Очень личный, чтоб не сказать интимный. Я перед выбором. И поскольку друзей у меня, я надеюсь, достаточно в Снобе, а в ФБ и вовсе около полутора тысяч (зарегистрированных), то, естественно, обращаюсь я за советом к вам, друзья мои.

Трудности мои вот в чем. В последних своих работах (в «После Путина» и в исповедальном Интервью с Мишей Аркадьевым) я практически отрезал себя от всякого рода занятий «путинизмом». После недвусмысленного заявления, что «Путин интересует меня лишь в одном качестве: он застит будущее» на этом поле — после трех томов

России и Европы

, после четырех книг

Русской идеи

и

Спора о «вечном» самодержавии

— мне совершенно очевидно делать больше нечего. Все, что я мог сказать об опыте российской истории в связи с «путинизмом», я сказал.

Само собою, другое дело момент, когда замаячит на горизонте отъезд Путина на Афон, будь то в прямом или в переносном смысле, и в повестку дня вернется судьба грядущей оттепели. Тогда мой опыт в изучении российских оттепелей, начиная с послепетровской во второй половине 1720-х и кончая послебрежневской во второй половине 1980-х, снова станет актуальным, и я как верный солдат русского европейства опять, если доживу, встану в строй друзей и союзников. Но, судя по всему, много еще воды до того момента, боюсь, утечет под мостами.

Вопрос в том, что делать мне сейчас? Что делать в мои годы, когда оказался я в ситуации «живу, пока пишу»? Когда перестать писать о том, что нужно и важно отечеству, как делал я всю свою сознательную жизнь, равносильно для меня без преувеличения самоубийству? Когда во всей грозной неумолимости встал передо мной пушкинский вопрос «куда ж нам плыть?».

Где оно, то поле, на котором, отказавшись писать обо всем, что связано с текущим «путинизмом» в России, могу я по-прежнему помочь своей России? Есть ли оно, это поле, вообще? Вот о чем нужен мне совет.

ВОЗМОЖНАЯ АЛЬТЕРНАТИВА?

Расскажу о том, что я пока что надумал. Не заняться ли мне, например, противоборством с антизападной пропагандой на самом уязвимом сегодня, и в ближайшие годы, участке этого фронта — в трампистской Америке? Нет нужды объяснять моим читателям в России, ни то, что антизападничество — краеугольный камень путинской пропаганды, ни то,что пропаганда эта успешна. Недавний опрос Левада-центра подвердил ее успех. Спрашивали о врагах России. Если «внутренних врагов», т.е. либералов, оппозицию, олигархов, назвали лишь 2% опрошенных,то «внешних» — 66%. Иэ них главным врагом России 68% назвали Америку.

Знаем мы также, что работает эта пропаганда во многих жанрах, включая откровенно вульгарные (в популярных talk shows и в писаниях наемных перьев). Вот образец их риторики: «Америка отвратительна. Ее солдаты — трусы. Ее политики — развратники и хулиганы. Ее актеры — содомиты. Тексты ее литераторов дышат СПИДом».

Но это «ордынцы». Есть, однако, и искренние, но свихнувшиеся на почве антизападничества интеллектуалы. Вот что ответил на Интервью один из них, ученый географ В.А. Шупер: «Пятисотлетнему доминированию Запада подходит конец, он уже пришел с Трампом... Все 11 циклов Янова укладываются в эти 500 лет... Игнорировать периодическую смену лидеров мирового развития, значит исповедовать идеологию конца истории в более тяжелой форме, чем у Фукуямы... Едва ли стоит, подобно Янову, самим рассказывать сказки и самим в них верить».

Ну, там еще много чего. И о том, что наступает эра авторитарного Китая (с пристроившейся у него на запятках путинской Россией). И о том, что «смена лидеров вряд ли пройдет мирно». Но главное все-таки в том, что приход Трампа под знаменем, с трудом отличающимся от гитлеровского «Германия превыше всего», (

America first

), означает конец Запада с его бессмертным изобретением — гарантиями от произвола власти.

Едва ли есть смысл вступать здесь в полемику с ученым географом, не имеющим, увы, даже элементарного представления об истории. Ни о том, что сам институт мирового лидерства был ответом человечества на мировые войны ХХ века, когда стало очевидно, что без такого института у мира нет будущего. Ни о том, что единственная в истории смена мировых лидеров (от Великобритании к США) произошла

внутри

Запада и произошла мирно. Ни даже о том, что никакой «очередности в смене мировых лидеров» каждые 500 лет существовать не может, хотя бы потому, что 500 лет назад никакого «мира» в сегодняшнем смысле слова не было.

Важно в откровениях свихнувшегося географа, однако, не это. Важно, во-первых, что

все

российское антизападничество — от самого вульгарного до самого изощренного — сконцентрировано cегодня на Америке. Важно, во-вторых, что с приходом Трампа поле сражения за будущее мира действительно переместилось за океан.

