Все записи
19:14  /  15.12.15

833просмотра

Марта Грэм, Итцик Галили на фестивале Дианы Вишневой

+T -
Поделиться:

В Москве завершился 3-й фестиваль современного танца «Context. Diana Vishneva». Как-то незаметно и вполне уютно обосновавшись  в неуютном ноябре, он стал неотъемлемой частью московской культурной жизни. За пять дней, наполненных мастер-классами, кинопоказами, лекциями и другими мероприятиями, зрители познакомились с танцевальными компаниями, которые никогда не бывали в России, и увидели несколько премьерных спектаклей.

Introdans

Фестиваль начался с выступления  одной  из старейших трупп современного танца Европы, работающей в стиле неоклассики,  Нидерландской компании Introdans. Назвав свою программу «Голландские мастера»,  труппа показала работу национального классика Ханса ван Манена «Andante»,  новую постановку Нильса Кристи «Cantus» и работу молодого хореографа Бена Холдера «Daylight».

Великолепное убранство Оперы Гарнье побудило ван Манена создать «Andante» (1991),  как современную версию классического менуэта. Эта 9-ти минутная балетная миниатюра –один из самых прославленных  «балетов  для двоих», пронизанных академизмом, элегантностью и эротикой. Тема взаимоотношений мужчины и женщины, благодатная и коварная одновременно, раскрывается ван Маненом, не многословно, но выразительно. По настроению миниатюра не лишена тонкого юмора: негодующей, жаждущей интрижки, партнер и, очень серьезная, в своих академических па, партнерша. Балет оставляет приятное впечатление добротной работы как хореографа, так и танцовщиков.

Andante

«Daylight» (2007) хореографа Бена Холдера, а ныне креативного  копирайтера одной из рекламных компаний, как нельзя лучше подошел московской погоде, которая, похоже, напрочь позабыла про солнце. Очень жизнерадостный, многоцветный и теплый, он поднимает настроение и заряжает позитивными эмоциями, что полностью соответствует изначальному замыслу хореографа. Бен Холдер создал картину счастливого дня цветом, музыкой,  костюмами, но не хореографией. После 15 минут попурри из чуть-чуть фольклора, чуть-чуть балета, и чуть-чуть еще чего-то, осталось ощущение, что самого главного увидеть так и не удалось. И только высокопрофессиональный танец исполнителей немного сгладил ощущение обмана, которое убедительно доминировало к окончанию танцевальной зарисовки.

Daylight

Оправдывая звание «музыкального» хореографа, Нильс Кристи, бывший ведущий танцовщик NDT, а с 1981 года постоянно создающий работы для труппы, в премьерном спектакле «Cantus» (2015), следует своей основной заповеди:  музыка – это то, с чего начинается танец. Балет на музыку Арво Пярта был создан специально для Introdance, что  было отправной точкой в работе. Как говорит сам хореограф, для прыжков в высоту, поз, требующих гибких тел, быстрого темпа, « мы должны, конечно, использовать самые красивые ноги в Нидерландах».  И не только ноги: танцовщики все без исключения показали безукоризненную технику исполнения, легкость парения в прыжках,  поддержках, вращениях, пластичность и, танцевальность. В балете заняты 12 исполнителей. За 30 минут представления каждый получает возможность выступить в соло или дуэте. Быстрый темп, синхронность движений в групповых танцах несут импульс жизненной энергии, которая передается зрителям. Экспрессивная работа рук, небольшие акробатические элементы, последовательные повторы одного движения, как правило,  тремя танцовщиками, создающие впечатление волны – все это характерно для хореографического стиля Кристи. Балет производит эффект яркой вспышки, которая хоть и мимолетна, но  ослепительна.

 

Cantus

Вечер закончился премьерой Дианы Вишневой в балете Ханса ван Манена «Live» (1976), поставленного на музыку Листа. В основе этого одноактного спектакля лежит эпизод из личной жизни танцовщицы труппы, которая расстается со своим молодым человеком. Хореограф, случайно узнав об этом, создал мини-балет, на любимую им тему «он и она». Хореография в этих балетах-миниатюрах лаконична, но диалоги героев построены таким образом, что в танце хорошо чувствуется характер их отношений: страсть, шутка, ссора, разрыв. Актерская составляющая играет так же важную роль. Показанный на открытии (и закрытии) балет «Live» начинается с дуэта танцовщицы, Дианы Вишневой, и оператора. Балерина танцует и все ее движения проецируются на экран. Вдруг, замечая проходящего мимо мужчину, она следует за ним, покидая вначале сцену, а потом и зал. Далее представление продолжается уже по ту сторону видимого зрителю пространства. После недолгого дуэта, напряженного расставания с партнером, балерина возвращается. Следует флэшбэк. А затем Вишнева  покидает зал, театр и растворяется в мерцающих огнях сада «Аквариум». Опуская обсуждение того, на сколько интересен был прием с камерой, к которому ван Манен прибегнул еще в 1976 году, история, бесспорно, полна драматизма и «рассказать» ее для любой балерины – это не просто станцевать, но и прожить на сцене кусочек жизни.  Диана этого сделать не захотела. Балерина была сосредоточена на себе так явно, что просто переиграла саму себя. Балета-откровения не получилось. А жаль. 

