Комбинация из: «Все проходит» и «Новое, это хорошо забытое старое» - дает многое для понимания происходящего в этом мире. Мир людей колеблется по-разному, с неопределенной частотой, но делает он это постоянно.

Если не копаться в мелочах, стабильными остаются  чаяния людские: кроме известного – хлеба и зрелищ, нам почти всем очень хочется быть прогрессивными и уверенными в своей прогрессивности.  Прогрессивность в широком смысле – правильность. А это желание соответствовать прогрессу идет от сидящего внутри любого из нас убеждения, данного нам при рождении: «Я – прав!».

У цепеневших в момент, предсказанного египетскими жрецами, солнечного затмения, и у стоявших вокруг костра, на котором пепелили Джордано Бруно, и у скандировавших «Смерть!» на процессах, осуждавших  японских шпионов -  у всех замирало сердце от ощущения своей правоты.  

Хотя, в желании  быть правым -  ничего плохого нет.

Плохо бывает с ощущением пустоты жизни приобщенной к единственно истинному  учению, возникающим в момент опровержения. Чувство правоты, каким бы сильным изначально оно не было, со временем иссякает, возникает сомнение и хорошо, если не доводится дожить до полного разочарования. Многие, очень многие ушли в лучший из миров, уверенными в том, что фашизм победит, а коммунизм – обеспечивает своих адептов самым передовым в мире сознанием.

Да, когда-то настает момент и очередной «изм» демонстрирует исчерпание своей пассионарности. 

Было.

Но сдулось.

Уистен Хью Оден советовал:

«Всего,

В чем есть частица «социо»,

Не делай ты…»

Я бы добавил:  и сторонись различных «измов».

Сегодня закачивают время пребывания в зените восхищения очередные нетленные ценности. В этот раз пришла очередь  либерализма.

Да, как-то незаметно игра в одни ворота между либерализмом и патернализмом, до недавнего времени напоминавшая ристалище между Manchester United и сборной домов престарелых Белгородской области, сначала несколько оживилась, а потом и вообще пошла на встречных курсах. 

И это закономерно. А что, кто-то думал: обретенные им истины - на веки вечные, и что наконец-то в пути развития общественной мысли и институтов найдено тот  конечный пункт, где можно поставить жирную точку?

Нет. Все продолжается. Вся человеческая история – это процесс опровержения старого заблуждения новым.

 

Путь любого «изма» к сердцам миллионов лежит через обещание процветания и (или) избавления.

Коммунизм утверждал избавление от эксплуатации.  Либерализм агитировал за свободу личности, демонстрируя при этом личность предельно сытую.  

Либералы коммунистов победили, всемирный коммунистический лагерь разворошили…

Коммунизм отполз. Затаился в Китае.  И ждет.

Чего?

Дело в том, что коммунизм инфицировал капитализм. Бацилла развивается.

Либерализм в чистом, рафинированном виде мало напоминает сегодняшнее экономическое устройство ведущих Западных стран. Максимально близка к своей классической форме либеральная экономика существовали лишь до конца 20-х годов прошлого века.

Вот когда в Чикаго расстреливали рабочие забастовки и профсоюзных лидеров на электрическом стуле поджаривали – тогда и был либерализм в самой концентрированной его консистенции.

Но здесь, на случившуюся Великую депрессию наложилась вполне реальная альтернатива – обходящаяся вообще без всяких либералов коммунистическая Россия.

Либералы, поставленные перед выбором: «Быть или не быть?», вынуждено пришли к  необходимости изменения отношений между трудом и капиталом.

Но диспропорциональность развития капитализма, отмеченная еще К.Марксом, не исчезла.

Поменялась лишь форма: вместо Великого кризиса перепроизводства конца 20-х годов прошлого века, пришел Великий кризис перепотребления начала века нынешнего. Случилось то, что часто бывало и раньше –   возникла экстремальная ситуация, грозящая общественным устоям. И здесь выяснилось, что догмы на все случаи и все времена – теряют силу, перестают действовать. И даже Демократия – власть народа в этих условиях воспринимается как обуза.  

От одного только предложения провести референдум в Греции по вопросам принятия мер экономии – в ЕС стало жарко всем.

Пришли к выводу: здесь не   до баловства.

Недавно прочитал этому выверту интересное объяснение. Оказывается, сама идея референдумов дискредитирована использованием этой формы народного волеизъявления в фашистской Германии (!). Правда, достаточно неожиданный ход?

 

Сегодня поза страуса становится модной.

Никто из политиков и аналитиков не хотят видеть очевидного: модель всеобщего благосостояния взаймы вошла в противоречие с интересами человека-жадного. Именно он -  конечный бенефициант всех видов и форм власти (как бы она не называлась) – пребывает в состоянии недоумения. Старые игры в демократию, позволяющие создавать иллюзию всеобщей приобщенности к принятию судьбоносных решений, становятся ему неинтересны, и даже вредны.

Кто же должен заплатить за получившийся плачевный результат? -  вопрос риторический.  Жадные не платят.

 

Написанное мною - можно игнорировать.

Написанное ходом исторического развития – проигнорировать не получится.

У самых способных моих критиков – есть дежурный контраргумент: злорадствуете.

Может и хотел бы, да не получается: неизбежно и  слишком сильно проблемы погрязших в долгах Европы и США разворотят и нашу, и без того крайне скромную, обитель.

 

Никто не знает, чем все это закончится.

И я не знаю.

Но есть одно знание, которое следует вынести из всего случившегося: уверовав в собственную правоту, в окружении толпы единомышленников – сомневайся.

И только тогда ты будешь прав.

Воистину.