Все записи
00:26  /  19.10.19

258просмотров

Русская идея. От Николая I до Путина. Книга третья (1990-2000) Глава 6 После путча (часть 2)

+T -
Поделиться:

РАСПЛАТА ЗА ОШИБКИ

И ждала их эта расплата уже за ближайшим поворотом, 8 февраля, когда они с большой помпой созвали Конгресс гражданских и патриотических организаций. Формальным результатом Конгресса стало создание Российского Народного Собрания (РОНС), провозгласившего бывшую РСФСР правопреемницей и СССР, и Российской империи. И, кстати, потребовавшего возвращения Крыма. Я интервьюировал месяц спустя Бабурина (вообще-то беседовал я тогда со всеми лидерами «патриотов» – и с Прохановым, и с Кургиняном, и с Зюгановым, и даже с Куняевым, главным редактором «Нашего современника», журнала, который всячески поливал меня, когда я еще не мог вернуться в Москву, и с удвоенной силой, когда вернулся. Куняев, правда, в последнюю минуту испугался и отнял у моей помощницы пленку). Бабурин тогда только что вернулся из Крыма, и лицо его полыхало энтузиазмом, был уверен, что с «освобождения Крыма», как он это называл, начнется воссоздание империи. Но это так, реплика в сторону.

И к делу: я был на февральском Конгрессе РОС и своими глазами видел, что там происходило; я даже рассказал об этом подробно в одной из своих книг. Имея в виду, что книга была опубликована довольно давно (в 1995 году) и, сколько я знаю, никто моего рассказа до сих пор не опроверг, думаю, что глазам моим можно верить. И ушам тоже. Тем более что я был тогда на четверть века моложе. Повторю его, поэтому, вкратце.

Происходило действо в кинотеатре «Россия» (символизируя, по-видимому, что речь там пойдет именно о Русском пути). У входа волновалась толпа «непросвещенных» патриотов, подняв лес плакатов, предупреждавших делегатов Конгресса (пускали по пригласительным), что их обманывают, «заманивают в сионистскую ловушку!». Толпа не доверяла организаторам Конгресса – «перебежчикам», депутатам, вчерашним демократам. Но кинотеатр охраняли, поигрывая нагайками, молодцеватые казаки, тогда еще экзотическая новинка в Москве, и штурмовать двери «непросвещенные» не решались.

Впрочем, попади они в вестибюль, ровно ничего некошерного они бы там не обнаружили. Те же газеты продавались там, что и на всех «патриотических» сходках. И те же памфлеты, трактующие употребление иудеями крови христианских младенцев. Огромный плакат поперек вестибюля гласил: «Прости, распятая Россия!». Нехорошее появлялось предчувствие. Зря, право, ярились на улице «непросвещенные». Чувствовали бы они себя здесь дома.

Ход Конгресса подтверждал первое впечатление. Речи организаторов зал слушал недоверчиво, напряженно. Оживился он лишь, когда на сцене появился вице-президент. Присутствие Руцкого было необычайно важно для организаторов. Оно служило гарантией, что не какие-то никому не известные вчерашние демократы, но сам верховный патриот страны готов возглавить нарождающееся движение просвещенного патриотизма.

Говорил Руцкой, правда, неуверенно, сбивчиво. Спичрайтеры, писавшие его доклад, явно не рассчитывали на эту наэлектризованную аудиторию, ожидавшую, казалось, скорее призыва к оружию, нежели академических экзерсисов.

Зал заскучал. Но лишь до момента, когда оратор сделал роковую ошибку. Положившись на организаторов Конгресса, Руцкой, по-видимому, решил, что и впрямь попал в общество просвещенных патриотов и употребил вполне невинный – по меркам такого общества – оборот: «Национал-шовинизм, коричневый экстремизм должны уйти в прошлое. Им не место в патриотическом движении».

И зал взорвался топотом тысяч ног. Он дружно протестовал против нанесенного ему оскорбления. Руцкой говорил с патриотами на чужом, демократическом языке. Напрасно метался по сцене растерянный Аксючиц, призывая «уважать вице-президента», «уважать Россию». Зал не дал Руцкому закончить доклад. «В Тель-Авиве выступай с такими речами! – неслось ему вдогонку, – в синагоге!».

Летописец объяснил скандал впоследствии тем, что в зал неизвестно как пробралось много провокаторов – «памятников» и кричали они. Но он явно не присутствовал на этом Конгрессе. Потому что и после того, как охрана выпроводила самых дерзких крикунов, зал разразился точно такой же истерикой, когда заместитель Аксючица в РХДД Глеб Анищенко неосторожно обронил, что «шовинизм и национал-социализм являются большевистской тенденцией, опасной для патриотического движения». Такой же вопль: «Убирайся в Израиль!», «Иуда!» – потряс «Россию». Задуман был Конгресс, повторю, как демонстрация «просвещенного национализма».

* * *

Казалось бы, столь разочаровывающий опыт должен был заставить «перебежчиков» – все-таки интеллектуалы – задать самим себе некоторые вопросы. Например, такие. А что если Федотов был прав, когда писал, что просвещенной ненависти не бывает? Что если патриотизм, т.е. любовь к отечеству, не может быть «просвещенным» или «непросвещенным»? Как всякая любовь, он либо есть, либо его нет. И если так, то по пути ли им с этим кипевшим ненавистью залом? И вообще с прохановским реваншизмом, ставящим каторжную империю выше свободы и мессианство выше прав человека? Короче говоря, с «патриотическим» движением, в котором патриотизмом и не пахло? Одна этикетка, да и та заимствованная у либералов?

Но нет, не задали себе «перебежчики» никаких вопросов. Все осталось после злополучного Конгресса, как было до него. Разве что от генеральских своих замашек им пришлось отказаться. И «партизанская» структура оппозиции не упростилась, а усложнилась. Порядка в ней больше не стало. Тем более что к «белым», «красным» и «коричневым» ее отрядам прибавился отряд «перебежчиков». Отныне «патриоты» станут искать ЛИДЕРА, способного действительно навести порядок. Мы еще увидим, к чему это привело.

Фотографии:

А. В. Руцкой

Image may contain: 1 person