Все записи
21:31  /  23.03.21

1250просмотров

Сексизм - дело тонкое

+T -
Поделиться:

1) Предварительные замечания.

Сама тема данного эссе, озвученная в названии (и смежные с ней, которые неизбежно возникнут по ходу), может вызвать достаточно противоречивые реакции различных групп людей. Поэтому я считаю важным привести некоторые подготовительные разъяснения. Также предупреждаю читателя от поспешных выводов после прочтения первых параграфов этого эссе, так как различные тезисы, приведенные вначале, будут во второй части оспорены антитезисами, затем и к антитезисам будет применена такая же операция - и так может повториться несколько раз.  

В силу того, что я уже около 30 лет профессионально занимаюсь консультированием, а, кроме того, еще и специальной практикой по формированию некого достаточно прозрачного «рабочего состояния», у меня выработался навык совершенно спокойного отношения практически к любым особенностям в мировоззренческой позиции, образе жизни, взглядах и поступках людей, с которыми я работаю. Безусловно, как и у любого человека, у меня есть собственные (довольно гибкие) взгляды и приоритеты, и я не решусь назвать себя человеком абсолютно безоценочным. Но в консультационной работе и культурологических исследованиях я, насколько диапазон внимания позволяет наблюдать за проявлениями личностных мотивов и ангажированности тем или иным мировоззренческим дискурсом, стараюсь эти проявления минимизировать. Это, с одной стороны, позволяет мне надеяться, что мой критический анализ некоторых феноменов вызван, в основном, таким мотивом, как интерес к самому процессу исследования, а с другой стороны, все-таки, не гарантирует какой-то «чистой объективности», не окрашенной моими личностными предпочтениями. К тому же, выбранную стратегию можно назвать, в некоторой степени джокерской (игра на парадоксах, с целью приглашения читателя к позиции допущения диаметрально противоположных взглядов).

Далее: по ходу эссе я смешиваю языки различных, не очень совместимых, концепций (например, глубинной психологии К.Юнга, архетипической психологии Дж.Хиллмана, постструктурализма Ж.Делеза и др.), что для любого вовлеченного в ту или иную Гильдию специалиста принципиально невозможно — оно действительно невозможно, если следовать букве и логике каждого из этих учений — и дело не в том, что мои знания в этих дисциплинах поверхностны — отнюдь — просто я даю себе право не вовлекаться в эти учения настолько, чтобы быть ими поглощенным. Возможно это - благодаря отказу от логических сведений различных координатных систем — в пользу «интуитивной подгонки». Если это сравнивать с физико-математическими дисциплинами, то «процесс вычислений», в данном случае, оказывается «небрежным и как бы некорректным», но результирующая «формула», тем не менее, верна.

И, наконец, в завершении этого осторожного вступления к разговору о сложной и, для кого-то, возможно даже болезненной теме, напомню несколько тезисов об отношении к истинности или ложности той или иной информации, утверждений, концепций. Примерно до 70-х годов 20 века в науке и культуре господствовали глобальные обобщения, претендующие на некую единственность и объективность. После революционных работ философии постструктурализма - попытки найти объективность и единственность встречаются все реже в серьезной науке. Вместо единственно истинного взгляда, приходит понимание, что любой взгляд неизбежно субъективен (что, к тому же, подтверждается и квантовой механикой) и зависит от многих факторов (все из которых не учесть человеческому уму), так что философский, социологический и культурологический дискурс стал обращаться не к глобальным обобщениям, а к коллажным моделям, учитывающим место, время и контекст любой концепции.

Таким образом, мы не можем, в описаниях явлений и событий, избежать таких категорий, как адресность (какой аудитории эти описания адресованы - для разных аудиторий - иногда совсем небольших - десятков людей, а иногда огромных - в сотни миллионов человек - описания могут существенно отличаться), контекстуальность (в связи с каким контекстом связано описание), и историчность (в какой конкретно-исторический момент дается описание). Почему? Потому что важно не некое "объективное отображение ситуации", а то - сможет ли некая информация, концепция, описание, утверждение - для данных адресатов, в условиях конкретного контекста и исторического момента способствовать расширению картины мира.

Кроме того, практически любое знание и, основанная на этом знании деятельность, осознаем мы это или нет – подкрепляет тот или иной идеологический дискурс, а, стало быть, служит тому или иному социально-политическому и экономическому заказу. Таким образом, здесь возникает еще один критерий - на какую идеологию работают те или иные описания? Это уже большая отдельная тема, которой посвящены труды многих философов, и я не стану ее детализировать, ограничившись напоминанием.

2) Итак, к делу.

