Все записи
11:16  /  18.06.12

5358просмотров

Илиас Меркури об оппозиции, писательском "зове души" и современной литературе

+T -
Поделиться:

-Здравствуйте, Илиас. Вместо того, чтобы самой Вас представлять, мне было бы интересно услышать, как Вы сами себя позиционируете: как писатель, как журналист или же и вовсе иначе?

 -Теперь, наверное, можно так: независимый журналист - писатель.

 -Да, я смотрела Ваши ролики, где Вы себя настойчиво называете независимым, именно независимым, журналистом. В связи с этим у меня назрел вопрос, как Вы оцениваете свободу журналистики в России?

 -По 10-балльной шкале? На уровне 3, ну 4. Дело в том, что то, что, на первый взгляд, кажется независимым, на самом деле, очень даже зависимое. Есть какая-то фальш в словах многих людей, которые называют себя независимыми, а сами при этом занимают либо проправительственную, либо антиправительственную позицию. А кормятся при этом вообще из одного котла.

 - Если не переходить пока к вопросам пропраительственного и анти-, а все-таки остановиться на теме журналистики, скажите, что Вы думаете насчет нашумевшего общественного телевидения?

 - Если мне не изменяет память, то ОРТ - это и есть общественное телевидение, а теперь будет ОРТ - 2, например. Вроде, все в этом заинтересованы, но никто не ответил на вопрос, кто будет за это платить. Первый год - мне понятно: это будет государство, а дальше? Более того, те, кто изъявили желание туда войти, не отличаются особой объективностью в освещении тех или иных событий. Я считаю, что искуственно раздувают тему, которая того вообще не стоит. Я не понимаю, зачем создавать общественное телевидение сверху, когда есть интернет: пожалуйста, говорите, что хотите, и ваше независимое мнение будет услышано. 

 - А не получится, что будет еще один канал, который будет финансироваться государством, и все?

 - Нет, не получится. Я думаю, что если вопрос финансирования не прояснится, то не столь важно будет, кто возглавит этот проект. Если брать по охвату аудитории, то 2-3% для общественного телевидения - его максимум. Будет меньше 5%, я уверен. Вы, например, будете платить за телевидение?

 - На самом деле, я бы платила.

 - Англичане тоже так думали. Вы же знаете, наверное, что англичане платят за BBC, чтобы он был независимым. Только надо понимать, что, как только ты начинаешь за что-то платить, ты сразу начинаешь выдвигать свои требования: не хочу того, хочу этого. Еще раз скажу, я не вижу в этом смысла. Это искуственно созданная свобода.

 - Вы уже сами затронули про- и антиправительственную тематику, поэтому мой вопрос и будет об этом. Судя по Вашему ЖЖ, Твиттеру и иным социальным сетям, я поняла, что Вы резко негативно относитесь к так называемой внесистемной оппозиции.

 -Да, верно.

 -Да, но мой вопрос будет несколько в другом русле. Я заметила очень огорчающую тенденцию как среди представителей т.н. оппозиции, так и со стороны их противников. Практически все переходят на совершенно унизительные личные оскорбления. Например, конкретно у Вас я видела фотографию лысой Собчак, которая стилизована под больного раком ребенка. Понятно, почему и после чего Вы выложили эту фотографию. Не кажется ли Вам, что это как-то несерьезно и низко?

 -Ситуация очень простая: когда ряд активистов оскорбляют человека, которого ты уважаешь, надо отвечать. Причем мы не отвечали оскорблениями. Та же Собчак словесно переходит границы всех приличий день через день. Поэтому мы на том же поле, которое она сама создала, и мы можем так же ответить. Но наш ответ не был адекватным, соразмерным. Мы не переходили на личности, пока она сама не перешла. Вся несистемная оппозиция, да и часть системной, перешли на личности. Обсуждая внешность Путина, они достигли верха низости. Помимо прыжков в фонтаны, есть еще масса нерешенных социальных проблем.

