Московский майдан на Чистых прудах длится уже неделю. У акции по-прежнему нет ни цели, ни стратегии, ни мерила успеха.

В прошлый понедельник после двух дней столкновений с полицией я осталась ночевать с самыми упрямыми «несогласными» на Китай-городе, а потом каждый вечер приходила к ним с друзьями на Чистопрудный бульвар к памятнику Абаю Кунанбаеву. Друзья выражали свою гражданскую позицию, я пыталась написать репортаж, каждую ночь мы ругались насмерть. Я спрашивала, что должно произойти, чтобы разошедшиеся от памятника люди не почувствовали себя неудачниками? В какой момент можно достойно распустить лагерь? Когда Владимир Путин сложит с себя полномочия президента Российской Федерации? Когда Алексей Навальный выйдет из СИЗО и скомандует разойтись? Когда ОМОН жестко разгонит мирный протест?

Сидение в укромном уголке Бульварного кольца создает опасную иллюзию победы. Нет, вы не добились от властей соблюдения права свободы собраний. Проверьте это, заглянув 31 мая на Триумфальную площадь. Нет, вы не добились от властей соблюдения права на свободу высказывания. Проверьте это, проскандировав несколько политических лозунгов. Стратегия «мы просто гуляем» хороша на одну ночь салочек с ОМОНом — и то, если играть в них под окнами администрации президента или хотя бы московской мэрии. Затянувшись, она теряет смысл, особенно в тени лип, под памятником, установленным в честь дружеских отношений России с государством, где президент имеет исключительные полномочия и правит уже четвертый срок подряд. Вторую неделю петь песни бременских музыкантов, играть в бадминтон и нарезать бутерброды можно и в Люблино. Лагерь «под Абаем» — это место встреч, хэппенинг, хипповник, Грушинский фестиваль, «Пустые холмы», все что угодно, только не политическая акция протеста против нелегитимно избранной власти.

Самый больной вопрос — какие же у нас требования — обсуждают, надо отдать им честь, сами активисты на бульваре, я слышала. Но еще я видела несколько вариантов ответов. «Освобождение из-под ареста Навального, освобождение из-под ареста Удальцова, демократия в России». «Наши требования — это 137 статей Конституции России». Вообще эта риторика удивительно напоминает выступления говорящих лозунгами чиновников. Посмотрите любое интервью недавно назначенного губернатора — там тоже будет обязательно что-то про гражданские инициативы, обратную связь и важность прессы. Нельзя валяться на газоне и хотеть «свободных СМИ» — надо требовать эфира на федеральных каналах и прямых включений с оппозиционных акций. Нельзя приходить на летнюю тусовку с друзьями и хотеть «чтобы все жили честно и справедливо» — надо требовать ратификации 20 пункта Конвенции ООН против коррупции, той, что предусматривает наказание чиновника за автомобили и квартиры, стоимость которых превышает его публичный доход. Нельзя «требовать свободы в общем смысле этого слова» — ее не дают, ее, вместе с правами, берут.

Событиям на Чистых прудах трагически не хватает вкуса. Почему факельное шествие бедняг-стоматологов оппозиционеры исступленно ассоциировали с нацизмом, а «Белый город» и «Белая школа» никого не смущают? Что протестного в цыганском таборе? Если главные события дня — это дойка коровы и появление свиней в костюме нашистов, то не пора ли сложить пледы и пойти домой?

Оппозиционеры говорят мне: это хорошо, это десакрализация протеста, пусть люди видят, что выходить на улицы — это не страшно, а весело, это привлечет больше сторонников. Но после декабрьской акции на Чистых прудах, после митинга на проспекте Сахарова и, главное, после последних событий на Болотной площади о какой еще необходимости десакрализации может идти речь? Люди давно не боятся протестовать. Зачем распылять их готовность к шествиям и напряженной работе, усаживая их на туристическую пенку? Вместо того чтобы хотя бы сочинять резолюцию к следующей многочисленной политической акции, главные активисты оппозиции (я говорю не о Яшине, Навальном и Удальцове, главные — это безымянные участники, молодые ребята с мозгами и без сомнительной репутации) скатились до переругиваний с существом Павлом Данилиным, называющим себя политологом, и нанятыми «Единой Россией» пенсионерками. В этом кроется другая опасность лагеря на Чистых прудах: берущие пример с активистов рядовые горожане будут думать, что перемены в госсистеме — это легко, что гражданский подвиг — это сон под открытым небом, что политический диспут — это пикировки с ликующей гопотой. Зайти из офиса на бульвары, постоять пару часов против Путина. Купить кофе для замерзшей там приятельницы против Путина. Сходить в кино об иранской революции против Путина. Мы поставили туалеты против Путина, мы убираем окурки против Путина, мы ночуем на улице против Путина. Проехал автозак, привезли вегетарианские сэндвичи, с прогулки зашли известные писатели.

В «Твиттере» есть такой популярный аккаунт — «Камень в лесу», который каждый день пишет только одно сообщение: «Сегодня ничего не произошло». Мне кажется, его ведут активисты с Чистых прудов.