Дабы сразу же пустить в ход какой-нибудь пример, близкий к заявленной теме, и, одновременно иллюстрирующий принципы адресности, историчности и контекстуальности, вспомним старый добрый советский фильм «Москва слезам не верит».

Гоша, он же Гога, он же Жора вскоре после знакомства с главной героиней, выдвигает ей ультиматум: «Решения буду принимать я, на том простом основании, что я – мужчина!»

В то время (1978г.) эта фраза подавляющим большинством зрителей воспринималась не только нормально и адекватно, но и способствовала восприятию Гоши, как того самого «настоящего мужика», в котором женщины того времени нуждались. В Гошу после выхода фильма на экраны было явно или тайно влюблено множество женщин бывшего СССР.

Но шли годы, и спустя 30-35 лет после выхода фильма изменился и контекст, и адресаты, да и сама эпоха. И вот уже в 2014-15гг выходят несколько «разоблачительных» статей разных психологов, в которых Гоша-Гога-Жора объявляется незрелой личностью, более того – сексистом, нарциссом и абъюзером (если кто-то не знаком с этими терминами – стоит заглянуть в википедию, так как, вероятно в самом ближайшем будущем они могут стать общеупотребимыми).

Пример сей я привел для затравки, далее – еще немного важных определений.

3) Война идеологий.

В конце 20 – начале 21 века предельно обострились два фундаментальных идеологических противостояния:

Маскулинное – Феминное

Традиционализм – Современность

По поводу Маскулинного и Феминного очень важно избежать буквального отождествления с физическим полом. В каждом мужчине и в каждой женщине есть и определенная доля Маскулинности и определенная доля Феминности. Причем, в некоторых случаях (что еще в начале 20 века блестяще доказал Отто Вейнингер в книге «Пол и характер») в некоторых мужчинах может быть даже намного больше Феминного, а в некоторых женщинах – Маскулинного (что не обязательно коррелирует с сексуальной ориентацией).

А вот как раз буквальное отождествление физических мужчин с Маскулинностью, а физических женщин с Феминностью и порождает не только путаницу, но и крайне драматический конфликт на уровне мировоззрения и поступков, что, помимо и без того уже накаленного противостояния Феминного и Маскулинного, подливает масла в огонь.

В связи с этим важно понимать, что линии напряжения Маскулинного и Феминного проходит внутри каждого мужчины и женщины. А кроме этого, этот конфликт проецируется (где-то явно, а где-то подспудно) и на уровне физических мужчин и женщин.

Коротко о втором идеологическом противостоянии: Традиционализм – Современность.

Для Традиционализма, который господствовал, примерно, до середины 20 века, характерны два основных тезиса:

- Существует некая центральная Истина, вокруг которой в иерархическом порядке располагаются более частные ее интерпретации. При этом структура авторитетов и экспертов в различных областях достаточно устойчива и может отличаться лишь в случаях счетного количества (чаще всего, не более 3-10) идейных противников (примерами могут быть религии и враждующие классы, расхождения в области научных школ носят большей частью инструментальный характер).

- Жизнь человека и его личность не являются доминирующими ценностями, они - лишь средства для достижения надличностных идеалов – религиозных, идеологических, классовых).

Тезисы, кратко характеризующие Современность, идеологию начинающую доминировать с конца 20 века:

- Абсолютный плюрализм и отсутствие единой истины и авторитетов. Высказывания Васи Пупкина, не зависимо от их научной или даже практической обоснованности, но набравшие тысячи лайков в соц-сетях, могут иметь гораздо больший вес для формирования общественного мнения, чем высказывания на ту же тему Платона, Гегеля, Хайдеггера и т.п.

- Жизнь человека и его личность – главная декларируемая (!) ценность. Все остальные ценности и идеалы призваны служить всему, что считается благом для личности.

Несмотря на достаточно выраженное (и все более увеличивающееся с каждым годом) преобладание идеологии Современности, борьба ее с Традиционализмом еще далеко не окончена, напротив, она сейчас в наиболее острой фазе. И эта линия напряжения (сознает ли то конкретный человек или нет) проходит также внутри каждого человека.

4) Небольшой уклон в конспирологию.

Этот уклон нужен в качестве инструментального приема, от которого мы далее уйдем достаточно далеко (так что не стоит ожидать при чтении данного и следующего параграфов, что я выведу читателя к очередной теории «мирового заговора» и т.п.)

Как управлял массами Традиционализм?

Прежде всего, через лозунги, призывы и идеи. Для человека нормальным является служение какой-то идее, чему-то трансцендентному. Но когда внутренняя связь с духом подменяется догмами - религиозными, идеологическими, научными и т.п., за которые человек жертвовал важнейшими для него ценностями, а, порой, и самой жизнью – это были во всех смыслах напрасные жертвы. И таковых подмен в эпоху господства Традиционализма было немало.

