Все записи
19:31  /  9.11.17

1961просмотр

ГАЛЛИВУД. Кеннет Брана: “У нас дома вообще не было книг, а теперь я живу в библиотеке”

+T -
Поделиться:

В российском прокате фильм режиссера Кеннета Браны «Убийство в Восточном экспрессе» по одноименному роману Агаты Кристи. По мнению Брана, эту историю можно назвать шекспировской, а Шекспира много не бывает. Так что, не удивительно, что Брана, который прославился благодаря многочисленным экранизациям пьес Шекспира, решился на сиквел фильма 1974 года. Свою работу режиссера и продюсера Брана удачно совместил с исполнением главной роли знаменитого бельгийского детектива Эркюля Пуаро. Интервью с универсальным кинематографистом проходило в отеле The Four Seasons  в Беверли Хиллс. Барана был в прекрасном расположении духа и с удовольствием вспоминал не только, как проходили съемки фильма, но и свое детство.

Чьи книги вы прочитали сначала — Шекспира или Агаты Кристи?

Я рос в рабочей семье, и у нас вообще не было книг дома. Родители мои — люди очень умные, но читали они только газеты. Помню, как я впервые купил книгу, кажется, в магазине Woolworth, за 25 фунтов, и, гордый собой, торжественно принес ее домой. Мне тогда казалось, что на свете не может быть ничего лучше, чем иметь свою собственную библиотеку. Отец спросил: «Ты что, действительно отдал за это деньги?! Боже мой, ведь есть же общественные библиотеки! И мы платим налоги, чтобы брать там книги бесплатно!» Я возразил, мол, это не одно и то же, ведь там издания, не принадлежащие тебе. На что отец ответил: «А зачем хранить книгу, если ты ее уже прочитал?» — «Чтобы при желании перечитать!» И я действительно не раз перечитывал книги. (Смеется.) 

А у моей мамы, когда ей исполнилось 50 лет, появилась привычка читать криминальные драмы. Мне тогда было где-то лет 13-15. Я находил в доме ее книжки и читал. Думаю, что тогда же я проглотил «Убийство в Восточном экспрессе». Читая Агату Кристи, я вдруг подумал, что и Шекспира можно сделать предметом массового развлечения.

И сколько у вас сейчас книг?

О, много! (Смеется.) Завсегдатаи нашего дома говорят, что я живу в библиотеке. И мне это ужасно нравится. Честное слово! Я люблю возвращаться к книгам, они стали моими друзьями. Когда я только поступил в Королевскую академию драматического искусства, жил в доме, где на самом верху находилась комната вдвое меньше этого гостиничного номера, битком набитая книгами. Был камин, рядом стояло уютное кресло, на столике лежала книга, чашка чая и булочка. Мне сразу захотелось создать нечто подобное в моем собственном доме, что я со временем и сделал. И в самом деле, вас охватывает такое чувство, будто вы не одни, что вас окружают люди и воспоминания.

Вы много раз экранизировали шедевры мировой литературы. Чем обусловлен ваш выбор и что делает их понятными современной аудитории? 

 

Я вспоминаю своих родителей и то, как они меня воспитывали. Они научили меня не думать о том, что ты кого-то недостоин и что, не дай бог, кто-то недостоин тебя. Примени это к литературе, и ты увидишь, что нет причины бояться автора, который, фигурально выражаясь, будет грозить тебе пальцем за то, что ты, глупый, смеешь прикасаться к его произведениям. Я, мол, такой великий, что меня нельзя сыграть. Нужно так построить свои отношения с автором, чтобы в результате получилось творческое сотрудничество. В этом вся прелесть! И тогда ты чувствуешь радость от того, что соприкасаешься с великим произведением. Это большая честь. Сложность работы с Шекспиром именно в том и заключается, что его обожествили. В нашей стране уж точно. А вы беретесь работать с его произведением, но делаете это плохо. Все равно что смотреть картину, на которой неравномерно высыхает краска: она трескается на ваших глазах, меняется ее цвет и текстура. Мне физически больно, когда я вижу, что такое происходит с шедевром. Ужасно. Иногда это просто «ошибка пилотирования», некомпетентность. А иногда комплекс неполноценности по отношению к великому автору. Мы открываем его, как вскрывают склеп. Ты заходишь и ведешь себя неестественно, твои движения и твоя речь искусственны, тебя волнует то, что подумают о тебе другие. Нужно быть естественным. Вас не должно волновать, вписываетесь ли вы в современные тренды или нет. Такие люди, как Агата Кристи, то попадали в тренд, то выпадали из него. Сейчас ее, кажется, опять начинают ценить. Посмотрите, сколько произведений она написала! Одно это вызывает подозрение, по крайней мере так было в Англии. Если вы выпустили 170 книг, то не могут же они все быть на высоком художественном уровне. И первым человеком, который об этом сказал, была сама Агата Кристи. (Смеется.) Она признавалась, что иногда писала до нужного объема. Иногда торопилась, чтобы сдать рукопись в срок или быстрее получить деньги. Свою ­работу писательница называла развлечением. 

