Все записи
17:09  /  2.11.15

4831просмотр

О русском пьянстве, британских педофилах и "Фольксвагене" (из серии "Британские записки", выпуск 3)

+T -
Поделиться:

В Великобритании разгорелся скандал, который в ближайшем будущем может разрушить репутацию многих представителей политической элиты и аристократии. Этот скандал может выйти за границы Великобритании и докатиться до некоторых стран Европы и даже может втянуть, как в водоворот, небольшую, но яркую часть нынешнего российского режима.

Мы часто критикуем русских и представителей большинства других народов, проживающих на территории бывшей России: Царской Империи и СССР (так называемого «Русского мира»), за их склонность впадать в беспробудное пьянство. Особенно, когда жизнь вся наперекосяк, невезуха, несчастье и несправедливость. Как говорят на Западе, сплошной стресс.

Сядет тогда на кухне или в какой-нибудь рюмочной Иван, поставит перед собой бутылку, склонит голову, и, глядя на стакан сквозь свисающий чуб, задумается о своем «стрессе» и запьет. И уже не выведет его из запоя ни отсутствие денег, ни крики жены и детей, ни попытки друзей помочь ему побыстрее прикончить его очередную бутылку. Из запоя русского Ивана выводит тюрьма в обличии полицейского, ну, или топор, который схватит пьяный Иван и пойдет крушить то, что попадется, и того, кто станет на его пути. А там, в конце «пути топора» опять же тюрьма или «плаха с топорами», чем обычно, как считается, и заканчивается печально знаменитый «русский бунт».

В Британии до последнего времени пьянство тоже было главным выходом их стрессовых ситуаций. И до сих пор выпивка занимает свое достойное место в жизни британцев. 58% опрошенных взрослых выпивают алкогольные напитки чаще, чем 2 раза в неделю. Это больше, чем в США, Канаде, Швеции и еще какой-то одной приличной западной стране, где народ, оказалось, пьет реже, чем в Британии (исследователи сравнивать британцев с итальянцами, французами и какими-нибудь поляками и болгарами не решились, а то получилось бы, что британцы почти трезвенники).

И в телевизионных фильмах британцы тоже до сих пор склонны впадать в политкорректную алкогольную зависимость, как только жизнь становится сложной и неприятной. Увидит очередную жертву серийного убийцы какой-нибудь телевизионный полицейский, чувствительный и сентиментальный Джим или сентиментальная, но принципиальная Джейн, и пойдет в паб, а там сначала выпьет эля, пива или красненького, потом перейдет на виски, а уже потом, утром, будет тяжело вспоминать, с кем спал(а) и что при этом делал(а).

В общем, казалось бы, в Британии со стрессом борются теми же методами, что и в России, но другими напитками. Ан, нет! Все, оказывается, резко изменилось в последние годы.

Теперь британец, достанный сослуживцами, начальниками и подчиненными, или жизнью вообще, приходит домой, садится за компьютер и начинает скачивать картинки с голыми малолетками: мальчиками и девочками. А если удается, то и снимает стресс сексом c теми же малолетками.

Педофилия становится народным средством против стресса!

То, что огромное количество британцев по вечерам, - а то и днем, в рабочее время! – сидит, уткнувшись в компьютер и разглядывает порносайты для педофилов, ни для кого уже не секрет. Об этом даже перестали писать в прессе. Теперь в СМИ попадают случаи только необычные и оригинальные. Например, про кардиолога, который работал в госпитале государственной медицинской системы NHS. Он долго и нудно просил увеличить финансирование на отделение кардиологии в госпитале и выступал против политики нынешнего правительства консерваторов, которые сокращают расходы на медицинское обслуживание. После победы консерваторов на недавних выборах, кардиолог решил отомстить системе, консерваторам и вообще всем по списку его обид.

На работе он перестал заниматься кардиологией и стал вводить в компьютерную систему госпиталя картинки с порносайтов, естественно, для педофилов. Занимался он этим упорно и целеустремленно, вызывая у врачей госпиталя удивление, интерес, радость и восхищение порнохакерами, а также волатильное, то есть меняющееся от уровня стресса, как стоимость акций на лондонской бирже, чувство благодарности им. Дело в том, что сотрудники и руководство госпиталя, долгое время разглядывавшие картинки с голыми детьми в рабочее время, считали, что появление картинок – происки хакеров или вирусов, пока не вмешалась (как всегда, с большим опозданием, когда уже все в госпитале втянулись) британская полиция, которая выяснила, что картинки вводил кто-то внутри госпиталя, а потом и вышла на протестного кардиолога.