 

- Может быть, такие провокации, вроде фонтанов и голодовок, - единственный способ привлечь к себе внимание?

 - Это ложь. Голодовка - чистой воды шантаж. Что это за позиция? Теперь все проигравшие будут голодать?

 - Они же голодают за идею. Мол, неважно, кто именно победит, главное, чтобы победа досталась в честной борьбе. А эти выборы таковыми назвать сложно.

- Нет, знаете. Это такой популярный лозунг: нечестные выборы. Он легко запоминается. Все и строится на лозунгах.

- Хорошо, тогда есть какой-то смысл в том, что сейчас делают эти люди?

- Для них? Есть, конечно.

- Нет, для нас?

- Для общества? Тоже есть. Дело в том, что молодое поколение еще может поверить некоторым лидерам.

- Мне, например, хочется верить.

- Знаете, в чем глобально проблема всего того, что сейчас происходит? Система раскрылась не с той стороны: она раскрылась со стороны негатива. А что касается тех, кто выходит сейчас на улицы, они просто бросаются лозунгами. Вот, скажем, за ваш ВУЗ, за МГУ, кто-нибудь вышел на митинги? Нет. А почему? А потому что они не решают реальные проблемы, а бросаются громкими лозунгами, на которые падки люди: вас обманули! Кто обманул, когда, что, где? Это и понятно: чтобы вы вышли на улицы и чтобы на вас можно было заработать, лозунги должны быть кричащие. Но это же не может продолжаться вечно. Жизнь идет не на митингах и не в Твиттере, жизнь, она здесь. И есть куда более серьезные, реальные, проблемы. Например, проблема иммигрантов. И тот же креативный класс, как модно сейчас подчеркивать,  сам не лучшим образом относится к иммигрантам. А как вы себе представляете дальнейшее сосуществование с Европой, где иммигранты - нормальные люди, чьи права защищаются наравне с другими?

- Может быть, роль оппозиции на данном этапе в том, что она дают молодым людям надежду? Надежду на то, что ты можешь что-то говорить, что тебя услышат, что ты можешь что-то изменить.

- А что, вас не слышат? Вы меня удивляете. Нет, нет у них такой роли. Мотивы всегда одни - власть и деньги. Не ищите здесь высоких материй, их здесь нет. Во всем есть небольшой бизнес. А система еще не научилась на это реагировать должным образом. У нас очень много демократии. Вы пойдите, посмотрите, как в Америке буквально недавно справлялись с демонстрантами, и все сразу станет понятно. Это все показуха. Что населению от этого, скажите мне?

- Скажем, идея?

- Молодое поколение в Москве развивается в трех, четырех разных скоростях. Кто-то живет своей жизнью; кто-то креативится: вышел, погулял, что-то написал в своем блоге; другие планируют вообще уехать. И думать надо о том, что ваш диплом за границей не котируется и что ваш ВУЗ выпал из всех рейтингов, а не в фонтаны прыгать за демагогичные идеи.

- Мне, на самом деле, интересно поговорить о Вашей писательской деятельности. После того, как я прочитала Вашу первую книгу, у меня много вопросов возникло. Например, почему так много мата? Может быть, в условиях, когда русский язык умирает, надо всеми способами бороться за его чистоту?

- У нас слово "праймериз" вошло в официальный язык. Я же не буду менять эту систему. Что касается мата, в первой книге было 270 или 280 слов. Во второй - меньше. В третьей, которая сейчас выходит, скорее всего, его вообще не будет. Да просто настроение было такое.

- То есть Вам просто так писалось?

- Да, так хотелось тогда. И если бы я снова писал эти две книги, я снова бы написал их так же.

- По-моему, Моэм сказал, что писатель пишет потому, что не может не писать. Почему пишете Вы?

- Моэм это, наверное, о себе сказал. Мне же больше нравится другой вариант: мы пишем для себя, а издаемся за деньги.

- Ну Вы пишете потому, что это такой непреодолимый зов души? Вы не можете молчать?

