Все записи
10:40  /  20.07.13

11915просмотров

Ночь на размышление (из воспоминаний)

+T -
Поделиться:

Прошлый мой пост я посвятил тому, как в начале 70-х я, тогда молодой режиссер, работал с Иннокентием Смоктуновским. Чтобы было понятно и тем, кто моего прошлого поста не читал, повторю его вводную часть:

На студии «Центрнаучфильм», где я трудился, все режиссеры снимали в основном короткометражные фильмы, которые в те времена демонстрировались в специальных кинотеатрах. Полнометражные фильмы тогда на этой студии делались в основном по случаю юбилеев или по заказу богатых заказчиков (так, к примеру, я снимал полнометражный фильм «Промышленная архитектура СССР» по заказу Госстроя, другой — о прогрессе средств коммуникации — по заказу ВДНХ).

Мы, небольшая группа молодых кинематографистов, открыли тогда необычный жанр — фильмы о сложных философских и научных проблемах, в которых смешивались элементы игрового, документального и анимационного кино. Эти фильмы часто запрещались цензурой, но все равно находили своего зрителя в академгородках — обиталищах тогдашней интеллектуальной элиты. Для этого зрителя мы, в общем-то, и работали.

Таким фильмом был и 20-минутный фильм «Ночь на размышление», по сценарию, написанному моим другом и автором многих моих фильмов того времени Владимиром Матлиным. Фильм был посвящен философской проблеме свободы выбора.

По сюжету фильма герою предлагают принять жизненно важное решение и на размышление дают одну ночь. Он приходит домой и там встречает своего двойника — свое негативное альтер-эго. Двойник цинично пытается доказать герою, приводя «научные» доводы, что его моральные мучения бесполезны, ибо все равно все в этом мире предопределено.

Чтобы снять фильм, его сначала надо было включить в годовой план студии. Всеми студиями документального и научно-популярного кино СССР управлял соответствующий Главк (Главное управление). Чтобы фильм включили в план, заявку на сценарий должен был утвердить Главк. О том, чтобы в план включили фильм о свободе выбора, не могло быть и речи. Заявка Володи Матлина была озаглавлена: «О некоторых философских аспектах квантовой механики». Года за полтора до этого Володя написал сценарий «о некоторых философских аспектах математики» — «Жар холодных числ». Фильм был снят и имел большой успех. Я был режиссером. Т.е. Володя и я уже утвердили себя как люди, умеющие делать фильмы «о некоторых аспектах». В Главке специалистов по квантовой механике не было. Нам поверили, заявку утвердили и вставили в план студии.

Когда Володя написал сценарий и впервые показал его нашему редактору Галине Кемарской, она онемела от удивления: «Неужели ты думаешь, что такое может быть снято в СССР?»

Володя почему-то так думал, а я это его мнение разделял. Мы принялись за дело. Володя начал писать новые варианты сценария. Они были очень разные. Один из них был даже целиком мультипликационным. У них была только одна общая черта — все они казались редактору совершенно неприменимыми. Принят был 17-й вариант, почти не отличавшийся от первого. Отличался он только тем, что перед каждым его эпизодом стоял эпиграф: цитата из Маркса, Энгельса или Ленина, вроде бы имевшая какое-то отношение к содержанию эпизода. Конечно же, сценарий был принят не только потому, что к нему были прибавлены цитаты. Пока Володя писал новые и новые варианты сценария, я тоже не сидел без дела. С помощью Володи я занимался, как это называется сегодня, networking.

Мы решили, что пробить этот сценарий можно было, присоединив к нему научного консультанта, обладающего большой силой в кругах, близких к власти. Такой человек тогда был в СССР только один: академик Бонифатий Михайлович Кедров. Кедров — сын известных революционеров, в юности работал помощником ответственного секретаря газеты "Правда" сестры Ленина Марии Ульяновой , затем в ВЧК. Герой войны, кандидат химических наук, доктор философских наук, автор многочисленных книг, директор Института философии Академии наук СССР — Бонифатий Кедров в то время слыл либералом.

Разговаривать со мной о работе над фильмом он не хотел. Он уже выступал до этого в роли консультанта фильма, снимавшегося на нашей студии, и вступил в конфликт с главковским начальством. Ввязываться во второй раз в подобную авантюру он не собирался.

Мы начали искать пути уговорить академика.

