Все записи
11:42  /  17.03.19

258просмотров

Суть Сальникова

+T -
Поделиться:

Жизнь героев этой книги – даже в прекрасном альтернативном далеко - не такая уж распрекрасная, поскольку тип Homo sovetikus для них — это не экзотическое исключение, а хмурое правило в кругу одноплеменников. То есть, конечно, одноклассников. В начале романа учительница на уроке литературы вспоминает, откуда, собственно, взялась эта зараза, которая посильнее водки с куревом будет. Речь в данном случае о стихах, которые возведены здесь в ранг крамолы. Принес ее в наши края Михайло Ломоносов, баловался ею Пушкин и Бродский, а запрещена она в новейшие времена оттого, что «помимо вреда здоровью есть вещи более ценные, которые невозможно поймать рентгеном и анализом крови, что есть этика, и именно этикой регулируется в обществе множество отношений».

Кстати, и нам не возбраняется припомнить, откуда есть пошла эта традиция в современной словесности — приделывать пятое колесо к очередной телеге истории слова. И столь ли оригинальна задумка автора о стихах-наркотиках, которую он, как рассказывает в одном из интервью, так спешил воплотить в своем романе? На самом деле она уже использована в «Сути» Егора Радова, где персонажи получали читательский оргазм вкупе с кайфом от стихов турецкого классика Назыма Хикмета, и в «Библиотекаре» Михаила Елизарова, где аналогичное «удовольствие от текста» гарантировалось после прочтения малоизвестного советского автора.

Вначале, конечно, не обошлось без Пелевина. Это когда автор в двух словах излагает «геопоэтическую» суть своей придумки, больше похожую на памфлет. Такая публицистика необходима, ведь развивать мысль на протяжении романа — затратное дело, не каждый читатель сдюжит, и поэтому лучше сразу вывалить на него, мягко говоря, фабулу без интригующей «оконцовки», как, бывает, филологи называют на экзамене финал произведения. Здесь и негодование двоечников насчет того, «почему алкоголь и сигареты, несущие реальный вред здоровью, не запрещены, а за распространение стишков можно загреметь на пять лет, а за написание и распространение — на все десять», и отработанные педагогические ответы на вопрос о том, «если официальные религии вполне себе используют стихи, пробуждая в пастве религиозное чувство и экстаз, почему же нельзя легализовать остальное стихосложение, а не только безобидное для психики».

После уже идет «авторское». То есть, собственно, рассказ о героине из Нижнего Тагила, которая, чтобы понравиться старшему брату подруги, стала писать стишки. Читать, конечно, можно, но — как и поэзия героини — чтиво не очень оригинальное, продолжающее идею предыдущего романа автора «Петровы в гриппе...», отмеченного и прессой, и премиями, и критикой. Откровенная исповедь вроде «Низшего пилотажа» Баяна Ширянова всегда лучше и честнее завуалированных «гриппозных» и «поэтических» трипов, когда автору обязательно надо высказаться, а открытая наркоманская телега тянет на статью.

 

Алексей Сальников. Опосредованно. — М.: АСТ : Редакция Елены Шубиной, 2019. — 413 с. — (Классное чтение).