Как управляет массами Современность?

Гораздо более изощренно, жестко и, самое главное, неявно. Декларируя жизнь и личность человека основной ценностью, выстраиваются колоссальные по масштабу и многоуровневости цепочки манипулятивных действий, которые, в конечном итоге, под лозунгом «для вашего блага и безопасности» превращают человека одновременно в транслятора и защитника (порой яростного) технологий, которые его же неявно и лишают сил, возможностей, ресурсов…

Например, берутся какие-то единичные прецеденты драматичных или даже трагических событий (в которых, однако, количество пострадавших сравнимо со статистикой пострадавших от упавших сосулек) – они могли реально происходить, могли быть специально созданы, а могли быть сфабрикованы как фейк – а далее, путем вброса в медийное пространство, вокруг этих событий формируется общественное мнение. Результат: люди сами требуют введения каких-то ограничений, вплоть до принятия соответствующих законов. В итоге массы временно успокаиваются с мыслью, типа «ничего - потерпим (затянем пояса и т.п.), зато теперь наша безопасность гарантирована законом».

Другой пример – создание тенденции, моды, тренда и т.п. и раскрутка их (при помощи т.н. «двойных – скрытых приказаний») до такой степени, что несоответствие им вызывает у человека чувство зависти, вины, стыда или страха.

Третий пример – навешивание постыдных ярлыков на некоторые явления, которые ранее, в эпоху Традиционализма, считались вполне нормальными и адекватными. Происходит это незаметно, но быстро, приправляется соусом «открылись-таки глаза на то, что годами (веками) замалчивалось, но с развитием науки и прогресса стало явным». Перепрошитое таким образом сознание человека готово к тому, чтобы кормить мегакорпорации юриспруденции, медицины, фармакологии, психологии, псевдо-эзотеризма, производства ненужных безделушек и т.п. за счет себя (избегая случая быть заклейменным) или клеймя ближнего, который, будучи заклеймен, уже вынужден будет кормить все эти корпорации. Экстраполируя такую тенденцию в ближайшее будущее, можно предположить, что большую часть ресурсов (денег, сил, здоровья) мы будем отдавать адвокатам и судам по доносам друг на друга за практически любое неосторожное слово или взгляд (при дальнейшем развитии технологий – и мысль) по все увеличивающемуся количеству поводов и контекстов, затем поправлять пошатнувшееся (от этих тяжб и хронического чувства вины и страха несоответствия) здоровье у психотерапевтов, магов, в медицинских центрах и аптеках, магазинах биодобавок, в фитнес-центрах и на различных тренингах.

И это лишь три примера из десятков, спекулирующих только на поддержании лозунгов о личной безопасности и неприкосновенности, правах человека, стабильности и каких-то липовых гарантий.

Позиция Традиционализма, безусловно, гораздо более человечна, несмотря на то, что ценность жизни и личности там не декларируется, как основная. Кроме того, Традиционализм гораздо более масштабен, в нем, в отличие от Современности не прервана связь с Духом, так как человек не является только личностью (по образному выражению В.Пелевина «единственный путь к бессмертию для капли воска – это перестать считать, что она капля, и понять, что она и есть воск»), и надличностные ценности жизненно необходимы - человеку важно жить и умирать во имя чего-то большего, чем его личность.

С другой стороны, невозможно уже делать вид, что Традиционализм в современных условиях может существовать в том виде, в котором он себя являл ранее. Ситуация непримиримого конфликта Традиции и Современности может найти разрешение лишь в неком синтезе – возможно, это путь размыкания циклического времени Традиции и ее качественная деконструкция, в ходе которой «ребенок не окажется выплеснут вместе с водой». Некий динамический баланс (опять же, контекстуальный, адресный и историчный), когда «и человек - для мира, и мир - для человека».

Вопрос этот, однако, выходит за пределы данного эссе. И пока он, увы, не решен, а сами попытки его решить единичны и, на общем фоне обострения противостояния – практически незаметны.

4) Парадокс нетолерантной толерантности.

Современность требует безусловной и беспрекословной толерантности к самым разнообразным (порой, с точки зрения Традиционализма – вычурным) меньшИнствам, но, с другой стророны абсолютно нетерпима к любым проявлениям сомнений в сторону этих меньшИнств и их попыток навязывания своих правил игры большинству.

