Все записи
МОЙ ВЫБОР 11:45  /  12.05.11

2123просмотра

ПАПА

+T -
Поделиться:

 

Когда я родилась, он был в командировке. В одной из миллионных – обычных – постылых – постоянных – привычных ...В нашем архиве сохранилось коллективное письмо маме в роддом от сотрудников папиного управления. Скопом извиняются, что «услали начальника», чуть не рассчитав времени родов.

Его подчинённые смешно каются: фраза одного накладывается на фразу другого, превращая записку в месиво, которое я разбираю, словно берестяную грамоту, несколько недель ... Сумбурное дурашливое месиво письма, где люди, обалдев от неожиданности, вины, радости (почему-то общей) извиняются, что муж (мамин), отец (мой), начальник (их)  в какой-то дикой глуши, а не под арбатскими окнами  роддома номер 7 имени Грауэрмана. Удивительно, что люди в этом «зазеркалье» ... живые непонятно каким образом  ... на крошечном островке  ... одного из самых жёстких министерств Советского Союза.

Знаете, что папа возглавлял на момент моего рождения? Сядьте, дорогие мои, и лучше покрепче возьмитесь за сиденье: контрольно-ревизионное управление Министерства финансов СССР. Ничего не стану комментировать – финансисты, юристы, экономисты ... поняли, что имею в виду. Не разжимайте рук ... оставайтесь сидеть ... :-)))

Мой «умывальников начальник» не был членом партии + еврей. Мало того, не имел законченного высшего образования: в связи с происхождением позволили лишь четыре с половиной курса юридического института прокуратуры Союза ССР (то есть с полным образованием, но без формальной "корочки" диплома). Не-а! Не то, что вы подумали – я и сама подумала бы тоже самое :-) Не из «совкового призыва стукачей». Точно ли уверена? Точно. Я ж папина дочка: ничего на веру не принимаю, всё проверяю, «допрашиваю свидетелей с пристрастием» да собираю инфУ по сусекам.

Когда я его спросила, кем он работает, ответил «бюрократом». Я ничего не поняла и переделала "виноградом". Ему понравилось, так потом всем и представлялся.

Когда папа бывал в командировках (неважно в ближнем Подмосковье или дальнем зарубежье), я в обязательном порядке через день получала письмо или бандерольку. Если письмо задерживалось, в семье начиналась паника: у папы нелады с сердцем.

Кстати первое письмо от него получила ещё в роддоме: отдельное письмо написано маме – отдельное мне в первые дни жизни.

Он примчался в Москву через пару дней – мы ещё пребывали в «имени Грауэрмана». Сохранилось письмо маме, где он подробно расписывает, как с приятелем торчали в ресторане «Националя», обсуждая, что и как оно теперь будет.

Дело в том, что у папы в 64 года родился единственный человек на земном шаре, кто связан с ним кровным родством. Дочка.

Письма его в роддом, одно маме отдельно – одно мне отдельно. Письма и посылки приходили всегда - неважно, был он в Москве или в командировке. Каждую пятницу на почте получала бандерольку или письмо "до востребования"..

 

Мои бабушка и дедушка. Я не то, что их не застала – фото это увидела только после похорон Николая Второго. Хотите подробности – читайте Роксану.

Не знаю, как бабушку и дедушку  величать по отчеству. Знаю только имена. Даже не знаю, где их могила. Папа остался сиротой в 14 лет.

Сиротство спасло папу. Его не сажали, не таскали и ни в чем не обвиняли. Знаете, ему даже позволили поступить в институт. Закончить, естественно, не позволили. Через тридцать лет в мемуарах я наткнулась на абзац, где упоминался специалист в одной узко-специальной области международного права. Несколько слов о стати, о руках изумительной формы и о том, что единственный раз в жизни автору мемуаров удалось встретить еврея с европейским образованием, да еще блондина скандинавского типа. Я поняла, что речь о моем деде. Может, конечно, о ком другом? Еврей-выкрест юристом международником – всё же не типичный случай. Скорее исключение. Хотя в начале 20 века такое уже было возможно. Это все, что я знаю о предках с папиной стороны.

Мама с папой разошлись, когда мне было от двух до пяти. Папа умер, когда мне было девять. Мама толком ничего не знала о мужчине, с которым прожила всего несколько лет.

