Все записи
МОЙ ВЫБОР 22:16  /  12.06.17

17114просмотров

ЧЕРНЫЙ ДЕНЬ РОССИИ [Репортаж]

+T -
Поделиться:

Шесть лет назад в эфире "Открытой Студии" Пятого канала Михаил Веллер, рассуждая о патриотизме, процитировал Наполеона: "Когда старухи начнут выливать нам на головы ночные горшки - вот тогда мы пропали". (К слову процитировал неверно: эта фраза появлялась в 'Отверженных' Гюго и приписывалась не Наполеону, а его маршалу Луи-Габриэлю Сюше.)

А страна пропала, когда в государственный праздник, ей посвященный, избивают народ за мирное шествие по центральной улице столицы. И теперь ждать, когда на головы наших наполеонов и сюше польются помои, осталось совсем недолго.

На метро "Пушкинская" я приехал около трех часов - и в вестибюле приятно удивился небольшому количеству полицейских. "Неужели решили не давить?" - радостно подумал я. Увы, метро - не улица.

Возле здания 'Известий' люди были зажаты на небольшом пятачке: со стороны Тверской и Большого Путинковского вытянулись автозаки, реквизированные автобусы и десятки полицейских и ОМОНа. Впрочем, в подземный переход спускаться разрешали свободно, а распорядители с микрофонами извещали, что переход на Тверскую улицу - именно через него.

Спуститься элементарно; выйти - почти невозможно: к какому выходу не подойди, повсюду плотно стоят бойцы ОМОНа, утверждая, что здесь выйти нельзя, но в следующем наверняка получится. Даже я, человек чуждый клаустрофобии, в какой-то момент почувствовал себя неуютно: когда очередная лестница оказалась перекрыта, у оцепления началась давка, а некоторые люди явно были готовы идти на штурм.

Единственным открытым оказался проход-'мерседес' здания №28, на пересечении Тверского бульвара и Тверской улицы. Здесь заграждения и автозаки выстроились также вплотную к тротуару, а риторика распорядителей с мегафонами сменилась с удобства навигации на предупреждения, что акция на Тверской улице несогласована, единственная согласованная акция - на проспекте Сахарова, да и вообще "не нарушайте общественный порядок и задумайтесь о возможных последствиях".

Люди задумались - ни транспарантов, ни лозунгов, ни плакатов, ни речевок. Желающие прогуляться по Тверской улице просто пытались на нее, собственно, выйти через рамки металлодетектеров, которые маячили метрах в ста.

Увы, это не остановило полицейских, которым словно дали разнарядку по количеству задержанных в День России: с площади раз в пять минут выбегал эшелон из шести доблестных, закованных в броню от макушки до пят бойцов и вшестером же на одного выхватывали совершенно случайных людей. Для задержания вообще не нужен был повод, кроме желания пройти именно на Тверскую.

Впрочем, одиночные задержания явно не сильно пугали студентов, густым потоком шедших по узкому тротуару в сторону рамок. Сквозь них никого не пускали, в горле образовался затор. Кто-то забирался на выступы домов, чтобы сделать лучший кадр, по толпе то и дело неслась волна криков 'Позор', когда очередного безвинного участника шестеро молодцев волокли к автозаку.

Но вскоре явно был отдан категорический приказ: теснить гуляющих от рамок, на улицу не пропускать ни под каким предлогом. И будто каток-асфальтоукладчик участников несостоявшихся гуляний начали выдавливать обратно к угловому зданию. Немногочисленных решивших возмутиться винтили по ходу дела. Людей явно пытались загнать в подземный переход, откуда не будет выхода, кроме как в метро; когда этого не получилось, оцепление пошло дальше, уже по Тверскому бульвару.

Впрочем, чересчур далеко оттеснять не вышло: чем дальше вниз по бульвару, тем непонятнее, хотят ли люди пройти на Тверскую или на Пушкинскую площадь и в Новопушкинский сквер - где шел организованный властями концерт.

Сам он, к слову, походил на фарс, достойный 'Покровских ворот' - толпа у сцены жидкая и совершенно лишенная энтузиазма, организаторы уговаривают поапплодировать выступающим детским коллективам: "Если бы это были Ваши дети, Вы бы не похлопали?"

Оцепление же на пересечении Тверской и бульвара локализовалось как раз у 'мерседеса': была полностью перекрыта для выхода на улицу восточная лестница (спускаться с улицы под землю дозволялось свободно); у западной же стояли в два ряда омоновцы, не пуская никого в сторону Тверской улицы. В результате люди, которые только подошли и не в полной мере понимали суть происходящего, пытались добиться ответа: можно ли пройти? Для этой цели специально поставили юную девушку, которая на первых порах отвечала, что Тверская улица закрыта (на вопрос почему - пожимала плечами), и спрашивала в ответ, не желаете ли "погулять" в Новопушкинском сквере. Потом ей это надоело, и она ушла куда-то за оцепление.

Именно в этом месте образовалась небольшая группа молодых людей, которые, как и я, решили смирно ждать, пока полиции надоест держать оцепление и можно будет свободно пройти на Тверскую. Со своей стороны мы вели себя совершенно пассивно, ни лозунгов, ни растяжек, ни плакатов. И хотелось бы свинтить, но теперь в толпе снуют журналисты, и не только любители, но и профессионалы (чуть ниже по бульвару готовился к репортажу сотрудник Deutsche Welle). 

Решение было принято оперативно: спустя минут 15 перед оцеплением появились интересные персонажи. Первым был высокий мужчина в темных очках с мешковатым рюкзаком. 

С места в карьер он начал громогласно скандировать "Путин - вор!". На удивленные взгляды вдруг рявкнул: "А че, не вор, что ли?!" - и вообще непонятно за что с силой толкнул парнишку возле оцепления. Миниатюрная женщина в роговых очках, стоявшая здесь же, сразу запричитала: не поддавайтесь на провокации! Не поддавайтесь! И они вдвоем быстро скрылись в обратном направлении.

К слову, поддаваться на провокации никто и не собирался, парнишка просто непонимающе посмотрел в спину обидчику, не сказав и слова.

Но уже спустя 15 секунд на нем сомкнулись клещи заветной шестерки омоновцев-карателей, повязав заодно под горячую руку еще трех человек, которые стояли рядом.

А актерская пара была спустя несколько минут замечена мною ниже по бульвару, держась за руки.

Должен признаться, что такой наглости и гадкого лицемерия я и представить себе не мог! Не просто винтить абсолютно случайных людей, не просто не пропускать на шествие - но подсылать провокаторов, которые агрессивно толкают даже не участников митинга, а просто людей, собравшихся у оцепления. Чтобы сразу же, не отходя от кассы, этих людей (которые, подчеркиваю, ни словом, ни делом не отвечают на провокации) спроваживать в автозаки, заламывая руки за спину.

Боюсь, после такого помои на голову - это самое безобидное, чего могут опасаться отвественные за подобный беспредел. К сожалению (или к счастью?) мне иных исторических аналогий, кроме как шествия 9 (22) января 1905 года к сегодняшней катастрофе подобрать не удается...