Задействуются болевые точки различных субкультур – проводится «разъяснительная работа» по их вековой дискриминации и важности восстановления равенства в правах. Так как эта «разъяснительная работа» задействует болевые точки – неизбежно возникает агрессия ко всем не «нашим» для данной субкультуры. Как следствие – неявно начинается массовая «охота на ведьм и ведьмаков». В ряде стран эта «охота на ведьм и  ведьмаков» уже закреплена юридически, в других идет подготовительная обработка общественного мнения и подготовка к юридическим актам.

Современная версия психологии в фокус внимания выводит понятие «травмы». При этом неявно меняются местами причина и следствие.

Игнорируется изначальное понятие: само по себе событие, вызвавшее, к примеру, боль и негативные чувства - травмой не является и, затухая со временем, не влечет за собой фиксацию и деформации личности и поведения! Травму создают уже механизмы защиты. А они формируются дискурсом. До тех пор, пока некое событие не внесено в реестр «травматического» и не прописано там, т.е. пока оно не становится укорененным в языке и «легитимным» - оно не может вызвать фиксации, а следовательно, травмы - со всеми вытекающими деформациями личности и поведения. Современность (опять же под лозунгом «все для вашей безопасности») непрестанно пополняет реестр событий – (активируя, тем самым, все новый круг пускателей защитных механизмов), становящихся, травматичными. Эти, казалось бы, очевидные подмены не замечаются большинством профессиональных психологов, хотя подобный эффект "замыливания глаз" описан в сказке "Голый король". Нужно, чтобы кто-то (не один, но 1000 человек будет достаточно) увидел подмену (как и в других упомянутых ситуациях) и объявил о том, что "король-то голый". 

Итак: список травмирующих событий пополняется, создавая повод для сверхприбыли корпораций юриспруденции, психологии, медицины и фармакологии, и института сертифицирования.

Заготовки для перепрошивки сознания неявно спускаются от элит через СМИ.

Власть же на местах осуществляется посредством самого эксплуатируемого электората: блогеры и активисты соц.сетей, психологи, юристы, педагоги, воспитатели, врачи, тв-шоу и широкая общественность.

Задачи, решаемые таким образом Современностью все же стары:

Разделение и властвование.

Разделение и разобщение, разжигание конфликта между мужчинами и женщинами, между представителями различных взглядов и мнений по все более частным вопросам через интернет и соц.сети. В конечном итоге это ведет к капсулированию индивидов, и, в перспективе – враждебности каждого против каждого и всех.

Вопрос: этот процесс можно назвать прогрессом или это регресс? Ответить однозначно невозможно - опять же – смотря от контекста, адресата, времени и на какую идеологию это работает.

5) Сексизм и харассмент.

Сексизм – где-то уже соответствующие запреты юридически закрепленны, где-то пока еще нет. Например, в окрестностях Урюпинска еще вполне возможно совершенно спокойное отношение к тому, что «веселый бригадир доярку щиплет возле стога» (что подкрепляет, кстати, и его маскулинность и ее феминность). Прогноз - через несколько лет, а то и месяцев, этот же бригадир не сможет проявить свою маскулинность безнаказанно (кстати, ущерб от этого скажется и на доярке, но доярка уже будет другой (!), с перепрошитой системой ценностей, поэтому своего ущерба не сможет осознать).

Сексизм и харассмент как понятия относятся, прежде всего, к мужчинам, а если продолжить мысль, которая обычно блокируется – то к самому фундаментальному принципу Ян (активность, соблазн, овладение, напор).

Если учесть, что при социально конституированном патриархате, множество конкретных мужчин и так находились под каблуком, то очевиден явный крен и нажим на маскулинность - внешнюю, а как следствие взрыв внутренней агрессии и у мужчин и у женщин – неврозы, психозы, депрессии, суицид, а у тех, у кого защитные механизмы срабатывают в обратную сторону – обострение внешней агрессии и того самого харассмента, против которого, якобы и ведется борьба.

Как следствие повышается спрос на защиту от насилия и пополненяется армия психологов с перепрошитой институтом сертифицирования системой ценностей (т.е. поставленной на службу Современности), которые замыкают, как в радиотехнике, «положительный контур обратной связи» - борясь с харассментом, выдавливают агрессию в Тень, подготавливая почву для ее прорыва во все более жесткие вспышки харассмента. Попытка «сбросить Ареса с Олимпа» неизбежно приведет к неконтролируемому взрыву его теневой стороны – как внешне, так и внутренне – через обострение психических и соматических расстройств и увеличение летальности, а также через, казалось бы, ничем не мотивированные все более частые вспышки явного насилия.

При этом, так как линии напряжения проходят внутри каждого человека (а все мы вплетены в единую структуру коллективного бессознательного), то все эти процессы будут происходить в равной мере и среди электората, и среди элит.