Мамин обрывок информации: перед самой войной папу "запустили" в комнату без окон, закрыли дверь на ключ. В комнате на столе лежала папка. Через какое-то время его выпустили - за дверью  потерял сознание. Обширный инфаркт в 26 лет в 1940 году. Что было в этой папке, я уже никогда не узнаю.

Таким я папу не застала. Военная фотография.

 

Да, он воевал – парень после инфаркта в 26 лет. У которого эта власть убила родителей, оставив сиротой в четыре года.

Инфарктник-белобилетник пошёл защищать не ту мразь, которая вырезАла, выжигала, уничтожала всё светлое, умное, смелое, талантливое в городе на Неве. Не ту мразь, кто принял решение об эвакуации из города станков и оборудования ленинградских заводов – оставив людей мучительно умирать в блокаде. Просто пошёл, потому что лучше и легче драться, чем не драться. Вот про его военное ИСЦЕЛЕНИЕ ТРАВМ ВОЙНЫ

В конце войны не демобилизовали – перевели следователем в московскую прокуратуру. Так он попал в нашу коммуналку на Садово-Сухаревскую (подробно). Папа оказался последним из тех, кем бабу Сашу «уплотнили». До революции - хозяйка всей далеко не маленькой квартиры.

Уже в конце 1950х явилась мама: баба Саша – гимназическая подруга моей родной бабушки с маминой стороны. Мама – полячка, потерявшая родителей в конце 1930х.

Ну а я уже «уплотнила» бабу Сашу естественным образом. :-) Через пару лет после моего рождения мама свинтила в отдельную хрущёвку заводского района, так как разошлась с папой. Таким образом, баланс населения коммуналки как-то установился.  :-)) 

Не знаю, ненавидел ли папа эту власть. Презирал – точно, брезгливо относился. Не «рвал рубаху на груди». Не был диссидентом.

Переигрывал их. Приверженец малых дел. Отстоять хоть маленький плацдарм, перетянуть конкретную ситуацию, отнять хотя бы одного человека – вот его методы. Чуть ниже просто расскажу пару эпизодов.

Институт закончить не позволили, «рылом (извините, происхождением и пятым пунктом) не вышел», партбилета в кармане нет - но как профессионал сгодился. Его назначали заместителем «шишек» всё более высокого ранга. Как известно, от заместителя требуется "всего лишь" дело делать. В результате, карьеру папа сделал весьма неплохую. Более того, у него была возможность пару раз в год ездить за границу, то в те времена чуть ли не приравнивалось к полётам в космос и гарантировало сносную жизнь.

А вот уже он, мой «привычный» папа.

 

Буду писать как пишется. Без хронологии и выстраивания сюжета. Всего несколько разрозненных картинок.

ТРЕТИЙ КЛАСС

Нас с подругой не принимают в пионеры по причине «неправльного происхождения». Это уже в глубоко брежневские времена. Откуда они прознали про «не то»? Я «погорела» по маминой линии, Ирка – по обеим. Папа, вестимо, ни фигурой – ни титулами перед школьным начальством не тряс. 

Строго говоря, не совсем отказались принять в пионеры. Попросили посидеть дома и не приходить в школу в этот день, когда всё торжественно, и все в праздничном «белый верх – синих низ». На следующий день велено повязать галстуки под воротничок коричневой повседневной формы ... и явиться на уроки как ни в чём не бывало.

Мы родителям ничего не сказали: это ж дикое унижение - все готовятся многие месяцы, а оказывается,  двое ... «прокажённых». За что?

Оделись утром «по-пионерски»,  вместо школы пошатались по улице минут двадцать (пока родители Иры не ушли из дома ) ... попёрлись к Иришке домой (рядом со школой). Так как решили ... покончить жизнь самоубийством. Выдохните, психиатры ))

Понятия не имели, как это делается ... Причин сюрра не доискивались. Тоже, между прочим, папина наука: не трать время и мозги – не ищи резона у идиота.  

Включили телек, где по случаю апрельской «инициации» шли соответствующие детские спектакли.Иришка достала коробочку с круглыми шариками размером с половину куриного яйца. Мы раздавили по яичку - стало горько и изо рта пошли пузыри пены.

