Все записи
06:35  /  20.04.17

9114просмотров

Натюрморт из бамбуковых палок

+T -
Поделиться:

Разглядывая в очередной раз свои японские фотокарточки, я думал, как быстро пролетел год с того момента, когда я впервые застыл в замешательстве у автомата по продаже билетов в метро в Фукуоке. Каждый раз кажется, что я и не уезжал, да и недурная раменная во дворе помогает задержать послевкусие. Хотя куда им до маленьких рамен-шопов Хакаты с их поварами-перфекционистами в N-ном поколении. Вроде суп-лапша, а на тебе — то бульон недостаточно многослоен, то лапша не та либо не так сварена. Рамен — это ведь не то чтобы быстрорастворимые макароны за три копейки, хотя и они тоже. Настоящий рамен — это суп на свином (как правило) бульоне с лапшой и специями. В него часто добавляют отварное яйцо и маринованную в саке и соевом соусе тушеную свинину. В Японии рамен подают в небольших заведениях с деревянными скамейками и стойкой вокруг поварского закутка — наблюдать, как вам готовят еду, очень традиционно для японцев. В каждом городе рамен будет отличаться, иногда очень сильно — как щи моей ижорской бабушки от щей моей прабабки из-под Конотопа. А также в каждом городе вы услышите, что лучший рамен — у них (см. Конотоп).

С каждой новой страной я люблю знакомиться с заднего двора. В Японию я прилетел, минуя Токио, прямиком в Фукуоку — столицу острова Кюсю. Каждый день я проходил через большой муравейник — станцию Хаката, благоухающую свежими круассанами, японским карри и сдержанным парфюмом офисных работников, бегущих на работу с пригородных электричек. Некогда город, Хаката в 19-м веке срослась с Фукуокой, и осталось лишь название станции и знаменитый тип рамена на свиных костях — тонкотсу рамен.

Хаката — это аттракцион японского общепита. Даже если не переходить в прилегающий торговый центр KITTE, напичканный ресторанами, можно неделю, а то и две питаться в самых разных местах. Тут вам и суши на ленте (из деликатесов — жирный тунец и морской еж), и свежий удон с темпура (овощи и морепродукты в кляре), и японское карри, и традиционные японские сеты — мисо, подкопченная рыбка с рисом, овощи и стаканчик холодного пива. Тут же можно найти себе собутыльника, если немного говорите по-японски. С английским в Фукуоке, да и вообще в Японии, не так просто. Хуже может быть только во Франции, где на мой вопрос по-английски официант уверенно и с воодушевлением отвечал по-французски. Как объяснил мне мой хороший друг-француз (живущий, кстати, в Фукуоке), это от беспомощности. Мол, по-английски отвечать стыдно, ибо толком не знают, а не ответить невежливо. Вот и поговорили.

С манерами и в Японии все хорошо. В часы пик толпа со стремительностью волны, смывшей в 2011-м Фукушиму, несется в разных направлениях, умудряясь при этом сохранять лицо, минимум такта и не выносить сограждан из вагона без их ведома. В метро все смотрят либо в пол, либо в книгу, либо спят. Никто не норовит дать локтем под дых или применить удушающий, хотя вроде бы все та же Азия, места мало, людей много, ценность личного пространства должна быть обратно пропорциональна населению. В Токио, где народу совсем уж много, в метро могут и уплотниться, а вот в компактной Фукуоке, особенно если вы явно не местный, вокруг вас почти всегда будет необитаемая буферная зона. Люди будут подсаживаться куда угодно, лишь бы не к вам. Так я в первый раз узнал, что я гайдзин (чужак). Правда, сейчас все чаще используют более мягкое гайкокудзин (иностранец).

Я странен для японцев не только светлой кожей, но и татуировкой на полруки. Так, в боксерском (sic!) клубе меня попросили прикрыть чернила — правила такие. А то местная клиентура может перестать ходить — монополия бандитов якудза на искусство тату.

Но в Токио она чувствуется все меньше. Так, в баре «Марта», где нельзя фотографировать и громко разговаривать, бармен был «забит» от кистей до воротника. А какая в том баре коллекция виски… Хорошо, что у меня есть друг Мальцев, который всегда придет на помощь и оперативно ответит на смс «ТАК ЧТО ПИТЬ??!». Хотя в «Марту» ходят не только за этим, но и чтобы послушать коллекцию винила на акустике «мечта аудиофила». Огромная старая аудиосистема Tannoy Autograph, каждая колонка размером с корыто в ванной, три винтажные вертушки и дедушкины усилки, подсвечивающие односолодовую батарею бутылок желтым ламповым светом.

С музыкой в Японии так же хорошо, как и с едой. В последнюю поездку в Токио я опасался, влезу ли я в самолет с такой коллекцией винила в пакетах. А как пройти мимо «Белого альбома» «Битлз» японского отжима с характерным «рукавом с иероглифами»? Да ладно «Битлз», а первый релиз My Generation the Who? А многочисленные японские панк-группы вроде культового бэнда со знакомо звучащим названием the Stalin под управлением эксцентричного матерщинника Мичиро Эндо. Есть еще у японцев странная страсть к одинаковым девочковым бэндам возраста средних и старших классов школы. В музыкальном магазине Фукуоки в торговом центре Canal city (загляните на последний этаж за особо жирным Саппоро раменом) я через день видел фотосессии разных групп с примерно одинаковой концепцией — чулки, челка и голые коленки. Каждый раз их окружала толпа сорокалетних мужчин с фотоаппаратами и мобильниками и восторженно снимала, снимала. Различали ли они эти группы, мне не ведомо, но думаю, будет мне за сорок, может тоже начну понимать в японской поп-сцене.

В то путешествие я прожил в Японии чуть больше месяца и объездил остров Кюсю и окрестности если не вдоль, то поперек точно. Китакюсю, Нагасаки, Миязаки, Кагошима, Якушима, Киото. Учил японский, ел всякое. Традиционно думал о судьбе России. Выложить свои впечатления в виде заметок я собрался только сейчас, так что какая-то часть, конечно же, уже испарилась. Но рассказать хочется. Так для следующего раза я припас Нагасаки, японских христиан 17-го века, Шусаку Эндо и Мартина Скорсезе. И очередной суп. В Японии без супа никуда.