Я подружился с его секретаршей, дарил ей конфеты и букеты. Изучал с ее помощью слабые стороны главного философа-марксиста страны. Выяснилось, что всесильный академик очень хотел быть опубликованным в журнале «Знание — сила». Самый, как бы сегодня сказали, «прикольный» и любимый образованной молодежью журнал того времени был вне досягаемости академика. Там печатались молодые авторы — модернисты. Маститому марксисту было неудобно предлагать себя этой хипповой компании. Навязывать себя при помощи приказов свыше было тем более неприлично. Хотелось, чтобы его пригласила редакция журнала, а она не приглашала, и все тут.

Мы разработали стратегический план. В плане должны были участвовать два наших друга: один из редакторов журнала «Знание — сила» и журналист Иосиф Гольдин. Иосиф был весьма необычной фигурой. Коренастый, полный энергии молодой человек, блестяще владеющий русским языком, язвительный, остроумный, гиперактивный, знакомый с половиной Москвы — Иосиф почему–то не имел писательских или журналистских амбиций. Его амбицией было анонимное подстегивание движения истории. Он хотел быть катализатором, ферментом. (Кстати, мы с ним потом написали сценарий о ферментах.) Он был готов помогать всем, кто, по его мнению, двигал историю вперед, и сводить всех со всеми. Один маленький пример: в любимовском «Гамлете» на Таганке актеры были одеты в шубы, служившие одеждой полярников. Свел любимовцев с полярниками Иосиф.

В мире, в котором мы тогда жили, таких, как Иосиф, нигде не числившихся в штате, сажали за тунеядство. Все помнят дело Бродского. Иосиф нашел формальное место работы: он был литературным секретарем Николая Робертовича Эрдмана.

(В этом году, когда Дума приняла закон о запрете ненормативной лексики, я вспомнил, как Иосиф однажды прибежал ко мне и возбужденно сообщил: «Знаешь, что мне сказал Эрдман? Он заявил, что русская литература прекратила свое существование. Она замерла до того дня, когда будет легализован мат. Не может существовать литература, не пользующаяся самыми употребляемыми большинством живущих в стране людей словами!»)

Иосиф Гольдин легко возбуждался. Возбудился он и тогда, когда услышал, что нужно повлиять на академика Кедрова. Эта задача непостижимым образом сопрягалась с его «хулиганскими» планами по подстегиванию прогресса. У Иосифа были друзья в газете «Правда», готовые с радостью напечатать программную философско-политическую статью главного марксиста страны. 

Я познакомил Иосифа с уже обработанной мною секретаршей Кедрова. Она представила Кедрову молодого журналиста, написавшего от лица академика замечательную статью для «Правды». Академик, судя по всему, привык подписывать работы, написанные подобными «неграми». Это было в те дни, когда советские танки крушили «Пражскую весну». Иосиф взял русский перевод проклинаемой советской пропагандой программы чехославацого «коммунизма с человеческим  лицом», слегка обработал его и дал на подпись Кедрову. Кедров подписал статью, а «Правда» напечатала. Как и предполагал Иосиф, никто из сотрудников Кедрова, редакторов и читателей «Правды» не знал текста крамольного чехословацкого манифеста. Привычно проклинали то, что не читали. Что и требовалось доказать. Все остались довольны.

После этого мы договорились с журналом «Знание – сила». Они были готовы напечатать сценарий Владимира Матлина «Ночь на размышление» с предисловием Кедрова. Кедров с готовностью подписал предложенный ему уже доказавшим свои способности Иосифом текст.

Так в наших руках оказалась подписанная Кедровым рецензия на сценарий, представленная руководству нашей студии как его консультантское заключение. И фильм был запущен в производство.

Было бы наивно, однако, предполагать, что зоркий взгляд начальства не следил за нами. Происходило множество вещей, на первый взгляд, довольно странных. Вот пример: в тот год наш фильм был единственным, в котором снимался Иннокентий Смоктуновский. Журналисты буквально преследовали нас, интервьюируя Смоктуновского, меня, других членов съемочной группы. Но ни одно из интервью, ни одна из написанных журналистами статей, ни одна фотография, сделанная журналистами на нашей съемке, не появлялись в печати. Я с удивлением осознал степень централизации советской прессы. Все редакторы, включая даже редактора какого-то местного сибирского женского журнала, знали, что публикации о нашем фильме следует придержать до момента, когда в Главке будет принято решение, выпускать ли фильм на экран.

