Все записи
13:33  /  25.11.17

356просмотров

Как раскрасить носорога

+T -
Поделиться:

Общепризнанный «король контркультуры» и на этот раз оказался впереди всей планеты игрушек, выпустив отнюдь не детскую раскраску с возрастным ограничением и предложив нам окунуться в мир взрослых фантазий. Разного, заметим, характера и свойства.

Например, некоторые из рассказов сборника «Приманка. Бесцветные истории, которые раскрасите вы» Чака Паланика — это откровенная пародия, другие — сатира, третий вообще с эротической, пардон за каламбур, окраской. Аппетитности, наверное, должна придавать также обложка, стилизованная под банку шпротов «Рижское золото». Ну, и все прочее, «бесцветное», исполненное лучшими художниками, работающими в сфере комиксов и за ее пределами — Ли Бермехо, Кирби Фаган, Данканом Фегредо, Тони Пуриаром, Алисой Глушковой, Марком Шеффом, Стивом Моррисом, Жоэлем Джонсом.

Впрочем, «рыбный день» у живого классика вышел вовсе не постным, как можно было бы уразуметь из названий его блюд — «Секретность», «Чепуха», «Спасение». Или вот такой святочный рассказик, как «Посмотрим, что будет» — явно клерикальный, сексистский, в котором родители-атеисты решают отвадить от церкви внезапно уверовавшую дочь. Правда, верует она в Церковь Радужных Стегозавров, но это уже мелочи по нынешним политкорректным временам, не так ли? Тем более что героиня-то наша — второклассница, а ее родители, как она правильно полагает, полные идиоты, спускающие воду в туалете, чтобы никто не слышал, как они смеются над бедной дочуркой. Они ведь умнее, «их опыт подсказывал, что ребенка нужно знакомить с религией, выбирая самые скучные службы, самые душные церкви, самую неудобную одежду, самых вредных, всезнающих, вонючих стариков, и тогда ребенок получит жуткую травму на всю жизнь, а если ребенок будет ненавидеть церковь, отвечать на вопросы о Боге станет гораздо проще».

И вот оно, счастье — катающиеся в экстазе старухи перед алтарем, всеобщее беснование, полный апокалипсис в одной, отдельно взятой церкви, куда они пришли с дочкой, чтобы навсегда отвадить ее от религии. Особенно старалась мама. «Один за другим она выкрикивает джинглы из телевизионной рекламы, стоя на алтарном столе и размахивая над головой змеей, словно это ядовитое лассо, исполняет энергичный бак-н-винг, после чего разрывает на себе блузку, при всеобщем ликовании светит бюстгальтером, трясет грудями и так резко задирает ноги, что одна из ее шпилек от „Прада“ устремляется в полет, раздается звон стекла, туфля пробивает дыру в витражном окне и застревает в нем, зацепившись каблуком за тот кусок, где еще недавно было лицо ангела, и мама выходит на финишную прямую, готовая вырваться на свободу, выжатая как лимон, покрытая потом, с растрепавшимися по голым плечам волосами, бездыханная, и церковь и прихожане расплываются у нее перед глазами, все устремляется в черноту и пропадает, и не остается никого, не остается ничего».

Кое-что, впрочем, у автора для нас осталось. Например, глава семейства из рассказа «Весь отец». Ну, тот, который «вечно работал, работал, работал и никогда не останавливался нюхнуть кокаина», называл маму «шлюха» и «свиноматка», «брызгался ядом и плевался желчью». Отец, который всегда предостерегал тупых сыновей от бытовых оплошностей, грозящих оказаться роковыми. Словно шарф Айседоры Дункан, намотавшийся во время автомобильной прогулки на спицы колеса, или колпачок от пузырька с каплями, который Теннеси Уильямс, задрав голову и закапывая глаза, держал в зубах, или, в конце концов, просто шейный платок соседа, попавший в мотор лесопилки. Впрочем, сыновья во времена очередной загородной поездки оказались не такими уж тупыми...

Что же касается смысла затеи, то и здесь сыграло роль «семейное». Автор в детстве ходил в местную забегаловку и приносил домой бумажные сервировочные салфетки с картинками, «раскрасив которые можно было выиграть плюшевого осьминога». Ясно, что ничего из этого не сохранилось, раскрасить можно только носорога в «Голубом сале» Сорокина, если помните, но это другое. И вот теперь вам предлагают купить эту книгу, взять мелки, карандаши или даже краски (подложив под страницу водопроницаемый листок) и попытаться попасть в такт стилистики 70-х, когда в моде была подобная графика. Может, выиграете кальмара.

Чак Паланик. Приманка. Бесцветные истории, которые раскрасите вы.– М.: АСТ, 2017