Все записи
15:11  /  12.08.20

1377просмотров

Арест Сергея Фургала. Причины и последствия, часть 6

+T -
Поделиться:

                       Ошибка Прокуратора 

2016 год и начало 2017 были наполнены радостными перспективами и надеждами, вызванными тем, что союз Трутнев – Бальский – Фургал – Мистрюков смог организовать и провести процесс покупки «Амурметалла», который валялся никому не нужный с 2013 года, и начать успешно реанимировать производство. Под новым старым названием, «Амурсталь» комбинат начал четко расплачиваться по долгам и кредитам, поднимать производство, платить зарплаты и налоги и выходить на прибыль...

Пришло время выполнять другие обещания и договоренности.

                                            «Союз Четырех»

Еще до покупки «Амурметалла» компанией «Торекс», которая была создана специально под металлургический проект женой Сергея Фургала и Мистрюковым, Юрий Трутнев начал активно помогать карьере и бизнесу Фургала, подстегивая его заинтересованность в исполнении задач Кремля с персппективой стать вторым человеком в Хабаровском крае.

В 2016 году прошли выборы в Госдуму, Фургал участвовал в выборах от ЛДПР именно в Комсомольске-на-Амуре, и на этих выборах «Единая Россия» своего кандидата не выставила. Было ясно, что это было решение Трутнева и демонстрацией его поддержки Фургала.

Тут была также своя «вишенка»: главным соперником Сергея Фургала на тех выборах был кандидат от КПРФ. Голоса «Единой России» в копилку Фургала сыграли не решающую, но все-таки важную роль. Фургал победил, а противостояние его с кандидатом от КПРФ в «пролетарском» округе имело свои политические последствия. Фургал стал рассматриваться руководством КПРФ как серьезный противник, который может отнять у зюгановцев их традиционный электорат, который они считали своим по праву наследства.

Потом мы увидим выросшую из этого политическую дурь со стороны левых, когда в войну с Фургалом, к тому времени избранного губернатором края, и его сторонниками в Хабаровский край был направлен Николай Платошкин, который считался восходящей звездой на левом политическом небосклоне.

Случилась частая для России политическая глупость и предательство интересов оппозиции: против одного из немногих губернаторов, пришедших к власти вопреки воле Кремля и «Единой России», составившего серьезную политическую конкуренцию правящей политической и бизнес элите на Дальнем Востоке, левая оппозиции, именно московское ее руководство, направила на войну свой лучший кадр, который, естественно, проиграл.

Был ли этот шаг согласован с Кремлем, я не знаю, но то, что в Кремле, улыбаясь или хихикая, восприняли действия Зюганова и Платошкина как операцию «полезных идиотов» (по выражению В.И.Ленина, создателя партии российских коммунистов), сомневаться не приходится. Такова политическая реальность в России: учитываются собственные и сиюминутные интересы, обиды, а принципы – хоть политические, хоть идеологические – отбрасываются легко и без сожалений. Поэтому в России многое, что казалось десятилетия назад незыблимым, перешло в собственную противоположность в полном соответствии с марксистской диалектикой...

                              Моральные принципы режима

Однако вернемся к «Союзу Четырех» и возникновению конфликта внутри него.

Фургал в деле «Амурметалла» проявлял не только деловые качества, но и способность слышать Трутнева и выполнять его просьбы и поручения. Таких людей нынешняя власть любит. Этим отличаются все люди из элиты нынешнего режима. Именно по этим качествам подбираются все чиновники и бизнес партнеры по вертикали власти. Главных правила существования в нынешней элите два:

  1. Ты можешь делать все, что тебе нужно, но Кремль подставлять не должен. Если нарушил и подставил Кремль, то ты вылетаешь из элиты туда, куда заслужил в соответствии с тем, что ты наделал, и тебя обдирают как липку.
  2. Когда получаешь команду сверху, ты должен ее выполнить беспрекословно, в том числе, если это против твоих политических, карьерных или бизнес интересов, а в результате выполнения команды ты разоряешься, теряешь авторитет и уважение или становишься подонком и преступником.

В нынешней элите почти все прошли этот тест. Выступить против и удержаться очень трудно, и тем, кто решился на такой шаг, приходится выживать, лавировать, понимая, что все равно наступит момент и придется либо согласиться жить по правилам или быть выкинутыми из круга доверенных.

