10:34  /  11.02.16

Помочь адвокату

В эту историю я ввязалась случайно. Я не собиралась писать никаких судебных очерков. Просто у меня есть подруга, которую я…

[image id="1080118" align="left"]

В эту историю я ввязалась случайно. Я не собиралась писать никаких судебных очерков. Просто у меня есть подруга, которую я невероятно уважаю за ее профессиональную деятельность, — адвокат Анна Ставицкая. А у Анны есть фейсбук.

И вот однажды, пару месяцев назад, листая ленту, я прочла пост Ани о том, что ее отстранили от дела. Речь шла о процессе некоего Сергея Зиринова, проходящем в военном суде города Ростова-на Дону.

Я, как и многие, знакомые с проявлениями российской Фемиды, здравого смысла от нее не жду, тем не менее отстранение Ставицкой выглядело совсем одиозно.

Дело в том, что Анна адвокат экстра-класса — не только очень опытный и порядочный, но и очень эффективный. Мы познакомились несколько лет назад. Я  писала о процессе, в котором Ставицкая была адвокатом Андрея Ерофеева и Юрия Самодурова, против которых ополчились верующие после художественной выставки — тогда оскорбленные православные в суде еще были в новинку. С тех пор Анна выиграла десятки дел, и сейчас, например, представляет интересы наследников Анны Политковской, а также родственников польских офицеров по Катынскому делу. На ее счету несколько выигранных процессов в Евросуде.

Если есть люди, дружбой с которыми я горжусь, то Аня Ставицкая, безусловно, одна из них. Именно поэтому, прочитав ее пост в фейсбуке, я задала в полушутку в мессенджере вопрос: «Не нужна ли помощь независимой прессы?» — и получила ответ: «Нужна».

Анна рассказала мне следующее. Вот уже почти год она защищает крупного бизнесмена из Анапы Сергея Зиринова, которого обвиняют в убийствах и создании банды. Первый раз в ее практике она взялась защищать человека, обвиненного по столь тяжким статьям. Процесс в Ростовском окружном суде проходит настолько увлекательно, что об этом не переставая пишут десятки изданий, начиная от «Новой газеты» и заканчивая «МК». Я бегло просмотрела ссылки, и, если судить по ним, описываемое судебными репортерами ростовское дело выглядело как русская народная кафка в своем образцовом, хрестоматийном виде: органы взялись во что бы то ни стало закатать жертву, и теперь просто уныло передвигали железными челюстями, делая свое дело. Процессу переваривания мешал лишь один фактор — адвокатская бригада, возглавляемая Ставицкой. Причем мешал настолько, что в один прекрасный момент судья просто взял и Анну от дела отстранил, якобы потому, что она мешала вести процесс. И она действительно мешала — тем, что хорошо делала свою работу, на что в Ростове, видимо, никто не рассчитывал. 

Все эти подробности я узнала от Ани на нашей встрече в московском кафе. С точки зрения уровня бредовости дело бизнесмена Зиринова выглядело даже посильнее процесса с участием верующих, о которых я когда-то писала, и в общем было находкой для репортера. Тем не менее я сказала, что не хочу ввязываться. Попыталась объяснить свои мотивы: давно не пишу на эти темы, так как не хочу делать бесполезную работу, не верю, что человека в принципе можно вырвать из лап действующей карательной системы, не верю, что ему можно помочь. 

«Ты можешь попробовать помочь», — сказала Анна. И привела некоторые аргументы. После ночной — весьма пространной и эмоциональной — СМС-переписки я заказала билеты в Ростов и Анапу.

Рейс Москва — Ростов-на-Дону

Прежде чем — впервые в жизни — отправиться в город Ростов-на Дону, я внимательно изучила кейс. Для удобства читателя изложу краткое содержание.

Сергей Зиринов, крупный бизнесмен, строитель, член «Единой России», депутат,был арестован в 2013 году по обвинению в организации банды, действовавшей на Черноморском побережье с 1999 по 2013 год. По версии следствия, банда совершила несколько убийств. Обвинения Зиринову и еще пяти «членам банды» предъявлены по статьям 209 и 105 УК РФ. На настоящий момент следствие закончено и идет суд присяжных.

