Все записи
МОЙ ВЫБОР 02:32  /  6.06.17

463просмотра

Торжество пантеистического диссидентства

+T -
Поделиться:

У пантеиста, живущего в мегаполисе, мало повседневных радостей: парков, аллей, а уж тем более нетронутых тенистых рощ и девственных заливных лугов удушливо скудно для удовлетворения духовных потребностей. За куполами церквей и минаретами мечетей жадно впитываешь зелень деревьев и легкие порывы ветра – свой личный, индивидуальный храм, сердцебиение природы.

А уж для российского пантеиста-диссидента повседневные радости вообще сводятся к абсолютному минимуму. Ни тебе свободных выборов, ни освобождения нацпарка от вырубки под трассу; в заказнике под окнами устроили свалку, а московский департамент природопользования и охраны окружающей среды последовательно игнорирует все обращения… Это тебе не в очереди на преклонение мощам в ХХС стоять, дрожа в религиозном экстазе (кстати спойлер: мощи того же святого, вот прямо совсем того же, можно в любой день любого года посмотреть в десятке храмов и монастырей столицы; стадное чувство detected), а потом возложить цветы на могилу Сталина у Кремлевской стены.

Но тем ярче, слаще, головокружительнее те редкие праздники, которые дарит жизнь. И для меня прошедшая неделя стала одним большим праздником пантеистического диссидентства.

Сразу же оговорюсь: ураган – это, безусловно, катастрофа, унесшая жизни многих достойных и ни в чем не повинных людей (включая студента-первокурсника моего родного факультета). И я ни в коем случае не испытываю в связи с этим ни малейших положительных эмоций.

И, как географ, прекрасно осознаю, что совокупность термических климатических процессов, приведших к подобному стечению обстоятельств, является строго научным явлением.

Но какой же невероятный, бешеный восторг ощущаешь, наблюдая буквально в окно, как на Москву опускается булгаковская тьма. Как над столицей Мордора несутся вихри, разнося на своем пути все, до чего могут дотянуться, равно не щадя причастных и непричастных, оказавшихся, что любопытно, во власти бесстрастной стихии по халатности экстренных служб. Как с Сенатского дворца местного Барад-дура срывает лоскуты крыши яростный воздушный поток. И, прокатившись над городом, буря уносится дальше, к Волге и Уралу, пока с южных границ новые ураганы закручивают смерчи на юге Сибири. Словно природа решила продемонстрировать, что с нее хватит мракобесия и лжи, достаточно лицемерия – и показала, что она тоже способна влиять на расклад событий, привнося хаос и неразбериху. Пусть и на краткий срок, но от хаоса лишь одна спичка до анархии, особенно когда люди теряют доверие к власти, которая не предупреждает о грядущей природной катастрофе, лениво ликвидирует последствия, вяло и беспомощно перекладывает вину на других, пока из-под обломков плохо закрепленных остановок и билбордов достают тела жертв стихии.

Возвращаясь же к религиозному вопросу: вы не заметили, что за прошедшую неделю только один авторитетный служитель веры прокомментировал ураган в Москве и его отголоски на Урале, в Поволжье и Сибири? Нет, не патриарх и даже не метрополит – а диссидент от РПЦ Андрей Кураев, который разглядел в разгуле стихии гнев Божий. Но почему же молчат более высокопоставленные чины, выражающие «официальную» позицию церкви? Не потому ли что благоприятно истолковать подобное явление невозможно? Тем более когда это категорически нетипичная для данной природной зоны аномалия. Будь ты хоть пантеистом, хоть христианином – ураган такой силы и масштаба истолковать иначе, как гнев некой осмысленной, чуждой и невероятной по своей мощи силы, нельзя. 

Лично я верю в природу, как в независимую от нас энергию, в которой заключена некая сверхъестественная сущность. Эта сущность не может заставлять нас совершать те или иные поступки, соблазнять и приманивать, карать за грехи и награждать за праведность на каком-то потустороннем уровне – зато может очень явно демонстрировать свое отношение в реальном мире.

И когда в реальном мире ветер срывает с резиденции президента России крышу, я чувствую, что наступает тот самый темный час, за которым непременно последует рассвет. Ведь если вспомнить, московские ураганы бывают редко, но всегда в странные моменты: то в дефолтный 1998 год, то в предреволюционный 1904-й.