Все записи
09:52  /  26.01.15

35876просмотров

Из жизни габриэлей

+T -
Поделиться:

 

«У нас прекрасная молодёжь. Можно сказать, героическая. Я каждый день смотрю телевизор, и уверяю вас, что очень хорошо знаю нашу молодёжь». (Из кинофильма «Курьер».)

Сказав вот здесь, что я тоже, переключая каналы, попадала на «Дом 2» и много думала, я не приврала: действительно попадала, и действительно много думала. Хотя, может, не так уж и много, – просто больше чем следовало.

Пару лет назад я застала следующий эпизод. Мужик в трусах, здоровый лось (или скорее бык, полубык, Минотавр, заплутавший в лабиринте), силился понять происходящее (или уже не силился, ибо обессилел), бесцельно шатаясь по комнате. Возможно, он страдал от похмелья. Длинноволосая блондинка, речи ещё не утратившая, кричала на него: «Габриэль, ляж спать! Ляж спать, Габриэль!» Что-то в этих персонажах было мифологическое. Сказочное в них что-то было. Красавица и чудовище. Поэтому я ими заинтересовалась. Понаблюдала. Но они зависли, застряли. Развития не было. «Ляж спать, Габриэль!» – прокричала красавица ещё раз пять-шесть. Габриэль не понимал, мыкался вокруг неё, белея торсом и проверяя, на месте ли трусы, всё ли на месте в трусах. Отчаянье охватило девушку. Такое отчаянье, что она исторгла из себя длинное и можно даже сказать витиеватое: «Я тебе русским языком говорю, ляж спать, Габриэль!» Тут я похихикала и решила, что услышала главное. И покинула канал ТНТ. Предалась раздумьям о том, за какой срок человек способен дойти до мычания. Додумалась, что в деградации природой заложено ускорение означенного процесса. А в прогрессе заложено торможение. То есть человек тупеет быстрее, чем умнеет. Охотнее забывает старое, чем усваивает новое. Возможно, я додумалась до неправильного, и в этих вопросах просто не может быть никаких аксиом, никаких формул, ничего безусловного, т.к. не учитываются ни конкретная человеческая воля, ни генетическая предрасположенность к интеллектуальной деятельности и так далее. Чтобы не убрести в дебри, я вернулась к зрелищам: опять попереключала каналы – и опять двадцать пять, попала на «Дом 2». Мужик в трусах, Габриэль, к тому времени внял. Он уже лежал. Лежал в кровати. С той самой длинноволосой блондинкой. Он тянул к ней свои бессмысленные руки и издавал несмелые звуки му. И она снова вскричала. Надрывно. Да, то же самое: «Ляж спать, Габриэль!»

Другой случай, когда я таким же образом, пультом щёлкая, как клювом, попала на «Дом 2», привёл меня и вовсе в замешательство. Это было не помню сколько лет назад. Лет пять, наверное, если не больше. Другая блондинка, О. Бузова (да, я откуда-то знала, как зовут девушку, и знала что она из Питера), вручала подарок своему молодому человеку. Был ли это тортик со свечками или коробка с печеньками, не помню. Дело было не в подарке, а в подаче. Вручая, она торжественно пела, как некоторые поют всякие «хепибёздей». Но она пела не «хепибёздей». И не, например, «к нам приехал, к нам приехал». Она пела «ля-ля-ля». Мелодия, которую она радостно выпевала, была темой нашествия (фашистского нашествия, если кто-то не знает) из Ленинградской симфонии Шостаковича (седьмой то есть симфонии, Шостаковича же). От такого ухи у меня, натурально, свернулись и развернулись. Это исполнение некуда было приткнуть. Чертоги разума вздрогнули. Во-первых, девушка употребила музыку Шостаковича диким образом. Но при этом (во-вторых то есть), – факт, что она, в отличие от многих, иных, прочих, знала музыку Шостаковича. Если бы я писала сейчас высокоумно-музыковедческую заметку, я бы могла польстить Ольге Бузовой, предположив, что она проанализировала Шостаковича, расчухала в теме нашествия глумливое веселье (кое-кто считает, что ноги у неё – не у Бузовой, а у темы нашествия – растут из оперетты «Весёлая вдова») и очень тонко пошутила. Но не в моих правилах льстить на ровном месте. После периода крайней озадаченности я пришла к тому, что в пении Бузовой сыграла роль питерская «пропудренность культурой». Точнее, это были уже частицы, ошмётки той пропудренности: в голове ещё что-то крутится, вертится, хочет упасть, а зачем крутится, зачем вертится и куда упадёт – уже не угадаешь. Оттого и случаются подобные курьёзы.

Наконец, был случай совсем давний, который ни к каким размышлениям меня не подтолкнул, но почему-то порадовал. Всё та же Бузова, желая удивить и тронуть своего молодого человека, возвращавшегося к ней после отсутствия «в периметре», выложила не то кирпичами, не то палками-копалками приветствие, которое можно было прочесть на подступах к дому, за пару километров: «РОМА, Я СКУЧАЛА!». Соратники Ольги по борьбе за любовь под покровом ночи эти палки переложили, превратив её порыв в «РОМА, Я СУЧАРА!». Признаться, я люблю грубый, гнусный юмор и вообще всяческие поношения и унижения самых лучших и нежных чувств.

Надеюсь, мои скромные заметки пригодятся тому, кто попытается изучить поколение «Дома 2» и вывести выводы.