- Еще есть другая версия: мне есть что сказать. И это тоже ханжество. Есть что сказать - иди и говори, никто не мешает. Да нет, просто мне хочется. И все.

- Тогда у меня другой вопрос. Когда пишешь, порой начинаешь ориентироваться на людей, которые это прочтут. Понимаешь, что ты можешь написать вот так, но лучше воспримут, если ты напишешь немножко иначе, и ты идешь на какие-то уступки и сделки с самим собой. Мне кажется, те, кто что-то иногда пишут, меня поймут. У Вас не случается такого? Вы честны в этом смысле с собой?

- Я понимаю, о чем Вы, но я, например, не ориентируюсь на читателя. И сейчас объясню почему. Дело в том, что твой читатель формируется в процессе. Проблема в издателях: когда сдаешь рукопись, тебе начинают указывать: а давай, ты напишешь об этом или о том; а напиши-ка о регионах, а напиши нам детектив и так далее.

- Хм. Хорошо, а чем это продиктовано? Это ведь Ваше авторское произведение.

- Для них это, прежде всего, рынок. И этот рынок не сформирован, он довольно стихийный. До сих пор зачастую он строится на основе блата. Многие молодые авторы, особенно за чертой МКАДа не то что издаться не могут, они даже дозвониться до Москвы не могут. Они и представления не имеют о том, как это происходит. Множество талантливых ребят застряли на уровне ЖЖ. И вот снова система не работает. Автор сейчас на втором месте, а на первом - продажи. И лишь время от времени появляются интересные проекты. Например, "Гражданин поэт" - очень достойный сейчас. Хотя многие и считают, что он антиправительственный, на самом деле, это простой бизнес проект. Почему они успешны? Потому что они понимают, где найти деньги и какую привлечь аудиторию.

- Хорошо, тогда какое будущее у современной литературы?

- Да отличное у нее будущее.

- Я поясню. Я лично не раз встречала молодых людей, у которых есть серьезное предубеждение против современной литературы. Мол, это что-то с большой претензией на концепт, но при этом без серьезной, глубокой идеи. Поэтому лучше мы почитаем Достоевского. Я образно, конечно.

- Так, вот только не надо мне рассказывать про школьную программу, которую, кстати говоря, я считаю, надо пересмотреть, потому что Достоевский в 15 лет воспринимается принципиально иначе, чем в 40. Школьная программа заканчивается, и поэтому говорить, что у нас есть какая-то десятка или пятерка авторов и все, просто глупо. Я скажу так: в месяц издается примерно 2000 авторов. И еще можно заглянуть на английский рынок или на французский - там еще пара тысяч интересных авторов.

- То есть будущее есть? Литература не умирает?

- Да поймите, есть очень много толкового сейчас. Проблема в том, что это толковое не всегда добирается до рынка, потому что не срабатывает система.

- Тогда что Вы можете посоветовать молодым талантливым ребятам?

- Сейчас есть уникальные возможности, связанные с интернетом. Если несколько таких ребят объединятся, создадут определенный портал, на который и будут выкладывать свои shortstories, у них вполне есть шанс быть замеченными.

- Хорошо, почему Вы как успешный человек не продвигаете таланты?

- Мы можем помочь индивидуально - одному, двум, но я же не могу заменить государство. Должна быть хорошо отлаженная система социальных лифтов. Вот за такую вещь выйти на улицу я не против. Все очень переплетено, в любую тему можно приземлить политику, но реальные проблемы от этого не решатся. Так что есть серьезные проблемы, а есть шоу. То, что сейчас происходит, это популизм, войны Твиттера. Есть оппозиция с четко выраженной программой и позицией: КПРФ, ЛДПР, "Правое дело", если хотите.

- Тогда какое будущее у нынешних активистов?

