Все записи
16:37  /  3.04.19

898просмотров

Леонид Кроль: «Я смотрю на человека с 60 разных точек»

+T -
Поделиться:

 

Обычно я очень резко негодую, когда психологи описывают «истории клиентов». Но есть один человек, чьи истории я читаю взахлеб. Потому, возможно, что они скорее литература, чем заметки документалиста. Но и заметки тоже. От профессионального психолга и коуча. Как заметки в блоге влияют на репутацию коуча и на состояние клиентов поговорили с руководителем проекта Инкантико, директором ИГиСП, писателем Леонидом Кролем. 

—  Расскажите, пожалуйста, как вообще появился такой формат блогинга и в чем Вы видите для себя задачу этих историй?

—  Я стал писать, потому что когда ты пишешь, у этого есть особая ценность. Я пишу и я думаю, я формулирую лучше, я рефлексирую над теми историями, которые были у меня с клиентами.  Мне кажется, профессионалу полезно менять и реконструировать реальный кейс, чтобы он оставался, тем не менее, узнаваемым, реальным, но он терял бы любую узнаваемость для прототипа. 

Еще, мне кажется, что в моей истории с кейсами есть дух вольнодумства и протеста. У меня отличный редактор, который просит у меня того и этого. А я как-то вырвался из-под этого совершенно правильного ярма и стал писать свое. Писать в Фейсбук —  это возможность и оторваться, и помнить живое, и все-таки иметь некоторый формат, который люди читают, и нужно это, по крайней мере, еще перечесть и отредактировать. 

— Кто желанный читатель и  адресат ваших историй? 

— Мои клиенты, друзья в Фейсбуке. Мне хочется научиться разговаривать с ними лучше.

 — Лучше – это что значит?

—  Я хочу перевести на язык письменного текста тот опыт, ту практику, которую я создаю непосредственно в работе. В работе я создаю виртуальную реальность, которая накладывается на ситуацию реальную, и они вместе, как два крыла, куда-то летят. Когда же я начинаю об этом писать, то у меня одно крыло естественным образом отвалилвается. Ведь в группе или в живом общении с человеком есть особая среда, особый контекст, в котором человек себя узнает.  А в письменном тексте ты вынужден думать о том, как то, что ты непосредственно чувствовал, передать третьему лицу. Вот это я учусь делать точнее и легче. 

— Как появляются герои ваших историй?

—  Герои стучатся в мою голову. С тех пор, как я начал этим заниматься, я как будто “хожу с фонариком”. Я хожу с фонариком и вспоминаю тех реальных героев, тех людей, с которыми я работал, с которыми я встречался. Кто-то из них как будто бы проявляется, как переводная картинка –  я начинаю на нем фокусироваться, а он начинает сгущаться и выступать из темноты. Вспоминаю его, потом могу вспомнить кого-то, кто на него похож и образ становится более объемным. Я стараюсь, что все мои записки, они все-таки были как можно более документальными. 

— Про документальность, кстати. Не переживаете ли Вы, что люди себя узнают в этих историях, берете ли Вы у них согласие на рассказывание этих историй?

—  Эта документальность, естественно, профессиональная. У человека было четверо мальчиков, я пишу, что у него было трое девочек. А если он жил в городе Малаховка, я пишу, что жил в городе Ижевске. А если он развелся с женой, то я пишу она ушла от мужа.  Словом, все детали, которые хоть как-то опознаваемы и не влияют при этом на ход событий, я меняю на аналогичные. Но это не мешает людям придумывать себе что-то: мне случалось на одну историю получить 3 гневных отклика от 3 людей, которые к ней не имели ни малейшего отношения. 

—  Вам важно, чтобы клиенты не узнавали или узнавали себя в историях, вы переживаете за это?

—  Когда ты занимаешься эриксоновским гипнозом, тебя каждый раз спрашивают: «А что будет, если клиент не проснется?». Вопрос теоретика. Потому что на практике все просыпаются. Мои кейсы доброжелательны и они говорят про то, что видно в зеркале. Поэтому нет, я не переживаю, что кто-то вдруг узнает себя.  Мои кейсы – это встреча моего субъективного взгляда с тем субъективным, которое я выявляю в клиенте. С моей точки зрения, хорошо подобранное субъективное мое и хорошо реконструированное субъективное клиента дают вместе очень реалистичную картину. 

 — У меня есть ощущение, что ваши герои похожи друг на друга.  Например, успешностью. Вот если представить себе собирательный образ из всех ваших героев, он какой? 

—  Практически от каждого человека, с кем я работаю,  у меня есть ощущение успешного человека. Чтобы человека начать видеть, надо на него посмотреть раз  60 из разных ракурсов. И когда ты так смотришь на человека, ты в него влюбляешься. Ты держишь его на некой ладони, и смотришь на него разом  и идеализированно, и критично. Видишь его особенности и детали конструктора, из которого человек собран. Но я вижу не только то, что есть. Еще я вижу, как из этого набора деталей можно собрать лучшую композицию. 

И я, собственно, занимаюсь тем, чтобы показать человеку разные возможности для его реализации. Это такой мой инструмент дополненной реальности, если хотите. 

 

Читать интервью с Леонидом Кролем в блоге ==>>

Полная версия интервью доступна в видео формате

 

Комментировать Всего 1 комментарий

Фейсбук Леонида Марковича замечательный, подтверждаю. "Кейсы" читаю с удовольствием, именно как художественные тексты. Я просто читатель, не "профессионал", но мне интересна эта тематика. "Портреты" просто потрясающие у него получаются.

(Вы-то, конечно, это знаете)) это для остальных читателей Сноба.)