Все записи
11:55  /  18.02.19

1816просмотров

Анна Зарембо: «Публикуя хотя бы один факт из чужой истории, мы всегда рискуем»

+T -
Поделиться:

 Каждый день мы видим в своих лентах посты психологов и коучей из серии «Она пришла ко мне….». В шаблонах, которые предлагают скачать чудо-предприниматели, такие посты занимают чуть ли не первое место. А как на самом деле? Работают ли они на ваше продвижение и как воспринимаются клиентами? Говорили об этом с израильским психотерапевтом Анной Зарембо.

—  Аня, можешь сформулировать, почему важна эта тема именно сегодня, почему мы ее обсуждаем? 

—   Мир вокруг изменился, и изменилось отношение к этой теме.  Раньше вы приходили к психотерапевту и было очевидно, а иногда даже и прописано в договоре (я уж не говорю об этическом кодексе), что я как терапевт не имею права вообще ничего про вас рассказывать. Кстати, в этом смысле мы находимся в неравноправном положении с клиентами: вы можете рассказывать обо мне все, что угодно, а я не имею права о вас говорить ничего. И именно эта врачебная тайна лежит в основе терапевтического доверия. И благодаря ей, терапевту говорят вещи, которые не говорят никому.

Сегодня де-юре ничего не изменилось, но не де-факто…  20 лет назад ваш терапевт не вел блог и не делился там информацией о работе. Сегодня пространство невероятно открыто. Социальные сети сделали нашу частную жизнь достоянием всех желающих, более того, инструментом продвижения для некоторых. Это настораживает клиентов и  путает психотерапевтов.

Когда все пишут обо всем: о чем можно писать, а о чем нельзя? Некоторые мои коллеги выбирают вообще не писать, не касаться никак клиентских случаев. Но и у писателей-классиков, и у наших современников, все самое интересное часто содержат именно клиентские истории. Поэтому совсем отказываться от них не хотелось бы. Этими противоречиями и создается острота темы. 

— А в чем собственно проблема в том, чтобы выложить клиентскую историю в блог? Что тут не так?

 — Когда вы выкладываете текст в публичный доступ, он начинает жить своей жизнью. Конечно, у вас всегда есть возможность удалить пост, но если публиковать без оглядки на это, то вы совершенно беззащитны. Как и герой вашей истории.  Вы выкладываете текст в открытый доступ, и не можете знать, кто придет и что скажет по поводу этой ситуации.

Публичный текст воспринимается, как приглашение к разговору и люди часто не стесняются в диагнозах и нелестных характеристиках по отношению к герою. И тут, даже если, клиент согласился опубликовать свою историю, он может быть не готов к тому, что незнакомые люди препарируют его прямо онлайн без всякого наркоза. 

 — Многие мои читатели считают, что официальное согласие клиента на публикацию, решает все проблемы. Как ты смотришь на это?

—   Когда я только начинала писать – это было довольно давно —  мне казалось, что раз клиент или человек, чью историю я рассказываю, согласен, то все в порядке. При этом я, конечно, изменяла какие-то узнаваемые детали, но суть истории, канва оставалась прежней. Диалоги, фразы или ситуации были узнаваемы для клиента. Никто может не узнать, но клиент-то себя узнает. И тут оказалось, что не все так однозначно…

Большинство людей, которые говорят «пожалуйста, я буду даже рад, если люди с разных сторон обсудят мою ситуацию, выскажут свое мнение, возможно, сами чему-то научатся на моем примере», никогда не переживали такой опыт. Потому что когда это происходит на деле, то, как написала одна девушка в комментариях: «Ты чувствуешь себя лягушкой, которую препарируют на столе». Или подопытным кроликом. И ты не можешь заранее предугадать свою реакцию. Более того, как бы странно это ни звучало, ты не можешь предугадать свою реакцию, которая будет через год или через два, когда лента случайно поднимет этот пост. 

И даже если комментаторы отнесутся к твоей ситуации с полным уважением, ты не можешь знать, какие ощущения вызовет у тебя такая степень обнажения. Все-таки  терапевтическое пространство – очень важная вещь. В юнгианской терапии его называют vasa hermeticum – герметичный сосуд, и очень важно, чтобы то, что происходит в кабинете терапевта, оставалось там. Тогда градус напряжения гораздо выше, тогда процесс имеет силу и энергетику. Когда он выходит наружу, заряд, направленный на изменения, распыляется – я бы даже сказала, разбазаривается. 