В полиции кардиолог заявил, что он размещал педофилическую порнуху на сайте госпиталя не для того, чтобы смотреть самому и развлекать врачей и медсестер, а потому, что был в стрессе. Достало его все! Грубо говоря по-русски, за..ло! А лучшей разрядки сейчас для британца нет, как посмотреть сайтик с мальчиками. Ну, или с девочками, если ретроград и отстал от жизни. И сразу становится легче. Раз правительство денег не дает на медицину, пусть врачи и медбратья с медсестрами развлекаются и расслабляются на работе … как получится.

Что же произошло с Британией и британцами? Почему вдруг педофилия стала расцветать здесь бурным цветом?

У британцев, как у рыб, система гниет с головы. В отличие от, например, России, где голова может гнить самостоятельно, тихо, побаиваясь большинства народа, приучая его к своей вони, внушая ему, что этот амбре ветер приносит со стороны. Из той же самой Британии.

Как выяснилось, долгие годы и десятилетия педофилия цвела в Британии, но сосредоточена была в верхних слоях общества. Там политическая элита и аристократия создали себе этакие «оранжереи» для цветов-цветиков и разврата среди них. Некоторые дома для сирот использовались в качестве питомников, где выращивалась «рассада». А тихие гостиницы, бани и клубы, использовались для утех с малолетками. Более того, в этих «оранжереях» происходили не только развратные действия, не только изнасилования детей, но, как утверждают свидетели, и убийства.

Все это сохранялось, естественно, в тайне. Даже когда британская полиция получала информацию о происходившем и пыталась расследовать преступления, находились силы, которые все попытки раскрыть преступления и вывести наружу, показать преступников, убрать их от руля политики и влияния на общество жестко и тихо пресекали.

Тем не менее, в последние годы произошел прорыв.

Несколько жертв решили выйти из темноты страха и ужаса детства и рассказать о том, что с ними происходило, кто издевался над ними, кто виноват в преступлениях. И нашлись те, кто помог им это сделать.

Вышли с разоблачениями из тени не только бывшие жертвы, но и некоторые полицейские, которые выступили с заявлениями о том, что их заставляли прекратить дела, возбужденные против педофилов. Полицейские потребовали начать повторные расследования.

И жертв педофилов, и полицейских поддержали журналисты, прежде всего, молодое информационное агентство Exaronews, которое первым основательно и упорно начало раскрутку дела о «Westminster pedophile ring».  

И все они были поддержаны группой политиков и общественными организациями.

И здесь есть интересный момент, на который я хотел бы обратить внимание читателей. Так, в деле британских педофилов и, например, в недавнем скандале с «Фольксваген» есть важное объединяющее начало. В обеих историях толчком к разоблачениям послужили не действия государственных и межгосударственных структур, которым полагается следить и разоблачать жуликов и преступников, а общественные организации, так называемые «структуры гражданского общества».

И в деле о педофилах, и в деле жульничества с выбросами газов «дизелями» «Фольксвагена», государственные и межгосударственные органы задолго до скандалов имели информацию о преступлениях, но преступники долгое время могли контролировать государственные структуры достаточно жестко, чтобы скрывать преступления. И только действия общественных, неправительственных организаций и отдельных граждан, какие бы места в общественной иерархии они ни занимали, включая государственных служащих, которые в этих случаях действовали против желания и указов начальства, смогли изменить ситуацию и инициировать процесс разоблачения преступников, несмотря на все попытки, которые продолжаются и сегодня, прикрыть дело.   

Следует отметить, что по делу о педофилах в качестве подозреваемых проходят не только аристократы и видные консерваторы, но и члены парламента от оппозиционных партий. Педофилы оказались везде, всех политических взглядов и предпочтений, разного возраста, разных умственных способностей и кулинарных предпочтений.

