Все записи
19:42  /  2.05.13

12748просмотров

Три парадокса

+T -
Поделиться:

Не любил я в студенческие годы читать старинные летописи. Это требовалось на историческом факультете, но вот не любил. Одну тем не менее запомнил Навсегда. Наверное, потому, что ничего страшнее не читал. Целая жизнь прошла, а я помню. Называется «Повесть о разорении Рязани Батыем», Вот отрывок по памяти.

«Церкви Божии стояли разоренные и кровь лилась с алтарей, и не осталось в городе никого, кто не испил бы горькую чашу смерти. Ни стонов не было слышно, ни плача. Не плакали отцы и матери по детям и дети не плакали по отцам и матерям, ни братья по братьям, ни родичи по родичам. Все лежали вместе – мертвые». Столетия спустя назовут такое геноцидом.

Во многих тогдашних летописях предстают завоеватели нехристями, погаными, бичом Божиим, посланным на Русскую землю за грехи наши. Но ни одна не пронзает сердце как эта бесхитростная «Повесть». И мне по молодости лет казалось, что такое не прощают – ни современники, ни потомки. Все-таки жило тогда на Руси по оценкам экспертов миллионов восемь, а у бича этого Божия всего-то и насчитывалось каких-нибудь 30 тысяч всадников. Да, то были первоклассные воины. Да, впервые в истории превратили они, по словам французского историка Рене Груссе, «террор в институт власти, а поголовную резню в метод управления». Да было страшно. При всем том, однако, соотношение сил было несоизмеримо.

ПАРАДОКС ПЕРВЫЙ

Так почему же предпочли стерпеть? И два с лишним столетия (!) терпели? И поколение за поколением покорно ездили русские князья за «ярлыками» на княжение в ханскую ставку, вымаливая их на коленях (таков был обязательный ритуал аудиенции у хана). Не вскипела ярость благородная, не поднялась страна на поганую Орду. Короче, вот первый парадокс – почему не было Сопротивления?

Профессора объясняли: Русь была раздроблена, князья, братья-Рюриковичи, враждовали между собой, отнимали друг у друга земли. Как сказано в Слове о полку Игореве, «брат брату молвил: то мое. А и то – тоже мое». Не до Сопротивления им было. Да и размножилось семейство сверх всякой меры. Если в середине XII века было на Руси 15 княжеств, в начале XIII – 50, то в XIV было их уже 250.

А на вопрос о церкви отвечали профессора невнятно. Только самые именитые позволяли себе иногда намекнуть, что на самом деле церковь помогала завоевателям держать народ в повиновении. Что такое одновременно бороться с чужеземныим завоевателями и собственной церковью почувствовали на своей шкуре псковичи, когда их, восставших против ордынских поборов, проклял за это митрополит Феогност и отлучил от церкви.

И все же центральный вопрос повисал в воздухе. Ну вот в конце XIV века и церковь уже повернула фронт против завоевателей, и Орда ослабла, и Дмитрий Донской (как за полтора столетия до него Даниил Галицкий) доказал на Куликовом поле, что бить ее в открытом бою можно. А иго все длилось. И два года спустя после победы Дмитрия над Мамаем хан Тохтамыш сжег Москву и вчерашнему победителю пришлось снова совершать унизительное путешестие в Сарай за все тем же позорным «ярлыком». И это когда и Персия, и Китай, и Средняя Азия давно уже освободились от ига. Почему же еще целое столетие после этого продолжала терпеть его Русь? Не было у наших профессоров ответа на этот проклятый вопрос

ПАРАДОКС ВТОРОЙ

Современные игу да и позднейшие летописи не прощали, как мы уже знаем, завоевателям ни террор, ни резню соотечественников, ни затянувшегося на века, национального унижения. Но что по поводу потомков? Они-то простили? Судя по народной памяти, по фольклору, нет, не простили. Колючая сорная трава и сегодня зовется татарник. Но судя по историографии, простили. Нашли причины оправдать иго, а иные его благословляют, гордятся тем, что святой и благоверный Александр Невский стал побратимом хана-убийцы.. Это-то как объяснить?