Распыление информации, по моему мнению, может нарушить терапевтический процесс. Клиент об этом может не знать, а терапевту хорошо бы об этом помнить. И я напоминаю коллегам, что вам стоит беречь клиента, даже больше, чем он бережет себя сам, потому что вы понимаете суть процесса и можете осознать последствия. Недаром говорят, что все этические кодексы и техники безопасности, как правило, написаны кровью. 

—  А как же классики, как же Ялом, Бьюдженталь и так далее? Как быть с тем, что они рассказывали кейсы, они есть в их книгах, и мы все их читаем и на них учимся. Получается, что они были неправы?

 — Я, честно, по этому поводу задумалась. Конечно, я очень уважаю и Ялома, и Бьюдженталя, очень люблю их читать, и очень многому я научилась именно на книгах. Но, надо понимать, что большинство тех историй выдуманные – я это называю “сконструированные” истории. У Ялома есть лишь одна книга, которая в сущности, его дневник и дневник пациентки – это было оговорено заранее, на этих условиях она была принята на терапию.

При этом этические кодексы тогда  — в 60-70-х годах — были, разумеется, другими, но даже если забыть об этом, книга все же, более герметична. Там описан случай, и ты читаешь о нем один на один с собой. Это не то, что выплеснуто на арену, на площадь, как это делают соцсети. 

Кроме того, в книге описаны ситуации, которые произошли 10 или 20 лет назад. Для кого-то они потеряли актуальность, кого-то уже нет в живых… А если мы говорим о том, что вскрылось на сессии вчера, то выносить это в соцсети сегодня явно не стоит.  У меня были клиенты, пришедшие, от довольно известных «пишущих терапевтов», и они помнят конкретные фразы, которые на следующий день после сессии психотерапевт упомянул в блоге или в статье. Да, написано, вроде не про клиента, там все изменено, но это была фраза, которую он только что выдавил изнутри, со спазмом в горле. И это причиняет боль.  

—   Как ты думаешь, сконструированные кейсы, собирательные образы  – это хорошее решение для психотерапевта?

—   У меня нет готового ответа. Полной стерильности, наверное, не добьешься, особенно в терапии, где много простора для воображения. Я уже говорила, что многие мои коллеги полностью отказываются от упоминания кейсов. Я не отказываюсь. Но и в свои статьи ввожу не очень много такого материала. Обычно пишу какую-то «затравку», историю, а потом перехожу к своей идее. Но даже в таком формате я никогда не застрахована от того, что кто-то придет и скажет: «Как Вы могли про меня такое написать?». Ты вообще даже про человека такое не знал и не слышал, но гарантий, что кто-то себя не узнает, никаких.  Еще это вопрос объема. Мне кажется, описание долгих процессов, полных историй больше подходит для книжного формата или для академических работ.

— Что ты точно никогда не будешь использовать в текстах?

Я, как юнгианский терапевт, работаю много со снами, вот оттуда я никаких «цитат» не пишу – это прямо табу. Я, конечно, могу придумать какой-то сон, но не дай бог, чтобы там была какая-то узнаваемая деталь из сна кого-то из моих клиентов. Пространство снов кажется мне слишком интимной территорией. Во время учебы нам иногда раздавали распечатанные истории со снами, на которых мы обучались, но я отлично помню, как после занятия всегда собирали эти листочки. И, мне кажется, это очень важно в обучении терапевта – «прошить» бережность и уважение.

— Мне кажется,  всегда очень важно понимать, зачем вы это пишете – зачем вы хотите изложить кейс. Какие тут могут быть мотивы, на твой взгляд? 

—  Работа терапевта достаточно одинокая. Мы там как в подводной лодке, и иногда прямо хочется поделиться красотой, изяществом работы, уникальностью случая. Но для этого есть супервизия, интервизия и так далее. Я против того, чтобы использовать в этом качестве посты.

Когда ты забываешь задать себе вопрос «Зачем я это пишу?», очень легко забыть про пользу клиента и начать любоваться собой прекрасным. Это совсем не полезная история для терапевта, тут начинается настоящий праздник для нашей Тени. Одна из моих учителей любила повторять: «Всегда смотрите куда клонит Тень клиента?» Так вот, за своей Тенью тоже стоит приглядывать. Зачем вы это пишете? Вы хотите покрасоваться? Вполне легитимно, но делаете ли вы это уважительно по отношению к клиентам? Это про внутреннюю работу с собой, про чистоту инструмента.

