Самый одиозный и неоднозначный представитель РПЦ (после Патриарха, конечно же), все-таки ответил, пусть и не всегда на заданные, вопросы. И даже задал свой собственный вопрос В.В..

Сейчас в Кирове начинается суд над г-ном Навальным, с которым вы беседовали, кажется, 18 января. Какое мнение Вы о нем тогда составили, как относитесь к суду, считаете ли его политически мотивированным?

 Я бы не хотел строить оценки на основе одной личной беседы. Беспорно, это человек инициативный, умный, многие вопросы он ставит правильно, особенно в области коррупции, которые и привлекли к нему позитивное внимание людей. Впрочем, с чем я никогда не соглашусь, так это с призывами и лозунгами, которые могут толкнуть страну к революции, гражданскому противостоянию. Не знаю, чем кончится суд, очень важно, чтобы он был объективным, неполитизированным. Я очень надеюсь, что г-н Навальный когда то найдет свое место в политике без деструктивных призывов, в конструктивном ключе, внося свой вклад в политическую жизнь страны.

Навальный – человек, бесспорно, умный. Но.

Раз уж заговорили про политику. Есть ли кто то из современных политиков, кого вы уважаете?

Я бы сейчас не хотел бы называть имен и как то проявлять свои политические предпочтения, но, поверьте мне, людей, которых я решительно не уважаю, очень немного – это те, кто говорит в глаза одно, а за глаза другое. Я знаком, наверное, с большей частью наших политиков последних 25 лет, со многими спорил и спорю. Со многими приходится вести очень серьезные дискуссии по юридическим вопросам, по вопросам взаимоотношения Церкви и государства, при огранизации разного рода мероприятий, но практически всегда этот диалог был честным и нравственно достойным.  Господь дал мне возможность встречаться с разными людьми: от окружения Е. Гайдара и людей М.Горбачева до людей националистического толка. Со всеми приходилось спорить, кстати.

Завтра будет пресс-конференция Президента РФ Владимира Владимировича . Какой бы вопрос Вы хотели бы задать этому человеку?

Формально вопросы ему, я думаю, зададут. Неформально я бы спросил следующее: многие, и не только в России, считают несправедливой глобальную экономическую систему. Людей беспокоит то, что богатые становятся еще богаче, а бедные – еще беднее. Люди видят, что финансовый спектр экономики все больше отрывается от спектра товаров и услуг. Накопившиеся проблемы могут прорваться в революцию и в хаос. Не стоит ли подумать, чтобы Россия, Запад, Третий мир вместе подумали бы о том, чтобы сделать мировую экономику более справедливой не на словах, а на деле?

Папа Римский в первые недели после интронизации многих, в том числе и в России, поразил своим поведением. Он отказался от машины, он отказался от роскошной спальни. Многие в России сравнивают такое поведение с поведением иерархов РПЦ. Не считаете ли Вы, что образ жизни нового Папы должен быть перенять и православные высшие чины?

Насчет отказов Папы – это мифы. Он, конечно же, ездит на машине, он конечно же живет в папской резиденции. Ничего плохого в этом я не вижу. Так было всегда, так всегда будет. Это уважение членов Церкви к ее предстоятелю. Отсутствие у священника довольствия говорит о том, что прихожане делают что то не так. Они должны сделать так, чтобы священник жил уж никак не хуже их самих. Священник никогда не должен решать свои бытовые проблемы сам, если это нормальный священник. Противоестесственно, если прихожане не заботятся о своем настоятеле. Это говорит, что священник – плохой, слишком отдалился от людей. Приход всегда должен заботиться, чтобы батюшка жил достойно.

Насчет отказов Папы – это мифы

На Западе многие священники работают, например.

Иногда прихожан просто мало, чтиобы содержать священника. В Католической церкви, протестанской – священник или пастор – это в первую очередь священник или пастор. Да, они многие преподают, что то пишут, участвуют в общественной деятельности, но в большинстве основную зарплату они получают как священники. У нас связь более прямая, она более естественная, на мой взгляд, у священника сохраняется связь между приходом и настоятелем.

Не кажется ли Вам, что те деньги, которые приходят в Церковь, более уместным было бы потратить на благотворительность, отдать бедным, а не тратить их, скажем, на часы, машины или квартиры?