Чем же роман «Убийство в Восточном экспрессе» привлек вас?

Если вы помните, действие начинается в Алеппо. Этот крупнейший город Сирии вот уже два года не сходит с первых полос газет. И вспоминают его только по ужасным поводам. А я подумал: «Боже мой, Агата Кристи ездила в Алеппо, она отправилась туда, а потом на Восточном экспрессе ехала до судна, которое доставило бы ее в Стамбул. Уже в этом виден дух первопроходцев». Мы хотели начать с яркой детали. Сценарист Майкл Грин с самой завязки истории показывал Эркюля Пуаро в действии, и я был обеими руками за. Когда читал сценарий, наслаждался желанием заглянуть вперед и понять, что предпримет Пуаро. Я думал, что этот парень немножечко не в себе, не правда ли? Но он знает нечто такое, чего не знаем мы, и благодаря своему необычному методу расследования на несколько шагов опережает всех остальных. В отличие от предыдущей, очень достойной экранизации, в нашем фильме с самого начала путешествия все понимают, кто такой Пуаро.

Почему вы пригласили артиста балета Сергея Полунина на роль графа Андрени?

Сергей — замечательный танцовщик. У меня много друзей, которые были на его спектаклях в Лондонском Королевском театре, они в восторге.­ Я увидел Сергея в документальном фильме «Танцовщик», и он меня ­заинтересовал. Мы хотели, чтобы перед зрителями прошли пятнадцать персонажей и чтобы вы не переставали гадать, что это за люди. У Сергея запоминающаяся внешность. Он производит впечатление задумчивого, таинственного человека, и это помогает создать необходимую атмосферу.

Как вам удалось заставить петь Мишель Пфайффер? 

Я никак не мог выбросить из головы эпизод фильма «Знаменитые братья Бейкер», где она прекрасно пела. В нашей картине Мишель замечательно передала всю боль, которую испытывает ее персонаж — миссис Хаббард. Мы подумали, что песня, написанная Патриком Дойлом, придаст ленте важный заключительный штрих. Ведь о чем она? О боли утраты. Поначалу Мишель сказала, что, может быть, возьмет несколько уроков и посмотрит, сохранился ли у нее голос. Это была ее первая реакция. Потом она решила, что песня как раз для ее диапазона. И прекрасно ее исполнила.

Слышала, что каждому из актеров вы устроили встряску. Это так?

Я был очень взволнован возможностью работать с каждым, сниматься в одной из сцен. Многому у них научился. Например, Дэйзи Ридли, получившая бешеную славу после съемок в этой огромной франшизе — «Звездные войны». Но она очень честна и скромна и не боится признаваться в нехватке опыта. Между тем она актриса от Бога. Ее самообладание многому меня научило. Пенелопа Крус — опытная актриса и очень беспокойный человек. Она все время переживает и задает вопросы, но это конструктивное беспокойство. Джонни Депп — веселый, а его уверенности и самообладанию во время съемок можно только позавидовать. Мишель Пфайффер привносит на площадку невероятную сосредоточенность и целеустремленность. Если она пришла, вы не должны заставлять ее ждать. В этом нет никаких маниакальных склонностей, просто она максимально подготовлена к работе, и вы зовете ее только тогда, когда все готово к началу съемок. 

Я не устраивал встряску, я хотел поймать и снять определенный момент. Говорил своим актерам, что с кинопленкой в 65 мм и крупным планом зрители хотят знать, лжете вы или говорите правду. Они хотят видеть все, что происходит. Поэтому, если мы добавим естественное волнение съемок первого дня, то будет здорово… Вам знакомо чувство легкого беспокойства, когда вы проходите таможенный контроль? В вашей сумке нет ничего предосудительного, но вы почему-то ощущаете себя виноватым. Я хотел запечатлеть состояние тревоги, которое естественным образом должно возникнуть во время расследования убийства. 

Какого Пуаро вы играете?

Такого, который может выдержать потрясение всех своих основ. В начале фильма он в зоне комфорта. Существует справедливость и несправедливость, а между ними ничего нет. Чутье, которое позволяет Пуаро ­отделять одно от другого, по его собственному признанию, делает жизнь почти невыносимой, но позволяет разгадывать преступления. И вот он доходит до конца и оказывается лицом к лицу с общечеловеческой проблемой: есть ли что-то между добром и злом? Для такого человека, как он, задать себе подобный вопрос — значит подвергнуть сомнению свои принципы. Это потеря равновесия. Ему необходимо поставить себя в такую позицию, где он сохраняет равновесие. 