Важно! Самое жесткое и самое серьезное насилие маскируется, путём перевода стрелок на частные случаи и частные лица (а как еще может быть в Современности, где во главе угла – личность?), при этом основной и самый опасный источник насилия – дискурс глобализации - оказывается вне внимания широких масс, а, следовательно, работа с причиной, таким образом, блокируется.

Цепочка – «границы, абъюзинг, газлайтинг, сексизм, харасмент, усиливаемый корпорациями психологии, юриспруденции, медицины, фармакологии и др.» - следствие этого - разделение и капсулирование людей, война мужчин и женщин (скрытая и явная), усиливающееся напряжение по линии Феминности-Маскулинности внутри каждого человека.

Не учитывается (или учитывается?), что бомбанет у всех, в т.ч. у тех, кто сейчас получает на этих цепочках сверхприбыль…

6) Мифологические этапы становления Героя.

Развитие индивида проходит те же этапы, что и развитие вида в целом. Развитие же вида (человечества) отражено в мифологии.

Ученик и соратник К.Г.Юнга – Эрих Нойманн в фундаментальных работах «Великая Мать» и «Возникновение и развитие сознания», опираясь на исследования мифологии, детально описывает два (по сути, одновременных) процесса – возникновение и развитие сознания и путь становления Героя (Маскулинный героический путь).

Великая Мать, наряду с ее важнейшей функцией – порождения жизни, одновременно имеет и второй лик – Ужасной Матери, которая десятки тысяч лет является основной причиной насилия над Маскулинностью (и мужчинами, в частности), а также служит основным препятствием на пути развития сознания и взросления личности – в глубинной психологии этот феномен известен как т.н. «Материнский комплекс» или «символическая кастрация Великой Матерью».

Но (!) Маскулинность и становилась Маскулинностью через героический путь, героический миф, проходя закалку путем преодоления Материнского комплекса – это сам по себе важный эволюционный механизм.

С этим в ходе обозримой истории до середины 20 века вопросов не возникает.

Э.Нойманн выделяет несколько стадий развития сознания и, одновременно, героического пути.

1. Стадия Уробороса – растворение в бессознательном.

2. Сезонный царь – десятки тысяч лет Матриархата – жрицы Великой Богини Матери выбирали юношей на роль царя на сезон. В течение сезона этот «царь» оплодотворял жриц и считался номинальным правителем (исполнителем воли жриц). По истечению срока – умерщвлялся (чаще всего, путём кастрации).

3. Нарцисс – первая героическая (!), но неудачная попытка отрыва от Великой Матери – необходимый этап становления сознания и пути Героя.

4. Ипполит – второй этап пути Героя и становления сознания. Бегство. Первое проявление активности и дерзновения. Для Ипполита бегство завершается гибелью (бешенные лошади его разбивают), но, если рассматривать Ипполита как стадию развития, то это отрыв от Великой Матери с возможностью трансформации (смерть-возрождение в новом качестве уже на следующей стадии).

5. Гильгамеш – первая удачная ступень сепарации от Великой Матери и обретения независимости. Гильгамеш отвергает предложение стать любовником (Сезонным царем) Великой Богини, сознавая свою миссию и ответственность – у него есть Дело – защита и обустройство его города. Великая Богиня в гневе насылает яростного быка, но Гильгамеш побеждает его, обретая самодостаточность. Но эта самодостаточность еще не полная. Он одинок. Также, как и Герои следующей (промежуточной) стадии.

6. Геракл, Персей и др. – совершают подвиги (включение субъективной Воли), все более утверждая свою независимость.

7. Одиссей. Он проходит все предыдущие стадии от 1 до 6 в ходе своих странствий. Но! Он не одинок. Его супруга Пенелопа - пока Одиссей в своих странствиях проходит все этапы героического пути, - она занята своим деланием (каждый день сплетает и расплетает ковер и отгоняет женихов). Здесь достигается союз Маскулинности и Феминности (Герой успешно приходит к Аниме и воссоединение с ней сулит возможность кульминации индивидуационного пути – Самость).

Начиная с Античности, к Средневековью и Возрождению количество «Гильгамешей», «Гераклов» и «Персеев» возрастает, появляется и уже достаточно заметное число «Одиссеев». Этот процесс достигает апогея к концу 19 века.

В ходе двух мировых войн и других драматических процессов 20 века – бОльшая их часть оказывается уничтожена, а далее процесс прироста Героев идет на убыль, достигая к эпохе Современности – критического минимума.

Почему?

7) Почему в начале 21 века обострилась тема т.н. «границ»?