И наконец наступил день сдачи картины Главку. Мы долго готовились. Показывать кому-либо фильм до сдачи было категорически запрещено. Однако мне удалось организовать процесс так, что на пути в Главк наш автомобиль, в котором находилась единственная копия картины, остановился около Дома кино, где располагался Союз кинематографистов. В просмотровом зале нас ждали несколько особенно мною уважаемых членов кинематографической общественности, мнение которых мне очень хотелось услышать до того, как фильм, возможно, будет уничтожен.  

Когда после просмотра в зале зажегся свет, раздался голос:

— Вот бы тебе такой эпизод в твой новый фильм!

Это обращался к Марлену Хуциеву сидевший с ним рядом его оператор (к сожалению, не помню, кто именно).

— Вот этот эпизод и вырезали бы из фильма, когда он был бы закончен, — ответил Хуциев.

Наконец мы прибыли в Главк в точно назначенное время. Обычно сдача короткометражек происходила в почти пустом зале. На этот раз зал был переполнен. Присутствовали не только редакторы, которым полагалось присутствовать по долгу службы, но, по-моему, почти все работники Главка.  Когда после просмотра зажегся свет, в зале стояла мертвая тишина. Начальник Главка Головня (не помню его имя-отчество) обратился к залу.

— Ну, кто хочет высказаться?

Желающих не было.

— Боитесь? — усмехнулся Головня. — Ну, тогда скажу я.

И он произнес фразу, которую я запомнил на всю жизнь:

— Наша задача, — сказал начальник Главка, — просвещать народ, т.е. давать ему точные инструкции. Этот фильм точных инструкций народу не дает, т.е. запутывает его. Мы таких фильмов не делали, не делаем и не будем делать.

Отвлекусь немного от своего рассказа, чтобы ввести эту фразу в историческую перспективу. Несколько лет назад на Фестивале американского кино в Москве была показана ретроспектива моих фильмов. Среди них была и «Ночь на размышление». После просмотра я рассказал зрителям о том, как принимали фильм в Главке. В зале поднялась пожилая женщина интеллигентного вида. Она сказала:

— Верно вы говорите! Раньше жизнь была устроена правильно! Фильмы давали точные инструкции, что хорошо, а что плохо. И мы этим инструкциям следовали. А теперь что за фильмы делают? Мы совсем запутались!

Возвращаюсь в 1972-й год. Кедрову, как он и опасался, пришлось второй раз вступить в битву с Головней. И, опять же, как он и опасался, главный марксистский философ страны битву с чиновником выиграть не смог.

Кедров попросил разрешения показать картину на сессии Академии наук СССР. Взять на себя ответственность за подобное решение Головня не хотел. Он предложил обратиться с этим вопросом к Идеологической комиссии ЦК партии.

Был устроен просмотр для Идеологической комиссии ЦК партии. Комиссия приняла решение, что показать фильм академикам можно, но только вырезав один эпизод. В этом эпизоде высказывалось предположение, что «свободно мыслящий индивидуум» волей судьбы мог оказаться в гитлеровской Германии в толпе сжигавших книги. Несомненно, мысль, опасная для академиков. Вряд ли они смогли бы додуматься до такого без сценария Владимира Матлина.

Между тем студия «Центрнаучфильм» оказалась в трудном положении. Главк не разрешил фильм, не запретил его и не дал никаких указаний о переделках. А у студии был план, который надо было выполнять.

Вне СССР мне часто приходилось сталкиваться с наивным представлением о том, как работала советская цензура. Считали, что какой-то комиссар дает приказы: напиши это, вырежи то. В нашем случае начальство проявило макиавеллизм высшего класса. Оно не приказывало вообще ничего. Оно молчало. Волновался и звонил в Главк директор студии, у которого горел план. Наконец ему удалось получить ответ Головни:

— Я не знаю, что делать. Вы директор студии. Вы сняли этот фильм. Вам и решать, что с ним делать.

Директор студии вызвал к себе главного редактора студии. Диалог повторился почти дословно. Только теперь слова Головни произносил директор студии.

Главный редактор пригласил к себе нашего редактора Галину Кемарскую и повторил те же слова от своего лица.

Галя вызвала к себе Володю Матлина и меня и обратилась с теми же словами к нам.