Если вы ловите себя на том, что вам очень нужно обсудить кейсы в социальных сетях, получить обратную связь читателей и лайки на свои истории — это может быть приветом от внутреннего Самозванца. Именно он часто подталкивает нас на поиски социального одобрения. Кстати, совсем скоро я делаю курс на эту тему и вы можете узнать больше о синдроме Самозванца на моем вебинаре.

А бывает так, что одна фраза из чужой работы может облегчить жизнь сотням читателей. Так было с моей статьей «Я рада, что ты жива».

Эта фраза вырвалась у меня в ответ на исповедь одной из клиенток и оказалась невероятно важной для нее. И она сама сказала мне: “Это главное, что в такой ситуации может услышать женщина”. Она захотела, чтобы я поделилась этим с другими тоже.  Поэтому я использовала эту фразу для названия статьи (с разрешения клиентки, разумеется).

—   Давай попробуем поговорить еще вот о чем: что если человек идет на то, чтобы опубликовать кейс или рассказать какую-то собирательную историю, то он берет на себя определенные риски. Какие, давай поговорим об этом. 

 — В первую очередь,  есть риск, что кто-то «узнает» себя и предъявит вам претензии. И вы не только причините человеку боль, но и рискуете своей репутацией, рискуете быть вовлеченным в скандал. Иногда совершенно несправедливо, потому что вы-то ни сном, ни духом не знали об этом человеке. Но результата это не отменяет.

Мы, терапевты, находимся в уязвимом положении. Клиент в данном случае всегда прав. Я очень не люблю фразу «клиент всегда прав», но в этом случае он будет прав. Для зрителей, для тех, кто читает – даже если он был неправ формально. 

Есть риск того, что статьи, построенные на описании случаев, станут причиной того, почему клиенты к вам не пойдут. Они не хотят узнать себя в абзаце «однажды утром он пришел ко мне...», и это отталкивает их от работы с вами. 

 —  Как быть с отзывами, можно ли их публиковать  и как ты для себя решила этот вопрос?

—   Это тоже непростая тема. Некоторые мои коллеги считают, что просить у клиента отзывы нельзя ни в коем случае. Я понимаю, почему они об этом говорят – потому что отношения терапевта и клиента, все-таки не самые обычные, это не отношения парикмахера и клиента. Парикмахер вполне может попросить отзыв, да и сразу видно, как человека подстригли. А к терапевту клиент испытывает сложную гамму чувств.

Вдруг ему будет трудно отказать? Или он постесняется написать правду? Изредка я могу попросить отзыв в какой-то определенной ситуации. Сейчас я выхожу из положения тем, что прошу отзывы у участников онлайн-курсов – там нет такой терапевтической связи.   

После вебинаров, кстати, у меня есть несколько отзывов. Очень приятно, например, было получить письмо о том, что вебинар дал такой результат, который могли бы дать полгода терапии. 

 —  Если я как клиент ловлю себя на том, что я травмируюсь о чужие истории в Фейсбуке, о чем это говорит и что мне нести в терапию, как здесь можно задуматься и обезопасить себя?  

—  Да, это возможно и об этом тоже стоит знать. Очень показательная  ситуация была во время флешмоба «Я не боюсь сказать». Часть моих клиенток эти  истории травмировали — не всех, но немалую часть. Если у вас есть свой психолог, то такие истории вы конечно принесете в терапию.

Иногда групповая работа чья-то попадает в блог к терапевту, потом люди пишут в анонимные группы или у себя в блоге, страдают, мучаются, но не высказывают этого терапевту или ведущему группы. Я очень рекомендую объясниться непосредственно с тем терапевтом, который вынес вашу историю и закрыть эту историю. Не стоит жить с такой занозой. Более того, такой разговор  может стать началом важного нового этапа и даже прорывом в терапии. Это может быть первым вашим опытом, когда вы вообще сказали, что человек сделал вам больно.

Терапия для этого и существует, групповая или индивидуальная, неважно. Все ваши чувства, особенно чувства к терапевту —  повод для работы. Если с вами такое произошло – пожалуйста, обсудите эту тему со своим терапевтом, это действительно важно.

 

Полная версия интервью доступна в видео формате ==>>