Начиная с конца 20 века в Америке и Европе, и, примерно с 2008-2012гг в России, вдруг мы оказались окружены злобными нарциссами, абъюзерами, газлайтерами и тема личностных границ (до той поры являвшаяся в психологии и блогосфере одной из достаточно важных, но, в то же время, проходных тем) стала центральной. Во внешнем мире мы можем наблюдать установление массивных дверей, видеокамер, на месте формальных заборчиков на дачных участках – 2-3-метровые каменные ограды с колючей проволкой и т.п.

Одновременно возникает, активно обсуждается и юридически закрепляется (или готовится к юридическому закреплению) Табу на сексизм – активное проявление Маскулинного поведения (соблазнение, завоевание, активность). Нарцисс и сексист - превращаются в позорные ярлыки, а, стало быть, общественное мнение табуирует саму возможность героического пути и становления Маскулинности. 

Одновременно стимулируется и акцентируется темы насилия, хотя по факту - начало 2000-х время наиболее безопасное по сравнению с прежними десятилетиями, столетиями и т.д.. Открылись глаза? Прогресс?

Героический путь практически закрывается, а значит - Маскулинность и само проявление автономного сознания (!) резко идет на убыль.

Чем это грозит для всех?

«Настоящих буйных мало, вот и нету вожаков»… - не в этом ли вопрос? Да, ведь те, Герои с проявленной Маскулинностью могут быть кандидатами в формальные и неформальные лидеры, а это категорически не приветствуется Современностью.

Те выраженные Маскулинные лидеры, среди которых - Цезарь, Александр Македонский, Наполеон и др. (бОльшего или меньшего масштаба) были вооружены копьем, мечом, ружьем...

В 20 веке – Гитлер, Сталин, Муссолини, Мао – уже вооружены новейшими технологиями, далее, и, что очень важно – магией вкупе с экспериментами по управлению массовым сознанием (социальной магией). Человек решил что он управляет ситуацией на Земле. С 1945г у лидеров многих держав появляется ядерная кнопка….

И тут важен следующий поворот темы.

Попробуем очень приближенно и метафорически взглянуть на вопрос не с человеческой, а с Ноосферической точки зрения. Безусловно, она не антропоморфная, хотя можно ограничиться идеей коллективного бессознательного. 

Скорее всего, для Ноосферы - человечество, вошедшее в фазу Современности, потенциально опасно, так как возник опасный для планеты дисбаленс по ряду параметров.

Прежде всего - по вопросу о роли личности в истории. Перевод внимания на личности – следствие идеологии Современности. Но элиты, теневые кардиналы, Ротшильды и т.п. – сами заложники бессознательного. И через них транслируется (очень искаженно - это важно понимать!) задачи Ноосферы – ослабить зарвавшееся человечество, возомнившее себя венцом творения. По сути - это вопрос, опять же, не ко всему человечеству, а к самим элитам, так как именно они так считают и пропагандируют. И ослабить Ноосфере нужно именно их, но они хитрО переводят стрелки на массы, желая уйти от ответственности.

Но структура Ноосферы не различает, к примеру, Ким Чен Ына сидящего в броневике с ядерной кнопкой) от веселого бригадира, желающего проявить свою маскулинность всего лишь в масштабах стога сена с дояркой.

Поэтому начинает косить всех подряд.

В элитах-то тоже практически нет сейчас (за редчайшими исключениями) Маскулинности и Маскулинных вожаков. Социум вновь наполнен лишь Сезонными царями, более того и управляют социумом тоже своего рода Сезонные цари или кое где еще Нарциссы, но не более.

Тема статьи – сесксизм, поэтому я не буду затрагивать болезненный вопрос положения дел в России (иначе все растянется на очень большой текст), поэтому примеры приведу из других регионов мира.

Карикатурный пример сексизма Клинтона отыгран как по нотам, а затем мальчики-Сезонные цари Буш и Обама – добивают последних претендентов на Маскулинность – Хусейна, Каддафи и др. Хорошо это или плохо? Для Ноосферы? Сложно сказать... Но (!!!) выход мог бы быть и иным – разгерметизация и ограничение технологической гонки, которая, кстати, многих, увы, восхищает. Интеллект слишком перегнал развитие остальных функций.

Элиты, вероятно, понимают, что Ноосфера может радикально решить вопрос через катаклизм и т.п., поэтому им нужно выкачать из масс и откуда угодно деньги и ресурсы, чтобы выжить - кто угодно на их месте, попав в эту схему, действовал бы так же.

Но деньги и ресурсы они вкачивают опять же в развитие технологий и герметизацию.

А нужна разгерметизация !!! 