Дальнейший разбор полётов показал, что мы слопали по шарику шампуня, который Иркин дедушка (учёный-энергетик) привёз из загранки. Удобные мелкие шарики, видимо, умыкнул, по советской традиции, из какой-то гостиницы ))

Шампуня в нашей советской родине в помине не было (голову мыли мылом или яичным желтком). У нас дома имелся, но в бутылях + я его раньше в рот не пихала. Сидим с Иришкой в пене – ждём конца спектакля по телеку и жизни в реале. Где-то через час  вернулась Иришина бабушка -  информация дошла до папы...

Опускаем детали, как из нас вымывали шампунь (пенился и не желал удаляться изо рта)  ...Короче, довольно стремительно мы погрузились в папин служебный "членовоз" (фото чуть ниже). Перед членовозом в секунду распахнулись школьные ворота – мы подкатили прямо к ступенькам ... вытряхнулись ... следом стали выгружать коробки с пирожными, тортами, лимонадом ....

Папа не «качал права», никому из взрослых слова не сказал (при нас, во всяком случае).  Вообще с ними не общался. Отвлекаясь: никогда – ни разу не появился на родительских собраниях, у завучей ....Мама, кстати, тоже после его смерти (когда я переселилась к ней и пошла в новую школу) не появлялась на родительских собраниях. В классе папа сам раздвинул парты и сформировал общий стол  ...Нас с Иришей торжественно перед накрытыми столами приняли в пионеры, напялили пилотки. Смешно, но в «самоубийственной» спешке не догадались надеть приличные колготки: на фотографиях все девочки в белых праздничных, а мы обе в будничной плотной жути со складками.

Папа всё время оставался с ребятами, с нами. Фотографировал – потом мы с ним проявляли и печатали дикое количество на всех.  Лопал пирожные с лимонадом ...

Он вообще любил собирать произвольно (кто «под руку попадётся») моих дворовых и школьных приятелей, когда мы с ним куда-нибудь шли. Чаще всего в кафе-мороженое. Но и в музеи (в Пушку – где до сих пор боюсь кондотьераГаттамелате, что в «Итальянском дворике». Оригинал во Флоренции куда более мирный).  В Васнецовский, что через дорогу. В цирк и в уголок Дурова. Много куда.

Театры – легенда до сих среди моих одноклассников. До сих пор «старички» автоматом мне (после какого-нибудь уже сегодняшнего спектакля): «Ну конечно, тебе нравится ....(название современного спектакля). Тебе ж даже..... (название «стародавнего из детства») нравился» :-))

Знаете почему?

Он тащил нашу компанию в театр. Но они там находились однократно – от начала спектакля до конца.  Мы  же с папой cваливали после антракта, чтобы на бульварах или в ближайшем «злачном заведении» придумывать собственное продолжение. Приходили на следующий спектакль в другой день сразу на второе отделение - с нашим собственным началом, придуманным за то время, пока на сцене шло первое отделение. Некоторые артисты из числа друзей дома завидовали, так как то, что они «валяли» на сцене было куда менее занимательным, чем наши с папой версии. ))

Я иногда дулась – ревновала, что вечно с нами таскается ещё кто-то. Я его и так редко видела – слишком часто в командировках. 

С посторонними, на службе, в делах супермолчалив.

Балагур, бесконечно остроумный и едкий, со множеством мюнхаузенских баек и приколов – только со своими. Жизнь прожил в коммуналке. Отказался переезжать, хотя не просто была возможность – настоятельно рекомендовали, так как неловко в его положении. Правда, та коммуналка не простая, а «специфическая». :-) Наша Садово-Сухаревская.

Они вообще с бабой Сашей были лихой парой. Вот оттуда, из тех посиделок вечное напоминание вскользь: «только по-русски об этом не болтай».Ох, сколько у нас дома было сатирических поэм, пародий, сектчей, стихотворений, отпечатанных на машинке в фиолетовых копирочных копиях. Практически всё, что ходило в списках в те годы.