Все это было очень мудро устроено. Конечно же, Матлин и я понимали лучше всех, как, изувечив наш фильм, удовлетворить начальство. И, чтобы спасти план студии, что касалось материальных интересов всех ее работников, мы согласились действовать.

Должен заметить, что пока мы симали «Ночь на размышление», началась эмиграция из СССР в Израиль. И первые зрители фильма почти однозначно воспринимали дилемму, стоящую перед героем картины, как вопрос, уезжать или не уезжать. Матлин и я быстро сделали свой выбор. В тот момент, когда фильм показывали академикам, я уже подал заявление на выезд, а Володя собирался это сделать в ближайшее время. Моя судьба вам известна, а Володя многие годы после эмиграции работал на «Голосе Америки». Галина Кемарская покинула СССР несколько позже, но и она живет сейчас в США.

Заявление на выезд я подавал тайно от окружающих. Но тайное, как известно, всегда становится явным, и когда слухи о моих планах просочились на студию, директор вызвал к себе Матлина.

Это был интимный разговор. Зная о нашей с Володей дружбе, директор искренне пытался понять, почему Цукерман решил покинуть СССР.

—  Что он будет делать в Израиле? Это же крохотная страна. Там, небось, и кинематографа нет?

— Ну, может, там рекламу снимают, — отвечал Володя.

Володина логика буквально поразила директора:

— Какая реклама?! Он же здесь ведущий режиссер!

Одним словом, Владимиру Матлину не удалось объяснить директору студии, почему Цукерман решил эмигрировать.

Чтобы поставить в этой истории точку, сообщу, что, прибыв в Израиль, я обнаружил, что кино в этой стране снимают. Более того, чтобы прибывшие в страну новые иммигранты, заявляющие, что они режиссеры, могли доказать это продюсерам, правительство выделило каждому такому иммигранту деньги на съемки короткометражки по теме на собственный выбор. Мне удалось вывезти с собой копию «Ночи на размышление». Доказывать свою профпригодность мне было не нужно. И я решил использовать выделенное мне финансирование, чтобы снять фильм, который помог бы моим друзьям — московским физикам-отказникам. Моя короткометражка «Москва не отвечает» была дублирована, насколько я помню, на 17 языков, показана во множестве стран и подняла волну протеста, в результате которой все ее герои получили разрешение на выезд. Мне почему-то всегда казалось, что между короткометражками «Ночь на размышление» и «Москва не отвечает» есть какая-то нерасторжимая связь, и я почти всегда показываю их вместе.

Поэтому и сейчас предлагаю тем, кто хочет их посмотреть, оба фильма. 

 

Комментировать Всего 76 комментариев

Слава, замечательные фильмы! Спасибо!

А как прекрасен Смоктуновский.

Слава, спасибо большое за фильм. Смоктуновский,безусловно, гениален. За эти 20 минут он рисует два совершенно разных образа. К одному возникает стойкая симпатия и сочувствие, к другому совершенно противоположные чувства.

Насколько мне известно, Вы Слава,и сейчас работаете. Моя сестра Марина Нейстат и её муж Миша много говорили мне о сотрудничестве с Вами. Успехов Вам во всем и ещё раз спасибо.

Эту реплику поддерживают: Максим Терский, Слава Цукерман

Игорь, а у меня очень двоякие чувства по отношению к обоим!

Эту реплику поддерживают: Слава Цукерман

Понимаешь,Лена, мне даже не важно каково отношение к каждому из них.Важным мне показалось, то, что они совершенно разные и это сделано талантом актера да и режиссера тоже.

Эту реплику поддерживают: Лена Де Винне, Лариса Новицкая

Да, несомненно! Это я про симпатию антипатию и невозможность их разграничить и даже дозировать!

Эту реплику поддерживают: Игорь Вечеребин

Теперь кажется странным и удивительным, что фильм не выпускали по "цензурным соображениям".

Эту реплику поддерживают: Слава Цукерман

Надеюсь это надолго.

Обратили внимание на мой рассказ об интеллигентной москвичке, сожалеющей о том, что сегодняшние фильмы не дают ей точных инструкций?

Да. Мне понравилось начало ее выступления:"Верно вы говорите!" :)

Эту реплику поддерживают: Слава Цукерман, Алена Рева

Так ей надо просто канал "Дисней" смотреть.

