Все записи
МОЙ ВЫБОР 20:54  /  16.08.15

6120просмотров

О шопоголизме.

+T -
Поделиться:

Нынешние времена в России не очень способствуют шопоголизму, и тем не менее я решила опубликовать этот материал из журнала «Cosmo Магия» от октября 2009 года, где я принимала участие в реалити -проекте в качестве эксперта - психолога, тогда я еще только начинала свой путь в психоанализ и  практиковала как психотерапевт интегративный подход:

 Запрос от девушки по имени Анна:

 "Мой шопоголизм. проявляет себя довольно бурно. А именно: пока есть деньги и есть доступный магазин - скупается всё. поводом для опустошения полок является не только собственная прихоть, но и тут же вспоминается все удобные случаи подарить - все ДР друзей-знакомых, пустое место на полке. Красивая майка, ваза, удачная цена при покупке 2-х вазочек - это ко мне. за 2 года жизни в отдельной квартире я накопила сколько вещей, сколько могут накопить люди за 20 лет жизни. Конечно, все вещи красивые. и еще потом их надо организовать в каком-то приличном порядке - а это тоже покупка полок, коробочек, стеллажей, вставок в полку (предметы мебели и интерьера тоже в списке). Вчера буквально собрала еще одну штангу для верхней одежды (помимо шкафа в прихожей и еще одной вешалки) ... 37 маек, 6 бриджей, 12 юбок, 25 платьев, ... Покупки приносят желанную радость. Не то, чтобы кратковременную - нет. Но масштабы покупок явно выходят за пределы необходимого. :)"

Комментарий Кадыровой Е.Г. по теме и по результатам работы:

Готовясь к встрече с Анной, внимательно вчитываясь в то, как она описывает проблему, я обнаружила ряд моментов, которые показались мне интересными и заслуживающими особого внимания. Прежде всего, у меня появилось устойчивое ощущение, что Анна, вроде бы жалуясь на свой т.н. «шопоголизм», в тоже время, не очень внятно излагает, в чем именно это ей мешает. Наоборот, она пишет, что «покупки приносят желанную радость», и (что особенно важно!) «не то чтобы кратковременную – нет». В ее сетованиях на то, что «вчера буквально собрала еще одну штангу» и про то, что «накопила столько вещей, сколько могут накопить люди за 20 лет жизни», явно сквозит удовлетворение и даже легкая гордость за себя. И я решила поделиться своим «открытием» с Анной, для того, чтобы разобраться с главным вопросом: – В чем ее реальный запрос?

Когда мы стали со всем этим разбираться, то мне пришлось признать, что в проблемном поведении Анны действительно отчетливо видны основные черты зависимого поведения, связанного с навязчивым желанием покупать, одно из названий которого - «шопоголизм». Это, прежде всего, импульсивный характер самого процесса покупки, эмоциональное напряжение, даже физически ощущаемое Анной как «вибрации» предшествующие и сопровождающие этот процесс, приобретение товаров в чрезмерно большом количестве, в том числе и по причине затрудненности выбора в пользу чего-то конкретного. Но, не хватает одного важного компонента! Того самого чувства вины, разочарования, недовольства собой, и результатом деяния, которые обычно сопровождают любые формы т.н. зависимого поведения, к которому и относится «шопоголизм», наряду с другими «измами» и «маниями». Именно этот психологический дискомфорт и запускает патологический механизм, образуя замкнутый круг: эмоциональное напряжение – разрядка действием – вина, дискомфорт – эмоциональное напряжение - …и т.д. У Анны этот круг разомкнут! Она не сожалеет о покупках. Ее беспокоит импульсивность и бесконтрольный характер ее поведения в момент покупки, но не последствия. Это ключевой момент. Поскольку позволяет задаться следующим важным вопросом: - Какова «скрытая выгода» Анны от этой импульсивности? Что на самом деле она получает, наполняя свой дом этим большим количеством вещей? Какую важную потребность или потребности она реализует?

