Все записи
12:59  /  11.08.13

1523просмотра

Бармалеевы острова

+T -
Поделиться:

«Тот, кто не жил при старом режиме, не жил вообще».

Шарль-Морис Талейран, князь де Перигор, герцог Беневенто.

 

Я давно заметил, — продолжал аббат, — что вы не англичанин, а русский, несмотря на то, что синьор Финарди, мой цирюльник, уверен в противном.

 

А. К. Толстой, “Упырь”.

В русском путеводителе, купленном мною на набережной городка Стреза на Лаго Маджоре, эти острова называются Боромеевыми. А владели ими знаменитые когда-то графы Борромео, давшие миру четырех пап и одного святого (св. Карло Борромео). От них остался на острове Изола Белла прекрасный, волшебный дворец, наполненный тенями прошлого.

 

 Дворец встает из вод озера, «сделанный по рисункам славного Палладия»:

 

За длинную историю Италии, части которой переходили из рук в руки, графы Борромео побывали поддаными испанской короны, занимая весьма высокие посты (один из них, например,  был вице-королем Неаполя) и сюда заглядывали испанские короли.  Интерьер дворца выполнен в основном в стиле барокко, несколько облегченном, и все здесь говорит о сладкой жизни (o, dolce vita!) итальянских князей, служивших то церкви, то империи, а, более всего князю мира сего. 

 На самой высокой точке островка, на вершине искусственной горки, как бы венчающей сад, возвышается, как символ стиля жизни и подлинных верований графов  Борромео, статуя амура верхом на единороге – геральдическом животном этой семьи, а также символе Христа.

Как тут не вспомнить, хотя бы по контрасту, «Медного всадника»:

 

«И обращен к нему спиною,

В неколебимой вышине

Над потрясенною Невою

Стоял с простертою рукою

Кумир на бронзовом коне...»

 

По сравнению с коронованым деспотом амур, окруженный музами, не выглядит угрожающе. На самом же деле это тоже символ деспотизма, только деспотизма «просвещенного», которым славился 18 век.

 

 

К графу Гиберто 5му (1751-1837), ставшему по окончании наполеоновских войн послом австрийского императора в Ватикане, при старом режиме заезжали в гости такие непримиримые враги христианства, как британский историк Эдвард Гиббон, утверждавшей в своем монументальном труде «Упадок и падение Римской империи», что именно оно было одной из главных причин упадка.

 

 

Может быть за этим столом пировали именитые гости и вели такие вот, например,  разговоры:

 

“… Мы сидели  за  столом  у  одного  вельможи,  …,  весьма  умного  человека,  у  которого  собралось  в   тот   день многочисленное общество. Среди  нас  были  люди  разных  чинов  и  званий  -придворные,  судейские,  литераторы,  академики  и  т.  п.  Мы   превосходно пообедали; мальвазия и капские вина постепенно  развязали  все  языки,  и  к дессерту наша веселая застольная беседа приняла такой вольный характер,  что временами начинала переходить границы благовоспитанности. В ту пору в  свете ради острого словца уже позволяли себе говорить решительно все.  Шамфор  прочитал нам свои нечестивые, малопристойные анекдоты,  и  дамы  слушали  их

безо всякого  смущения,  даже  не  считая  нужным  закрыться  веером.  Затем посыпались  насмешки  над  религией.  Один  привел  строфу  из   Вольтеровой "Девственницы", другой - философские стихи Дидро:

 

                           Кишкой последнего попа

                           Последнего царя удавим

 

     И это встречало  шумное  одобрение.  Третий  встал  и,  подняв  стакан, громогласно заявил: "Да, да, господа, я так же твердо  убежден  в  том,  что бога нет, как и в том, что Гомер был глупцом". И он в самом деле был убежден в этом. Тут все принялись толковать о боге  и  о  Гомере;  впрочем,  нашлись среди присутствующих и такие, которые сказали доброе слово о том и о другом. Постепенно  беседа  приняла  более  серьезный   характер.   Кто-то   выразил восхищение  той  революцией,  которую  произвел  в  умах  Вольтер,   и   все согласились, что именно это прежде всего и делает его достойным своей славы.