Начнем с этих «иных», провозгласивших иго спасением России. Я говорю о родоначальниках современного евразийства. В отличие от своих сегодняшних последователей, эти евразийцы 20-го года, эмигранты, бежавшие от победившего в России марксизма, были культурными, европейски образованными людьми, многие из них крупными учеными – филологами, историками, географами, богословами. Они не могли не читать «Повесть о разорении Рязани Батыем» и сотни других свидетельств о зверствах, совершенных на Руси монголами, о глубочайшем унижении, испытанном европейской страной, завоеванной варварами-кочевниками, лишь за два десятилетия до этого обретшими свой алфавит, да и тот заимствованный у уйгуров.

Тем поразительнее их знаменитые декларации: «Иго оказало облагораживающее влияние на построение русских понятий о государственной власти» (Михаил Шахматов), «Московское государство возникло благодаря татарскому игу» (Николай Трубецкой), «Без татарщины не было бы России» (Петр Савицкий). Честно говоря, я не мог не испытывать известной симпатии к этим людям. В конце концов были они такими же изгнанниками из отечества, как и я, такими же беглецами от советской власти. Только вот никак не увязывалась эта симпатия с чудовищными вещами, которые они провозглашали. Я не мог объяснить эту неувязку. Ни самому себе, ни тем более своим студентам. Но об этом чуть погодя.

Политически евразийство всегда до сих пор было явлением маргинальным. Другое дело интеллектуально. «Россия не Европа и не Азия, она сама по себе, государство- цивилизация». Для националистов эта евразийская комбинация неотразима. Есть серьезные основания полагать, что именно евразийский соблазн оказал решающее влияние на эволюцию взгядов Путина. Но тогда, в 1980-е, Путин еще вербовал диверсантов в Дрездене, а студенты были тут рядом, и они требовали объяснений. Требовали потому, что один из крупнейших историков России в ХХ веке Георгий Вернадский был убежденным евразийцем. Он много лет преподавал в Йельском университете и влияние его книг на западную историографию в годы холодной войны было громадным.

Не знаю, что делают в таких безвыходных ситуациях другие, я решил обратиться за объяснением к первоисточнику В Бостоне тогда еще жил осколок раннего евразийства замечательный лингвист Роман Якобсон. Ему было тогда, наверное, под девяносто. Я попросил аудиенцию. У меня к тому времени вышло несколько прогремевших в интеллектуальной Америке книг, имя было на слуху, и мне разрешили приехать. Готовясь к спору, я приготовил батарею коварных цитат из Маркса («Колыбелью Московии была не грубая доблесть норманской эпохи, а кровавая трясина монгольского рабства» и т.п.), из которых следовало, что, ненавидя марксизм, евразийцы на самом деле буквально следовали заветам его родоначачальника.

Но цитаты не понадобились: Якобсон давно разочаровался в евразийстве и лишь устало махнул рукой. «Вы никогда не поймете этих людей, - сказал он, -- они были фанатики, когда они говорили «Россия», подразумевали они «православие». Ему, православию, якобы грозила тогда смертельная опасность со стороны западного «латинства», от которой и спасли его монголы. Вот и вся премудрость. Вы лучше почитайте нашего сегодняшнего наследничка Гумилева Льва, он такого нафантазировал, что нам и не снилось».

Я почитал. И сравнил. И пришел в ужас. Конечно, и у бывших коллег Якобсона вы найдете пассажи вроде «Обращающиеся в латинство подвержены гибели духовной» (П. Савицкий), но Гумилев... Вот послушайте: «Русь совершенно реально могла превратиться в колонию...наши предки могли оказаться в положении угнетенной этнической массы...Вполне могли. Один шаг оставался». В XIII веке? В чью колонию? Вздор ведь несусветный. Высосано из пальца, извините за вульгаризм. А ведь многие поверили, И верят. Евразийство и сегодня, как мы уже говорили, претендует на роль идейного лидера имперского национализма.

Итак, второй парадокс состоит в том, что одно влиятельное, но маргинальное в русской историографии течение предпочло – и предпочитает – реальное ордынское рабство воображаемой угрозе со стороны Запада. И монголы под их пером превратились вдруг из варваров, разоривших Русь в ее ангелов-хранителей. Не берусь предсказывать, что скажут по этому поводу читатели в современной России, но мои студенты в Америке, читавшие источники, сочли это шокирующим святотатством. А многие и откровенным предательством памяти тысяч и тысяч невинно убиенных соотечественников.