Многие из прошедших отбор считают эти правла естественными,  потому что именно на такой морали воспитаны. И о других они судят по себе. Если они готовы соблюдать эти правила, значит и другие должны делать так же. И Трутнев тут не исключение. И он решил, что Фургал именно такой и будет делать то, что от него потребуют. Тем более, что Фургал подтверждал эти ожидания своими действиями.

После покупки «Амурметалла» компанией «Торекс» (жена Фургала плюс Мистрюков) была создана новая компания «Торекс-Хабаровск», которой жена Фургала и Мистрюков передали акции комбината, но теперь, в соотвествие с прежней договоренностью, 50% акций уже принадлежали Павлу Бальскому. Фургал сделал это четко, без сомнений, доворенности исполнил, и следовательно, с ним можно было работать дальше, в том числе по политической линии.

И тут Трутнев совершает ошибку, которая и запустила весь нынешний кризис.

                                        Ошибка Прокуратора

В 2017 году проходили выборы губернатора Хабаровского края. Как считали политологи Кремля, тогдашний губернатор Шпорт, имел все шанся победить на выборах, но политологов и Кремль «одолевали смутные сомнения».

Шпорт был не только «не очень популярен», но уже раздражал местное население, в том числе глупыми поступками. Например, тем, что передал в местный музей для экспозиции свой костюм, ручку и другие причиндалы, которые мало кого интересовали, но всех раздражали. А еще экономическое положение в регионе было очень тяжелое и продолжало ухудшаться, социалка разваливалась, цены летели вверх. Однако, в Кремле считали, что шансы у Шпорта хорошие и можно организовать выборы так, чтобы он легко прошел в губернаторы еще раз.

Для этого нужно было выполнить две задачи: Шпорт не должен был иметь на выборах достойного конкурента, и голоса за соперников Шпорта должны быть разделены на возможно более мелкие части. И эти задачи мог решить Сергей Фургал.

По расчетам Трутнева, участие Фургала, которого КПРФ сильно не любила за то, что его популярность среди традиционного электората зюгановцев заметно выросла, заблокировало бы выдвижение общего кадидата от оппозиции или концентрацию протестного электората в поддержку одного из соперников Шпорта. Фургал должен был этот электорат разделить, не нажимая и не претендуя на особое внимание и на власть, и дать возможность Шпорту победить в первом туре.

Руководство ЛДПР планы по участию Фургала в выборах поддерживало. Во-первых, ЛДПР был выгоден союз Трутнева и Фургала, а во-вторых, другого достойного кандидата у ЛДПР в крае просто не было.

                                    Цугцванг Фургала

Сергей Фургал встретил предложение об участии в новых выборах губернатора с сомнениями и без энтузиазма. Ему не хотелось участвовать в роли «куклы» и становиться в мнении хабаровчан политическим «мальчиком по вызову».                 

В 2013 году Фургал уже выдвигался партией ЛДПР кандидатом в губернаторы Хабаровского края и тогда, относительно малоизвестный в крае депутат проиграл тоже относительно малоизвестному кандидату от «Единой России» Вячеславу Шпорту. Выборы тогда интереса не вызвали, и явка составила менее 34%.

В 2017 году уже более известный хабаровчанам Сергей Фургал, который начал реанимировать и поднимать «Амурметал», в отличие от кремлевских политологов, которые всю свою жизнь занимались и занимаются обслуживанием «хотелок» Кремля, манипулированием, в том числе информацией, а не изучением реальной политики, понимал, что Шпорт, тоже к этому времени достаточно проявивший себя, может проиграть, а он, Фургал, может, не желая того сам, выиграть.

Фургал оказался в ситуации, когда любое его решение приводило только к негативным, для него прежде всего, последствиям. Он оказался в политическом цугцванге по милости Трутнева и ЛДПР.

Отказать Трутневу и Жириновскому он не мог. Невыполнение одного из правил нынешней системы правления означало открытое неподчинение Кремлю и лидеру партии, а следовательно лишало Фургала любой дальнейшей политической и бизнес перспективы.

Согласиться означало вступить в борьбу, из которой было два выхода: в случае проигрыша с имитацией борьбы он становился в глазах хабаровчан «мальчиком для пользования» и подрывал свой авторитет, а в случае участия в выборах и реальной борьбы со Шпортом, он создавал ситуацию возможной своей победы, а тем самым не просто подставлял Трутнева, но и становился открытым врагом Кремля.

