Живописная метель окутывала пятницу. И не просто пятницу, а вечернюю пятницу. Филарет был голоден и весьма раздражен бесцеремонностью снега, который целеустремленно оказывался у него за воротом.  Наш джентльмен так же был озабочен непривычным и щекотливым для него вопросом: позволить себе этим вечером пару добрых глотков Jim Beam или не стоит. 

А дело все было в том, что через 20 минут Филарету предстояло сесть в поезд, который обещал доставить его к достопочтенным старикам родителям в самое ближайшее время. И тут следовало учитывать одну маленькую, но существенную особенность: жизненная система ценностей четы Якобсонов (ровно такую же фамилию гордо носил Филарет) безнадежно и необратимо исключала любой алкоголь. Разумеется, это правило распространялось и в отношении их горячо любимого сына.В данные секунды Филарет как раз шел по перрону мимо алкогольного магазина, и проблема выбора встала особенно остро. Он даже замедлил шаг… Но тут раздался знакомый шепот:

-- Если желаете знать мое мнение, то я полагаю, что не стоит расстраивать родителей, которые видят своего дражайшего сына в лучшем случае три раза в год.Филарет отнюдь не нуждался в советах. Но кот, как правило, ровно также не  нуждался в разрешении высказывать их.

- Ты мне лучше скажи, когда опять успел набрать лишние килограммы – у меня спину ломит из-за тебя, - Филарет решил отомстить и надавить на больную мозоль почтенного Чингисхана, пребывающего в постоянном поиске диет для похудения. Но, несмотря на мучительные усилия по поддержанию формы, кот умудрился своим существом занять  все пространство в большом походном рюкзаке на спине Филарета, и  хрупкая конституция молодого человека с трудом выдерживала этот груз.

Пока два джентльмена выясняли отношения, алкогольный магазин оказался далеко позади, поэтому Филарету ничего не оставалось, как ограничиться минеральной водой и в качестве компенсации купить себе на ужин большую жирную самсу. Чингисхан за это время успел высказать серию изысканных недовольных монологов, посвященных плебейской еде, но был твердо проигнорирован Филаретом.К счастью, в купе никого, кроме них больше не было. Филарет не так, чтобы не любил хорошее общество… Но вот Чингисхан был отъявленным мизантропом и страдал хронической социофобией. По воле случая и реже – крайней необходимости встречаясь с человеческими особями, кот нередко задумывался  о необходимости отправить их в далекую резервацию.  Чингисхан относил себя к гуманистам, поэтому возможность физической ликвидации даже самых неприятных представителей хомо сапиенс представлялась ему недопустимой. Как только, поезд тронулся, Чингисхан не слишком грациозно покинул рюкзак и уселся рядом с Филаретом, который открывал бутылочку воды. Самса была предательски  аппетитно развернута тут же на столике.

-- С вашего разрешения я тем ни менее угощусь небольшим кусочком этого кулинарного убожества за неимением ничего более достойного, - с чувством оскорбленного самолюбия Чингисхан потянулся за пирогом и урвал ровно половину. - Ешь, но помни, что чревоугодие один из главных грехов – добродушно разрешил Филарет. Дорога и еда начинала действовать на него благотворно.  А ситуация к тому же складывалась таким особенным образом, что видимо на этот раз представлялось возможным отправиться в космо прямо из этого купе. И действительно, через какое-то время оба джентльмена по-прежнему сидели  на полке, обитой красным дерматином, но уже по соседству с планетой «Юпитер» и двумя-тремя звездами. Диалог на этот раз состоялся не из легких. О природе власти.

-- Знаешь, дорогой мой Чингисхан, в последнее время меня все больше одолевают честолюбивые мечты. Роль скромного и не самого примерного жителя Земли порядком наскучила мне.

--Подумываешь подыскать другую планету? Вот кстати можешь пока облюбовать Юпитер – как всегда рационально подошел к вопросу кот.

-- Да нет же. Что от этого изменится? Сколько слагаемые не переставляй, результат останется таким же. Я подумываю о том, чтобы освоить политическое ремесло и заняться благоустройством человеческого общества.

-- И как же ты себе это представляешь, мой неуемный филантроп?

-- Я хотел бы подарить всем свободу, настоящую, а не написанную в многочисленных конституциях.

-- А ты никогда не думал о том, что если окажешься уполномоченным дарить свободу, то у тебя будут ровно такие же возможности ее забирать. И где справедливость, если вся свобода будет зависеть от одного человека.  – Чингисхан всегда умел в секунды обрушить самые радужные мечты.

-- Такова очевидно природа человеческой власти, - пришлось согласиться признать разумность доводов Филарету.

- - Любой власти мой друг. 

-- И это, признаюсь, меня печалит…

-- То есть ты бы хотел обречь людей на свободу и на необходимость постоянного выбора?

-- Но это же прекрасно, когда есть выбор. 

-- Возможно, я покажусь, тебе назойливым, но вспомни свое недавнее состояние, когда ты не мог определиться между двумя простыми ответами на старый, как мир вопрос: пить или не пить.

-- И я бы предпочел самостоятельно принять это решение без твоих нашептываний, из-за которых мы пропустили магазин.

-- Хотел ли ты этой самостоятельности?

-- Я попросил бы тебя не сводить все вселенские проблемы к нашим безусловно выдающимся персонам. Свобода или не свобода? – необходимо поставить этот вопрос на всечеловеческий референдум.  - предложил выход Филарет.

- - И таким образом серое плебейское большинство распорядиться судьбами меньшинства?

-- Почему большинство непременно должно оказаться плебейским?

--Почитай историю мировых цивилизаций и уже после обсудим твое политическое будущее. Если этот вопрос по-прежнему будет актуальным. Но, кажется, к нам возвращается гравитация, - напомнил о необходимости приземления предусмотрительный кот.

-- И неумолимо приближается встреча с родителями, - полезай в рюкзак – через пять минут наша станция. - Филарет разместил кота, и с тяжким вздохом закинул рюкзак на плечи.Половина самсы в брюхе Чингисхана очевидным образом усложнила процесс его транспортировки.

… Эта история про владельца кота и собственно самого кота. Хотя нет никакой  истории, потому что нет никакого начала, и конца, очевидно тоже нет. Ровно, как и всякого смысла. Очевидно, что есть Филарет, космический мужчина, ведущий несколько философски - разнузданный образ жизни. Есть так же кот Чингисхан, по легенде восточных аристократических кровей, по факту – черный плебей. Жизненные обстоятельства свели их вместе в лифте, что заставило впоследствии делить пищу и кров долгие-долгие годы…У них был уговор: вдоволь еды, воды и никаких больше обязательств друг перед другом. Со временем воду все чаще стало заменять вино, а одинокие котовские игры и филаретово чтение перед сном ( в тех случаях, когда он спал дома) перешли в совместные посиделки , которые неизменно сопровождались трепом на тему: «Самое актуальное сегодня во Вселенной».