ПАРАДОКС ТРЕТИЙ – И ГЛАВНЫЙ

И мне было, признаться, неловко после этого обратить их внимание на то странное обстоятельство, что к оправданию ига склонялись не одни лишь маргинальные евразийцы, но и классики русской историографии, ее, так сказать, мейнстрим. Конечно, по другим, куда более серьезным причинам, но все-таки... Началось это еще с «главного» нашего историка Н.М. Карамзина, увидевшего «благо, которым обернулось несчастье». И даже то, что, что «Москва обязана своим величием хану». Ему вторил С.М. Соловьев, автор монументальной 29-томной Истории России с древнейших времен. «Соблюдение русской земли от беды на востоке, -- писал он, -- знаменитые победы на западе доставили Александру Невскому славную память на Руси и сделали его самым видным историческим лицом в нашей древней истории от Мономаха до Донского».

На этой фразе Соловьева и построил, по сути, всю свою концепцию евразиец Вернадский. Он противопоставил позиции двух современников – принципиального коллаборациониста Александра, которому не раз пришлось вместе с татарами топить в крови народные восстания против Орды, и «западника» Даниила Галицкого, с первых лет ига призывавшего к сопротивлению завоевателям. Даниилу ставилось в вину, что он без толку провоцировал татар на карательные экспедиции в тщетной надежде на помощь Запада.

И действительно, когда Александр, униженно выпрашивал у хана ярлык на великое княжение, Даниил согласился принять корону из рук папы Римского. Когда Александр подавлял народное восстание во Пскове, Даниил женил своего сына Романа на дочери германского императора. И что же, торжествовал Вернадский, пришел на помощь Даниилу папа Римский, пришли Габсбурги, когда выведенный из себя хан и впрямь послал против него карательную экспедицию? Не пришли (тут Вернадский в пылу спора нечаянно опрокинул центральный тезис евразийцев о «латинской» угрозе Руси – помните Гумилева «Русь могла оказаться колонией...Один шаг оставался»? – не пришли «латины» даже когда их звали). Оставили Даниила один на один с карателями. Прав, выходит, был благоверный Александр. Пусть национальное унижение, пусть приучал народ к покорности чужеземной власти, все лучше, чем провокации и пустые надежды на Запад.

Одну лишь маленькую деталь опустил Вернадский. Преданный Александром и брошенный «латинами» Даниил разгромил татар в открытом бою – за десятилетия до Куликова поля (дело было в 1252 году). Да, он ошибся, не у тех просил помощи, Особенно, когда рядом были воинственные язычники литовцы, которых и Орда побаивалась. Но разве не важнее было то, что, что Даниил впервые развеял миф о непобедимости завоевателей? То, что он на деле доказал: становиться на колени перед ханом и выпрашивать у него ярлыки вовсе не единственный способ «соблюдать русскую землю от беды»? Доказал, одним словом, что шансы у Сопротивления были?

Само собою, одолеть главные силы монголов в одиночку Даниил не мог. И это они продемонстрировали ему восемь лет спустя. Но приди ему на помощь Александр и литовский князь Миндовг, кто знает не окончилась ли бы власть Орды на Руси на два столетия раньше? И не оказалась ли бы она первой, а не последней свободной от монгольского ига страной, какой оказалась из-за коллаборационизма Александра и его преемникоа.

Как бы то ни было, место в истории Руси XIII века между Мономахом (XII век) и Донским(XIV), каждый из которых был героем Сопротивления (в первом случае половцам, во втором – монголам), по справедливости принадлежит Даниилу, но уж никак не саботировавшему любое сопротивление завователям Александру. Если, конечно, не считать, как евразийцы, что борьба с Западом была важнее борьбы с игом и с кровавым вековым приучением народа к покорности власти, какой бы она, эта власть, ни была. Ведь и пять столетий спустя после окончания ига все еще не преодолела Россия этот «ордынский синдром».

Странным образом упустили это из виду классики русской историографии. Тем более странным, говорю я, что у нас есть достаточно документальных свидетельств того, как «соблюдал русскую землю от беды» князь Александр. Современник его и Даниила митрополит Владимирский, бывший архимандрит Киевско- Печерской лавры Серапион оставил нам сборник знаменитых проповедей-«Слов». ставший одним из величайших памятников древнерусской литературы. Вот отрывок из пятого «Слова», написанный около 1270 года, когда оба наших героя уже ушли в мир иной (Александр в 1263, Даниил в 1267-м).

