. Чуть позже потеряли свои империи ВСЕ европейские державы -- и Англия, и Франция, великие европейские державы, не говоря уже о Голландии, Бельгии или Португалии. И НИ ОДНА из них не мечтает об их реставрации. А Россия мечтает. И не только мечтает, но и реально копошится по поводу Евразийского Союза. Потому и напала на Украину, что без нее империя-3 не сложится.

Мечтания пустые и это, конечно, говорит в мою пользу, но коренится-то все в той первоначальной загадке, в головокружительном успехе той первой реставрации.

Дело в гибридности самодержавия, и  его особой цикличности? Кстати, Саша, вот тут интересный парадокс. С одной стороны, мы согласны в том, что Россия подчиняется тем же социальным закономерностям, что и все нововременное человечество и отрицаем "русскую идею" и Sonderweg. С другой, есть вот эта самая специфика, уникальность. То есть веское основание говорить об "особом пути", не так ли? Сам Ваш вопрос: почему ТОЛЬКО Россия, сформулирован именно так. И ссылки на аналогичные процессы в империях типа Франции и особенно Германии проясняют аналогию, но не снимают специфику:  ни во Франции, ни в Германии не было самодержавной революции, соответственно не возникла гибридная политическая струкутра, соответственно не возникло устойчивого "особого пути".  

В чем противоречие, Миша?

В силу ряда причин, которые читателям и предстоит выяснить, "ордынская" составляющая гибрида победила в 1917. Да, это была специфика, уникальность, но "дурная уникальность", поскольку привела к новой катастрофе империи. Нынешняя частичная реставрация свидетельствует как о том, что "ордынская" составляющая все еще преобладает, но существенно СЛАБЕЕ первоначальной. Достаточно ли она ослабела, чтобы покончить с "дурной уникальностью", вопрос спорный. Я думаю, достаточо, но Сережа Мурашов, боюсь, усомнится. Анна, наверное, тоже. 

Мой наблюдение все же несколько иное, Саша. Не важно, дурная уникальность, или хорошая уникальность. Важно, что уникальная гибридность, возникшая в результате изнасилования России Грозным, подкрепленная Николаем, возведенная в кровавый абсолют Сталиным, и подхваченная сейчас Путиным, странным и неприятным образом подтверждает представление об "особом пути" и "русской идее". Мне это представление крайне несимпатично, но невозможно не увидеть его парадоксальную точность....

Но ведь это же очевидно, Миша.

Гибридность НЕ МОГЛА не создать уникальность, назовите ее хоть "русской идеей", хоть "особым путем", -- и как бы ни было это неприятно. Чаадаев еще не знал, откуда она взялась, но интуитивно это угадал.

И русские европейцы борются с "русской идеей" не из-за ее уникальности, но потому, повторю, ибо это первостепенно важно, что это "ДУРНАЯ уникальность". Потому, что она обрекает страну на неминуемые катаклизмы, на ситуацию, которую Сперанский описал, как "свободных людей в России нет, кроме нищих и философов" и в конечном счеге на гибель. Потому также, что великой культурной державой, какой она рождена, ей раз и навсегда с этой уникальносью не стать.

Признаем правоту слввянофилов, но признаем также, что она гибельна для России. Что Вас в этом смущает? Ведь сказать, что Россия уникальна, это все равно, что сказать: она гибридна. И это Вас не смущает.

Саша, меня смущает только то, что германский Sonderweg был действительным мифом, а вот русский оказыватся некоей реальностью, определенной , причем традиционной, с конца XVI века, политической структурой. Вы где-то об этом говорите прямо? Я имею в виду о структурно-историческом различии между германским  Sonderweg и русской "особостью"?  Просто я не помню.  

Не раз говорил, Миша.

Германский миф возник из-за унизительной -- и оскорбителтной -- раздробленности страны (основной мотив поэзии Гейне -- насмешки над постыдным бессилием "Михеля"), которой распоряжался, как хотел, всеевропейский деспот. Но Россия-то была сверхцентрализованной сверхдержавой. Где мотив для возникновения мифа?