Фургал решил согласиться на участие в выборах при условии, что он будет бороться, но бороться не слишком жестко, чтобы, дай Бог, проиграть, не теряя уважения хабаровчан и своего собственного.

Господь Бог и народ Хабаровского края распорядились по-другому. Когда Господь Бог и народ выступают в союзе, все хотелки политиков, даже кремлевских, все мнения политологов и планы политтехнологов летят в небытие.

Хабаровчане почувствовали, что получили шанс избавиться от Шпорта, «Единой России» и изменить свою судьбу, и Сергей Фургал победил на выборах, стал губернатором и врагом Кремля и лично Юрия Трутнева, а также «Единой России», которая теперь требовала крови Фургала.

               Деньги делить не так просто, как кажется

Приходит беда, открывай ворота. После выборов Сергея Фургала губернатором и распада «Союза Четырех» последовал конфлит денежный.

В 2017 году, в первый год работы завода «Амурсталь» при новых владельцах и руководстве, прибыли еще не было. Прибыль съедали выплаты по кредитам. Зато комбинат заплатил 392,3 миллиона рублей налогов. На следующий год комбинат получил 346,2 миллиона рублей чистой прибыли, заплатил 1,4 миллиарда рублей налогов, а  к концу 2019 года прибыль достигла 460 миллионов рублей.

И это был последний успешный год «Амурстали». Нынешняя система убивает бизнес, даже самый успешный, если сталкиваются личные интересы, особенно когда в конфликте одной из сторон выступают власть предержащие. Они не просто борются, а как звери, убивают бизнес. Этот звериный менталитет и отличает нынешнюю российскую элиту...

Деление бизнеса началось, и это понятно, с дележки появившейся прибыли. Бальский мог расчитывать на положенные ему 50%, и никто у него эту прибыль не оспаривал. Однако, возникли два принципиальных вопроса. Причем, если в цивилизованном бизнесе эти вопросы, когда возникают, решаются хоть и сложно, но в интереса бизнеса и в рамках законов и принятых правил взаимодействия между акционерами, то в России нынешней они решаются через уничтожение бизнеса или одной из сторон, часто и людей.

Первый вопрос возник у акционеров, когда они начали обсуждать, что делать с полученной прибылью: поделить всю или частично, направив часть прибыли на развитие производства. Естественно, Фургал и Мистрюков настаивали на направление части прибыли на развитие комбината. Условная «московская» группа Бальского и Ротенберга (условная потому, что среди них не было ни одного москвича), хотела получить свои 50% наличными и сразу: поделить и всё!

Второй вопрос оказался еще более трудным и неразрешимым для нашей бинес элиты с сознанием Шарикова. Бальский и стоящие за ним с огромным неудовольствием обратили внимание на то, что прибыль завода оказалась в несколько раз меньше, чем могла быть. При этом, получателями «скрытой» и утекшей мимо них прибыли были именно компании Фургала и Мистрюкова.

Дело было в том, что «Амурсталь» покупал металлолом у компаний Фургала и Мистрюкова, а эти компании, естественно, работали с прибылью, закладывая эту прибыль в цену металлолома. Если бы «Амурсталь» закупал металлолом напрямую, самостоятельно у сборщиков металлолома, то закупочные цены были бы меньше, а прибыль у комбината больше.

Более того, компании Фургала и Мистрюкова не продавали заводу металлолом за наличные деньги, а поставляли в качестве давальческого сырья. «Амурсталь» получал металлолом от их компаний и расплачивался готовой продукцией: стальными изделиями. Завод загружал производство и получал свою прибыль, не неся затрат на оплату сырья. Казалось бы, все было хорошо, но не для Бальского, потому что компании Фургала и Мистрюкова полученные в качестве оплаты за металлолом изделия продавали потребителям стали в своем регионе, а также экспортировали в Корею и получали на этом опять прибыль, минуя комбинат, и тем самым создавали ему конкуренцию на рынке.