Эту реплику поддерживают: Наташа Вольпина, Слава Цукерман

А я смотрела и не могла поверить своим глазам, что  выпустили. Фильм - несмотря на очевидность двусмысленности, а Славу - запросто из страны...

Может это были еще оттепельные времена, и только к концу семидесятых все стало значительно четче?

Эту реплику поддерживают: Игорь Вечеребин, Владимир Генин

Я так понял, что фильм дали снять, но на экран не выпустили.

Эту реплику поддерживают: Слава Цукерман

А, ну может.  Я четко не поняла, чем кончилось. Ведь "показываемость" бывает разная. Я вообще сходу не соображу где и когда могли показывать короткометражные фильмы. Ни одного не помню.

Я раньше никогда про это не думала - к концу 70-ых стало "все понятнее", чем в конце 60-ых начале 70-ых?

Выпустили, вырезав несколько кусков и добавив в начале монолог Кедрова, объясняющего почему этот фильм не "крамола", и что герой решает ехать ему в экспедицию на север, или не ехать.  Показали по ТВ.

Но я к тому моменту уже был далеко.

А, мне,Степан, совсем не показалось это странным. ПолнО крамольных не советских высказываний, да и вообще не должно быть раздвоения личности у советского учёного. Настоящий советский учёный всегда знает какое решение правильно. Почти как тётенька,высказывание которой "верно вы говорите",  Вы привели.

Эту реплику поддерживают: Катерина Инноченте, Игорь Тян

Как правильно, что Вы тогда уехали! :-)

Ах, как жаль, что Смоктуновскому не довелось сыграть Воланда :-)))

Ах, как жаль, что Смоктуновскому не довелось сыграть Воланда

Лена,

Когда мы репетировали "Ночь на размышление", мы пробовали разные трактовки отрицательного героя. И решили снимать так, чтобы двойники отличались не слишком резко. А был и такой вариант, где Смоктуновский изображал настоящего дьявола. Вот, нашел несколько фото проб:

Какое лицо!. Как много в одном человеке. И талант, и умение его использования, и жесты, и выразительность рук,  и голос. Его голос неповторим. Интонации, паузы, понижение, повышение, мягкость. Его можно слушать без конца.

Спасибо Слава.

Эту реплику поддерживают: Игорь Вечеребин, Катерина Инноченте

Отрицательный герой

Ни за что бы не пришло в голову назвать эту ипостась отрицательным героем!

Эту реплику поддерживают: Владимир Генин, Павел Гуляев

Да мне, собственно, и Воланда со свитой никогда не приходило в голову считать отрицательными героямми :-)))

Эту реплику поддерживают: Алия Гайса

Так мы и до гностицизма дойдем, не говоря уже о сатанизме. Громковского на тебя нет - хотя он в этих нюансах не ориентируется )

Громковского на меня нет

Ой, не говори, Сереж... Я в печали!

Громковского на меня не только здесь нет. Громковского на меня вообще нет! Он и на комментарии мои не отвечает. И свой блог, где он меня так вдохновил, что я стихов понаписала, а мне Алька стихами понаотвечала, полностью удалил.

И на кого ж он нас, родненький, покинул?! Сиротинушки мы без него неприкаянныя, света белаго, не взвидемши, тоскующие....

:-))))))))))))))))

Эту реплику поддерживают: Надежда Рогожина

Полноте, мадам Де Винне, не переживайте так из-за стихов, еще насочиняем! ВВГ хороший, может просто устал от Сноба...:-)

Эту реплику поддерживают: Надежда Рогожина

Не уговаривай. В печали я по свету нашему яркому солнышку Владимиру.

(не по стихам - это сыплется мегатоннами и киловаттами :-))

Эту реплику поддерживают: Алия Гайса

ВВГ хороший, может просто устал от Сноба...:-)

Тьма работы - до начала сентября минимум. 

Прошу всех помолиться за наш успех - дело крайне сложное, хотя и благое. И вокруг - при общих положительных обстоятельствах - уже и в самом деле деле полезли изо всех щелей разные бесы и демоны, как во плоти, так и бесплотные, как ниже Любимов заметил. Пока не замуровали, но запах серы явный.  Как оно всегда и бывает при приближении к успеху доброго дела.

