Каждый из нас слышал (а может, и произносил) фразу: «Из-за появления интернета люди стали меньше читать, и это очень плохо».

В этой фразе все неправда.

Прежде всего, по поводу интернета. Одна американская компания провела исследования, чтобы выяснить, какая страна самая читающая в мире. И оказалось, что самый читающий народ — индийцы, которые за книгой проводят по 10 часов в неделю. За ними идут таиландцы, китайцы, египтяне и чехи. Интересно, что жители Таиланда, входящие в пятерку «книжных червей», оказались чемпионами по просмотру телепередач. Это лишний раз доказывает, что ни телевидение, ни интернет не являются врагами книг. Кстати, русские оказались на 7-м и 15-м местах соответственно.

Теперь по поводу «меньше читать».

На самом деле в каждый момент истории число читающих людей увеличивается. И наш современник читает больше, чем предыдущие поколения. Просто опросы порой не учитывают тот факт, что появилось много других видов чтения, помимо книг и СМИ. И то, что большинство взрослых читают меньше, чем в юности, совершенно нормально. А уж по поводу нечитающей молодежи и просто смешно: она, по-моему, только и делает, что читает и пишет.

Теперь о хорошо и плохо.

Вы когда-нибудь пытались представить общество, в котором все только читают с утра до вечера? И как, понравилось? А ведь это просто предельный случай нехитрой мысли, что читать — это хорошо, а не читать — плохо.

Чтобы не мерить среднюю температуру по больнице, отбросим тех, кто читает ради развлечения, удовольствия, времяпрепровождения. Рассмотрим тех, кто читает ради получения информации, образования и развития. Всех их можно разделить на две неравные группы, как в рассказе Азимова «Профессия», из которого я взяла название поста.

Там одни, если помните, получают знания через «зарядку»: раз! — и ты дипломированный специалист. Другим, имеющим способности к творческому мышлению, приходится идти традиционным путем — через чтение книг (причем по дороге выясняется, что 9 из 10 попали в эту группу ошибочно, и их тоже «заряжают», но уже более творческими профессиями). Соотношение специалистов и мыслителей по Азимову — миллион к одному.

В реальной жизни этот процесс идет по-другому. И не потому, что лент для обучения пока не придумали. С этим всё в порядке, если понять, что сами книги делятся на два вида: те, что для информации, и те, что для развития. Читаешь первые — становишься дипломированным специалистом, читаешь вторые — учишься мыслить. Главное отличие от Азимова в том, что «ошибочные» личности в действительности не отсекаются волевым решением, а выбывают сами, во многом и потому, что читают неправильно и не те книги.

Прежде чем открыть вам главную тайну «правильных» книг, два небольших отступления.

 

 

Отступление №1. В предисловии к книге американского композитора Аарона Копленда «Что слушать в музыке» есть такие слова: «Все, что я хочу сказать в этой книге, касается опыта, который можно получить только вне ее чтения. Следовательно, вы лишь зря потратите время на данную книгу, если не имеете твердого намерения слушать гораздо больше музыки, чем раньше. Любой из нас, будь он профессионалом или любителем, постоянно стремится углубить собственное понимание этого искусства. Иногда книга может помочь. Но главный способ — слушать музыку — ничем заменить нельзя».

По-моему, это можно распространить вообще на любое занятие. Даже чтобы научиться варить суп, недостаточно прочитать поваренную книгу или посмотреть, как это делает шеф-повар. Надо хотя бы раз сварить суп самостоятельно. Причем, если вы можете сварить суп, по большому счету неважно, как вы этому научились.

Если вы хотите научиться творчески мыслить, вы должны многократно наблюдать этот процесс, а потом пытаться это делать. И ход развития мысли (а не рассказ о нем) есть далеко не во всех книгах.

Отступление №2. Вообще-то, для того чтобы научиться мыслить, можно обойтись и без книг. Платон, например, для этого беседовал с Сократом, который, как мы знаем, не считал нужным ничего записывать. А Паскаль, которому отец запрещал читать, а болезнь не позволяла играть со сверстниками, вывел всю геометрию самостоятельно, просто размышляя.

Но если у вас нет на примете Сократа и если природа не одарила умом Паскаля, то чтение «правильных» книг — самый верный способ к развитию творческого мышления.

Какие же книги считать правильными, т. е. теми, которые могут помочь научиться творчески мыслить? Ими могут быть только книги, написанные самими мыслителями, т. е. первоисточники. Т. е. выбираете автора-первопроходца, берете его труды — и вперед! Любой вторичный материал — это интерпретация, которая не является актом мышления, как интерпретация науки или интерпретация искусства не есть наука или искусство (я уже говорила об этом здесь).

Это не значит, что все учебники, аналитические/критические разборы и прочие вторичные тексты бесполезны. Наоборот, они необходимы, чтобы стать «дипломированным специалистом». Но мыслить по ним не научишься.

Что же получается? Ведь вся наша система образования построена на вторичных источниках. Значит, она не воспитывает мыслящих людей? Получается, что так. И относиться к этому можно по-разному.

Допустим, философ и педагог Мортимер Адлер считал это катастрофой и всю жизнь занимался реформой образования. А его труд «Как читать книги» вполне может претендовать на роль пресловутой удочки, которую нужно давать студентам вместо рыбы (фактов и готовых выводов).

