В Литературном музее открылась выставка ста шестидесяти работ Анатолия Зверева. 

Результат его порывистого существования раздроблен на огромное число осколков. И выставка ста шестидесяти из этих отколовшихся частей, да ещё периода пятидесятых годов - составляет уже некоторый эпизод из жизни.

Зверев, как ребёнок из фантастического рассказа Платонова видел самую суть. И почему-то оказывалась она у него - даже в совершенно безобидных линиях и сюжетах - всё больше безнадёжная.

Как будто в самом центре его рисунков, набросков, линий - настойчивый тёмный сгусток. Даже эта живая, нежная роза - всё равно с корнем, с землей, с темнотой.

Я думаю, Зверев был полем боя. Его внутренности стали предметом выяснения отношений между теми началами, в которые я не верю.

В приобщении к наброскам становится очевидно, как ненадолго его оставляли в покое, как мимолётно он мог сконцентрироваться.

Но каждая высвобожденная линии - точная, как суть. 

Раз есть, что выставлять, значит, нет победителей. И проигравших - тоже.

Борьба продолжается - в других.