Про легендарную поэму Иоанна Московского «Ив Монтан и другие» слышали? Так вот у меня она полностью – от «первоисточника» (так сказать). ))

Оттуда мой детский «скепсис» относительно русского. Первый язык – французский. Чё по-русски трепать, когда то ли можно то ли нет и поди разберись: где – как – и что ?! 

Кстати, знаете, что сказал наедине новоиспечённой пионерке? «Дура. КОГДА наши придут, хорошо б, хоть кто-то остался чистым». Я отчётливо запомнила: не «если», а «когда». Эту фразу в «Роксане» я отдала Кристиану – но фраза реальна, и сказал её папа. Я вообще отдала много папиных фраз своим персонажам.

В дальнейшем «не подвела» папочку: дважды выгоняли из комсомола. Оба раза как выгнали – так и восстановили, но не моя заслуга. Я ж проболталась, что жизнью нашей семьи «рулит судьба». :-) Про второе «исключение с последующим восстановлением» написала в первой главе «Московских огней» («Федя»). И записка в музыкальную школу из собачьей повести - настоящая. Меня не принимали по причине полного отсутствия музыкального слуха.

Так я «шла» не в Гнесинку, а в обычную районную музыкалку. Не на скрипку, а на пианино, где что нажмёшь – то и зазвучит. :-)) Он написал легендарную расписку, которую я отнесла и отдала директору: «Гарантирую, что моя дочь никогда не будет играть на сцене Большого зала Консерватории. Однако, обещаю, что она всегда будет сидеть в зале. Именно к такой форме общения с музыкой убедительно прошу её подготовить». Меня приняли. Для преподавательницы по сольфеджио настали чёрные годы. Мне-то как раз нравилось – только вот решение  задач по сольфеджио не совпадало с «ответом». :-)) Папа в музыкалке так ни разу и не появился. Угадал: с тех пор и сижу в Консерве. Что характерно, на одном и том же месте: 30 или 31 в 10 ряду :-))

А вот уже моя фраза: ГОРЖУСЬ. Произнесла в восемь лет - хвастаюсь поныне. Родители развелись, видимо, сразу как только развод стал возможен без судебных истерик по поводу младенческого возраста ребёнка. При «разделе имущества», меня присудили маме – жила я с папой. Никакого психологического экстрима: все счастливы и замечательно общались.

Период, когда они были вместе я не помню - они, как мне до сих пор кажется, тоже не особо запомнили. Все последующие годы я перемещалась от одного к другой на папиной служебной машине. Будни – в коммуналке, где всегда есть кому присмотреть, накормить, приласкать, отругать и отмыть. Выходные – у мамы.

Как-то вечером в воскресенье меня притаранили домой на Сухаревскую. Голодный папа «при параде» ждал меня, чтобы сразу мотануть в ближайший ресторан. Я, увидев бардак (папа большой мастак по части превращения комнаты в свалку), взялась за веник и тряпку.

Естественная реакция голодного мужчины: « Мать всю дорогу ерундой занималась – теперь ты начинаешь».

Терпи. Я тебе не жена – со мной не разведёшься». Папа задумался ))

В конфликтных ситуациях папа в разборки с посторонними не вступал - общался исключительно со мной – разбирался со мной.  Да и со мной разбирался ... рационально (сформулируем так).

ВТОРОЙ КЛАСС

Восемь лет - школа фасадом выходит во двор Старого цирка и Центрального рынка, тыл – в Большой Каретный. Непосредственно за школьными воротами шныряют машины разного калибра в ограниченном пространстве.

Я - на продлёнке. Жду папу. Что-то у меня не сложилось. Настраиваю себя на жалость: придёт главный «виноград», начальник над всеми начальниками ... всех порвёт. Ещё и портфель умудрилась посеять ... или кто-то при разборке увёл и забросил (не помню).

Явился папа – с тортом. Приблизился к зарёванной мне  - выслушал ... вскинул руку с часами: «У тебя полчаса». И ... ушёл. Мизансцена: он спускается вниз к Цветному ... Я наблюдаю удаляющуюся спину в накрывающих меня ноябрьских сумерках.

Мама или баба Саша убили бы папу на месте. Я бы тоже сейчас с ума сошла, если моего ребёнка так оставили в темноте – одиночестве - опасном месте (задворки цирка, рынок, грузовые машины). 

