Все записи
14:05  /  17.01.12

1813просмотров

Новая Москва: контуры в дымке

+T -
Поделиться:

 

В пятницу 13 января Москомархитектура объявила конкурс на разработку концепции развития Московской агломерации. Важно, что в заголовке сказано не «Новой Москвы», а именно Московской агломерации. То есть, в теории, могут быть предложены и другие сценарии развития, кроме утвержденного протуберанца.

Положение о конкурсе здесь. В нем много неясностей, часть из которых уже обсуждается в прессе. Судя по всему, писали его в НИиПИ Генплана г. Москвы, в декабре молниеносно победившем сразу в двух конкурсах: на «сбор исходных данных и предпроектной проработке вопросов, необходимых для подготовки технического задания на разработку концепции развития Московской агломерации» и на «выполнение функций Заказчика на разработку Концепции развития Московской агломерации». Оба конкурса были открытыми, и в обоих, согласно протоколу, принимала участие только одна организация. В принципе, обычно в таких случаях тендер признают несостоявшимся, но это явно не тот случай )

Заявки на конкурс принимаются до 13 февраля, а к 24 февраля экспертная группа, состав которой не назван, выберет 10 допущенных к конкурсу рабочих групп. Рабочие группы должны иметь опыт проектирования объектов сопоставимой сложности, и в каждой из них должны принимать участие иностранные урбанисты. Для последних предусмотрен перевод положения на английский язык, вызывающий изумление.

Замечательно, что 16 января на сайте Москомархитектуры появилось объявление о внесении технической правки в Положение о проведении международного конкурса: «Комитет по архитектуре и градостроительству города Москвы сообщает, что на странице 7 Положения о проведении конкурса на разработку проекта Концепции развития Московской агломерации внесена техническая правка, связанная с тем, что определение границ и перспективных параметров развития агломерации и ее составляющих является задачей авторских коллективов».

Это хорошо. Совет Федерации нам не указ, и все, что он утвердил 27 декабря в качестве границ новой Москвы, мы творчески переосмыслим. А 10 руководителей рабочих групп, выбранных к 24 февраля, станут непосредственно кандидатами в президенты.

В качестве синхронизации – читаю воспоминания художницы Е.С. Черновой о работе над монументальным панно «Новая Москва» (оно же – «Физкультурный парад в Москве) в 1939 году. Панно предназначалось для заключительного зала Советской части на Всемирной выставке в Нью-Йорке, посвященного архитектуре и градостроительству.

На первом этапе архитектор Виленский исполнил предварительный набросок панорамы на тему реконструкции Москвы, отклоненный Художественным советом выставки. Председатель совета Зарубин счел «целесообразным показать реконструкцию Москвы не в виде панорамы, а путем изготовления большой динамичной картины, типа карты, находящейся на строительной выставке, с нанесением на нее действительно всех работ, проводимых по реконструкции Москвы».

В результате панно исполнила бригада художников по общему эскизу Ю.И. Пименова, чья картина «Новая Москва» (1937) уже завоевала сердца. В ходе работы панно осматривали архитекторы Чернышев, Заславский, Зарубин и Иофан, внося свои предложения. Объем переделок оказался так велик, что художникам было выплачено 6000 рублей сверх договора. Вот как это было:

«Принимать панно пришла правительственная комиссия, в составе которой были и архитекторы. Комиссия нашла, что люди на панно не вызывают возражений, но архитектура не та. Ее надо писать заново и строить, исходя из других принципов. Не в том дело, как она написана, – она написана красиво, – а в том дело, что именно изображено, какие дома нарисованы, какого размера и характера. Город будущего должен выглядеть по-другому. А какой архитектуре принадлежит будущее – на этот счет были разные мнения. Четких указаний мы не получили, хотя большинство архитекторов высказались в пользу классики. Пришлось закрывать белилами очень большие площади и возводить заново колонны и высотные дома, а главное – строить архитектуру, которую еще никто не видел. <…>

Правительственная комиссия пришла во второй раз и опять сказала: людей можно принять, но архитектура нуждается в коренной перестройке. После долгих переговоров архитекторов сначала между собой, а потом с Пименовым, договорились, что остаются боковые кулисы, то есть правая и левая части архитектуры, а центрально расположенные здания уйдут очень далеко, погрузятся в воздушную дымку и станут еле различимы. Понадобились еще килограммы белил и неделя напряженного труда. Наконец все было закончено и правительственная комиссия приняла панно. Его навернули на огромную катушку и отправили в Нью-Йорк».

Цит. по: Выставочные ансамбли СССР: 1920-1930-е годы. Материалы и документы. М.: Галарт, 2006. С. 402, 419-420.