 

 

Азимов же, напротив, считал такой подход нормальным: «Нельзя же сказать человеку: "Ты можешь творить. Так давай, твори". Гораздо вернее подождать, пока он сам не скажет: "Я могу творить, и я буду творить, хотите вы этого или нет"». То есть в самом лучшем обществе с самой передовой системой образования только личный осознанный выбор человека может сделать его по-настоящему мыслящим.

Теперь о том, как читать. В «Эстетике мышления» Мамардашвили есть наблюдение, что если при чтении вы думаете: «Как здорово! Именно это я всегда и думал, просто не мог выразить словами. А автор так чудесно все изложил», то такое чтение бесполезно, т. к. не дает вам ничего нового в смысле мышления. Развивающее чтение всегда должно быть трудно (обратное неверно). Тот же Адлер писал: «С одной стороны, вы должны сами чувствовать прогресс, начиная понимать то, что вначале казалось недоступным. С другой стороны, зная правила, вы всегда можете сверять результат своего чтения, как сверяется сумма столбца чисел. Самый явный признак того, что вы читаете правильно и эффективно, — это усталость. Настоящее чтение требует интенсивной работы ума. Обычно настоящее чтение — это тяжелая и медленная работа. Наверняка есть люди, читающие качественно и быстро, но я к таковым не отношусь. Тем более что сама по себе скорость неважна. Главный фактор — это активность. Пассивное чтение не приносит плодов. Оно использует мозг, как промокательную бумагу».

Прежде чем все бросятся читать первоисточники и развивать свое творческое мышление, пара мыслей по поводу неоправданных ожиданий, с этим связанных.

 

Красивая фраза «Люди, которые читают книги, всегда будут управлять людьми, которые смотрят телевизор» — просто красивая фраза. Человечество так задумано, что мыслители никогда не будут примером для большинства (исключения, конечно, возможны, как и любые исключения, но на них не стоит ориентироваться). Когда я слышу сожаления по этому поводу, то всегда говорю, что наверняка в природе появлялись сообщества, где главная роль отводилась философу, ученому или художнику, но раз в процессе эволюции выжило наше, значит оно и явилось наиболее устойчивым. И надо принять как данность, что в нашем обществе любое отклонение от среднего — всегда дискомфорт. Так у Азимова главный герой, от которого — вы только вдумайтесь! — в будущем зависит технический прогресс полутора тысяч миров, жестоко страдает от того, что «питомник для гениев» приходится устроить внешне как приют для сумасшедших:

« — Но почему нельзя сказать людям, что один из... из ста тысяч попадает в такое заведение? — спросил Джордж. — Тогда тем, с кем это случается, было бы легче. 

— А как же остальные? Те девяносто девять тысяч девятьсот девяносто девять человек, которые никогда не попадут сюда? Нельзя, чтобы все эти люди чувствовали себя неудачниками. Они стремятся получить профессии и получают их. Каждый может прибавить к своему имени слова "дипломированный специалист по тому-то или тому-то". Так или иначе каждый индивид находит свое место в обществе. Это необходимо...»

Тем, кто всерьез воспринимает вопрос: «Если ты такой умный, почему ты такой бедный?», хочу напомнить, что еще Эпиктет писал: «Справедливо, чтобы люди имели больше того, чего они добиваются. Они трудились, чтобы стать богатыми и достигнуть власти; а ты трудился, чтобы правильно думать и хорошо жить. Они получили то, чего искали, а ты получишь то, чего ты добиваешься. Они начальники, а ты нет; они богаты, а ты нет. Да ведь ты и не домогался того, чтобы быть начальником или богатым? ... Неужели ты полагаешь, что если ты хорошо думаешь и поступаешь, то поэтому можешь требовать, чтобы и стрелял ты лучше стрелков, и ковал железо лучше кузнеца, хотя бы ты этими делами и вовсе не занимался... Тот вставал до зари и только о том и думал, как бы подольститься к дворцовой челяди, одарить кого следует, как бы понравиться другу Цезаря, как бы повредить одному человеку, чтобы выслужиться у другого. Когда он и молится, он думал только об этом. Он горюет, когда пропустил случай задобрить сильного человека; он боится, не поступил ли он нечаянно как честный человек, и тогда он сожалеет о том, что не соврал, а поступил честно. А если ты вправду хочешь верно мыслить и хорошо жить, то ты, напротив, будешь искать свои ошибки и думать только о том, как бы исправить себя».

Суть в том, что самые умные, талантливые и мыслящие никогда не возглавят общество. И дело не в том, что разные исследования показывают, что ум — помеха. 

Вспомним Аристотеля: «Когда Фалеса попрекали его бедностью, так как-де занятия философией никакого барыша не приносят, то говорят, что Фалес, предвидя на основании астрономических данных богатый урожай олив, еще до истечения зимы роздал накопленную им небольшую сумму денег в задаток владельцам всех маслобоен в Милете и на Хиосе. Маслобойни он законтрактовал дешево, так как никто с ним не конкурировал. Когда наступило время сбора олив, начался внезапный спрос одновременно со стороны многих лиц на маслобойни. Фалес стал тогда отдавать на откуп маслобойни за ту цену, за какую желал.

Набрав таким образом много денег, Фалес доказал тем самым, что и философам разбогатеть нетрудно, только не это дело составляет предмет их интересов».