- Потусуют и уйдут куда-нибудь: либо в обычную политическую карьеру, либо исчезнут вообще. Может, работать, наконец, пойдут. Такой вариант тоже возможен. У всех людей там своя задача. Такие активисты нужны. Но когда они от своих конкретных задач переходят на личные оскорбления Президента, это о многом говорит. Эти люди забывают, что предатель - он и на Луне предатель. А Президент, к слову, - наш общий Президент. И ни в одной стране оскорблять его вам не позволят. Найдите мне хоть один пример - мы поспорим. А за призывы "идти на Кремль" нужно было скрутить за экстремизм. Все атаки на РПЦ тоже очень символичны. По сути дела, 5 дур совершили хулиганскую выходку. Все.

- В таком случае, зачем столько паники развели на ровном месте?

- С точки зрения этих девиц это очень хороший пиар. Когда смотришь, как в 30е годы Храм разрушали, а рядом ставишь этих девиц, сразу начинаешь понимать, что они именно дуры. И вместо того, чтобы, опять-таки, поговорить о конструктивных вещах, мы начинаем вспоминать, что у РПЦ часы, квартиры и так далее. Проблемы РПЦ касаются РПЦ и православных россиян. Они не касаются атеиста Гельмана. Он может в своем атеистическом кругу общаться с такими же атеистами. Да, Чаплин выходит и говорит, сколько сантиметров должна быть юбка, но он всегда уточняет, что обращается к православным.

- И тем не менее это не плохо, что к проблемам нашей церкви привлекли внимание.

- А она Ваша?

- Ну это уже вопрос каждого отдельного человека.

- Правильно. Если она Ваша, то как православная верующая Вы можете обратиться и сказать, что мои чувства оскорблены тем, что у Патриарха часы Breguet. Хотя Вы как православная верующая должны знать, что у Патриарха нет частной собственности. Любой, кто верит, это знает. Это традиция церквей. У них нет частной собственности. Общество только формируется. ЖЖ это не мир. А именно из-за этого возникает ощущение, что что-то бурлит. Ничего не бурлит, потому что ничего не меняется.

- Иными словами, мы делаем вывод, что движухи нет?

- Движухи нет. Поймите, нельзя себя называть креативным классом и со злой иронией относиться к иммигрантам. Это просто несерьезно. Вот недавно сгорел склад в Москве - 17 таджиков сгорели заживо. Но никто не увлечен этой проблематикой. А вот это и есть реальные проблемы, а не Болотные. Никто не задумывается, почему они получают вместо положенных 22 тыс.руб - девять. Наше общество еще не готово ни к какой оппозиции, нет в сознании у людей каких-то элементарных вещей: у нас "своих" будут защищать до последнего, даже если они мудаки и подонки.

- Опять мы с Вами переключились на политику.

- О чем хотитите? О литературе? Нет шансов у молодых и талантливых пробиться. Если повезет, то да, может быть, кто-то заметит. Единственный выход - включать креативность. Например, один автор в Америке, завершив главу произведения, расклеивал ее по частям на столбах. Всю улицу обклеил. Кстати, если говорить об этом "заборном" и "настенном" творчестве, то здесь я заметил положительную тенденцию: я фотографирую уже около полутора лет, и если раньше на заборах писали "хутин пуй", то сейчас градус накала снижается - стали писать "любовь", "я чувствую". Все-таки постепенно все идет к лучшему. Те, кто хотели открыть систему, открыли ее не с той стороны. Я вот пару лет назад был в МГУ, мне показали какие-то там новые туалеты, аудитории, еще что-то; это все здорово, но когда я покопался немножко в этой теме, оказалось, что деньги на то, чтобы студенты поехали на конкурс пианистов, что ли, в Нидерланды не выделили. Но ведь студенты из других стран тоже едут туда за чей-то счет, им почему-то деньги выделяют. А кто, по-вашему, будет формировать положительный образ России за рубежом? Не те же, кто в фонтаны прыгают. Вот это проблема. А Россия уже не Советский Союз. Даже у американцев в фильмах теперь борьба идет не с русскими, а с инопланетянами. Заметили? Поверьте, все идет к лучшему. Я приехал в Россию в 1991. И я помню, что творилось тогда.