Эту форму процесса запросил сам Зиринов — и, если согласиться с позицией, что этот человек невиновен, следует признать, что присяжные — его единственный шанс.

Господин Зиринов утверждает, что дело против него полностью сфабриковано краевыми силовиками с целью отнять крупный и стабильно работающий бизнес. Изучив ворох прессы, описывающий ход этого в высшей степени странного процесса, я, как сторонний наблюдатель, увидела немало оснований считать, что Зиринов прав.

А дальше начался когнитивный диссонанс. Если честно, я вообще с трудом понимаю, как в России работают судебные репортеры, а точнее, как они решают вопрос с журналистской объективностью.

Казалось бы, журналист не может и не должен высказывать оценочное мнение, виновен или невиновен подсудимый, до решения суда. С другой стороны, мы прекрасно видим и знаем, как устроено российское правосудие: это отлаженная репрессивная машина, часто работающая в коммерческих интересах заказчика. Дает ли это знание мне, как репортеру, право выносить суждение? И вообще, если мы имеем дело с чистым злом, алчной карательной системой, можно ли на эту систему повлиять с помощью такой иллюзорной вещи, как журнальная заметка? Я считаю, что практически невозможно. Адвокат Анна Ставицкая считает, что можно.    

Я задала ей прямой вопрос: «Может ли то, что я напишу, способствовать тому, что гипотетически невинный человек не получит пожизненного срока?» Анна ответила: да.

Исходя из вышеизложенных противоречивых вводных, я решила построить материал следующим образом: буду описывать исключительно то, что видела своими глазами. Излагая факты, постараюсь воздержаться от оценочных суждений, хотя собственное мнение у меня есть.

[gallery list="1080111,1080112,1080113,1080114,1080115"]

Ростов-на-Дону. Северо-Кавказский окружной суд

По всем законам жанра к зданию ростовского суда я приехала серым, мутным зимним утром. Сквозь металлоискатели меня пропустили в зал. На своих местах уже сидели присяжные, прокуроры, большая группа адвокатов. Охранники ввели подсудимых. Сергея Зиринова я уже видела на фотографии — и сейчас внимательно смотрела на него сквозь стекло. Невысокого роста, очень крепкий, в белой рубашке и пиджаке, на лице улыбка. Значит, держаться умеет: сидит давно, с 2013 года. Вошли судьи, и заседание началось. Рассматривали рутинный, один из сотен, эпизод огромного дела: вдова и сыновья одной из жертв рассказывали, как убили их отца и мужа… В этом деле все потерпевшие заявили к подсудимому Зиринову огромные финансовые иски — в случае обвинительного приговора все они получат миллиарды рублей. На этом основании имущество бизнесмена в настоящий момент арестовано. Прокуроры и адвокаты вели опрос свидетелей. Отстраненный адвокат Ставицкая молча, но зорко следила за происходящим из зала.  

Тем временем я рассматривала присяжных. Перед тем как приехать в Ростов, я расспросила знающих людей об особенностях процессов с участием присяжных в России. Меня интересовало, решают ли присяжные вообще что-нибудь самостоятельно? Насколько велико на них давление? Мне сказали, что давление, как правило, оказывается, тем не менее есть шанс, что присяжный примет собственное решение. На вопрос, на чем основывается этот шанс, я получила ответ, что нормальному человеку все-таки тяжело взять на себя ответственность за то, что он отправил в тюрьму невиновного.

Между тем процесс шел своим чередом: прокуроры бодро что-то вещали, адвокаты возражали, свидетели давали показания, подсудимый Зиринов, которому грозило пожизненное, с улыбкой Будды за всем наблюдал. Судья имел вид скучающий и равнодушный. Передо мной была обычная картинка из зала российского суда…

Накануне, прежде чем прийти в этот зал, я встретилась с Валерием Зириновым — старшим братом Сергея Зиринова.

Я хотела узнать историю их семьи. Когда рухнул СССР, отец и мать Сергея взяли в аренду ресторан, где до этого работали. Потом еще несколько. Это постсоветское наследство Зиринов и превратил в огромную по местным меркам империю, выстроив многомиллионный девелоперский бизнес. В Анапе ему принадлежали лучшие гостиницы, рестораны, он строил жилые комплексы, скупал земли. В момент, когда успех казался полным и окончательным, и случился «наезд». О том, как «наезд» осуществлялся, я расспросила Валерия подробно. По его словам, была применена обычная в таких случаях схема. Сначала появились какие-то мутные люди в погонах местного уровня, которые намекнули, что пора начинать делиться, иначе будут проблемы. Зиринов не оценил серьезность угроз, так как считал,что ему нечего бояться.

