Все записи
17:28  /  5.07.19

2059просмотров

Маленькая желтая хризантема. Кулинарное путешествие по Сербии. Часть 12

+T -
Поделиться:

Калопер - маленькая желтая хризантема

(Тара, ферма Соколина)

Первое чувство от Тары – чистота. Кажется, что там все только что умытое – и пятьдесят оттенков зеленого леса, и изумрудные речные струи, и деревянные мостики, политые дождем, цветы вдоль дороги, белки, белоснежный сыр и сам воздух, такой чистый, что каждый глоток, казалось, освежает тебя, как стакан родниковой воды. Словно присутствуешь при рождении мира.

Лежит горный массив Тара довольно далеко от Белграда, ехать до него, наверное, часа четыре, а то и пять. С северо-запада он ограничен каньоном реки Дрина, а зеленые склоны спускаются к Кременской долине и к долине реки Джетине. Ближе всего добираться до этих красот от городка Байна Башта. Там мы и заночевали. Тем более, что это родной город Марко. Старинный город, с домами, украшенными изысканной лепниной, длинными аллеями огромных каштанов, высоко задравших свои соцветия, и широкой пешеходный улицей, по которой вечером прогуливается весь город.

Всего нескольких часов хватило, чтобы я уже сурово спрашивала своего друга:

– Как ты мог уехать, променять этот чудесный город на шумный и суетный Белград?

Марко Долаш – телеведущий популярного канала, которого узнают на улицах в каждом сербском городе, вежливо кивал, вздыхал и отвечал:

- Наверное, чтобы когда-нибудь вернуться.

Дорога от Байны Башты к национальному парку Тара считается - и с этим невозможно не согласиться - самым красивым местом в Сербии. Прямо рядом с границей Тары течет самая короткая река Европы – Врело. Так она называется, потому что бурлит, пенится, словно кипит. А еще ее называют Година – потому что в ней ровно 365 метров. Кроткая, бурная и очень холодная, она резко падает с обрыва в Дрину, образуя невероятной красоты водопад.

Для выполнения обязательной программы мы выпили воды из источника и двинулись дальше, вдоль берега Дрины. Нас ждали 20 000 гектаров красоты.

Пару раз мы остановились, чтобы с головокружительной высоты посмотреть на озеро Перучац, отделенное от Дрины огромной плотиной. По горному серпантину добрались до вершины, в домохозяйство Соколины. По дороге нам не встретилось ни одной живой души - на удивление, национальный парк малозаселен. Не попались нам на пути ни туристы, ни медведи. А птиц из машины не слышно.

Мы ехали в гости к семье с удивительной историей. Милан и Милева Давидовичи оба - сербы, которые долго и успешно работали в Германии, во Франкфурте. Милан - в строительстве, Милева – поваром. Потом вдруг все бросили. Купили участок земли на Таре и с тех пор живут там натуральным хозяйством. Приехали сюда с четырьмя детьми.

Поменяли квартиру в бетонном доме на бревенчатую хижину, построенную своими руками, где поначалу даже не было электричества. А главное - никто из них не имел никакого опыта жизни в сельской местности. Знакомые не верили, что Давидовичи выдержат хотя бы 10 дней на вершине Тары, где, кроме них, обитают только соколы, серны и медведи. А он прожили уже 10 лет.

Чем живут? Разводят коз, продают скот, козий сыр, чаи, грибы, бальзамы и настойки из лекарственных трав. Совсем не пользуются не только городскими продуктами, чем нас уже не удивишь, но и лекарствами, - и здоровы, бодры и счастливы.

Маленький бревенчатый домик под зеленой крышей не прячется за забором. Мы ставим машину на пригорке и по тропинке идем мимо поляны, усаженной горными травами.

Внизу по склону – хозяйственные постройки, загон для коз.

- Что-нибудь выпьете с дороги? - сразу после знакомства спрашивает хозяйка, – кофе, а может, немного ракии?

- Только ваш чай!

Разбираться в травах Милеву научил еще ее отец, - ведь детство она провела в этих местах. Теперь все и пригодилось. О своих знаменитых чаях, отварах и кремах Милева даже написала книгу с рецептами «Соколина – жемчужина Тары».

- А какой бы вы хотели? Успокоительный или, наоборот, для бодрости? Успокоительный по-сербски – для смИренья.

- Меня лишний раз смирить не помешает.

- Тогда - мелиссу!

Мы с Милевой вместе изучаем ее огород с лечебными травами. Мне он напоминает средневековые сады, которые видела на картинах старых мастеров. Белые цветы дикого чеснока. Заросли крапивы.

Дикий чеснок

- Это особая, так называемая мертвая крапива. Она не жжется.

Я тяну руку.

– Левее. Левее! - предупреждает Милева, но поздно. Я уже сунулась в обычную крапиву и теперь трясу руку, как ошпаренная.

- Ничего, это полезно, от анемии помогает крапива, при авитаминозах, а по весне всем витаминов не достает!

Полянка дикой земляники с белыми цветочками.

Земляничная поляна

- Мы тоже завариваем из этих листьев чай. А сами ягоды - сушим.

В широкой вазе густо растут зелено-фиолетовые шишечки.

Чуваркуча

- Это чуваркуча, - поясняет Милева, - такой вид алоэ, очень хорошо для диабетиков. Иммунитет повышает.

Она срывает одну шишечку и съедает ее прямо на моих глазах.

- Попробуй и ты!

Я пробую. На вкус кисловато, на алоэ не похож. У нас в доме тоже всегда держали горшочек с алоэ. Разрезав пополам, мама прикладывала плотное растение с каплями влаги на срезе к моей царапине и привязывала бинтом. А еще мелко резала, смешивала с медом и заставляла меня глотать эту противную смесь от простуды.