- Вы не жалеете, что остались в России?

- Ну, во-первых, моя мать русская. Во-вторых, мне здесь нравится. Поэтому нет, не жалею. Правда, я ожидал, что изменения будут происходить быстрее. Например, в странах экс-участников Союза они произошли существенно быстрее. Скажем, в Таллин я попал в 1993, тогда уже понимали, что нельзя справлять нужду в подъезде. Я увидел там зачатки Европы в плане ментальности, уважения к соседу. В Москве до сих пор этого нет, быдловатость так и сохранена. Посмотрите на стиль вождения, посмотрите, как у нас принято парковаться.

- Быдловатость, Вы считаете, - это порождение Советских времен?

- Однозначно. Просто тогда это было скрыто под колпаком. Ты что-то не то сделал, тебе объяснили, что так делать нельзя. А сейчас вседозволенность - поэтому у нас и оскорбляют первых лиц, а потом пеняют, кто первый начал. Что в итоге? Для рядовых людей не изменилось ничего.

- Давайте вернемся к Вашему литературному творчеству.

- Из-за выборов я очень притормозил с новой книгой, может быть, к концу лета опубликую. Я не привязан ко всяким там ярмаркам и так далее. Как напишу, так и выйдет.

- У меня другой вопрос: когда перечитываешь свои тексты, написанные давно, то бывают две диаметрально противоположные реакции: либо думаешь "о Боже мой, какой я был умный", либо, напротив, становится стыдно за то, что написал. У Вас так же?

-  Конечно. Так же, как и у Вас, когда Вы читаете свои тексты. Если бы я писал свои книги снова, я написал бы их так же, но сделал бы их больше. Когда автор выпускает первую книгу, он всегда торопится, это совершенно точно. Повторюсь: рынок - говно: 2 тыс. книжных магазинов на всю Россию, и от 90% скачиваний в сети автор получает 0. А знаете, как формируется цена на книгу на нашем рынке? Возьмем самый галимый вариант на серой бумаге. Себестоимость такой книги - 30 руб. То есть издатель вкладывает в нее 30 руб., накручивает 100% - получилось 60 руб., дистрибьютор ставит еще 100% - 120 руб., магазин ставит еще 100%, а то и 130%. То есть если в магазине книга лежит за 500 руб., значит в магазин она пришла за 250. И никаких ограничений нет, они могу накрутить хоть 1000%. А в Европе есть. Поэтому и произошло падение книжных продаж. А сами авторы, справедловости ради, получают доход с тех 30 руб., которые платит издатель. По сути, автор не получает нисколько. А нас еще и грабить умудряются. И что самое интересное, люди, которые наглым образом грабят тебя в интернете, находят себе прекрасное оправдание: мы так и будем скачивать бесплатно, это наша свобода! Ну тогда сами пусть и пишут, и создают свою халяву. Если у автора попросят скачать его книгу бесплатно, тут вопросов нет - пожалуйста, скачивайте. Но нас же никто ни о чем не спрашивает. Берут и грабят. Труд должен быть вознагражден.

- С другой-то стороны, это не совсем труд. Это Ваш зов души.

- Стоп, стоп, стоп. А вы почему меня грабите? По зову души? Я-то пишу по зову души, но Вы-то почему меня грабите. И это тоже перекрывает дорогу молодым. Потому что была бы нормальная система, молодежь могла бы публиковаться в сети и получать за это хотя бы какие-то деньги, чтобы дальше их вкладывать в себя.

- Почему такие серьезные проблемы не освещаются? Вроде бы, все всё понимают, но никто об этом не говорит.

- А Вы попробуйте предложить тем, кто выходил на Болотную, сменить лозунги: Авторов грабят!! Вас пошлют очень далеко. Тут Ходорковского забыли, а Вы про литературу говорите. 

- Грустно.

