Все записи
09:53  /  15.04.21

353просмотра

Лавры для Лувра

+T -
Поделиться:

Что такое эротика, каждый фотограф всегда понимал по-своему. Понимал и вкладывал свой собственный смысл – словно находчивые советские мастера, которым достаточно было уложить модель так, чтобы она напоминала шедевр Веласкеса, и цензура сие «вложение смысла» пропускала.

Так уж повелось, что на выставках фотографа Романа Пятковки «откровенный» вопрос эротики никогда не ставился ребром, но мягко и доходчиво изучался. И даже поэтизировался, как на одной из его одиозных экспозиций, разделенной на две жанрово-стилистические ниши («Для Лувра» и «Быт и гармония») - исследуя и раскрывая не только историю «художественных» ухищрений под гнетом власти, но и развитие основных способов выражения и восприятия эротики. А также ее связь с социальным контекстом как раз в иные, недалекие коммунальные времена. Исследуя искусно, уверенно, почти документально.

Совершенно очевидно, что при разработке представленных серий автор неизбежно обращался к проблемам сознания и подсознания, запретов и табу, эвфемизмов, жаргонов и просторечий в фотографическом искусстве. И поэтому ни одна из них – ни импрессионистическая «Для Лувра», ни соцреалистическая «Быт и гармония» – к счастью, не принималась за основополагающую и окончательную в творчестве автора, поскольку сегодня уже не нужно укладывать модель в прокрустово ложе любой, не обязательно марксистско-ленинской морали.

Из всего этого изобилия нескромной фантазии, поэтического ума и даже полета независимой мысли, убедительно подтвержденных профессионально исполненным фото-сопровождением, на выставке  мастера искушенный зритель мог узнать, как развивалось тема «эротического искусства» в восприятии автора. Заметить его метаморфозы, генезис и безусловную ретроспективность. А также открыть для себя тайну влияния эротического искусства на мировую культуру и художников, работающих сегодня в этой области.

Почти на всех работах Пятковки чувства моделей, как правило, вырываются наружу, взрывая безжизненное пространство вокруг себя. И тогда случается что-то вроде праздника тела. В данном случае пресловутые «картинки с фотовыставки» вполне могут быть символом, а также результатом и свидетельством животной и эмоциональной экспрессии, на которую способны далеко не все фотографы (и модели).

Таким образом, в очередной раз Роман Пятковка – гений фотоэротики и мастер сексуального пира, как называют его в профессиональных кругах – открывает «секреты тела» в современном фотоискусстве, привыкшего к изобилию лишь невзрачного женского ню. Минимализм аксессуаров в пространстве заставляет работать воображение, и настоящее мастерство автора состоит в том, что он всегда знает, в каком направлении отправится мысль зрителя. Скажем, фотографический гламур а ля Сезанн становятся серьезной метафорической оправой напряженного тела. Смущение, вызванное желанием бежать из хаоса, достоинство филигранной плоти на фоне постсоветских руин – и благоговение перед прошлым коммунальных шедевров. Но теперь в шедевры превращается тело.