"Он явил собой пример своему веку, заставив читать себя в  лакейской,  равно как и в гостиной". Один из гостей, покатываясь со смеху, рассказал  о  своем парикмахере, который, пудря его парик, заявил: "Я, видите ли, сударь,  всего лишь жалкий недоучка, однако верю в бога не более чем другие". И все сошлись на том, что суеверию и  фанатизму  неизбежно  придет  конец,  что  место  их заступит философия, что революция не за горами, и уже принялись высчитывать, как скоро она наступит и кому из присутствующих  доведется  увидеть  царство

разума собственными глазами. Люди более преклонных лет сетовали, что  им  до этого уже не дожить, молодые радовались  тому,  что  у  них  на  это  больше надежды.” (Ф. Лагарп. «Пророчество Казота»)

 

Сам Вольтер пользовался гостеприимством другого просвещенного деспота, рангом повыше – короля Пруссии Фридриха Великого, у которого он и провел несколько лет в его невероятно красивом дворце «Сан Суси» возле  Потсдама.

Царство разума было действительно вскоре провозглашено во Франции, где был даже учрежден культ его богини. Парадоксально, но в результате этого переворота многие из провозвестников этого царства потеряли сам инструмент разума, т.е. лишились головы.  Так на празднике в Париже, посвященном учреждению этого культа, сие божество изображала Софи Моморо, жена гравера-революционера, казненного  его соратниками по революции через пол-года после праздника.

 

Праздник богини Разума в Париже, 1793 год. 

Италию до поры до времени все это миновало, но вот на острова Борромео явился непрошенный гость...

«Сей муж судьбы, сей  странник бранный,

Пред кем унизились цари,

Сей всадник, папою венчанный,

Исчезнувший, как тень зари...»

 

Он даст Италии «свободу», а взамен приберет к рукам немало богатств этого края, не пощадив, наверное, и хозяев дворца, в котором его принимали. 

Вот он, в левом углу этой гравюры, еще совсем молодой, в блеске своих первых невероятных побед, окруженный теми, кто через несколько лет станут герцогами, маршалами империи. 

Рядом – жена, будущая императрица, вдова революционного генерала, казненного в дни террора, проведшая несколько месяцев в ожидании гильотины в парижской тюрьме Консьержери, избегшая этой участи благодаря анти-якобинскому перевороту, организованному, в частности, ее будущим любовником Баррасом, который и устроил ее брак со своим протеже. Она скучает, в Париже остался любовник, маленький гусар Ипполит Шарль...

 

Мне кажется, что дворец Борромео, где статуи пап стоят рядом с картинами языческих божеств, с его утонченной двусмысленностью, послужил прообразом «чертова дома» (casa de diavolo) в романе «Упырь» Алексея Константиновича Толстого. Толстой  поместил виллу, где героев романа, легкомысленно в ней заночевавших, морочили упыри, на озеро Комо, но  графы Борромео в чем то напоминают злодея дона Пьетро д'Урджина, описанного в романе.

 

 Что же касается благодушного образа мыслей, присущего «просвещенному» обществу, так замечательно описанному Лагарпом, его на время потеснили ужасы революционного террора вкупе с порожденными революцией  войнами, прокатившимися по Европе от Лиссабона на Западе до Москвы на востоке.

 

«Где вольность и закон, - говорит от лица погибшего на эшафоте поэта Андре Шенье  Пушкин, -над нами единый властвует топор. Мы изгнали царей, убийцу с палачами избрали мы в цари».  

 

 Но с тех пор утекло много воды, прежние беды позабылись, а некоторые счастливые места они вообще не посещали, и разговоры в светских гостиных  возобновились в той же, или почти той же форме, что 200 лет назад. Слова там произносятся все те же, лишь Вольтера сменил Докинз, а Гомер, за отсутствием у присутствующих классического образования, совсем не упоминается. Да вместо капских вин и мальвазии идут пирожки от «Марь Иванны».

 

 

 

Комментировать Всего 5 комментариев

Я всегда думала, что про попа и царя - это дискуссия с переменным успехом по поводу Пушкина (напр.вот тут), но что это Дидро читаю первый раз... 

Все претензии к Лагарпу.

как тонко Вы написали... здорово

Эту реплику поддерживают: Alexei Tsvelik

Фотографии замечательные тоже.

Спасибо, у меня старый фотоаппарат, дешевый, но стараюсь, как могу.

Alexei Tsvelik Комментарий удален автором

Alexei Tsvelik Комментарий удален автором

Alexei Tsvelik Комментарий удален автором