Все записи
16:04  /  25.07.17

1598просмотров

Что день грядущий...

+T -
Поделиться:

У Казуо Ишигуро есть отличная книжка “Не отпускай меня”. Романтическая антиутопия с большим приветом Филипу Дику и его электроовцам, оставляющая после себя выжженное поле эмоций и ком в горле. Самая важная для меня в этой книге мысль, правда, я допускаю, что автор ее туда не клал: как легко поддается управлению человеческая жизнь и как мало вопросов человек способен задавать, почти не подвергая сомнению то, что с детства  воспринималось за истину. И пока одни задаются вопросом, считать ли за людей тех или иных братьев по разуму, другие терпеливо ждут, пока кто-то другой решит за них их судьбу. В нелитературных буднях все еще более прозаично, нежели в романе Ишигуро, но не менее трагично. Из года в год многие из нас занимаются тем, что проигрывают некий удобный и социально приемлемый сценарий, бессмысленно двигаясь в направлении старости.

Так получается, что однажды мы все умрем. Возможно, по очереди, а может, и в один день, если какому-нибудь полоумному правителю с кнопкой вдруг захочется побыть одному. И результаты жизни большинства из нас будут интересны в лучшем случае родственникам, если таковые останутся. Я думаю, оставить после себя хоть что-то полезное для потомков — дело похвальное, но как насчет малого: смотреть каждый вечер на прожитый день с удовлетворением? Если завтра я не проснусь, то уже одного сегодня будет достаточно.

Меня учили, что жить для себя — эгоистично и мелко, а мыслить надо категориями “Поднятой Целины”, но мне не верится, что человек, не заботящийся о собственном счастье и удовольствии, способен на что-то большое. Другое дело, что набор удовольствий и доза - дело индивидуальное. Мне, например, очень нужно путешествовать, читать и хоть что-то создавать. Первые два мне дают пищу, энергию и направление мысли, а последнее ощущение собственной нужности. Ну и вкусно поесть, конечно, куда без этого.

Стив Джобс в своей знаменитой стэнфордской речи рассказал, что с семнадцати лет начинает день с вопроса:  "Если бы сегодняшний день был последним, захотел бы я делать то, что собираюсь сделать?". Хороший вопрос, только насколько честным будет ответ? Очень страшно посмотреть на себя и сказать: “Старик, а ты счастлив?” Страшно сказать себе: “Я — “овощ”, изо дня в день хожу на работу, которая мне как минимум не интересна, и вынужден общаться с людьми, которые мне противны, а вечером забываюсь у телевизора.” И это “вынужден” — тоже отличное оправдание. За ним удобно прятаться, объясняя все классическим “не мы такие, жизнь такая”. Да и все эти ничтожные люди вокруг — уверен ли я, что я не один из них?

Моим любимым оправданием уже давно стал самообман, что я вот-вот буду жить как хочу. Писать, творить, вдохновлять, валять дурака, не вылезая из путешествий. Осталось совсем немного: поднажать, подучиться, отложить еще немного денег. И работа моя мне даже нравится (хотя это правда), так что ожидание совсем не в тягость. А большие мечты на то и мечты, чтобы иногда оставаться в уютной кладовке, куда можно залезть в минуты уныния, чтобы примерить украдкой все эти наряды. И как же хорошо, пусть и в мыслях, они сидят — словно по мне шиты. Но стоит вынести их на свет, как немедленно, из того же чулана, вылезают страхи: не мой фасон, слишком пышно, сейчас такое не носят, — и прыг обратно в привычную пижаму.

У меня, как минимум, трое друзей, которые вечно “не готовы”. Мы, видимо, притягиваем друг друга. Мы не готовы даже тогда, когда нам стучат в дверь и спрашивают: “Это не ваша посылка со счастьем, лежит тут бесхозная?” “Нет, — отвечаем мы, — это точно вон той соседки из квартиры 12.” Мы боимся неудобных вопросов родителей, нас ставит в тупик непрошенное: “А на что ты жить собираешься?”. В нашем обществе принято закончить школу, институт, потом долго и прилежно работать, поднимаясь по карьерной лестнице. Любое отхождение от плана — стресс, как ступить в мутную, стремительно бегущую воду. И за всеми страхами совсем не слышно еле заметного: а как же мои мечты? А что если я знаю, что сделает меня счастливым, пускай другим это пока не видно? Почему мне так сложно сказать: “Теперь моя жизнь будет такой, спасибо, что выслушали”?

Завтра может не наступить, и если так произойдет, то мне бы хотелось, чтобы сегодня было прожито правильно. Правильно для меня. Когда кто-то уходит, остается тоскливое ощущение пустоты, недосказанности. Сейчас, когда этого человека больше нет, он нужен больше всего. Ушедшую жизнь ценить будет некому, ею можно наслаждаться только до того последнего момента. Который может настать уже сегодня.