Славянофилы это не затруднило. Придумали, почему чужой миф годится и для России. Вот почему я акцентировал то, что миф чужой. Но особый путь-то был свой, родной, заданный русской историей.

Never mind, что тевтонофилы апеллировали к СЛАВНОМУ прошлому единой Германии, а славянофилы -- к иссушенной, обеславленной Московии. Зато безупречно правосланой.

Эту реплику поддерживают: Михаил Аркадьев

Я не просто "усомнюсь", Александр Львович. Я вообще не думаю, что стоит говорить о какой-то "ордынскости" российской власти, больше, чем говорить о каких-то особенностях европейского раннего средневековья, применительно к сегодняшней Европе.

Более того, я не соглашусь и с тем, что "имперскость" оказалась после 20-х годов прошлого века свойственна лишь россиянам... а разве Третий Рейх не был попыткой выстроить очередную супер-империю? А разве не "имперскостью", пусть и в крайне усеченном виде, объясняется успех всех без исключения авторитарных правителей, приходящих к власти во всех частях света? Разве не к "имперскости" американцев взывал Трамп, и разве не благодаря ей он стал президентом?

Мне кажется, наши ошибки объясняются довольно просто: нашей низкой культурой и отсутствием либерального опыта. Именно поэтому нашими лидерами раз за разом становятся такие же малокультурные люди с неприятием либерализма, и мы позволяем им это.

Мы в этом вряд ли одиноки: примеров чего-то похожего можно найти во всех странах и во все времена... но в большинстве стран, которые принято считать "развитыми", таких примеров все меньше и меньше, так как культура населения растет там быстрее, чем у нас, где этому слишком много помех.

Давайте разберемся в терминах, Сережа.

Вы объясняете беды России "нашей низкой культурой". Согласен. Но как Вы отвечаете на вопрос: ПОЧЕМУ она низкая, наша культура (думаю, Вы имеете в виду политическую культуру)? Оказывается, никак. Низкая, вот и весь ответ. Таков по какой-то причине итог  500-летнего развития русской государственности. Удовлетворяет Вас, не говоря о читателях, такой ответ?

Меня он не удовлетворил еще в советские времена, когда я уселся писать самиздатскую рукопись о ПРИЧИНАХ того, почему она, эта культура, низкая. Уже тогда я предложил довольно сложную методологию объяснения этого странного феномена, которую затем совершенствовал в 27 своих книгах и продолжаю совершенствовать на Ваших глазах (это ответ Мише).

Очень трудно объяснить эту методологию, тем, кто этих книг не читал. В двух словах она выглядит довольно грубой схемой. Но все же попробую.

Продолжаю, Сережа.

Начинается схема с того, что -- наперекор всем существующим в России и на Западе -- объяснениям происхождения русской государственности я попробовал доказать (и,надеюь, ДОКАЗАЛ), что начиналась она в 1480-е как обыкновенное северо-европейская абюсолют ная монархия, наподобие, скажем, Швеции. Отсюда дерзкое название первого тома трилогии "Европейское столетие России". В 1560-е, однако, произошла в Москве беспрецедетная в Европе по  жестокости и политическим последствиям САМОДЕРЖАВНАЯ РЕВОЛЮЦИЯ ( потрпл поражени поражени по я объясннил ее двойственностью русской политической культуры с самого начала ее прото-государственности в Х веке)

Грозный и преуспел, и потерпел  поражение, Преуспел а том, что ему удалось создать невиданного в Европе самодержавног монстра (принципиально отличающегося от общепринятой абсолютной монархии), но потерпел поражение в том, что не сумел уничтожить культурное наследство Европейского столетия

Боюсь, Сережа, что все

исчезнет, уже исчезало. Поэтому выстукиваю кусками. Продолжаю.