Высморкалась. Отыскала портфель (видимо, в ближайшем помойном баке) ... Дождалась папу, который за это время отнёс тортик домой. Не прятался за ближайшем углом, действительно ушёл – вернулся.

Кстати, он меня ругал за пятёрки по поведению. В мои времена выставляли в дневник каждую неделю. Говорил, что отличниками по поведению могут быть только ябедники и подлизы. Тройка – норма. Пятёрки – для нормальных предметов. Вот такое у меня воспитание. Мужская рука. Кстати, о руке. Я с пелёнок чувствовала эту руку: он меня либо держал в охапке (как букет), либо обнимал за плечи, либо держал за руку, даже ругал, обняв. 

Привычная картина: мне выговаривают - я вырываюсь (если за плечи) или лягаюсь (если на руках). Именно выговаривают – он меня никогда не ругал. То есть не случилось в моей жизни «на повышенных тонах». Вовсе не по причине послушности.Вот уж не про этого персонажа. :-)

Он меня вышучивал. Доводил до белого каления: до смеха вперемешку с икотой и слезами, которые не лились, а брызгали.

Вечная пытка возраста младшей группы детского сада: «Хочу мороженого».

- Я хочу мороженого? Ничего я не хочу, - удивлённо папа.

- Я хочу! - повышаю голос.

- Я??? Абсолютно никакого желания.

- Я ааааааа!!!

И так до всхипов. Из меня «вынимали» яканье и ХОЧУ.   Уж тем более, «надо!» в папином арсенале не водилось: если «надо», то кому, почему и зачем. «Мне нужно, чтобы ты это сделала, так как ...» - согласитесь, иной расклад.

Любви не стеснялся. Обожания не стеснялся. Хотя и здесь острил.В дошкольные годы мы с ним практически никогда не шли рядом – таскал на руках. Скорее всего, из-за разницы в габаритах: он высокий и полный – я тощая малявка («после кожи сразу - внутренние органы»). Вытянулась в нынешнюю дылду в десятом классе. До десятого ниже меня только «маленькие» соседнего цирка («лилипуты» для людей с данной особенностью звучит уничижительно).

Позже всегда и непременно держал за руку. Когда рука потела, проводил меня за спиной, перехватывая руку.Я раздражалась: неловко перед прохожими (как маленькую).

Теперь чуть о членовозе. Да, меня подвозили в школу вот на этом:

Иногда - на "Волге", иногда - на "Чайке". :-) Видимо, машина определённой марки выдавалась, согласно протоколу, в зависимости от маршрута в конкретный день. Однако, обратите внимание на туфли. Видите, спадают?  Папа установил правило: одёжка, которую он привозит из загранки типа кашемировых свитеров (так называемая «радуга»: одна и та же модель в дивной красоты коробке всей палитры – от белого до чёрного через .... 12 цветов «каждого охотника, который желает знать, где сидит фазан» с парой-тройкой оттенков) и беретов такого же количества в тон ... – надевается ТОЛЬКО, когда мы с мамой или папой выходим куда-то вместе.

 А в школе, во дворе я ... донашивала вещи, которые подбрасывали родители подросших одноклассников.Жутко неприятно, друзья. Понимаете, дело не в старых вещах. Дело в том, что в школе помнят вещи, которые вчера носила другая девочка. Со всеми вытекающими ....

Теперь не воспоминания, а размышления. Уже серьёзно и про папу, а не про меня.

Папа умер скоропостижно от острой сердечной недостаточности (к тому времени в анамнезе - два инфаркта). Напротив института Склифасовского  - рядом со служебной машиной - на глазах у шофера и на руках у прибежавшей соседки (мамы пацана на велике с фотки ниже) - зажав в руке таблетку нитроглицерина. Он ехал на коллегию Министерства. Коллегия длилась два дня. Первое заседание  - выдержал. До второго - не доехал.

 

Фотография заставкой - конец мая. Здесь уже после второго инфаркта. Через несколько дней я уеду за город к знакомым ("Чего на жаре торчать в Москве? Это ж всего на пару недель.") - больше его не увижу.