Отыскивая ответы на этот вопрос, мы коснулись многих аспектов жизни Анны: ее детства, отношений с родителями, с любимым человеком, ее работы, интересов и увлечений, ее ценностей и приоритетов. Оказалось, что в связи с тем, что папа Анны дипломат, ей пришлось все детство, включая школьные годы много переезжать, менять страны, жилье, школу, друзей. Это накладывало отпечаток на весь образ жизни: все надо было заводить ненадолго, потому что потом многое приходилось оставлять, и начинать заново: обустраивать жилье, заводить друзей. И теперь, живя в отдельной квартире, Анна, может позволить себе накапливать и обустраивать («как люди за 20 лет жизни»), обретая ощущение стабильности и постоянства, то, чего так не хватало. Техника «Интервью с Проблемой», которую я использовала в работе с Анной, позволила обнаружить глубинную тревогу, живущую в ней и неприметную за ворохом вещей и внешней активностью. Анне, «исполняющей» роль Проблемы, удалось самой «услышать», как она нуждается в безопасности, любви, принятии – а ведь это самые базовые потребности, которые в силу разных причин не были в достаточной степени удовлетворены в очень раннем детстве, и остаются актуальными и в настоящем, проявляя себя, в том числе, и в эмоциональной неудовлетворенности близкими отношениями с любимым человеком. В этом ключе важно отметить, что актуальной, и не вполне удовлетворенной является не только потребность получать, но и отдавать любовь, и здесь заявляет себя тема собственного материнства, и связанные с ней непростые переживания и тревоги. В сфере профессиональной деятельности все оказалось тоже не таким очевидным и простым, как на первый взгляд: будучи успешной и эффективной на работе, Анна каким-то образом так выстраивает свою жизнь и рабочий ритм, что у нее почти не остается свободного времени, она заполняет его делами, почти также, как пространство вещами, возможно избегая встречи с самой собой - один на один во Временени и Пространстве своей жизни.

Попытавшись ответить на вопросы: кто я, какая я, совершающая покупки или обладающая столь великим количеством вещей, мы приблизились к пониманию того, что приобретая красивые вещи, давая себе свободу совершать то, что хочется без оглядки на меру – Анне удается компенсировать ограничения, неудовлетворенности в чем-то важном для себя. Причем запреты не, только и не столько внешние, сколько внутренние, часто неосознаваемые.

Стало очевидно, что проблема Анны уходит корнями глубоко в детство. И поэтому, если Анна в какой-то момент решит, что найденный ею способ удовлетворения насущных потребностей стал приносить больше минусов, чем плюсов, ей предстоит серьезная глубокая работа с психологом. Впрочем, что может быть интересней и увлекательней, чем ПУТЬ К СЕБЕ?

 В плане практических советов Анне, для того, чтобы улучшить качество жизни на данный момент, и в какой-то мере «оседлать» проблему, я ей предложила следующее:

1. Задаться вопросом «Как еще я могу получить то, что я получаю, совершая покупки и накапливая вещи?» И отнестись творчески к процессу поиска ответа на это вопрос. Я предупредила Анну, что первый ответ будет «НИКАК». И это естественно. Ведь наш мозг не хочет зря трудиться, когда есть «проверенный» способ. Здесь придется его по-настоящему напрячь. К счастью, у Анны ест достаточно ресурса для подобной работы – у нее прекрасный интеллект и способность к тому, чтобы быть творческой и эффективной.

2. Регулярно, и достаточно часто производить инвентаризацию своих материальных ценностей. Так, чтобы на момент покупки мозг имел актуальную и свежую информацию о положении дел. И тогда, может быть в какой то момент, вместо уже знакомого импульсивного «ХОЧУ купить» придет осознанное, но не менее своенравное «ХОЧУ не купить». 

3. Прежде, чем купить вещь, ярко и в деталях представить себе, как будто она уже есть и ее носишь и носишь годы. Качественное воображение может заменять реальное действие. Это и есть механизм «маниловщины», надо только обратить его себе на пользу.

4. Найти такую форму деятельности, где бы любовь Анны к обустройству, к эстетике складирования имело бы прикладное значение, опять-таки, превратить «недостаток» в преимущество.