Но вряд ли этот маховик можно остановить. Разве что на индивидуальном уровне – спасайся кто может.

И даже можно рассчитать кому как индивидуально выйти из патовой ситуации (если вы, конечно, согласны, что она таковая). Но это отдельный вопрос – я буду постепенно публиковать отдельные варианты рекомендаций. Можно спрашивать.

Кстати, можно вернуться и к тому – почему идеология Традиционализма сменилась Современностью, хотя еще идет эта невидимая война – потому что исторические процессы тоже не оторваны от взаимодействия с Ноосферой в целом.

И, если до начала 20 века ситуация с проявлениями насилия (как Ареса) и не только - вполне описывалась концепцией Л.Н.Гумилева («Этногенез и Биосфера» и «Древняя Русь и Великая степь»), и пассионарий был воплощением высшей степени Маскулинного, - то, чем далее, тем более сложна механика этого процесса.

Пожалуй, вполне конкурентноспособной может быть гипотеза о том, что подлинным «заказчиком» современных войн и насилия являемся мы все, бессознательно (что не отменяет ответственность каждого) вовлекаясь в соблазн получать вторичную выгоду от стравливания между собой сил Маскулинности и Феминности.  

Далее я время от времени буду кратко писать о том, как все это более детально разворачивалось и разворачивается, и, скорее всего, будет разворачиваться. И что можно сделать.

В индивидуальных случаях (кстати, и от представителей элиты, если эта информация дойдет до них) могу дать индивидуальные же ответы.

Данное эссе представляет собой некий тезисный промежуточный итог моей работы, продолжающей идеи, выдвинутые учеником и реформатором К.Г.Юнга, создателем Архетипической психологии – Джеймсом Хиллманом по локальному (в пределах референтной группы) исцелению (балансировке) дискурса.

Работой же по исцелению (балансировке) дискурса для каждого, кто ощутил резонанс с тем, что я написал, или даже с отдельными тезисами - могут быть попытки освобождения от Морока и ответ на вопрос: «Мой (ваш) вклад в уничтожение себя, Жизни и Земли».

________________________________________________________________________

5. Приложение***: О групповых механизмах защиты или почему у тех, кто вовлечен в некую субкультуру или некое меньшИнство возникает неприятие и отторжение даже конструктивной критики или даже просто противоположных взглядов.

Явление коллективных культурных «комплексов» и механизмов защиты в начале 2000-х исследовал культуролог Томас Сингер в работе «Культурный комплекс и архетипические защитные механизмы группового духа». Юнг выявил теорию комплекса как описания процессов, происходящих в психике индивида. Опираясь на это, многие авторы приближаются к термину «культурный комплекс», свойственный определенным группам и культурам, который оказывает непосредственное влияние на индивида, но не является его личным, а принадлежащим группе, объединенной национальным, религиозным, расовым, гендерным или каким-либо другим культурным или социальным принципом. Аналитический психолог Джейн Харрисон описывает два события – мифологический, отсылающий к архетипическому слою, и реальный, наглядно демонстрирующий схожий культуральный. Древнегреческий миф описывает взятие под защиту младенца Зевса куретами – энергичными даймонами. По такому же сценарию произошел случай с кубинским младенцем, оказавшемся в Америке в результате бегства его матери с Кубы. После смерти матери младенец получил поддержку американской кубинской диаспоры, вставшей на защиту своего ущемленного «божества» и призывавшей оставить его в США, хотя американцы некубинского происхождения считали, что правильнее вернуть младенца оставшемуся на Кубе отцу. Кубинская диаспора здесь выступает в роли упоминавшихся куретов, стремящихся защитить коллективный дух группы, олицетворяемый младенцем. Другой аналитический психолог – С.Клашед, исследования которого приводит Томас Сингер, показывает механизмы защиты личностного духа. Некоторые черты этого механизма-комплекса: 1. Сама травма не разрушает психику, психику расшатывают механизмы защиты. Стремясь оградить эго от угрозы разрушения, эти механизмы с одной стороны, включают агрессию в сторону внешнего «угрожающего» мира, с другой – в сторону защищаемого эго, не давая тому переступать линию защиты в виде ограничений, изолирует его. Причем интроспективная агрессия может разрушать саму психику. 2. Результат такого воздействия – дробление психики. Она ограничивается определенными паттернами поведения. Эти паттерны типичны и архетипичны. 3. В результате индивид становится неспособным к эффективной агрессии, сдерживаемый этими комплексами поведения. 4. В результате дробления изначальное «Я» погружается в спячку и внешнему миру предъявляется ложное «Я», ведущее себя адекватно при небольших стрессах, но срывающееся при больших. 5. Это ложное «Я» обычно выступает в роли опекуна-«курета». 6. Осознание себя обиженной жертвой требует повышенного внимания, потребностей в любви, признании и свободы. 7. В окружении этих психологических защит-«куретов» остается израненный ребенок, это окружение ранит и его и окружающих. Если вспомнить первый источник, то в данном случае происходит очень похожий процесс, где травмой будет ущемление какой-либо социальной группы, защищаемым младенцем – ее групповой дух, куретами – агрессивная составляющая психики группы, причем другим группам будет видна, в основном, именно эта характеристика ущемленной группы. Миру будет виден не беззащитный, ущемленный «младенец-групповой дух», а агрессивные и беспощадные лидеры группы. Такой групповой комплекс активизирует и усиливает личные комплексы индивидов, по сути не являясь индивидуальным. За таким групповым комплексом индивиду легче спрятать свой личный комплекс, он будет для него защитным механизмом от собственного комплекса. Еще одна характеристика комплекса – биполярность, когда одна часть комплекса ассоциируется с индивидом, а другая прикрепляется к другому индивиду, подходящему к специфике комплекса. Эта же биполярность прослеживается и у групп. Социальные противоборства наглядно демонстрируют механизм группового комплекса, когда интересы группы отстаиваются наиболее агрессивными ее членами, демонстрирующими одновременно опеку по отношению к членам группы и нетерпимость к противоборствующим группам.