                                Судьба «красного» директора

Более того, вскоре выяснилось, что генеральный директор «Амурстали» Сергей Кузнецов, которого нашел, пригласил и уговорил переехать в Комсомольск-на Амуре именно Павел Бальский, занял позицию, которая фактичсеки сделала его членом команды Фургала. Он поддержал давальческие схемы Фургала и Мистрюкова и думал только о развитии и наращивании производства, а не о наращиваении прибыли.

Собственно говоря, Кузнецов и был приглашен Бальским как опытный производственник, и Кузнецов в этом оправдал надежды, но тут возникла проблема: Кузнецов, потомственный производственник, воспитанный в семье советского «красного» директора, оказался носителем именно «производственного» сознания. Для него производство и его развитие были главными. Прибыль и потребности акционеров стояли на втором месте, в отличие от современных менеджеров. Более того, москвич Кузнецов оказался по взглядам и подходам к бизнесу ближе хабаровчанам Фургалу и Мистрюкову, чем «москвичам» германского розлива Бальскому и питерского розлива Ротенбергу, которые считали Кузнецова своим кадром.

Кузнецов нарушил одну из главных заповедей нынешней элиты, и судьба его была решена.Так уж случилось в современной России, что производственники оказываются ближе к частному бизнесу третьей волны, чем к государственникам и бизнес элите путинского призыва. Кузнецов был обвинен в том, что подписывал договоры, по которым прибыль «Амурстали» утекала сторонним компаниям, и был уволен.

И тут Кузнецов, надеясь на защиту Фургала и Мистрюкова (все-таки один губернатор, а другой депутат Госдумы), а также ощущая моральную поддержку хабаровчан, решил сопротивляться и жаловаться. Он  написал несколько писем в правоохранительныек органы, прокуратуру о давлении и угрозах со стороны Бальского, о том, что тот заставляет его признаться в совершении в группе с Фургалом и Мистрюковым преступлений, которые Кузнецов не совершал.

Далее судьба Сергея Кузнецова начала складываться по законам современной российской реальности (прошу не путать с законами РФ). Он был арестован, и сейчас находится в тюрьме, признавая свою вину и, что не исключено, давая нужные показания против Фургала...

                             «Особый» путь российской элиты

По мнению Бальского, Фургал и Мистрюков должны были отказаться от сбора и поставки металлолома комбинату и продаж стальных изделий на рынках как России, так и Кореи или Китая. Все это должен был делать исключительно «Амурсталь», создавая прибыль в разы большую, чем получал комбинат до этого. Полученная комбинатом прибыль должна была делиться поровну.

Таким образом, Фургалу и Мистрюкову предлагалось отдать совместной с Бальским компании «Торекс-Хабаровск» бизнес, который они создавали семнадцать лет. Прибыль, которую получали компании хабаровских бизнесменов, должна была теперь делиться, и половина ее утекать из края в Москву.

В цивилизованном бизнесе принято решать такие вопросы слудующим образом:

  1. Стороны принимают существующую реальность и учитывают ее на этапе создания совместного бизнеса. В странах, где уже сложился цивилизованный бизнес, люди понимают, что собственность, в том числе компании и акции, не могут быть отчуждены, являются капиталом, который защитит любой суд при малейшем конфликте. Соглашаясь создать совместную фирму, вы принимаете условия, при которых ваши партнеры будут развивать и поддерживать свой бизнес. Просто соглашаетесь с реальностью.
  2. Сторона, владеющая компаниями поставщиками сырья комбинату и компаниями продавцами продукции комбината, продает свой бизнес с учетом получаемой прибыли и доли на рынке. Стоимость бизнеса может быть от трех до десяти объёмов годовой прибыли после уплаты налога.

В России, где законы и судебная система работают с учетом административного и властного ресурса, все решается по принципам особого мира, который на Западе называют «тоталитарным» или «авторитарным» режимом. Это означает, что в такой системе конфликты, в том числе в бизнесе, решаются не по законам страны, а с учетом близости к центру власти и силовым ведомствам, на которые эта власть опирается.

В этом принципиальное отличие России, Белоруси, Украины и большинства других государств, созданных на пространстве Советского Союза, от цивилизованного мира, где возможности властей влиять на судебную систему, а через нее на гражданские и бизнес конфликты существенно более ограничена.

И опять Фургал оказался перед выбором, который мог решить его судьбу: исполнить то, что требовали люди из Центра или сопротивляться, защищая свои интересы.

                Компромисс невозможен. Война Фургала

(Продолжение следует)