«Не пленена ли земля наша? Не покорены ли города наши? Давно ли пали отцы и братья наши трупьем на землю? Не уведены ли женщины наши и дети в полон? Непорабощены ли оставшиеся горестным рабством? Вот уже к сорока годам приближаются страдания и мучения, и дани тяжкие на нас непрестанны, голод и мор на скот наш, и всласть хлеба своего наесться не можем, и стенания и горе сушат нам кости». Хорошо же «соблюдал русскую землю от беды» благоверный князь.

* * *Я понимаю, конечно, что двигало классиками: тоска по единодержавию, усталость от «семейного владения страной», все не как у людей, и еще больше неверие, что такая расхристанная Русь способна к единству и сопротивлению. Это очень серьезные соображения. С другой стороны, однако, как свидетельствует опыт, в том числе и опыт Руси XIII века, общая беда и общий позор, описанные Серапионом, сплачивают людей куда эффективнее, нежели покорность судьбе и пассивное повиновение любой власти.

И еще важнее, что, когда евразиец Савицкий восклицал «Без татарщины не было бы России!», никто не спросил его: КАКОЙ России? Не той ли «страны рабов, страны господ», от которой бежал на Кавказ Лермонтов и за границу сам Савицкий? А ведь немалую, если не решающую роль в том , что стала она такой, сыграла та самая вековая «татарщина». Увы, не спросили об этом и классики. Никто не спросил. Так не нашу ли с вами долю, читатель, выпала эта жестокая обязанность?

Оригинал 

Комментировать Всего 13 комментариев

Трудно Вас, Александр Львович, комментировать. Пусть лучше Быков прокомментирует - из недавнего ) Тут.

Эту реплику поддерживают: Владимир Невейкин, Светлана Кузнецова

Уважаемый господин Янов!

Когда-то, в момент появления на СНОБе, я предложил Вашему вниманию работу "Государственность по-российски" - http://www.snob.ru/profile/18626/blog/32521

Там было написано именно то, что Вас сегодня заинтересовало:

"Да, российская государственность уникальна. Это единственный в мире феномен государства построенного по принципу интровертной колонии.

Все началось с татаро-монгольской Орды.

Татарско-монгольские завоеватели не уничтожили, а приручили российскую элиту того времени. Властная каста Московии изначально являлась исполнительным органом Золотой Орды по управлению покоренной Русью."

Это - действительно важно.

А парадоксы, которые Вы предложили, имеют достаточно простые решения. Русь, находившаяся между молотом и наковальней, склонилась в пользу татар. И это было в те времена и оправдано, и закономерно.

Что касается зверств, то они, будучи татарскими, ничем не отличались от немецких: Автор «Ливонской хроники» священник Генрих, принимавший непосредственное участие в походах крестоносцев в Прибалтику пишет: "... мы разделили свое войско по всем дорогам, деревням и областям и стали все сжигать и опустошать. Мужского пола всех убили, женщин и детей брали в плен, угоняли много скота и коней".

В 1219 г. крестоносцами было совершено нападение на Псков, летопись сообщает нам: "Стали грабить деревни, убивать мужчин, брать в плен женщин и обратили в пустыню всю землю..."

Здесь - никакой разницы нет. Разница была в вопросах веры и сохранения национальной идентичности.

Вы, скорее всего, слышали такой термин - "онемечивание". Заметьте, родственного ему "ототаривания" - нет.

Вы, наверняка, знаете, на чьих землях стоит Берлин. Я там частенько бываю - все думаю: и куда это мои сородичи отсюда делись?

Вы серьезно, г-н Тимофеев?

"Русь не отатарилась..." (Владимир Вейдле), "Поскреби руссского, найдешь татарина" (не помню кто) -- первое, что приходит в голову.

В роли молота, понятно, карательные экспедиции завователей, регулярно топившие в крови по наущению князей- коллаборационистов восствшие города, сделавшие поголовную резню русских "методом управления" (Груссе), а в роли наковальни кто? Ничтожный Ливонский  орден, угрожавший ... Пскову? Вы ставите на одну доску кровавое приучение народа повиноваться любой власти, пусть варварской, и византийское православие? И этим оправдываете коллаборационизм? Вот же где парадокс!