Я разучилась плакать в тот самый момент, когда прозвучал телефонный звонок, и я очнулась через какое-то время на диване. Много лет слёзы не появлялись никогда, зато в момент стресса теряла сознание. Я теряла сознание регулярно примерно раз в неделю в течение пятнадцати лет.   Посттравматический невроз

Ниже три эпизода серии “nocomments”. Принимаю как информацию, не делая никаких выводов. Слишком мало фактов, чтобы хоть какая-то картина сложилась. Я ж не сценарист, даже не дочь сценариста, как вы теперь знаете. :-))) Просто несколько эпизодов, случившихся в разные годы и в разных обстоятельствах со мной лично. Поэтому эти факты мимо не прошелестят.

Они однотипны, эти эпизоды. Хотя и люди и ситуации разные. Предварительно совсем несколько записей из папиной трудовой книжки Я отыскала копию трудовой книжки лишь в прошлом году. Наконец, дошли руки разбирать завалы антресолей и стенных шкафов.

Выборочно разных лет, начиная с 1947: Прокуратура г.Москвы (старший следователь);  Министерство Госконтроля СССР (занимался контролем за сохранением и расходованием спирта);  Министерство морского флота и Главсерморпути при Совете Министров СССР;  Всесоюзный трест Золотопродснаб; Министерство социального обеспечения РСФСР; Ну и Министерство финансов СССР (уволен в связи со смертью).

Преподавал довольно много. Не в штате какого-либо юрфака. Вёл курсы, читал лекции в разных ведомствах. Я его встречала после работы - тоже была традиция. После работы первое, что должно попасться на глаза - дочка. Знакомый образ: меня подхватывают на сгиб руки, вторая рука привычно "сдирает" галстук.

Не по себе от записей в трудовой книжке. Получается, что в разные годы имел дело со: спиртом, морскими перевозками (за рубеж – в Европу), золотом, пенсиями, распределением денег. Ревизор высшего звена, на минуточку. Не просто в этих сферах – имел полномочия. Полномочия решать судьбы. Просто представить себе, что могло ждать людей, которых он проверял – если бы ревизия выявила нарушения. А если ошибка? А если субъективно? А если всё та же любимая и поныне «политическая целесообразность»? А если с совестью проблемы?

 Не пытались шантажировать и/или манипулировать? Не смешите – если уж нас с вами на каждом шагу пытаются «развернуть в нужном напралении» :-))

А если .....? А если действительно он - «виноград»? Я - не "родственница Павлика Морозова". Люблю, любила бы и продолжала любить папу Умерла бы, но не разлюбила. Однако, для себя принципиально поразмышлять. Не складывается образ «винограда». Ну никак?! Складывается другой образ.

Вот расскажу вам сейчас то, что случилось со мной. Повторяю, в разные годы в разных обстоятельствах. Истории разные – но очень похожие. Причём, все произошли через много лет после его смерти. Расскажу всего три – были ещё. Если бы хоть одна оказалась с иным эмоциональным зарядом.

 СЕРЕДИНА 1980х

Лежу в гнойной хирургии после операции. Подробности – в "Вовке". Ненужное вырезали, уже ничего не болит. В палате несколько молодых девок: либо с маститом либо с копчиковой кистой (мой случай).

Торчим в стационаре, так как раны открытые (зашивать тогда при этих диагнозах не зашивали – не знаю, как теперь). То есть следили, чтобы рана начала затягиваться сама чисто и правильно.

 Весело. У копчиковых – бесшлаковая диета, в связи с чем мы трескаем арбузы, сырые яйца, бульоны и соки без мякоти. Плюс нам, копчиковым, таскают в качестве мочегонного белое вино в бутылках из-под сока. Так что вся палата круглые сутки в отличном настроении. :-) Одна из маститНых родом из Тувы. К ней приехала мама. Жить ей негде, в палате официально не разрешают, «неофициально» - смотрят сквозь пальцы.

Милая вполне интеллигентная тувинка. Мы с её дочкой ночью сдвигали кровати – она укладывалась у нас в ногах. Не самый комфортный вариант для всех, однако, лучше чем на улице. Песни поём на фоне полупьяного «бесшлакового» безделья. Кто-то вырулил на нечто есенинское. Я привычно среагировала: «Это без меня». Ну и реакция тоже привычная: «Что ж так к родственнику?»  Объяснила, что Есенин мне такой же родственник, как Франсуа Вийон, поскольку папа не Михаил Давыдович (как все уверены), а Михаил Романович (никому не известный – как мне казалось).