- Вот недавно напротив Президента сидели люди, которые когда-то так рьяно защищали Ходорковского, тот же Венедиктов, и что, хоть кто-нибудь из них воспользовался возможностью спросить о нем? Нет. А почему? А потому что, все, тема уже неактуальна, проехали. Теперь надо говорить о выборах. И так во всем: человек это, что-то другое. В сфере литературы и кино происходит натуральный грабеж. И так наше кино в упадке, так давайте еще и скачивать будем фильмы бесплатно. Актеры вообще-то совсем не богатые люди. Например, в Америке стоит засветиться хоть где-то на экране - все, тебе всю жизнь будут платить отчисления. У нас же нет отлаженной системы. Так что какие там выборы? До ваших Болотных еще очень далеко. Мы живем в обществе, где непонятно, нравственность ниже плинтуса или чуть выше. У нас нет ориентиров. Если еще убрать РПЦ, то мы получим поколение людей, которое читало 2 книги.

- Хорошо, что делать, чтобы что-то действительно поменялось?

- Во-первых, знать, о чем ты говоришь. Во-вторых, создать для себя какие-то моральные принципы. Не должно возникать сомнений, кому верить, а кому нет, когда вас обманывают.

- Как Вы относитесь к критике? Она Вас задевает?

- Раньше да, сейчас уже нет. Да и потом, критика критике рознь. Когда тебя критикует человек, который сам из себя ничего не представляет, пусть себе критикует. А вот когда Минаев, это уже трагедия! Но этого, слава Богу, не происходит. Мы вообще не обсуждам коллег.

- Ну и напоследок, у меня такой вопрос. Точнее, у меня нет вопроса, но каждый человек, наверное, хочет чтобы ему задали определенный вопрос, дабы иметь возможность высказаться на эту тему. Задайте себе какой-то вопрос и ответьте на него.

- Да я не хочу. Я сказал все, что хотел.

- Что ж, спасибо за столь эмоциональный и открытый диалог.

- И Вам спасибо, приятно было с Вами познакомиться.

Комментировать Всего 11 комментариев

А когда Меркулов стал писателем? Что он написал?

Эту реплику поддерживают: Irina Abarinova

Я не знаю, кого имеете в виду Вы, но, кажется, мы о разных людях!

Да нет об одних и тех же, об Ильясе Меркулове, который стал Илиа Мэркури не так давно, но вопрос в том, когда он еще и писателем успел стать, очень интересно?

Метаморфозы

О фамилии я не знала. Откуда такая информация??

Гугл Вам в помощь)

Валерия, передайте, пожалуйста, вашему собеседнику, что это очень хорошо заметно и выглядит очень комично, когда человек сам про себя пишет статью в википедии. И я ведь не ошибаюсь, полагая, что ваш год рождения начинается на 199?

Эту реплику поддерживают: Амина Шейхова

Алексей, с годом Вы угадали - хотя это не так и сложно!

Но скажите же мне другое: какое отношение его статья в Вики имеет к интервью??

И еще один важный момент: моя позиция может кардинально расходиться с позицией человека, у которогоя интервью беру. Я выбираю человека не по критерию близости позиций!

А вообще спасибо, порадовали. "Интервью" с графоманом - это отличный юмористический жанр. "Я независимый журналист" - "Есть какая-то фальш в словах многих людей, которые называют себя независимыми". Ок. А где можно почитать хоть одну статью этого "независимого журналиста"?

По существу я ответила в предыдущем сообщении: наши позиции могут не совпадать вообще - это важно!

А каждый ответ - определенная характертика человека.

Определенная характеристика конкретно этого человека складывается буквально из первых двух ответов, после этого уже ни убавить, ни прибавить. Впрочем, ладно, мне на сегодня комедии хватило. Спасибо за доставленную минутку радости!

Эту реплику поддерживают: Irina Abarinova

Ну и герои у вас, один лучше другого, где вы их только берете?

Герои не подлежат сравнению)

Следующий Вам понравится, гарантирую!