Эту реплику поддерживают: Лена Де Винне, Алия Гайса

Демоны

Мегафон лукавый. ВВ шибко на него серчал и  жалился в ФБ.

Эту реплику поддерживают: Владимир Владимирович Громковский

Точно, издержки порочной связи, которые особенно сильно проявляются в дождливую погоду.

Эту реплику поддерживают: Лена Де Винне

Про порочную связь, а также условия и издержки ее проявления, думаю, есть смысл перейти в соседние блоги :-)))

Эту реплику поддерживают: Алия Гайса

Мегафон лукавый

Они все лукавые.

Просто мне приходится пользовать Мегафон, по причинам что он в местах моего бывания лучше покрывает местность.

Эту реплику поддерживают: Лена Де Винне

А Громковский, какой герой в Снобовских  беседах: "положительный", или "отрицательный"?

Ах, ах, как все относительно...

Эту реплику поддерживают: Лена Де Винне

А Громковский, какой герой в Снобовских беседах

Когда не бузит - положительный. Когда бузит - раздражительный.  За что и горячо любим! :-))))

Характерный герой

это здорово. 

Новое амплуа.

Лена,

Термины - дело хитрое и коварное. Мне никогда не приходило в голову считать "отрицательного" героя "плохим". Это для меня, как в электричестве: положительный и отрицательный элректроды. Инь-Янь. Наверное более правильный термин: "антагонист" Исправлюсь.

Эту реплику поддерживают: Лена Де Винне, Владимир Генин, Алия Гайса

Слава, я бы употребил более мягкую формулировку - вызывающий симпатию или не вызывающий её.

Игорь, так ведь у разных зрителей симпатию вызывают разные герои! Об этом вроде речь.

Эту реплику поддерживают: Павел Гуляев

Да я вроде как понял это видимо по-своему

Человек тысячи лиц. Спасибо большое за рассказ и видео. Просто упоительно. Надо их на ночь вместо валерьянки всем выписывать, чтобы каждый мог найти равновесие с самим собой и миром.

"Ночь на размышление" - совершенно актуальный фильм. 

Может этот факт заслуживает быть темой разговора? Все-таки не мало лет фильму.

Да, заслуживает. Мы эту тему неоднократно обсуждали и с Владимиром Гениным, и с Михаилом Аркадьевым, и с Алексеем Цвеликом - тему личности, свободы волеизъявления и детерминированности психических и физических событий. Тема интересная, сложная для восприятия и потому в человеческой культуре до сих пор не разрешенная.

Для меня это вообще любимая тема - тема, сводимая к представлению и осознанию "Я". Всегда очень тесно переплетается с наукой, философией и религией, а в конечном итоге приводящая к представлению об основах нравственности. 

И в этой теме прослеживаются две основные позиции по распределению личных симпатий, как заметил Игорь Вечеребин. При этом ему симпатична одна позиция, а мне, например, противоположная. Хотя, я бы отметил, позиция эта изложена путано, в ней смешаны представления о детерминированности и неопределенности в единое целое. А беда этого смешения таится в том, что обе позиции имеют в таком изложении единую основу - представление об объективности, а значит исключают из рассмотрения самого наблюдателя и его воздействие на мир.

Но это уже длинный разговор и не о кино... :) Возвращаясь к кино,.. Я все собираюсь снять многочастный фильм на эту же тему, но никак не соберусь с духом. Может быть и соберусь - спешить не хочу, есть еще о чем подумать, сценарий пока вызревает. Вот и здесь идея диалога С самим собой мне очень понравилась. У меня планировался диалог между двумя людьми - в Вашем варианте лучше и правильнее.

Мне кажется, назрело время в человеческой культуре к возобновлению серьезного разговора с людьми на эту тему. Не зря даже Далай Лама сказал о том, что пришло время поиска внерелигиозных основ для нравственности.

Эту реплику поддерживают: Владимир Генин

Павел,

Все это действительно очень интересно. Согласен.

Но я имел ввиду более узкий вопрос: почему "Ночь на размышление" и сегодня актуальный фильм, как в начале 1970-х?

Правильно ли я понял ваш ответ: потому, что тема его - тема вечная и всегда будет интересовать людей?

Или причина более локальна?

Фильм актуален, потому что он вне времени, всегда перед людьми стояли вопросы нравственного выбора, в любые времена.

