19:35  /  10.07.14

«Нет на свете ничего прекраснее пыльной дороги с идущими по ней русскими танками» (Проза или угроза?)

«А если взять все посты Ольшанского за последние полгода ...и опубликовать единой книгой, подряд. Ни в коем случае не редактируя. Это был бы выдающийся документ. И увлекательная литература. ...Он же и пишет это как литературу». С такой идеей выступил в Фейсбуке популярнейший Антон Долин, чем вызвал бурную дискуссию, к которой, собственно, и хотелось бы привлечь внимание читателей «Сноба».

По мне так «литературный» взгляд на боевые посты Дмитрия Ольшанского – большой ему подарок. Больше всего ему и иже с ним хочется думать, что они творят литературу. Одни с ним согласны, другим - так думать не хочется, как, например, одному из комментаторов, который «читает Ольшанского и Прилепина для того, чтобы получать иммунную защиту от страшной инфекции - сознательного лицемерия, продуманной аморальности». Правда, автор поста с ним не согласен: «Захар не только талантливый писатель (любой, кто прочел "Обитель", с этим согласится), но и совершенно искренний человек. И никакой аморальности в его словах, с которыми часто категорически не согласен, не вижу и не видел. Просто он по другую сторону баррикады».

Мне лично нахождение по ту сторону баррикады представляется местом, далеким от литературы, о которой мы вроде бы толковали. Как меня когда-то учили (по Гегелю, уж извините) форма есть содержание и наоборот, во всяком случае они неотделимы друг от друга. Рассуждать о форме в отрыве от вложенных в нее смыслов? Можно, конечно, если забыть, что за этими смыслами кровавая история и миллионы убитых, а создатели смыслов - по ту сторону баррикады, где отстаивают право убивать.

Натурально, на пост не мог не откликнуться Захар Прилепин, правда, защитил он единомышленника весьма странным образом – указав на то, что «есть десяток противоположного толка журналов, где люди абсолютно глухие и менее талантливые излагают куда более людоедские взгляды».

Это правда, могло быть и хуже. «Господа, могло быть и хуже», - с этой фразы любил начинать свои речи в суде Плевако. Однажды он взялся защищать человека, изнасиловавшего собственную дочь. Зал был забит битком, все ждали, начнет ли адвокат свою защитительную речь с излюбленной фразы? Плевако был верен себе и хладнокровно произнес: "Господа, а ведь могло быть и хуже". Тут не выдержал судья. "Что, - вскричал он,- скажите, что может быть хуже этой мерзости?" "Ваша честь,- ответил Плевако,- а если бы он изнасиловал вашу дочь?"

Что может быть хуже тех щедрых обещаний, которые литератор Ольшанский раздает «либеральным гнидам»? Вот такое, например: «И здесь у вас, гниды, никакой жизни больше не будет. Сейчас вас пинками выкидывают с работы, закрывают ваши медиа, вырубают вашу малину со всех сторон. А дальше будет больше. Думаю, вы уже догадываетесь, что будет дальше. И поделом».

Оказывается, это не угроза, а проза. А вот это – поэзия: «нет на свете ничего прекраснее пыльной дороги с идущими по ней русскими танками». А это мы, мазохисты, читатели и почитатели такого рода литературы.