Недооценка возможностей, упорства, а главное, жадности «мутных» стоила ему дорого. В начале апреля 2013 года Сергей Зиринов с женой и детьми находился в Арабских Эмиратах. Тем временем в России был выписан ордер на его арест. Узнав об этом по телефону, Сергей собрался, сел в самолет и прилетел на родину.  5 апреля 2013 года Зиринов был арестован и с тех пор находится в тюрьме. Сейчас следователи утверждают, что созданная им банда держала в страхе город Анапу и хладнокровно убивала неугодных по заданию своего главаря. Если присяжных убедят аргументы следствия, Сергей Зиринов сядет в тюрьму на всю жизнь.

Дорога Ростов-на-Дону — Анапа

Следующей целью моей поездки был город Анапа — вотчина Зиринова. Одной из моих — немногочисленных в данном случае — репортерских возможностей было увидеть своими глазами то, что построил черноморский магнат, поговорить с членами его семьи, людьми, которые его знали и проч.   

На этой стадии у меня возникла очередная проблема с объективностью. Опрашивать потерпевших, представителей «противной» стороны, было довольно бессмысленно, поскольку каждый из них заявил к Зиринову огромный финансовый иск, то есть имел дополнительную заинтересованность в обвинительном приговоре. Надо сказать, этот факт свидетельствовал в пользу обвиняемого. Точка зрения следствия была очевидна — ее озвучил, например, в одной из телепрограмм следователь по фамилии Голкин, прямо назвав Сергея Зиринова «Аль-Капоне Черноморского побережья». Мне оставалось обратиться к собственным источникам. До поездки в Ростов в Москве я встретилась с человеком, близким к руководству СК и других силовых структур. На вопрос про бизнесмена Зиринова из Анапы мне ответили, что по нему решение принято и лучше в это дело не лезть. Можно было и подробности получить в виде фотографических копий документов — за деньги. Я вежливо отказалась, не желая увеличивать уровень взяткоемкости в высших органах власти. 

У меня оставался последний пункт — город Анапа, чтобы решить для себя, кто такой на самом деле Сергей Зиринов: убийца, рейдер, организатор банды, убирающий неугодных, или же очень удачливый, но слишком самонадеянный бизнесмен, у которого по отлично откатанной схеме органы отжимали бизнес, а вместе с ним и жизнь.

Город Анапа, отель «Валентина»

Приехав поздно вечером в город, я поселилась в гостинице «Валентина», которую построил Сергей Зиринов и назвал в честь  своей тетки. 

 Я попросила брата Сергея показать мне город. Зимняя Анапа была мрачной, море и небо — серым, ветер — холодным и сырым. Мы вышли на набережную, и я увидела вереницу бунгало из темного дерева в окружении очень ухоженных газонов и цветников. Оказалось, что это отель, также построенный Зириновым. Отель, ресторан и сама набережная выглядели неожиданно элегантно. С моим спутником мы поднялись по ступенькам и пошли к высокому зданию — современному жилому комплексу с огромными панорамными окнами. Разумеется, его тоже построил Зиринов. Оказалось, что жилой комплекс был началом грандиозного плана по превращению города Анапы в «супермарину» с отелями, ресторанами, ЖК, пляжами с белым песком и большой стоянкой для яхт. В офисе продаж нам показали проект будущей черноморской марины, завоевавший престижные награды на международном биеннале. Проект так и не был воплощен, заказчик сел в тюрьму, счета его компаний заморожены по искам потерпевших. В качестве монумента похороненным возможностям на набережной Анапы  возвышается словно по ошибке перенесенный сюда с дубайской набережной жилой комплекс. 