Эту реплику поддерживают: Алия Гайса

Конечно же это вечная тема, я говорил именно об этом. При этом интерес к ней в том, что она еще и личная и мнения по ней крайне полярные.

Хороший фильм! Кстати, второй мне понравился не меньше!

Эту реплику поддерживают: Степан Пачиков

Спасибо Слава за приглашение посмотреть. Все это интересно, несмотря на то, что кажется за давностью чем-то нереальным. Все сложилось как в мозаике для того, чтобы фильм был снят в то время.

Сам сценарий и режиссерская работа, и Смоктуновский тонко отражают то, что происходило тогда. И спор- выбор пути, и бегущие потоки машин в одну сторону и чуть с ответвлением в сторону, и толпа людей с предсказанным заранее их поведением, и Эйнштейн на фоне. Утверждение, что кроме указанных двух путей, есть еще и третий. И выбор, и принятие решения  - шторы впускают свет и он шагает за ограду.

Слава, вы вовремя шагнули и все те ученые -тоже. Трудно представить, да и не надо уже, где были бы Вы и что снимали бы в стране Советов.

Слава, я написала первые комментарии, посмотрев только первый фильм.

Теперь посмотрела второй. Он совсем другой. Не уверена, что их надо смотреть вместе. Не знаю даже, как объяснить. Ну, что ли, первый - художественный, а второй - документальный.

Второй, сам по себе, отражает целую эпоху, хоть и снят по крошечному ее компоненту. Что феноменально. Ведь в краткой истории семей и уровень образования, и национальные противоречия огромной страны, и быт интеллигенции, и чего еще там только нет, прорисованного штрихами, но выпуклого и сочного по расцветке. Но (лично мне) он упрощает первый. Как-то так...

Не уверена, что их надо смотреть вместе

"первый - художественный, а второй - документальный". Ну и что? Почему их не смотреть вместе?

Вместе они дают более ясную картину эпохи тому, кто там не был.

Я бы добавил еще несколько короткометражек, (одна по этому посту - как фильм снимался) дал общее название и в таком виде выпустил на экран. Пытался что-то подобное сделать в Израиле когда-то. Не вышло.

Как мне ощутилось,та к и написала. Не могу лучше объяснить :-)

Лена, думаю я вас понял, а может даже могу и "лучше объяснить':)

Понял, но не согласился.

Эту реплику поддерживают: Лена Де Винне

Спасибо Слава за приглашение. Смоктуновский гений конечно,что тут скажешь.

Фильм мне показался сильно выпадающим из всего того,что мы теперь вынуждены смотреть.

Я даже растерялась.

Хорошо же Смоктуновскому удавались негодяи и негодяйчики на мой взгляд,ну и взыскующие и алчушие правды интеллигенты, конечно.

Эту реплику поддерживают: Владимир Генин, Лариса Новицкая

А еще мне вспомнился вдруг фильм с Гурченко кажется он назывался "Послушай Феллини!" или что-то в этом духе.

Там конечно про другое.

Но почему-то вспомнился.

Ира, фильма я не видел. Режиссер - Швейцер, думаю фильм хороший.

Эту реплику поддерживают: Ирина Неделяй

Слава, спасибо! замечательно интересный рассказ и потрясающий фильм со Смоктуновским. Действительно, совершенно непонятно, как его удалось отстоять в то время. Он крамолен даже по свему звуковому ряду. Не говоря уж об отягощающих ассоциациях с Иваном и Фаустусом. Невозможно представить себе советского человека шизофреником или беседующим с чертом. Но в эти времена действительно время от времени прорывались на экран удивительные вещи. Я как-то рассказал об одной из них, меня потрясшей.  А "Ночь на размышление" всегда будет современен, как любое настоящее произведение искусства.   

Удивительно, как такое может быть и как это объяснит режиссер?

В фильме 1972 года показан армянский трехзвездочный коньяк выпуска 1978 года. 

Вот этикетка  1978 из фильма:

А вот этикетка коньяка, выпускавшая до 1978 года:

Такого несомненно быть не может и режиссер объяснить это не способен. Как, впрочем, и магическую возможность разглядеть в этом фильме этикетку на бутылке, вроде бы повернутой во тьме в сторону от камеры.

С другой стороны, такая возможность вполне в стилистике фильма.

Самвел, самое невероятное: как можно отличить эти этикетки в черно-белом варианте? Вот если бы на вкус... Не иначе, черт был в игре!