Особенно четко прослеживается сценарий на примере личных историй, когда люди, принадлежащие к противоборствующим группам фактом принадлежности к национальности, вероисповеданию и месту рождения, проживают сам этот комплекс, начиная с личного уровня, переходя в ходе своих исканий к культуральному – группе, в которой они родились, получили воспитание и выросли, а затем и архетипическому, например, религиозной группе.

Примеры таких противоборствующих групп, выставляющих своих радикальных представителей на передовой противоборств: евреи – католики, мусульмане – Западный мир, фрейдисты – юнгианцы, сексуальные меньшинства, феминистские и др. движения и т.п. (различного рода «наши»). Самые древние из этих противоборств образуют архетипические защитные механизмы коллективного духа. Именно противоборство «куретов» с одной и противоположной стороны требуют по крйней мере осознания этого противоборства как защитного механизма, комплекса, который требует своего разрешения. Для разрешения комплекса требуется его «испитие до дна, с осадком», на что пока нет готового рецепта групп на культуральном и архетипическом уровнях.

С другой стороны, для индивидуума важно осознание наличия этих культуральных и архетипических защитных механизмов, ограничиваться только разрешением индивидуальных комплексов не стоит, как не стоит и считать коллективные комплексы своими личными, испытывая сильное их давление и чувство вины, что позволит дать выход огромной энергии, чтобы направить ее на индивидуацию и общественные преобразования.

В групповом комплексе главной целью защитных механизмов является не личность, а группа. Группа как будто все время пребывает в боевой готовности – их групповая травма, представленная ценностью, которой угрожает опасность, страх ее уничтожения, и агрессивными защитниками даймонами, готова в любой момент к защите-нападению. Так же как и в случае с личными комплексами, культурные групповые комплексы обращаются к упрощенной картине мира, в которой роль группы ясна и понятна (белое\черное), вместо того, чтобы переживать конфликтные ситуации, неуверенность и колебания. В мире накопилось великое множество примеров, когда защитники-даймоны одной группы активируют даймонов другой группы, формируя так называемую «ось зла». Как видно, культурные комплексы склонны к протяженности во времени и повторяемости, начинают жить собственной жизнью, прописываются в культурном слое психики людей.

Томас Сингер предлагает, во-первых, учиться отделять личные комплексы от групповых, культурных, и, во-вторых, применять опыт проработки личных комплексов к исцелению отдельных групп, выявляя поведенческие сценарии, стереотипы, работая с бессознательными процессами, взращиванию осознанности итд . Причем важно, чтобы в этот процесс включилась сама группа: осознание собственных комплексов, проработка групповых психических травм призваны снизить агрессию даймонов и дать больше степеней свобод индивидуальности.

Увы, последовательные сторонники любого учения, концепции, научной или мистической школы и т.п. – являются (в большей или меньшей степени) заложниками групповых культурных комплексов. Поэтому, предложенная в моем эссе позиция дает самый радикальный шанс по обретению, с одной стороны, возможности использовать опыт и знания самых противоречивых картин мира, учений и концепций, соответственно контексту, адресату, ситуации, времени и другим факторам, а, с другой стороны, не стать заложником того или иного группового защитного комплекса.