Live

Итцека Галили

 Если можно представить как выглядит сгусток энергии на сцене, так это работа Итцека Галили «Man of the Hour». Свет, музыка, живой голос и восемь танцовщиков-мужчин – то, что делает этот спектакль олицетворением слова «жизнь». Израильский хореограф, более 20-ти лет успешно проработавший в Нидерландах, а недавно вновь вернувшийся в Израиль,  представил свою премьерную работу на сцене Гоголь-центра в Москве. Спектакль, совместное производство  IsraeIi Opera и Suzanne Dellal Center, - это рассказ о поиске счастья,  личной и национальной идентичности. Восемь танцовщиков-мужчин и две оперные певицы приковывают внимание зрителя на протяжении 80-ти минут. Атмосфера на сцене создается освещением (Ярон Абулафия) и музыкой.  Cвет Галили ощущает по своему и с его помощью расставляет акценты, помогая понять зрителю наиболее значимые для автора смысловые аспекты работы. В одном случае свет направляется точечно, одиночным пятном на сцене, в другом -  каждый танцовщик берет свою собственную лампу, освещая поочередно части своего тела, а иногда свет активно распространяется на всю сцену и  исполнителей, подчеркивая единство происходящего.

Man of the Hour

Саундтрек к спектаклю подобран удивительно точно. Полная трагизма музыка Генри Перселла и Генделя, вступает в диалог с бесконечной энергией ударов барабана и звуками синтезатора минималистического стиля американца Майкла Гордона. А спокойное движение хорральных аккордов Adagio sostenuto «Лунной сонаты» Бетховена сопровождают заключительный танцевальный дуэт балета. Галили ввел в спектакль двух солистов – сопрано и меццо-сопрано. Их сольные партии вместе с многоголосым мужским речитативом восьми танцовщиков  на непонятном языке  джибриши подчеркивают драматизм поисходящего на сцене. В спектакле есть соло танцовщика (Игорь Пташенчук), снимающего со своего тела светящиеся герлянды, взрывающий пространство крик-вопль группы мужщин во фраках и сумасшедший танец восьми полуобнаженных танцовщиков, двигающихся с такой умопомращающей энергией, что дух захватывает. А заканчивается спектакль оголяющем до боли душу дуэтом (Игорь Пташенчук и Томер Фистинер).   

Man of the Hour

Спектакль получился очень израильским как по настроению, так и по хореографии. Эмоциональность, сумасшедшая энергетика, интенсивная телесность, в то же время жесткость на грани с агрессивностью – все это присущие работе Галили в той же мере, как и израильской школе contemporary dance в целом. От исполнителей требуется высокое профессиональное мастерство и пластика, отточенность и четкость. Язык движений хореографа богат поворотами, взрывными ударами и размахиваниями рук, арочными изгибами тела и прыжками в горизонтальном положении туловища. Спектакль прошел на одном дыхании, наполнив все пространство светом, музыкой и жизнью.

 Brenda Angiel

Аргентинская компания Brenda Angiel Aerial Dance Company, созданная в 1994 году хореографом  Брендой Анхиелой, нашла свое лицо, соединив старое как жизнь аргентинское танго с вечной страстью человека к полету. В Москву компания привезла постановку «8cho» (2010). На сцене шесть музыкантов, солист и семь танцоров. Условные тангеры, подвешенные на канатах, основную часть представления пытаются двигаться в ритме танго в воздухе или, опираясь на вертикальную стену, танцуют на ней. Иногда они опускаются на сцену «дотанцевать» начатое па. Их движения настолько произвольны и обусловлены сложностью координации в подвешенном состоянии, что только слушая музыку и пение солиста можно с достоверностью сказать что то, что они делают - танго. Все увиденное скорее является перформансом – художественным выступлением на публике. У группы нет какой-то своей техники исполнения танца: определяющим являются приемы и сноровка в работе с тросами. Преставление может быть любопытным лишь для расширения кругозора и представления о том какими средствами хореографы реализуют свои творческие идеи. Но, учитывая что Россия все же стоит в стороне от бурного развития contemporary dance, возможность познакомиться на фестивале с работами знаковых хореографов была бы все же  предпочтительнее. 