Вы сейчас повторяете слова Иуды, простите за сравнение. То, что люди приносят в храм, они приносят Христу. Также, как и женщина, которая помазала Ему ноги. Даже в самые голодные годы люди приносили в храм деньги, это выражение любви к Богу. Да, конечно, нужно бедным помогать. Помощь бедным, больным совершается в каждом приходе. Но люди стремятся послужить Богу, его храму.

Как вы считаете, кто сейчас главный враг Церкви?

Диавол. Я не думаю, что кто то из людей может считаться неисправимым врагом Церкви. Мой жизненный опыт показывает, что таких практически нет.  Приходилось видеть, как ко Христу приходили закоренелые атеисты, сектанты, люди, которые посвящали себя борьбе с христианством. В конце концов, одним из таких гонителей был апостол Павел. Ни к кому не нужно относится как к врагу, известно, что какие то силы сейчас действуют против Церкви, иногда несправедливо ее обвиняя, иногда споря с ней. Мне почему то хочется верить, что среди этих людей много будущих христиан. Я тут познакомился со статистикой, что какой то количество людей покинуло Церковь. Десятки, сотни людей. А многие миллионы людей, наоборот, вернулись.

После приговора Pussi Riot...

Это не связано с приговором, кстати. Кому то нахамили в храме, кто то разочаровался в священнике. Вот такие причины, в основном, к сожалению. Приговор врядли кого то от Церкви отвратил

Я знаю лично людей, которые после приговора ушли из Церкви.

Ну что ж, видимо и такое тоже бывает.

Вы в одном из интервью говорили, что считаете своим учителем о. Александра Меня

Скорее, одним из людей, которые оказали на меня влияние. Я прямо скажу, я с ним немного общался.

Как Вы думаете, как бы он отнесся к такой акции, и, что главное, к такому приговору?

Некорректно за него говорить, конечно же. Я знаю, что он очень благовейно относился к храму, очень пламенно служил. Он очень ценил храм и богослужение, и наверное любое осквернение храма ему бы радости не доставило.

Моя любимая книга – «Трудно Быть Богом» Стругацких. Черные монахи, боевой орден там власть в итоге захватил, как Вы помните. А Вы высказываетесь за создание православных бригад наподобие прокремлевского движения «Наши».

Православные люди, как и другие люди, имеют право объединяться. Во многих местах это уже произошло, взгляните на казачество. Я бы хотел подчеркнуть, что это движение должно быть неагрессивным, разумным, ответственным. Нужно не искать врагов, а приобретать друзей. Но нужно не бояться говорить то, что ты считаешь правдой.

В чем функция этих бригад то должна быть?

Они могут следить за правопорядком, заниматься благотворительностью. В перспективе я вижу только три силы в мире, которые будут иметь в нем влияние. Это нынешняя западная элита, ислам и последователи христианства – католики и православные в первую очередь. У православных огромный интеллектуальный опыт. Православие не должно сводиться только к обрядам.

Вы уже упомянули казаков. В последнее время я бы не назвал их поведение мирным. Они набрасываются на людей, приходят в театры...

Если они не занимаются незаконным применением своей силы, то они могут выражать свой протест против тех или иных видов творчества. Почему одним это позволено, а другим нет?

Майку я срывать, наверное, не стал бы.

Есть такой человек, Дмитрий Энтео его зовут, может даже общаться приходилось. Такой известный православный «активист». Так вот он как раз эту силу применяет, судебное разбирательство даже было.

Многое из того, что он делает, мне нравится. Его акция против МК мне очень близка, против рекламы проституток в газете. Майку я срывать, наверное, не стал бы. Сама по себе эта майка была административным правонарушением.  Останавливать такое надо в рамках закона. Что касается примения силы, то поэтому поводу я могу сказать следующее: истинные христиане – не пацифисты. В мире, где присутствует насилие, нельзя не применять силу для защиты своей территории. Пацифистам я в шутку предлагаю выделить самую прекрасную территорию, и тогда мы посмотрим, сколько их государство просуществует. В целом ряде случаев применение силы неотвратимо. Это, правда, не означает, что христианин должен своей силой упиваться. Вся наша сила когда-нибудь прекратиться, надо об этом помнить