Инициаторами движения по разоблачению педофилов также стали представители разных политических партий. Эта борьба объединила, например, правых консерваторов и левых лейбористов. Одним из лидеров группы британских парламентариев, которые выступили с призывом к правительству провести глубокое и всестороннее расследование был Зак Голдсмит, нынешний кандидат от консерваторов на пост мэра Лондона. Именно он, а также лейборист №2 Том Уотсон, а также еще четыре депутата британского парламента, представлявшие разные партии, написали письмо в адрес британского министра внутренних дел Терезы Мэй.

Дэвид Кэмерон, премьер-министр, поначалу отмахнулся от письма группы парламентариев и предложения министра внутренних дел вернуться к закрытым (и потерянным) ранее делам, но когда к этой группе присоединились еще 145 членов парламента, Кэмерон вынужден был согласиться на проведение специального расследования.

Одной из главных фигур в этой кампании по разоблачению педофилов стал новый заместитель лидера партии лейбористов Том Уотсон. Он приложил немало усилий к раскрутке всей истории. Его аппарат в парламенте работал несколько лет, принимая заявления от жертв, передавая заявления в полицию и делая все, чтобы эти заявления не были похоронены, а прошли тщательную проверку. На Тома Уотсона и обрушился главный удар тех, кто выступает против раскрутки «дела педофилов».

Поводом для нападок послужило письмо Уотсона генеральному прокурору Великобритании с просьбой провести опрос лорда Леона Бритенна, бывшего министра внутренних дел Великобритании. Именно лорду Бритенну в 1970-е годы бывший депутат британского парламента Джеффри Дикенс передал 114 папок со свидетельствами о сексуальных преступлениях против детей. По словам Дикенса, в этих показаниях имелись обвинения в педофилии в адрес политиков высокого ранга. Однако, все дела были тихо «похоронены».

Теперь возглавляемое некогда Бриттеном министерство внутренних дел признало, что десятки дел о педофилии с 1979 по 1999 год были уничтожены, потеряны или же "не могут быть найдены". Госсекретарь МВД Марк Седвил признал, что представляемое им учреждение уничтожило, потеряло или просто "не смогло найти" 114 потенциально важнейших свидетельств.

Причем, обвинения в педофилии и изнасиловании появились и в адрес самого лорда Бритенна. Именно к Тому Уотсону обратилась женщина, имя которой до сих пор не называется открыто. Она обвинила лорда Бритенна в изнасиловании. Кроме нее, с обвинениями в адрес Бритенна выступил один из тех, кого мальчиком возили для утех по теперь уже известным адресам, где педофилы, якобы, имели привычку развлекаться. Он заявил, что не только встречал лорда Бритенна сам, но и видел его фотографию в голом виде в бане с мальчиком.

Получив из парламента, из аппарата Тома Уотсона, заявления от пострадавших с обвинениями против Бритенна, полиция провела проверку обвинений и засомневалась в том, что дальнейшее расследование в отношении лорда Бритенна, позволит подтвердить обвинения и получить достаточно доказательств совершенных Бритенном преступлений. Со своей стороны, заявители, почувствовав, что полиция теряет интерес к «делу Бритенна» и не собирается допросить самого Бритенна, обратились повторно к Тому Уотсону за помощью, и Уотсон направил письмо Генеральному прокурору с просьбой оказать содействие и заставить полицию провести опрос Бритенна.

Письмо опоздало. Том Уотсон не знал, что полиция за пару дней до того, как он направил письмо, уже опросила Бритенна и пришла к заключению, что дело против бывшего министра внутренних дел перспектив не имеет.

Однако, особенность ситуации заключалась в том, что к этому времени лорд Бритенн был уже неизлечимо болен раком. Фактически, полиция допрашивала умирающего человека. Более того, МВД направило письмо семье Бритенна, в котором информировало о том, что расследование в отношении Бритенна остановлено за отсутствием подтверждающих обвинения фактов, через четыре месяца после смерти бывшего министра, хотя ко времени его смерти расследование уже было прекращено.

Бывший министр лорд Бритенн умер, понимая, что он является подозреваемым в педофилии и изнасиловании, хотя на момент смерти он таковым не являлся.

Это вызвало возмущение не только членов семьи, но и тех, кто, по разным причинам, сочувствовал Бритенну и был недоволен начатыми расследованиями и разоблачениями. И это возмущение было искусно направлено и сконцентрировано на одной фигуре – Томе Уотсоне.

         (Продолжение следует)