Эту реплику поддерживают: Слава Цукерман, Игорь Тян

Володя, никакой чертовщины!

Старая этикетка - матовая и не может бликовать. А в кадре это происходит, потому что армянские буквы  и звездочки глянцево-золотые. Вот эти:

Вдобавок, когда Смоктуновский близко к камере подносит бутылку, наливая в бокал, отчетливо видно, что он откручивает пробку, а не отдергивает "за козырек"...

Возможно, только одно почти невероятное объяснение: в кадре используется коньяк армянского розлива, а не московского треста "Арарат". Возможно, ее подарил съемочной группе некий щедрый армянин, имеющий отношение к заводу, откуда он вынес бутылку с еще опытным образцом этикетки.

В Ереване в те годы ходила устойчивая молва, что из-за большого количества подпольного коньяка (проблема несунов и расхитителей социалистической собственности в Армении была очень острой - пострадал даже Первый секретарь ЦК Армении тов. Кочинян, который был понижен в должности и направлен наводить порядок в Республиканскую научную библиотеку, где проблема несунов не стояла так остро), Ереванский коньячный завод выпустил настоящий коньяк с золотистыми (а армяне говорили и верили, что с золотыми) буквами...

Других объяснений у меня нет...

А у меня нет и этого объяснения, т.к. никак не могу вспомнить откуда взялся на съемке коньяк.

Явная чертовщина!

Хотя конечно бутылку могли привезти из Армении. Почему нет?

прекрасная версия, Самвел! если в игре был не не черт, то армянская мафия точно

в эти времена действительно время от времени прорывались на экран удивительные вещи

Спасибо за линк, замечательная история.  Вот бы устроить фестиваль таких "прорвавшихся" фильмов.

Эту реплику поддерживают: Владимир Генин

Невозможно представить себе советского человека шизофреником или беседующим с чертом

На советском экране - невозможно. В жизни, советский человек с чертом беседовал постоянно. И шизофреников хватало.

Прочитала Вашу удивительную историю появления фильма "Венский лес". Удивительны переплетения судеб. Но почему-то не удивляет помощь Шукшина и Тарковского в создании фильма, который, заведомо  не должен был появиться в прокате. Наверное, это был способ выразить свое отношение к тому, что происходило вокруг.

Спасибо Владимир, за историю.

Эту реплику поддерживают: Владимир Генин

Володя, спасибо за линк, я тогда эту историю пропустила. А теперь - прочитала с удовольствием! :-)

Эту реплику поддерживают: Владимир Генин

Конец "Ночи на размышление" "опти - мистичен" :-))) Неужели и впрямь знает, как ...? :-)

Спасибо за рассказ и за фильм (второй пока не успела).

Спасибо Вам, Слава, за фильм и за историю.

Мне кажется, есть фильмы, которые следует смотреть ночью. Когда город спит, за окном темнота, а каждый звук слышен отдельно и имеет какое-то другое, иногда совсем чужое значение. Для меня это настоящий "ночной фильм". Обязательно пересмотрю его, спасибо.

Эту реплику поддерживают: Алия Гайса

Практически всё чёрно-белое подходит, да. А ещё есть и цветное, только надо выбирать.)) Например, "Семейный портрет в интерьере". И жанр телеспектакля с разговорами тоже туда же.))

Эту реплику поддерживают: Надежда Рогожина

Слава, спасибо за Ваши работы и особенно за приглашение посмотреть! Уже одна эта возможность узнать Ваши работы с лихвой "окупает" пребывание на Снобе и дает ответ на вопрос, мучающий многих снобовцев: "Для чего я здесь?"

Смоктуновского обожаю! Но первый раз видел его в "моноспектакле". Хотя, пожалуй, каждое его появление в кадре любого фильма (да и на сцене) можно охарактеризовать как "моноспектакль".

Эту реплику поддерживают: Игорь Вечеребин, Надежда Рогожина, Алия Гайса

Спасибо большое! Как же пахнуло семьдесят вторым! Маленькие, казалось бы, детали вдруг вызывают нескончаемый поток ассоциаций и воспоминаний. Жутковато мы жили. Здорово, что удалось сохранить картину.

Спасибо, Андрей.

Была в тех временах своя мистика. Можно было бы многое рассказать и показать.

Новости наших партнеров