Услышав «Михаил Романович», тувинка замерла, а потом метнулась драить пол в палате. Пол в палате гнойного отделения мыли ежедневно обязательно. Только по утрам, а это был вечер. ???

Весь вечер куда б я ни повернулась – встречала глаза. Было ощущение, что я сейчас «тучи разгоню руками», превращу тувинку в высокую блондинку с голубыми глазами ... Не страх – нет. Даже не надежда, а уверенность, что я сию минуту примусь творить волшебства.

Я не поп-звезда, не шаман и не вождь. Мне при таком шизоидном поклонении некомфортно. Чуть не по имени-отчеству величала меня, соплю девятнадцатилетнюю.

Утром быстренько закатила нечто мелодраматическое местным в ординаторской + маме по телефону (не объясняя истинной причины) - вылетела из больницы под расписку. Через пару дней, чтобы окончательно выветрить из памяти «эти глаза напротив», свинтила (всё с той же открытой траншеей на попе) в Ленинград в компании Лены и Володи. Дальше читайте Вовку.

Сегодня прикидываю: Тува – меха. Причём, не фермы с норками, то есть не «фабрика по прозводству». Охотники – соболя. Раньше были так называемые Роспотребсоюзы. Типа мелких предпринимателей: охотники могли что-то добывать на продажу – но сдавать надо было этим организациям. Со всеми возможными нюансами ... Может, в Туве золото или ещё какие-нибудь ископаемые? Если спекуляция золотом или соболями – это не просто хищение в особо крупных, а похлеще ... И статья «похлеще». Если не самая «хлёсткая»: дело-то происходило 1950х-1960х.

Может, не права? Но явно какую-то историю, связанную с её близкими, Михаил Романович разрулил много-много лет назад. Явно она не рассказала бы никому. Такие подробности в себе хоронят.

 НАЧАЛО 1990х

Меня вызывают в московскую прокуратуру в качестве свидетеля. Довольно громкое дело об убийстве в Москве одного французского  галериста. Привозил Москву выставку. Следователь обязана была вызвать меня, так как выставка демонстрировалась в Третьяковке, то есть моя: музейная и Западной Европы. Понятно, что допрос – чистая формальность, так как убили его совершенно безотносительно от выставки (что все понимали). Да и я его видела всего два раза: на переговорах в Минкульте (в переговорной) и на вернисаже (под софитами).

Два часа с лишним длился допрос. В конце женщина-следователь, захлопывая папку с записью допроса, автоматически между делом: «Наталья Михайловна – дочь сценариста?» Я, снимая плащ с вешалки (раздевалась у неё в кабинете), мрачно и механически: «Юриста».

После этих слов вдруг тётка, следователь московской прокуратуры, встаёт из-за стола, вынимает плащ из моих рук ... и надевает на меня. Знаете, как галантный мужчина помогает женщине (в России, слава богу, не выветрилась традиция), ... или мы больному/престарелому.  Последнее, что я услышала в московской прокуратуре: «Вы одевайтесь теплее. Всё-таки ранняя весна – коварная». Сорокин с Пелевиным отдыхают?! :-)

После этой сцены единственная моя задача – не свалиться картинно в обморок под ноги менту у входа. Когда вышла, увидела Серёжину машину. Спасибо, Серёжка, я не забыла. Не просила – сам приехал (знал про повестку). Бутылку по дороге купил и ... банку апельсинового джема с корочками (я даже это запомнила). Не забуду. Спасибо!

Я виновата, папа, что столько лет не приходила к тебе. Не верила, что ты там – на Донском. Было проще придумать, что ты жив – просто на какой-то ... работе. Не до идиотизма «штирлица», но близко. Компенсаторная «затычка» психологической травмы.  Не было сил.  А ты, наверное, ждал ... Был разочарован? Не знаю, может, так и не простил меня за многолетнее отсутствие. А может, понял? Видел, что никуда не делся, что по-прежнему со мной каждую минуту. Со мной – не там, не на Донском. В жизни – не на кладбище.