5. Ну, и наконец, еще одна инвентаризация, только уже духовных ценностей. Посмотреть вглубь себя и попытаться осознать, что же действительно для меня важно, а что я привыкла считать таковым, бездумно «заглотив» чужие ценности. Это ключ к повышению осознанности жизни. Это то, что находится по другую сторону зависимости.

PS Сегодня мне бы хотелось добавить к этому тексту еще один момент - сравнение с нарушением пищевого плведения, такими как компульсивное переедание и булимические приступы. Даже неспециалисту, я думаю, очевидно сходство этих состояний, в основе которых ненасытность, попытка заполниться впрок, источник которой в самых ранних отношениях с материнской грудью - с кормлением, когда состояние зависимости является не психологическим отклонением от нормы, а буквальным  положением дел в самом жестком варианте. Чрезмерная фрустрация в этом периоде приводит к фиксированной сильной тревоге, которая в фоновом режиме существует на подсознательном уровне и требует контроля и недопущения ситуации голода. И в нарушениях пищевого поведения и в шопоголизме  имеет место попытка контроля над ресурсом, замещение пищей или материальными благами каких-то других дефицитов или "заедание" стрессовых состояний. Но есть одно существенное различие. Переедание  неизбежно приводит к набору лишнего веса, утрате внешней привлекательности и соответствию стандартам красоты так, что в итоге человек попадает в социально отвергаемую категорию. Поэтому компульсивное передание почти всегда сопровождается чувством вины, стыда, отчаянья и провоцирует  характерные для булимического расстройства регулярные вызывания рвоты или тотальный отказ от пищи по анорексическому типу. Шопоголизм же - наоборот, спосоствует повышению социального статуса, и потому люди страдающие этим расстройством не испытывают ни стыда ни вины, а скорее даже симатию к своей слабости. Беспокойство в этом случае  вызывает как правило компульсивность поведения, то есть утрата контроля - того самого контроля, ради которого психика и организовала когда-то симптом. Ну или финансовые затруднения при несоответствии финансовых фозможностей шопоголическому "аппетиту".

Таким образом, мы можем констатировать интересную закономерность: люди с похожей проблематикой и способом ее разрешения испытывают разные психические состояния вследствии того, что общество по разному реагирует на результаты такого поведения. Впрочем, часто эти два типа поведения сочетаются, но это не меняет сути дела. Наверное стоит еще добавить, что нарушения пищевого поведения все таки связаны с более ранней проблематикой, с фиксацией на чисто оральной фазе развития, в то время как шопоголизм - содержит в себе социальную компоненту, что логично будет отнести к более позднему периоду, когда ребенок осознает свое место в семейной иерархии, испытывает ограничения и контроль, избыток которых может привести к такого рода компенсаторному поведению. В переедании больше стыда, от неспособности контролировать свои физиологические функции, это похоже как опИсаться ребенку. При нарушениях пищевого поведения часто в анамнезе есть детский энурез. В шопоголизме этот стыд тоже присутствует в малой дозе (неконтролируемая трата денег) и родом тоже из этого го же периода - приучения к горшку, но ощущается не так болезненно поскольку акцент переносится на достижения, повышение статуса, в то время как при переедании - негативный аспект удваивается потерей внешней привлекательности (мнимой или реальной) - и тут добавляется сильная вина и ощущение несчастья, отверженности.

Более подробно о природе зависимостей можно прочитать в моей статье "Зачем долго, когда можно быстро?" по  ссылке: http://snob.ru/profile/25338/blog/59944

Комментировать Всего 2 комментария

а может такое быть, что люди просто заполняют пустоту душевную.. с помощью вещей? вот пусто у них, и руки тянутся к полкам..

Да, конечно, Дмитрий - и вещами и пищей. Я там и написала про "замещение дефицита" чего-то, потому что пустота - это ведь когда нет чего-то, что должно быть, что должно давать ощущение наполненности.  А во что это и почему  - это отдельный разговор.