Все записи
13:13  /  28.05.19

258просмотров

Вера, добрые дела и Божие прощение

+T -
Поделиться:

По поводу одного довольно давнего высказывания Его Святейшества разузнал мнение нескольких грамотных людей, имена которых раскрывать бы не стал, и лишь после этого что-то теперь напишу. Прежде всего, внимательно вчитаемся: «Если мы чувствуем, что согрешили, если мы чувствуем, что сделали что-то нечистое, греховное, скверное, то единственный путь обрести благоволение в очах Божиих и прощение — сделать добро тем, кто в нем очень нуждается. Нам иногда кажется, что мы, сделав какие-то гадкие дела и исповедовавшись в них, автоматически получаем разрешение грехов. Однако нужно понимать суть и смысл исповеди. Через исповедь происходит воссоединение согрешившего человека с общиной, которая сподобляется причастия Святых Христовых Таин. Но что происходит на небесах, мы не знаем, и совершенно очевидно, что не через каждую исповедь прощаются все грехи. Даже если человек исповедуется перед смертью, это не означает, что он святым и безгрешным переступает границу земной жизни, что он без грехов предстанет пред Божественным судом. Что же действительно освобождает нас от грехов? То, что освободило блудницу, возлившую миро на ноги Спасителя, — совершение добра. <…> Через совершение добра мы сподобляемся получить разрешение наших грехов от Самого Господа. Вот таким смыслом наполнен сегодняшний день, <…> с новым пониманием того, как нужно жить, что должно быть в центре нашей жизни, чем бы мы могли угодить Богу и получить прощение грехов, избавление от всего того, что тяжким бременем ложится на совесть» (http://www.patriarchia.ru/db/text/5419611.html ).

«Новое понимание» весьма смелое (это я безо всякой иронии говорю) – и достойное внимательного рассуждения. Хотя бы потому, что оно поднимает целый ряд вероучительных проблем, касающихся самой сути нашего спасения.

Итак. «Единственный путь обрести благоволение в очах Божиих и прощение — сделать добро». Как раз единственный путь другой – это покаяние в церковном таинстве, совершаемом по благодати Божией и по вере кающегося. Без веры в Господа Иисуса никакие дела не могут ввести в Божие Царство, и учение Христа на эту тему однозначно. Да, добрые дела важны – и горе тому, кто их не совершает. Это свидетельствует о слабости веры. Добрые дела, дела веры для христианина – нечто естественное, ведь, как говорит Его Святейшество в той же проповеди, «не может добрый человек не делать добра». Но спасаемся мы не благодаря «копилке добрых дел», а только и исключительно благодаря Божией милости и благодати. Однозначны слова апостола: «Благодатью вы спасены через веру, и сие не от вас, Божий дар: не от дел, чтобы никто не хвалился» (Еф. 2: 8-9). Как верно подметил один из моих корреспондентов, в разрешительной формуле на исповеди говорится не «добрые дела твои очищают тебя», а «Господь и Бог наш Иисус Христос, благодатию и щедротами Своего человеколюбия, да простит ти, чадо, вся согрешения твоя». Как мне написал другой собеседник - слава Богу, нет у нас, христиан, понятия кармы. Одним молниеносным действием Божиим может истребиться всякое зло и может дароваться новая жизнь. «Ныне же будешь со Мною в раю» (Лк. 23: 43), - сказал Господь совершенно грешному человеку, и вся его «негативная карма» вмиг обнулилась, и он удостоился Царства за одно лишь исповедание веры.

Далее. «Что происходит на небесах, мы не знаем, и совершенно очевидно, что не через каждую исповедь прощаются все грехи». Как раз мы знаем, что происходит на Небесах, и знаем точно. Господь Иисус говорит апостолам и через них Церкви: «Что вы свяжете на земле, то будет связано на небе; и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе» (Мф. 18: 18). Одна из главных бед наших прихожан – неверие в Божие прощение, которое подается в таинствах Покаяния и Евхаристии. Кается человек в старых грехах на каждой исповеди… Но зачем тогда вообще это таинство, если грехи в нем якобы не прощаются?! Слово Божие – Писание и Предание - ясно говорит о снятии вины за грех Господом Распятым и Воскресшим в Его Церкви. Другое дело, что в жизни могут сохраняться последствия тяжких грехов – и они нуждаются в духовном врачевании, в том числе через добрые дела. Например, многие женщины, делавшие аборт, и прочие убийцы брали на себя труды милосердия и аскетические подвиги – и Господь явно давал им очищение, дарил новую жизнь в Нем. Что уж говорить о преподобной Марии Египетской (она, кстати, каритативной деятельностью формально не занималась, но пример ее жизни есть лучшее дело милосердия для нас грешных и для всего мира). Отдельный случай – исповедь неискренняя, утаивание грехов, но здесь, кажется, не о нем речь, а об исповеди настоящей, правильной, действительной.

Далее. «Даже если человек исповедуется перед смертью, это не означает, что он святым и безгрешным переступает границу земной жизни, что он без грехов предстанет пред Божественным судом». Здесь, конечно, мы подступаем к величайшей тайне. Видение о мытарствах блаженной Феодоры, насколько я тщусь понять, может говорить о грехах и исповеданных, и неисповеданных. (Скажите прямо, если я неправ). Некоторые картины иного мира, описанные духовидцами, допускают, что на суде исповеданные грехи не уйдут из Божия внимания – наряду с верой и добрыми делами. И здесь Патриарх стоит на стороне традиции аскетического тайновидчества, разрушающей глупый рационализм и формализм, который понимает все упрощенно («покаялся = судимость снята»). Но что сказать о таких словах Спасителя: «Слушающий слово Мое и верующий в Пославшего Меня имеет жизнь вечную и на суд не приходит, но перешел от смерти в жизнь» (Ин. 5: 24)? А о таких словах Ветхого и Нового Заветов: «Я буду милостив к неправдам их, и грехов их и беззаконий их не воспомяну более (Евр. 8: 12; Иер. 31: 34)? А вот об этих словах: «Если будут грехи ваши, как багряное, — как снег убелю; если будут красны, как пурпур, — как во́лну убелю» (Ис. 1: 18)?

Да, Господь помнит – а лучше сказать, знает - каждый наш грех. Но точно ли каждый из них будет «пунктом обвинения» на суде – частном и общем? С учетом покаяния, с учетом тех же добрых дел? Можете считать меня «либералом», )) но я все-таки склоняюсь к действительности вечного Божия прощения, совершаемого через таинства Церкви уже здесь, в земной жизни. И дерзаю напоминать об этом прощении унылым и отчаянным. Ведь их состояние, увы, противоположно твердой вере в Бога и «совершенной уверенности в надежде», стяжать которую призывает нас апостол (Евр. 6: 11).