Короче, я регулярно стала приходить к папе только, когда решила проблему с башкой и с обмороками.  И когда появился Миша (мой муж), который меня туда и привёз, не спрашивая моего согласия. Просто привёз ко входу в Донской и вытряхнул из машины: «Иди. Если станет плохо, кричи – я услышу». Плохо не стало, Напротив, сразу всё как-то наладилось – стало правильным.

 Вот тут место третьей истории. 

ЦВЕТЫ

Многие годы, когда бы я ни явилась в Донской – всегда у папы лежали живые цветы. Причём, явно человек выбирал специально. Огромные очень тёмные розы. Или тигровые лилии. Или ирисы. Немыслимые георгины. Такого не водилось в советских цветочных магазинах. Да и в нынешние времена слишком дорогие для могилы. Смысл оставлять на улице?

 Всегда - «папины» цветы. То есть человек приходил примерно так же часто, как родная дочь.  Последний раз – в 2007. Видимо, человек совсем преклонных лет. Или умер. ???

Несколько раз оставляла записку с просьбой зайти в администрацию взять мой телефон. Позвонить. Поговорим – мне же хочется. Это же папа. Ни разу: записки так и оставались на прежнем месте. Была ещё мысль, что это женщина, с которой папа в последние годы был близок. Она с нами не жила. Но столько лет? Так часто? Уж больно «мужской выбор». Да и такие цветы любимому не приносят – торжественные, официальные. Благодарность – «теплее». ???

Ты мне ни разу не приснился. Даже в этом поступил по-мужски, по-отцовски: доверил. Отпустил.

Показываешь, что ты со мной иначе. Так красиво появляешься. В нужный момент. В прошлый день рождения я, оставив мобильник дома, пошла шататься по городу. Придумала себе задание прикупить кремы для лица на месяц.  В привычном месте  пара – в наличии, а одного из нужного набора - нет. Непонятная фигня?! Видимо, московская жара сбила графики поступления ... Или ... Я отправилась дальше по другим «кремовым» местам. Купила ... Продвинулась пару метров – на асфальте краской надпись «С днём рождения».

Понятно, что написал какой-то пацан своей девушке. Но крема-то моего в «привычном» не было. Но притащилась-то я туда, где надпись ... Не верьте – ваше право. Только это не единственное совпадение в моей жизни. Спасибо, родной.

Как-то приснился сон: решётка питерского Летнего сада, а за ней – глухой лес. Бурелом. Я шла вдоль – нашла  ворота. Закрыты. Точно знаю – там в глубине папа. Сначала позвала, затем стала кричать «папа». Через какое-то время почему-то не из леса, а за ухом голос: «Он занят».  И я послушалась – успокоилась. Ты со мной. Просто занят. Мне нельзя тебе мешать. Ты научил меня этому ещё тогда, в детстве. 

PS Михаил Давыдович Вольпин -  потрясающий остроумнейший человек. Киносценарист. В моём эссе про Даля сказано про фильм "Как Иванушка-дурачок за чудом ходил". Сценарий Михаила Вольпина. Это - МД. Хотя мой родной папа и Олег Иванович (Даль) также были знакомы. Родная сестра Михаила Давыдовича, Надежда Давыдовна, была замужем за Есениным. Родился сын, Александр Сергеевич Вольпин-Есенин. Замечательный и удивительный. Когда папа умер и до смерти Михаила Давыдовича МД всех разыгрывал, что я - его дочь.

В детстве-отрочестве злилась дико. Во взрослом состоянии ёрничала вместе с ним. А некоторые "киношные старички" так и померли в уверенности, что Мих.Давыдович - мой отец. Юренев. к примеру.

Михаил Давыдович умер за рулём машины - на бегу. Надежда Давыдовна - замечательный переводчик. Одна из неродных бабушек (родных у меня не было), соседка по дому, тоже из лишенцев, знала Сергея Есенина лично. Так что можете представить, каково мне приходилось в те времена, когда Есенин висел на каждой второй стенке (соперничая с небритым Hamingway в свитере). 

Папа из Петербурга. И Давыдовичи из Петербурга. Дружили между собой. Точно знаю, что Михаил Давыдович меня НЕ рожал. Остальное пока во мраке ??!!