ТАК ЧТО ЗДЕСЬ НА САМОМ ДЕЛЕ ПРОИСХОДИТ?

Я не американист. Но все же двадцать лет преподавал в американских университетах, дружил с самым выдающимся современным историком Америки, покойным (мир праху его!) Артуром Шлезингером, кое-чего о ее истории поднабрался. Бывали в ней плохие президенты, даже очень плохие. Бывали никчемные Конгрессы и скверные большинства в Верховных судах. Что поделаешь? Люди, выбирающие президентов и конгрессменов, всего лишь люди и, естественно, порою ошибаются. Но то, что сделало Америку Америкой, стояло неколебимо. Гарантии от произвола власти — верховенство закона, разделение властей и независимый суд — всегда до сих исправно эти ошибки редактировало.

То, что происходит в Америке сегодня, однако, и впрямь необычно. И дело не только в Трампе, в человеке решительно неспособном исполнить главное в президентстве, как завещал Джордж Вашингтон, — «блюсти достоинство офиса». Дело еще и в том, что (по крайней мере, до ноябрьских выборов в Конгресс),

все ветви

власти — от президента до обеих палат Конгресса и большинства Верховного суда — принадлежат к

одной

партии. Классическая авторитарная ситуация: власть против общества.

Но не это самое интересное в том, что происходит сейчас в Америке, родине гарантий от произвола. Самое интересное в размахе Сопротивления трампизму, в том, как доблестно защищается общество от власти, как страстно и эффективно оно ей противостоит. В том, как добилось, оно, например, чтобы рейтинг Трампа опустился до 24% среди женщин (т.е. половины всех избирателей), самого низкого для конца первого года президентства (с тех пор, конечно, когда появились рейтинги). Секрет успеха Сопротивления прост: власть не сумела подчинить себе голос общества, свободную прессу.

Соответственно, героями Сопротивления стали журналисты, интеллектуалы, студенты и вообще интеллигенция. Исход этой эпохальной борьбы американской интеллигенции против власти (ситуации, хорошо знакомой нам из русской истории, где закончилась она трагически), пока неясен. Но как бы то ни было, именно это, перипетии ее борьбы, и хотел бы я донести до своих читателей в России.

КОНТУРЫ ПРОЕКТА

Конечно же, противоборствовал я с антизападной пропагандой и прежде. Во всех своих книгах. И в этом смысле работал в почтенной многосотлетней традиции русского европейства. Достаточно вспомнить, за что прославляли сподвижники Петра беспощадно разрушившего яростно антизападный оплот православного фундаментализма, Московию XVII века, первого потерянного столетия в русской истории. Вот лишь несколько примеров. Канцлер Гавриил Головкин (1721): «Его неусыпными трудами

мы из тьмы небытия в бытие произведены

». Глава Священного Синода Феофан Прокопович (1725):

«воскресивший аки из мертвых Россию»

. Посол в Константинополе Иван Неплюев (1729):

«научил нас узнавать, что и мы люди»

. Для всех этих людей антизападничество было, как видим, «тьмой», даже «небытием», «смертью». И продолжалось это до С.С.Уварова (1833) с его Православием, Самодержавием и Народностью от которого и ведут свою родословную русские антизападники. Если, впрочем, не от самого Кузьмы Индикоплова, оракула Московии в космографии, египетского монаха VI века, полагавшего землю четырехугольной, — после Ньютона, Кеплера и Галилея.

Так или иначе, до сих пор противоборствовал я с антизападничеством

косвенно

, демонстрируя искажения западной политической машинерии в российской литературе и СМИ. Теперь я мог бы попытаться рассмотреть ее функционирование

изнутри

и главное, познакомить читателей с героями Сопротивления. Например, с колумнистами

The New York Times

, с журналистами авторитетного еженедельника

Time

, с авторами главного внешнеполитического журнала

Foreign Affairs

. Познакомить, я имею в виду, с их аргументами, с их надеждами и сомнениями, с их переживаниями, одним словом, привести их в ваш дом.

Все это я мог бы, но нужно ли это, интересно ли, важно ли для моих друзей и союзников, для моих читателей в России, русских европейцев? Америка далеко, а у вас хватает забот ближе к дому. Что вам Гекуба? Достойно ли это далекое поприще, чтобы посвятить ему годы жизни (ни Путин, ни Трамп завтра не уйдут, ни гниение в России, ни Сопротивление в Америке и послезавтра не прекратятся, речь и впрямь идет о годах)?

Но если не это, то что? Вот о чем спрашиваю я вас, о чем нужен мне ваш совет, друзья мои.

Нужно ли говорить, как признателен я вам буду за ваши советы? Чем больше их будет и чем серьезнее они будут, тем легче мне сделать свой выбор.