 R

Кеннет Брана с женой

Сложно ли было отрастить усы?

Всего лишь шесть месяцев моделирования и стимулирования волосяного покрова, чтобы пробудить мои волосяные луковицы. Сейчас у меня есть определенное количество активных фолликул, но на большее меня не хватило. Некоторые из них можно рассмотреть, а нескольким я даже дал имена. (Смеется.) 

Вам все еще нравится ездить поездом, никуда не торопиться, читать книгу?

Все сложнее и сложнее это делать. Я не знаю, чувствуете ли вы это, но в последние несколько месяцев я остро чувствовал себя заложником цифрового мира, который ускоренными темпами собирает изобразительную информацию. Я знаю, сейчас это стало штампом говорить о том, что мы все на гаджетах и пр, и пр., но я чувствовал, что нам все труднее отказаться от всего этого. Крис Хемсворт как то сказал, что по дороге на съемочную площадку “Мстителей” он вдруг осознал, что ему не с кем поговорить, так как все актеры уткнулись в свои телефоны. Канули в лету те дни, когда мы все сидели и разговаривали друг с другом. (смеется). В наше время если от вас нет никаких известий в течение 20 минут, о вас начинают беспокоиться. Что происходит? (смеется). Не случилось ли чего? А если вы целый час не подаете о себе никаких известий, то, наверное, вы умерли. Зато во время отпуска я прочитал замечательный роман «Станция Одиннадцать» Эмили Сент-Джон Мандел. И получил большое удовольствие.

Можно люди назвать романы Агаты Кристи современными? 

Я думаю, что они так или иначе взаимодействуют с нашей действительностью. В фильме мне хотелось передать ощущение роскоши и привилегированности, которое ощущали путешествующие Восточным Экспрессом. Но вовсе не обязательно, чтобы это ощущение целиком исчерпывалось только этим. Это может быть ощущение признательности и благодарности за рассвет, или что-то другое, что доступно всем. Я всегда выступал за разнообразие в съемках фильмов, постановке пьес и пр. В этом отношении меня гораздо меньше заботит историческая точность.  У нас в фильме есть такой удивительный актер, как Лесли Одом мл.. Он играет британца африканского происхождения - доктора Арбетнот. А первый персонаж, который появляется на экране - это черный полицейский. Его роль , исполняет один из наших величайших британских актеров - Паапа Эссьеду. Но мы не ставили перед собой цель сделать пассажиров поезда представителями всех рас.

Какие у вас отношения с цифровым миром?

В основном деловые. Я не пользуюсь социальными сетями, не пишу ни в Tweet, ни в других сервисах.  Думаю, у меня нет никакого комплекса по этому поводу. Наверное, я мог бы найти на это время, но не считаю нужным этого делать. Я предпочитаю читать книги и ходить в кино. Я не успеваю смотреть телевизор, хотя меня поражает невероятное количество замечательных телешоу. Много лет назад я запал на «Западное крыло» и смотрел этот сериал, не отрываясь. Я его просто обожал.  Но сейчас я не могу не замечать, что, Боже мой, как быстро протекает жизнь! (смеется) Бывало, мы с женой смотрели по две серии, не меньше. Потом жена говорила, давай посмотрим третью. Мы смотрели третью и засыпали. Потом я просыпался и смотрел четвертую. На следующий день мы спорили, кто что смотрел, и приходилось смотреть одну из серий еще раз, а я не люблю по несколько раз пересматривать одно и то же, поэтому я пытался доказать, что это она заснула во время просмотра серии, а она говорила, что проблема в том, что я слишком много сидел у телевизора, и что зря я смотрел третью серию, это был перебор. Но ведь в этом то и есть вся прелесть «запойного» просмотра! Сейчас я просто ошеломлен количеством телевизионных передач. Думаю, что когда я буду на пенсии, мне точно не будет скучно, тем более, что к тому времени выйдет “Рассказ служанки”.  

 

Сокращенная версия: http://www.tele.ru/stars/interview/kennet-brana-moi-roditeli-chitali-tolko-gazety/

 

Комментировать Всего 4 комментария

Галина, простите, не узнал в гриме... Вот эта дама в серебристом платье - это Мишель Пфайффер?!

- Не похоже, что она возмущена тем, что ее спутник (явно не муж) столь откровенно пялится в разрез ее платья. (Правда, там не шибко «густо»…)