И с тех пор наследство это вынуждено сосуществать с самодержавием (которое я условно называю "ордынством", отчасти и потому, что наследие Орды в нем тоже присутствует, придумайте лучшее название). Потому и называю

я Россию "испорченной Европой"

Это сосуществование в свою очередь связано с двумя  противоположными феноменами. Во- первых,  с особым видом цикличности (в отличие от Америки, допустим, циклы имеют не две, а три фазы, включая фазу КОНТРРЕФОРМЫ, способную стереть большую часть достигнутое в предыдущих фазах (луший пример 1917). Оттого и культура низкая. Во-вторых, однако, связано оно с правилом (боюсь, назвать это закономерностью), согласно которому каждая диктатура неизменно сменяется в России оттепелью. Исключений не было за четыре столетия. В ходе оттепелей (порою перерастающих в фазу реформы) постепенно снмается "порча" самодержавия (лучшие примеры: Александр II, освободивший крестьянство от рабства, и Ельцин, освободивший Россию от империи.

И это прямо ведет нас к нынешнему вопросу.

Последний кусок, Сережа.

Вопрос формулировался так: почему в момент исезновения континенальных империй ТОЛЬКО Россия захотела и смогла собрать в 1917-1922 рассыпавшуюся империю? Конретный, привязанный к моменту вопрос, Какое отношение к нему имеет то, что десятилетие спустя Германия попыталась завоевать Европу и тем более Трамп,пытающийся отгородиться от Мексики стеной? Не вижу связи, извините. Если, конечно, Вы не думаете, подобно Проханову, что Америка-империя? Не думаете ведь. Или опять начнем о терминах?  Уф! 

Конретный, привязанный к моменту вопрос, Какое отношение к нему имеет то, что десятилетие спустя Германия попыталась завоевать Европу и тем более Трамп,пытающийся отгородиться от Мексики стеной? Не ви

Мне кажется, Александр Львович, что желание видеть себя выше и значительнее - для человека вполне естественное, а что такое эта самая "имперскость", если не это желание?

"Ах, мы так круты, что нашего Путина боятся даже американцы!"

"Ох, мы так сильны, что вот захотел Путин забрать себе Крым, и забрал - и никто с этим не смог ничего сделать".

А что такое "Сделаем Америку снова великой", - если не то же самое? Не попытка сыграть на чувствах обывателя, которому скучно быть просто обывателем, а хочется ощущать себя хозяином мира?

А что такое Третий Райх? Что такое "Deutchland uber alles", как не то же самое, не попытка использовать обывателя, поманив его величием?

Большевики сделали то же самое: предложили "рабочему и крестьянину" - весь мир, и рабочий с крестьянином не смогли отказаться, их манила перспектива "разрушить весь старый мир", и построить на его обломках новый, лучший...

И Путин сейчас предлагает то же самое: он убеждает обывателя, что русский обыватель - велик и героичен, одухотворён и высокодуховен... "Никогда не бросает своих", и до оторопи пугает "изнеженных западных либерастов"...

Нмв, на Западе достаточно давно люди научились брезговать такими методами, но Орбан или Трамп - отголоски былой славы обывателя, снова и снова напоминают, что ничто не проходит бесследно...

А за временем реакции, конечно, придёт время либерализации - так как люди устают от Путина, так же, как уставали от других...

Вопрос только в том, как скоро и сколь надёжно: так как наши власти - не брезгуют любой ложью, любым насилием и любым бесчестьем, лишь бы добиться своего. 

Я не знаю, что такое "имперскость", Сережа.

Империя -- это строгое понятие, термин, а "имперскость"? Это каждый может толковать, как ему заблагорассудится. Мы как будто говорим на разных языках. Спорить, чтобы придти к чему-то дельному, можно ТОЛЬКО согласившись о терминах, в которых идет спор.

