Все записи
14:01  /  2.02.20

562просмотра

От Бориса до Бориса. Пластика власти

+T -
Поделиться:

Афишами премьеры оперы «Борис» обклеен весь Штутгарт. Такие постановки- вполне себе привычное дело для меломанов столицы немецких автопроизводителей. В репертуаре театра очень много смелых, современных постановок. Но для российского зрителя и слушателя такие оперы-  явление редкое, почти уникальное

. Постановка включает в себя сразу два произведения: первую редакцию «Бориса Годунова» Модеста Мусоргского и оперу «Время Секонд-хэнд» Сергея Невского, написанную по заказу театра. Источником либретто послужила одноименная книга Светланы Алексиевич. Когда я собиралась на спектакль, понятное дело, мне казалось, что увязывание этих двух произведений совершенно логично будет сделано через персоны двух Борисов: Годунова и Ельцина. Даже вспомнилось, как в 90-е смеялись над «Бориску на трон» из фильма «Иван Васильевич меняет профессию». Но не случилось. И Ельцин, кажется, не мелькнул ни разу. Хотя другие политические лидеры нашей страны появлялись и в видео-хронике, и позднее в виде масок на боярах. Надо сказать, что культурологическую работу режиссёр Георг Диттрих и драматург Мирон Хакенбек провели титаническую. Столько всего специфически нашенского демонстрируется в постановке, что уловить «все-сразу»: смысловые параллели, метафоры, подсказки очень сложно. Немцам придётся непросто, но я в них верю. Предисловие оперы Мусоргского выглядит как мир после катастрофы (я это называю стилистикой «безумного Макса»), где народ потихонечку, освоившись, распускает свои воротники-манишки поверх перепачканных то ли нефтью-мазутом, то ли просто грязью, костюмы «гимнастов». Выпущенные передники оказываются из золотой ткани. И вот она- новая знать. Такая легкость в отношении политического лифта в России уже была главной темой в опере «Князь Игорь» у Барри Коски в Парижской опере. Мы это и сами знали, но почему-то многим эта мысль Коски не понравилась. То, как Сергей Невский наложил свою музыку на музыку Мусоргского- совершенно удивительно. Стежков, швов не видно. При том, что музыка совершенно разная, не возникает слухового дискомфорта от перехода. В одних и тех же сценах герои поют и партию из «Годунова», и своё альтер-эго из «Сэконд хэнд». Спектакль очень плотно «простроен» (как говорят наши театральные режиссёры) видео-рядом. Это документальная хроника, советские мультфильмы, кадры из советских фильмов, музыкальные записи. Но отдельной темой идёт некий фильм (оказалось, что это лайф-видео), напоминающий мне фиксирование изменений после пластических операций: человека снимают до операции, а после- постепенно разбинтовывают. Само по себе видео невероятно визуально красиво. Режиссёр мог бы снимать хорошее кино. Таким образом он все время подчеркивает системное повторение-возвращение одного и того же, по сути, человека на вершину нашей власти. Режиссёр не давит на зрителя эмоционально. В постановке нет сцен крови и насилия. Но при этом его эмоциональное воздействие ощущалось после спектакля довольно долго. Что интересно, привычная для нас «чернуха» 90-х не выглядит так, как мы ее привыкли видеть. Думаю, что постановщики намеренно избегали таких прямых ассоциаций. Люди из сцен «Секонд-хэнда» одеты странно, как сказочные герои (кокошники, платье Мальвины и т.д.). Все это создаёт ощущение сна, неправды, того, что не могло быть правдой. Но мы же с вами знаем, что так и было. Интересная перверсия. Смотреть не сложно, а дальше проживаешь это на подкорке мучительно, но с пользой. Не знаю, можно ли мечтать о том, чтобы оперу «Борис» привезли к нам, или поставили у нас. Это и реально, и нереально в то же время. Ведь мы обо всем таком и так между собой говорим.