Мы снова спустились к морю и пошли вперед. Ухоженные бунгало, газоны и цветники вскоре кончились. Вместо них начались какие-то странные, похожие на свайные гаражи или соты, сооружения из шифера и бетона, опутанные колючей проволокой. Они тянулись по берегу нескончаемой унылой лентой. Оказалось, что «гаражи» — это комнаты, которые их владельцы, жители Анапы, сдают отдыхающим. Я спросила Валерия, планировалось ли использовать в проекте будущей марины эту часть набережной, он ответил утвердительно. Они собирались выкупить и снести «соты». Тогда я попросила провезти меня на автомобиле по городу и показать все здания, которые построил Зиринов. 

Человек, которого я видела один раз в стеклянном ящике в суде Ростова, успел построить в своем городе на море много. Но собирался — в разы больше. Специально ездил по миру, смотрел, привозил архитекторов, строителей, старался воплотить лучшее из того, что видел. Возможно, у него был не идеальный, тяготеющий к восточной пышности вкус. Но результат я видела своими глазами: все, что построил в Анапе Сергей Зиринов, было красочно, современно, ухожено, чисто. То, что окружало эти постройки, было по большей части уныло, серо и носило устойчивый отпечаток совка. И если мне было трудно, не будучи профессионалом, судить о том, что происходит в зале, где судят Зиринова: состязательный процесс с целью представить присяжным истину или «заказуха», чтобы ограбить и отправить отбывать пожизненное невиновного, то в вопросах градостроительной эстетики я ориентируюсь гораздо лучше.

Между бизнесменом Зириновым и городом Анапа существовал неразрешимый эстетический конфликт. Он явно куда-то тащил этот город: хотел превратить в международную марину, сделать крутым и модным, возможно, похожим на Дубай, где сам отдыхал… Именно таких стремлений совок не выносит и не прощает. Здесь поощряется только одна форма улучшения пространства: украсть, построить себе мерзотный замок с бетонным забором, колючкой и битым стеклом по периметру. Если ты действуешь по-другому, и твои амбиции — создать инфраструктуру, построить классные дороги, сделать современными свой город, страну, значит, ты разрушаешь систему и к тебе в один прекрасный день придут «мутные» ребята и попросят поделиться… Как показывает практика, лучше немедленно все продавать и валить подальше. Отчаянных, которые намека не поняли и уезжать не захотели, ждет стеклянная клетка в каком-нибудь очередном суде и процесс, напоминающий дурную бесконечность, с предсказуемым результатом.

Перед отъездом из Анапы меня пригласила на обед жена Сергея Зиринова. Надо ли говорить, что Ница Зиринова оказалась очень приятной, воспитанной, со вкусом одетой молодой женщиной. В разговоре держалась с большим достоинством. Рассказала про своих детей — двух девочек и мальчика — и о том, как они живут с тех пор, как арестовали ее мужа. Показала клип, который дети записали для папы ко дню его рождения. Мы прошлись по сумеречному, мокрому от снега и дождя городу, и я подумала, что при других обстоятельствах мы легко могли бы подружиться. 

Я могла бы приезжать в гости к Нице и ее мужу в построенную им супермарину на Черноморском побережье, куда бы заходили красивые яхты с флагами разных стран. Может, я сняла бы сюжет про девелопера Зиринова для своей авторской программы на центральном канале, где похвалила бы «короля Анапы» за размах и покритиковала за недостаточно тонкий вкус… Я бы даже могла примчаться в Анапу на любимой спортивной машине по хайвею, который построил бы еще какой-нибудь амбициозный русский, решивший раз и навсегда опровергнуть поговорку про «дороги и дураков». А моя подруга, талантливый адвокат Ставицкая, решала бы в суде исключительно хозяйственные споры.  Нас таких вообще могло бы быть здесь много, мы бы любили, строили и делали лучше СВОЮ страну.

Только это была бы совсем другая Россия.

Комментировать Всего 2 комментария

Тут бы нашим патриотам-снобчанам кинуться  спасать  Сергея Зиринова.Вместо того, чтоб " п....ть" о любви к Родине. Шанс построить  из " совка" прекрасную Россию имели только такие люди, как Сергей. А   Система гноит его в тюрьме который год. Один вопрос - как, как это всё возможно!?И когда очухается б...  хотя бы анапский народ? И просто всем миром потребует свободу Сергею... Не завтра, сегодня, немедленно. Ничего же больше не надо.  Чтобы строил.

Молдец, что не отказала Анне. Ты все правильно увидела. Спасибо за текст.