Я потратил много часов (имея в виду, что я выстукиваю одним пальцем), чтобы попытаться объяснить Вам, а заодно и всем, кто моих книг не читал, в каких терминах мы спорим с Мишей, который читал. Например, то, что мы называем "гибридом", есть сосуществование наследия Европейского столетия России с наследием Самодержавной революции. И эта "гибридность" является, в частности, причиной низкого уровня политической культуры (в европейском контексте, конечно). Или, что очередная оттепель наступит не "раньше или позже", а именно "после Путина" (что играет, если хотите, роль термина).

Так вот, как Вы ответите на седьмой вопрос (имея в виду термин "империя", а не аморфную "имперскость".

Эту реплику поддерживают: Михаил Аркадьев, Сергей Мурашов

Александр Львович, я не то, чтобы спорил - я же практически во всём с Вами согласен, да и кто я, чтобы спорить? :)

Я всего лишь делюсь видением, а уж что с ним делать - Ваше дело: можете отбросить за ненадобностью, или как-то применить, как одно из свидетельств очевидца.

"Имперскость" - это нелепый термин, которым с некоторых пор награждают россиян, чтобы показать связь интересов и мировоззрения населения России с действиями Путина и путинизмом.

То, что после Путина наступит оттепель - очевидно... Вот только это "после" может продлиться какое-то время, так как система Путиным отстроена достаточно устойчивая, в ней задействовано множество влиятельных во всех сферах людей, и она, нмв, не обязательно "рухнет" вместе с его "спокойным" уходом - если он вдруг просто отойдёт от власти, или скончается.

(Продолжение следует).

Воспринимать же себя уникальным образом, и желать подтверждения своей уникальности - видимо, психологическая черта человека. И если тому или иному человеку не хватает собственных резервов для необходимого ему комплекса ощущений, то происходит сублимация - и человек подменяет то, чего не смог найти в себе, внешним источником ощущений, чувствуя себя членом самого лучшего племени, самого лучшего народа, самой правильной религии, самого лучшего государства, фанатом самого лучшего футбольного клуба, в конце концов... 

И россияне в этом смысле ничуть не отличаются от всех остальных - и это прекрасно показали американцы, выбравшие "сделаем Америку снова великой", или греки - выбравшие "отказ от диктата ЕС и иностранных банков" (хотя выбранные ими власти вскоре осознали бредовость этого популистского лозунга, и прекрасно подчинились диктату, и, следуя ему, достигли уже определённых успехов на пути выведения Греции из кризиса).

Сюда же мы отнесём и немцев тридцатых годов прошлого века, и австрийцев, и японцев, и всех остальных, попавших под влияние заманчивой перспективы - выступить чемпионами всего хорошего против всего плохого, и, "уничтожив зло" - коммунистов, евреев, цыган, гомосексуалистов, людей с физическими недостатками и пр., - разделить величие своей нации, своего Рейха, и пр.

Почему же в Европе получается лучше, а в "неправильной Европе" - хуже?

Ну, во-первых, в Европе тоже получается по-разному: я уже много раз перечислял европейских диктаторов прошлого века, не хочу повторяться.

А во-вторых, в России, в отличие и от Великобритании, и от Франции, и от Германии, и пр., просто недостаточно было опыта личной свободы, недостаточно ценился индивидуализм, и т.д.

Т.е., я думаю, что причины стоит искать именно в каких-то тончайших оттенках психологии, в каких-то трудно различимых мелочах, в каких-то "летучих пропорциях" замеса...

почему в момент исезновения континенальных империй ТОЛЬКО Россия захотела и смогла собрать в 1917-1922 рассыпавшуюся империю?

Я, пожалуй, не соглашусь с тем, что "ТОЛЬКО Россия захотела и смогла собрать" империю.

Отчего собранное Германией и Японией в 40-х годах прошлого века нам не считать империями? Да, эти имперские образования не пережили войну, в которой появились... Но это же не отменяет желания их собрать, и известных успехов на этом пути: