Все записи
13:21  /  30.04.19

1199просмотров

Мария Ковина-Горелик: «С людьми надо говорить не тогда, когда вам от них что-то нужно»

+T -
Поделиться:

С блогером и преподавателем английского языка, руководителем проекта How to know how Марией Ковиной-Горелик поговорили о важном: про то, что продают часто не продающие тексты, про то, что с людьми нужно разговаривать не только тогда, когда вам от них что-то нужно, а всегда. А еще узнали, что у блогера есть шанс получить от блога не только продажи, но и поддержку в нужный момент, и репутацию, и внимание, и многое другое.

— Расскажи, пожалуйста, про себя что-нибудь хорошее.

—  Меня зовут Мария Ковина-Горелик, я автор проекта How to Know How, который посвящен тому, как учить язык.

—  Расскажи, пожалуйста, зачем тебе блог, как ты решила, что тебе это нужно?

— Я не то чтобы осознанно «решила». Более того, я до сих пор не уверена, что это блог. Хотя у меня есть сайт, и на нем есть все тексты, которые появляются в Фейсбуке, но они появляются там постфактум. Сайт работает как библиотека, по сути. Я пробовала в этом смысле разные форматы: я писала и выкладывала сначала на сайт, потом в Фейсбук. Потом поняла, что такая схема дает  меньше активности, меньше просмотров и больше суеты. Поэтому теперь я сначала пишу в Фейсбук, а потом тексты, которые посвящены непосредственно профессиональной деятельности, раз в 2-3 месяца пачкой загружаю на сайт. В общем, блог у меня завелся сам и теперь живет.

— Да, многие популярные блогеры говорят мне именно это. «Как-то я мне было важно вот это сказать, вот этим поделиться, а тут я хотел вот это. И как-то внезапно обнаружил себя уже пишущим для какого-то количества читателей». Сколько, кстати, у тебя в Фейсбуке читателей?

— На данный момент больше 10 тысяч читателей и около 3 тысяч друзей.

—  Вот нравятся мне эти люди, которых читает 13 тысяч человек и которые при этом говорят: «Да нет у меня никакого блога, просто я иногда пишу». А ты знаешь, что если мы с тобой зайдем сейчас на биржу, например, и скажем: «Я хочу купить пост у блогера», то нам ответит человек сто с 50 подписчиками и скажут: «Я блогер, я продаю у себя рекламу»?

—  Майя, я очень жестко ограничиваю свои инфопотоки и берегу себя от такой информации.  Я не хочу ничего знать про блогеров с 50 подписчиками, биржи, про все эти сайтики, где вскладчину покупают курсы, говорят гадости, моют кости. Да, я могу абстрактно это знать, но я если выбираю на что направить свое время и внимание, в какую сторону смотреть, то это будут не они.

— Тогда поговорим о тех, на кого блогеру приходится смотреть всегда. То есть о читателях и клиентах. Как ты общаешься со своими читателями, как ты их воспринимаешь, что думаешь про них?

—  Они движущая сила блога и вдохновение. Это ведь большая-большая ерунда, что можно писать в стол. Возможно, эта формулировка актуальна для жизни в тоталитарном режиме, когда она, собственно, и появилась, но для меня все не совсем так. Мои читатели —  это суперважно, это и вдохновение, и радость, и поддержка.

—  А как ты относишься к нытью и жалобам в блоге? Сейчас есть два полярных течения: кто-то из гуру продвижения говорит, что это делает блогера более человечным, более открытым, а другие уверяют, что нытье дико утомляет и от этого хочется отписаться. У тебя какая позиция?

—  Да, я иногда прихожу не только с полезными идеями, я прямо прихожу и ною. И знаю, что мой «социальный капитал», то есть отношение людей ко мне, позволяют мне это делать и получать в ответ эмоции и поддержку. Я знаю, что у меня среди читателей есть люди, которым не все равно, что я получила травму или что у меня умер близкий человек или что-то еще. Это важные вещи. С читателями нужно иметь отношения, их надо видеть и замечать, тогда они отвечают тем же.

Я считаю, что важна интонация, важно намерение. Важна открытость, искренность, уважение. Если я пишу искренне: «На нуле. Очень плохо, нужна поддержка», то вряд ли это у кого-то вызовет отторжение. А если и вызовет, туда им и дорога. У меня была история, когда я порвала связки на ноге и консультировала, сидя прямо в постели. Ничего, никто не отказался от консультаций, и мы отлично поработали. В общем, я считаю, если нытье дозировать и если это делать уважительно и внятно, то, мне кажется, можно иногда.

—  Кроме поддержки, что еще тебе дает блог: репутацию, продажи, знакомства, драйв, что-то еще?

—  В первую очередь, конечно, продажи. И я не скрываю, что веду блог для продаж в том числе. Поэтому когда в какой-то момент, когда я была очень замотана, мне написали «пожалуйста, расскажите еще то и это», то я прямо ответила довольно резко: «вы мне предлагаете сейчас еще бесплатно поработать для вашего удовольствия». Да, я позволяю себе такие резкие высказывания иногда. Потому что мой бизнес — это крошечная команда из нескольких человек и огромное количество клиентов и читателей. Нас правда может на всех не хватать.

— Да, это правда. Когда вокруг тебя 13 тысяч читателей, сотрудники, десятки студентов и клиентов, то на поддержание этой системы  нужно множество энергии. Она встречается с чужой энергией, пересекается и истощается, в конечном итоге, тоже.

— Совершенно верно. И большая часть этой энергии проходит через меня. И даже если через сотрудников, то все равно, тоже через меня. Я все равно за чем-нибудь одним глазом да поглядываю, как правило. И нормально, что это вложение энергии приносит продажи, как один из результатов блога. При этом, кстати, продают не продающие тексты.

— О, это отличная тема для разговора с моей аудиторией. Расскажи, пожалуйста, как это. Что за не продающие тексты такие, которые продают?

— Ты знаешь, видимо дело в том, что я просто не умею писать продающие тексты. Все эти термины типа «болевые продажи» посыпались на меня, когда я уже вела блог и даже что-то продавала. А изначально я просто хотела донести какие-то свои идеи и про это с людьми разговаривала.

Есть одна классная мысль из теории привязанности, которой я сейчас со всеми с удовольствием поделюсь. Впервые я ее услышала именно в контексте общения родителей и детей, но она отлично работает в любых отношениях, и с читателями тоже. Нельзя устанавливать контакт с ребенком только тогда, когда тебе от него что-то надо. Нельзя обращаться к ребенку только тогда, когда тебе надо, чтобы он доделал математику, вымыл посуду или завязал шнурок. Контакт должен возобновляться ради самого ощущения контакта. Вот. С читателями все точно так же. Поэтому я спокойно отношусь к тому, что у меня есть множество подписчиков, которые ничего не купили и, возможно, никогда не купят. Я с ними разговариваю.

— Но как это приводит тебя к продажам? Вот этот просто разговор и поддержание контакта? 

— Это то, что удерживает аудиторию,  побуждает ее говорить со мной и обо мне. И опосредованно, через них или через их друзей про меня узнают те, кому нужно. Они и покупают.

При этом меня может годами читать прекрасный пенсионер из Голландии, который уже выучил все нужные ему языки, но ему просто интересно. И он разговаривает со мной, комментирует, дает мне важную обратную связь. Все это меня поддерживает и позволяет продолжать.

Конечно, при этом я немножко слукавила, когда сказала, что продают непродающие тексты. Когда мне нужно продать конкретный курс или услугу я пишу текст, где будет информационная составляющая, касающаяся конкретного курса. И этот текст принесет продажи.  Тем не менее, если бы я писала только продающие тексты, а все остальное время, например, писала бы про то, как я ехала в метро или я ела булочку – то вряд ли бы это работало. Сначала надо дать бесплатно, дать искренне и с желанием поделиться. Тогда к моменту, когда тебе нужно будет продать, лояльность читателей будет уже завоевана.

— Что тебе говорят читатели хорошего, поддерживающего?

—  Самый частый и приятный комплимент, который я получаю: «Это не про языки». Да, мне важно, что я не только про язык, а немножко больше.

— А ты им что говоришь? Только хорошее и поддерживающее, все по теории привязанности?

— Нет, далеко не всегда.  В блоге я позволяю себе очень много, включая мат минимум на 2-х языках, бан и многие другие инструменты управления вниманием.  И иногда я на хамские комментарии могу отреагировать достаточно жестко. Я считаю, что у пространства блога есть своя гигиена, свои правила, которые, не должен нарушать ни ведущий, ни читатели. Я, конечно, могу сама свои правила нарушить, ну не могу же я быть идеальной. Но в целом слежу за отношениями и настроениями в блоге.

— Что нельзя писать в твоем блоге никому и никогда?

— Ну, например, у меня есть моя личная болезненная тема  — это длина моих текстов. Поэтому если написать: «Много букв,  Мария, не осилил», то это гарантированный бан. Или еще хуже, когда комментарий выглядит так: «Очень длинно, но так здорово!». Или предварительный текст перед перепостом: «Прочитайте – оно того стоит. Я понимаю, что очень длинно». Я понимаю, что человек хотел только хорошего, но мне очень неприятно. Как будто длина текста — это какой-то его недостаток.

Баню за хамство. Баню, когда вижу людей, которые  рекламируются за мой счет. Таких тоже есть целая каста, они делают перепост и приписывают: «Вот Мария тут написала, а у меня как раз в субботу семинарчик на эту тему….».

Это те гигиенические моменты, которые мне кажутся важными. Я, конечно, никого не воспитываю в блоге, все взрослые люди, но я создаю пространство, которое существует по понятным правилам и эти правила блюдет.

— Ты на кого-то из блогеров ориентируешься в этом смысле? Кто-то еще так делает?

 — Не то чтобы ориентируюсь, но я это видела у многих уважаемых мною людей. Например, у Лилии Ким. И мне очень нравится, как она пишет: «Я сейчас пойду спать – у нас в Калифорнии уже ночь —  а вам сейчас на примере этого коммента аудитория все объяснит. И почему здесь так не принято, и почему так нельзя, и почему пассивная агрессия в нашем уютном кружке взаимного обожания не прокатывает. А я пока пошла посплю».

И я вижу, как у меня потихоньку создается тоже свое такое сообщество. Только кто-то мяукнул что-то вроде «дааа, Вам бы с такими замашками романы писать – вообще Лев Толстой», ему быстренько кто-нибудь скажет: «Ты давай сотри это дело, потому что она на это очень реагирует». И отлично. И без меня все управились.

 — Как ты думаешь, за что читатели тебя ценят?

— По хорошему, это надо у них спрашивать. Но я думаю, что они ценят во мне довольно высокую степень честности,  щедрость и, наверное, присутственность какую-то. Я общаюсь, я комментирую, я не зажимаю и не ленюсь. Обычно что-то такое ценят.

—  Я думаю, что это и про создание правил тоже. Ценят как человека, у которого есть достаточно смелости создать свои правила и их отстаивать.

—  С этим в Фейсбуке вообще некоторая проблема, потому что я не знаю, на какой забор эти правила повесить. Поэтому  просто время от времени, когда накипает, я пишу очередной пост. Он потом исчезает в ленте за 2 дня и ничего с этим сделать нельзя. Поэтому через какое-то время все равно продолжается то же самое, все равно приходят люди хамят, что-нибудь говорят странное. Ну, жизнь.

— Скажи, а были ли обиженки? При том, что ты банишь, задаешь правила, воспитываешь, бываешь жесткой, были ли те, кто обиделся и пошел плакать и писать про тебя гневные посты?

—  Гневные посты – нет. Были люди, которые приходили в личку, задавали вопросы, выясняли как-то окольными путями, почему и что. Иногда все этим и ограничивалось, а иногда потом мирились и общались. Есть же еще  кумулятивный эффект, который большинством людей никак не учитывается. Ведь каждый думает, что он же такой один, он же просто задал вопрос, а чего такого-то? Он просто выразил свое мнение. А когда у тебя много подписчиков, то каждый человек сливается в огромный поток информации. Открываешь личные сообщения, а там 10 человек незнакомых и все просят “посоветовать преподавателя”.

— А с тобой часто спорят?

— Спорят часто. Хотя вообще-то лингвистика — это наука. Ну так-то. И если я к этому еще беру какие-то кусочки из нейрофизиологии и приплетаю резонансный вопрос «А как учить английскому детей?», то реакцию получаю очень эмоциональную и совсем не научную. Поэтому да, и спорят, и пытаются подорвать мою экспертность, и многое другое странное делают. Просто люди не очень понимают, что мы в разных весовых категориях, что мы занимаемся разной работой, и поэтому мою работу иногда обесценивают.

Еще бывает, что люди из какой-то узкоспециальной области, профессионалы находят у меня какую-нибудь блоху, которую я не так подковала, и по этому поводу приходят ко мне спорить. «Да, Вы тут вот не досмотрели, вот там в родительном-то падеже вот оно че, артикль-то тут же – это ж вот почему, а тема-рематическое деление, оно же не так, а эдак». И это немножко сложнее.

Или как с тем текстом про обучение детей, который набрал какие-то тысячи репостов и комментариев, его растащили все СМИ, и со мной не просто спорили, а угрожали и хамили.  И так что я потом болела две недели от тех гадостей, которые мне написали.

— Вот это тоже важная тема, про уязвимость в блоге. Это действительно так. Как только ты публичен и твой проект публичен, ты становишься уязвим. Потому что любой человек может зайти на твою бизнес-страницу и поставить тебе «Не рекомендую» или написать тебе, что он донесет на тебя в органы. И даже сделать это. Я знаю минимум один скандал в Фейсбуке, который закончился тем, что человеку предъявили судебную претензию о неуплате налогов. Другой человек не поленился и прислал людей “разбираться”. За пост. Кажется, что Фейсбук безопасен и на курсах по блогингу часто уверяют людей, что ведение блога — это легко и безопасно. А на самом деле, быть может вообще все что угодно  и мы довольно уязвимы со своими проектами и со своими созданными репутациями и со всей этой открытостью. Но при этом, кстати, интересно – меня это не останавливает ни от резких решений, ни от отстаивания позиции. Тебя, судя по всему, тоже.

—   Меня это не останавливает от резких позиций, потому что я не занимаю других позиций. Но меня это останавливает от некоторого роста экспансии, например, потому что это тяжело. Мне, моему физическому здоровью и моему какому-то душевному благополучию это тяжело. А чем дальше ты идешь, тем быстрее надо проворачиваться и тем с большим объемом разного приходится встречаться. Размер турбины растет, раскрутить ее сложнее и бежать надо быстрее. Я это понимаю и я вижу, что уязвимости-то больше становится. И это останавливает меня пока, но я точно знаю, что что-то еще придумаю и проект будет развиваться.

—   Вот Качура нам с тобой пишет по этому поводу, что «Мы и в реале точно так же уязвимы и от склочников не убережешься. Что же теперь, не жить?». Собственно, согласна с Наташей. Поэтому продолжаем жить. А читатели пишут,  что ценят тебя за знания, тонкость и экспертную позицию. Вот, собственно, за что ценят блогеров. И что при всей нашей уязвимости и при всем том, что мы осознаем, что мы уязвимы в публичности, при том, что есть огромная цена физического здоровья, усилий и времени, которые мы за все за это платим, это история про то, что мы хотим сказать людям и поэтому, собственно, продолжаем говорить.

Полная версия интервью доступна в видео формате ==>>