Сложность обсуждения с Вами какой-либо темы, сводится к тому, что Вы приписываете оппоненту мысли, им не только не разделяемые, но и прямо противоположные его убеждениям. 

Коллабрационизм - явление, столь близкое сегодня сердцам Ваших единомышленников, мне отвратно. Нахожу, например, неприемлемым обращение к властям зарубежных стран с просьбами "наказать" Россию. От поведения московских князей это отличается мало. 

Да, еще: "Grattez le Russe, et vous verrez un Tartare" - приписывают Наполеону. 

Но по сути-то что, г-н Тимофеев?

Или Ваши эмоции -- ответ? И больше Вам сказать нечего?

Но по сути-то поднятого Вами вопроса что, г-н Тимофеев?

Или Ваши современные эмоции -- ответ? И больше Вам сказать нечего?

По сути? 

Надо бы определиться, что Вы считаете сутью. Если это ответы на извращенную мою позицию - то ответ Вы получили. 

А если шире, по поводу Ваших свечных идей, то тогда здесь

Что такое "свечные идеи", не знаю.

А суть: "между молотом и наковальней". Ложь-то, о которой я пишу, в этой невинной фразе. Не было никакой "наковальни", один молот.

А если не было альтернативы татарам, но о чем Вы тогда написали?

Альтернативой было Сопротивление.

Вот о чем я написал.

Эту реплику поддерживают: Владимир Невейкин

Здесь налицо несовместимость "базовых понятий". У Сергея Тимофеева народ и государство с его институтами нечто малораздельное (конечно, не совсем одно и тоже, но практически тождественно). Он как бы исходит из того, что  государство в лице его деятелей и целых интститутов (церкви, например) практически всегда принимает решения с учетом интересов своих подданных. Даже когда это неочевидно. И всегда делается попытка найти некие "скрытые" мотивы, которые оправдывают очевидно предательские и антинародные ( в широком смысле) действия государства и его лидеров. 

Вот и история с этой "наковальней" (неметчиной) . Вроде служили они хану не корысти ради и спасения лично себя, а выбирая из "двух зол " меньшее. Это органичная позиция любого современного "государственника".

Иногда доходит до смешного. Когда псковский губернатор в порыве "исторического оправдания"  прежнего начальствующего состава заявил, что Иван Грозный не убивал сына, а вез его больного в Петербург... 

Но это как бы "клинический случай".У Сергея более искусная позиция. Созвучная фразе Александра Невского "про татар" из фильма Эйзенштейна.  Звучит красиво, но к реальной истории России не имеющая никакого отношения.

Предательство своих народов (их интересов и чаяний) со стороны "родных государств" явление достаточно типичное. И не только российское. Вот и китайские руководители часто приглашали "чужие войска", чтобы подавить недовольство своего народа, а потом и народ, и они сами становились рабами приглашенных чужестранцев. Интересы народа для государства  редко превалируют  над интересами  самих государственных деятелей, их страхами и хотелками. 

  Русские князья времен Ига совсем е исключение.  И сейчас не стоит заблуждаться.

Спасибо, Владимир!

Не знаю, каким ветром занесло Вас в эту дремучую шестилетней давности полемику, не понимаю вообще, что происходит со мной в Снобе. Последних месяцев публикации скпадывают где-то как дрова в сарай. Никто их не видит. А откуда-то из архива выплывает вдруг древний спор с ордынцем Тимофеевым.

Про китайцев Вы, конечно, правы, такая же сволочь. Но все-таки избавились они от монгольской династии в 1368 году, а в России тянулось дело еще целое столетие.

Вот что пришло мне в голову. Я только вчера отослал издателю новую книгу "Место России в истории. Загадка Дональда Тредголда" и ищу толковых людей, кто бы мог ее быстро прочитать. А тут на ловца и зверь бежит. Интересует это Вас и могли ли бы ее быстро прочитать? Если да, напомните мне Ваш emaii, могу Вам послать. Книжка маленькая и пока еще, конечно,вчерне, рукопись

Обнимаю.