- Точно! - одобряет Милева, - Обязательно с медом!

- Вот это вирак, - продолжает она обход, а точнее, облаз огорода, - по-русски – манжетка, его применяют при воспалительных процессах, особенно по женской части. Молодые листья и побеги используют в пищу так же, как крапиву или щавель. Селен – по –русски сельдерей. Я его выращиваю для зачина.

Милева среди лекарственных трав

Зачином в Сербии называют сборы трав для кулинарных целей. Заодно сразу собираем и одуванчики на салат.

Собираем одуванчики на салат

- А вот это боковица. Я знаю, у вас тоже растет.

Боковица

Я напрягаюсь: - Это же подорожник! Конечно, все детство к разбитым коленкам прикладывали.

- А вот горечавка. Ее корень используется и в желчегонных сборах, и как средство для аппетита, и при аллергии, ревматизме, туберкулёзе и множестве других болезней.

В средневековье, которое уже приходило мне сегодня на ум, им лечили даже чуму.

- А фиалка – для красоты?

- И для леченья тоже. Помогает от вен, чай из цветка заваривают и даже джем. На 300 граммов лепестков нужно килограмм сахара. А варится просто…

А это съедобная фиалка

И мы хором заканчиваем: - …как из лепестков роз.

- Вижу, вы нашли друг друга, - смеется Марко.

- А вот это калопер, – Милева сорвала и протянула мне маленькую желтую хризантему. Цветок чудесно пах, что- то между запахом мяты и лимона: - По-русски – пижма.

- Стойте, стойте! Я как раз давно хотела узнать, чем пахнет калопер. Дело в том, что об этом цветке я слышала в одной замечательной песне. Там лирический герой тоскует о доме, в который ему не вернуться, о горах, которые всегда в его мыслях… И о запахе: «…и мирис, мирис калопера…» …

- Я знаю эту песню! - воскликнул Марко и тихо напел: - Тамо, тамо я путуем. Тамо, тамо я тугуем…

- Это песня Тина Уевича, он после Первой мировой войны эмигрировал в Париж, - пояснил он Милеве, - Вот ему так и не пришлось вернуться домой, на Балканы…

Теперь я знаю, чем пахнет калопер – это запах печали о покинутом доме.

- А давайте все - таки нарвем мелиссы! - отвлекла нас от грустных мыслей Милева.

И мы запустили ладони в гущу свежих ароматных трав.

За столом на веранде уже собралась вся кампания: сами хозяева, бабушка, кума с малышом.

Вся компания за обедом

- Милан, а кроме сыра, что вы еще производите из вашего козьего стада?

- Приезжала к нам родственница. Она из кож сумки шьет. Шерсть я использую для раствора, когда строим что-то… Да я вообще здесь не работаю. У меня здесь коммунизм, - смеется Милан.

Козье царство

- Вы, видно, единственный, кому коммунизм пошел на пользу!

- Я раньше думал, какая здесь грубая и суровая жизнь. А оказалась - так комфортно, как никогда не представишь в городе.

- Здесь, на Таре есть все, что нужно, и еда, и лекарства, и покой, - добавляет Милева.

- Не пожалели ни разу?

- Мы в какой-то момент поняли, что наша жизнь в городе основана на рабской схеме: работай - ешь - спи - работай ... Поэтому мы решили оставить все и вернуться к природе, а точнее - к себе.

- Где будем обедать? - переходит к главной теме хозяйка, - В доме или нАполе?

Сербское выражение «нАполе» означает – снаружи, вне дома, или, как мы говорим, на улице. Здесь это слово приобретает натуральное значение. Впрочем, как и все остальное.

- НАполе!

Милена ставит посреди стола посудину с блюдом дня – «яре у млеку».

- А что будем пить?

- Так мне вроде чай для смирения заваривали.

- А, точно.

Пахучий отвар нежно зеленого цвета льется мне в стакан.

Я одной рукой тяну ложку к козлятине, а другой уже достаю блокнот.

- Итак, пишу рецепт.

- Да проще нет, - говорит Милева, - мясо заливаешь водой, не до края, и ставишь тушиться до полуготовности. Затем добавляешь туда картофель, щавель и грибы.

- А какие грибы?

- Да какие придется! Что у вас растет? Лисички есть? Вот давай лисички. А так – по сезону. А вот после зальешь молоко. Примерно на полтора килограмма мяса нужно 300 грамм молока. И пусть варится.

- А молоко – козье? - подозрительно спрашиваю я, как всегда, сомневаясь, что российская хозяйка найдет в магазине нужный ингредиент.

- Коровье, не волнуйся. (Не вари козленка в молоке его матери. - вспоминается мне к случаю…)

Да я и не сильно волнуюсь. Козлятина буквально тает во рту.

А вот так выглядит козленок в молоке

- Марко, - тихо интересуюсь я.- что у нас следующее?

- Производство каймака. Там только нужно будет попробовать ложку- другую. Так что смело ешь.

И я со спокойной – после мелиссы – душой, кладу себе добавку.

Пора в путь. Нас ждут в млекаре.

- Постой, – говорит. Милева. - я хочу подарить тебе немного своего мелема – крема из горной травы.

Крема и бальзамы из горных трав

Она открыла пластиковую баночку и протянула ее ближе ко мне. И я узнала запах - это была маленькая желтая хризантема – калопер.

- И ты когда-нибудь обязательно вернешься!

- Куда?

- А это тебе решать самой!