8cho

Martha Graham Dance Company

Настоящим событием фестиваля без сомнения стало выступление одной из старейших компаний США Martha Graham Dance Company, приехавшей  в Москву впервые. Грэм является культовой личностью для мира танца: исполнительница, хореограф, создательница  своей школы, техники, театра, одна из так называемой «великой четверки» основоположников стиля модерн. Ее уникальная техника танца остается  ведущей по сей день. Как и в классическом балете, там есть свои собственные правила и упражнения для овладения которыми требуются годы. Ее «язык» базируется на двух основных принципах: contraction and release. В процессе исполнения после напряжения мышц наступает их  расслабление что и формирует само движение. Этот прием привносит порывистость а особое положение позвоночника и грудной клетки придают внешнему виду танцовщиц агрессивность, готовность атаковать. В 30-е годы внешность самой Марты Грэм выглядела вызывающе в сравнении с легкостью и грациозностью балерин.  В Москве труппа показала спектакли «Lamentation Variations», «Chronicle», и "Весну священную".

«Lamentation Variations» (2007) был создан, можно сказать, случайно. Открытие сезона 2007 года пришлось на 11 сентября. Чтобы почтить память жертв терракта 2001 года было принято решение пригласить трех современных хореографов поимпровизировать на тему уже ставшего каноническим танца скорби «Lamentation», исполняемого Мартой в 1930 году. На репетиции отводилось 10 часов. Вариация не должна была длиться более 4-х минут. Результат оказался настолько успешным, что балет остался в репертуаре труппы. Выступлению молодых хореографов предшествует показ короткого видео «Lamentation» в исполнении Марты Грэм. 

«Chronicle» (1936), поставленный на музыку Уоллинфорда Риггера,  это не характерный по тематике для творчества Грэм спектакль–протест в ответ на усиливающиеся фашистские настроения в Европе. В балете нет прямых ассоциаций с надвигающейся войной, хотя дух тревоги прочитывается без особых усилий. Спектакль идеально выстроен на музыке, которая безукоризненно вплетена в хореографию и задает основной импульс. Настроение передается яркой ритмичностью музыкального сопровождения наполненного барабанной дробью, звуками трубы и медных инструментов. Оформительские средства минимальны – платформа в середине сцены и освещение. Спектакль состоит из трех частей. Соло, с которого начинается первая и самая экспрессивная часть - “Spectre — 1914,” по выразительности производит  сильнейшее впечатление. Широкая длинная черная юбка с яркой алой, напоминающей цвет крови, подкладкой – бесспорный равный партнер в танце величия и скорби. Солистка, используя ее порой как кусок ткани, не только увеличивает амплитуду движений, но и укрупняет их. Соло начинается и заканчивается на платформе, подчеркивая смысловую законченность выступления. Вторая часть - “Steps in the Street” – это двенадцать танцовщиц, которые шагают, прыгают и вращаются как одно целое. Их непрерывные унисонные движения вперед, назад, синхронные скручивания, поднятые руки - все напоминает статуи, сошедшие с фресок Древнего Египта или Древней Греции.  Танец источает энергию и решительность противостояния внутренних импульсов внешним. Визуальное воздействие усиливается черным цветом на сцене и в костюмах танцовщиц. В третьей части - “Prelude to Action,” исполнительницы и солистка, одетая уже в белое платье, продолжают демонстрировать мощь внутренней энергии, способную противостоять надвигающейся опасности. Созданный более 80-ти лет назад, балет ни на минуту не производит впечатление архаичного. Стиль, костюмы, созданные самой Мартой Грэм, ее хореография, все работает на достижение максимального эмоционального воздействия на зрителя. 

 Chronicle

К партитуре балета Игоря Стравинского «Весна Священная»,  Грэм обратилась в 1984 году, когда ей было уже 90 лет. Это не было ее первым знакомством с этой знаковой работой: в 1930 году она танцевала Избранницу в премьерной постановке Леонида Мясина, показанной в США. Ее прочтение не было похоже ни на одно, существующее доселе. В своей интерпритации знаменитого балета, Грэм вернулась к источникам ее раннего вдохновения –  культуре американских индейцев. Как писала критика после премьеры,  она сочинила совсем неожиданную историю и при этом смогла избежать клише, включая собственные, в балете, к которому прикоснулось бесчисленное количество творцов-хореографов и каждый пытался рассказать свою историю. Более того, ей удалось привнести изменения в свои хореографические приемы, не потеряв при этом узнаваемость  стиля. 

Весна свыщенная

Фестиваль оказался событием интересным и без сомнения расширил горизонты представления о том, чем живет сегодня территория не только contemporary, но и modern dance.  В ожидании следующей осени хочется,  чтобы это событие не превратилось в статусное мероприятие, к которому оно явно начинает тяготеть, а все же соответсвовало основной миссии, заявленной Дианой Вишневой на ее прессконференции перед открытием: познакомить молодое поколение с многообразием стилей и форм танца  и помочь зрителям увидеть, что красота движения -  это не только классический балет, который так любим в Росии.