Девять лет назад в Северной Осетии случился «Беслан». Так принято называть террористический акт, в ходе которого была захвачена средняя школа. Три дня террористы держали в ее стенах больше тысячи человек. Мужчин расстреливали и сбрасывали из окон, детям не давали пить, а над спортзалом развешивали самодельные взрывные устройства. На третий день прогремел взрыв. 334 человека погибло.

Более 800 заложникам удалось спастись… Сегодня это больше не те малыши из телевизионных хроник с заплаканными лицами и следами крови на мокрых майках. Самые младшие из заложников почти оканчивают школу. Раньше весь мир смотрел на них. Теперь они смотрят на мир. И видят его совсем не так, как мы. Они из последних сил не понимают, почему их продолжают называть героями и каждый год приглашают давать интервью. Для них странно и немного неловко получать новые квартиры, пока соседи по дому еле сводят концы с концами, а иногда и вовсе говорят, что мечтали бы оказаться в захваченной школе. Им трудно называть «Город Ангелов» единственной «достопримечательностью» Беслана, пока строительство храма на месте той самой школы прекратилось из-за отсутствия денег.

Этих детей несколько сотен. Им совсем немного лет. И они нам очень близки. Хотя бы потому, что в 2004-м мы молили Бога об их спасении. 

фото: Дима Сатцаев

Инна Гудиева, Виктор Коцоев и Хетаг Хутиев

К «Сапитской» (лес на окраине Владикавказа, прим. В.С.) не хочет подъезжать ни одно такси, поэтому мы с Инной, Хетагом и Витей идем к шоссе.

— Это давно было, можно и поговорить, — Инна в ярко-красном платье гордо вышагивает по пыльному тротуару между кладбищем и огородами. Недавно она поступила на строительный факультет ГМИ (Горно-металлургический институт, прим. В.С.), и со школой ее больше ничего не связывает. Почти ничего.

— Вам же было так мало лет, — спрашиваю я, — а вы еще все отчетливо помните?

— Многое уже забылось, — говорит Инна. У нее на руке несколько сверкающих браслетов: она постоянно перебирает их тонкими пальцами.

— В ваших семьях все живы-здоровы?

— Да, все… — отвечает она. — …Только у Вити дядю убили. Он детей спасал, когда взрыв был.

Витя — самый молчаливый из нас. А полчаса назад мы не могли уговорить его перестать хихикать и сделать серьезное лицо для фотографии.

— Витя, ты же еще в школе учишься? — спрашиваю я.

— Да, — он жмет что-то в телефоне и удивленно поднимает голову, когда я задаю вопросы. В этом году они с Хетагом стали выпускниками.

— Я как посмотрел ваш фильм, сразу написал письмо знакомому баскетболисту. Он спортивными площадками занимается, — говорю я. Витя — ноль внимания. Он что-то мычит и смотрит на экран телефона. — …Вот… И может, он попробует что-нибудь устроить в Беслане… Его Андрей Кириленко зовут.

— Ты его знаешь? — Витя резко отрывается от телефона и улыбается. Он рыжий и у него приятная улыбка, как у мальчика из рекламы шоколада.

— Да. У вас вообще вышел очень важный фильм...

Этим летом на фестивале короткометражного кино «Дирижабль», картина «Любовь как…» получила главный приз: Инна, Витя и Хетаг играют в ней самих себя — детей Беслана спустя девять лет. Инна — отплясывает национальные танцы, Витя — гоняет в баскетбол, а Хетаг — жмет по клавишам рояля.

— Мы совсем не знали, что из этого выйдет, — говорит Хетаг. Он очень добрый и любит своих друзей: сегодня специально ускользнул из больницы, чтобы встретиться с нами.

— Парень, который снимал фильм, написал мне за час до показа в «Тереке» (кинотеатр, прим. В. С.), мол, Инна, приходи смотреть. Так что я фильм увидела только в интернете.

— Но вам же понравилось? — спрашиваю.

— Да, — хором отвечают Инна с Хетагом. Витя опять копается в телефоне.

— Витя, а тебе понравилось? — смеется Инна.

— Что? А… Да, понравилось, — он солнечно улыбается и щипает Хетага за нос. 

В следующем году настанет десятая годовщина теракта в Беслане. К этому времени, я с командой единомышленников, собираемся найти каждого выжившего после теракта школьника и запечатлеть его в фотографии и небольшом текстовом фрагменте (о его теперешней жизни). Пока неясно, что из этого выйдет: выставка или книга. Первые кадры проекта в октябре появятся в осетинском «журнале о нации» gorod. После, нам хочется рассчитывать на поддержку и помощь Министерства культуры Северной Осетии: «дети Беслана» сегодня проживают в самых разных концах земли, а встретиться необходимо с каждым из них.

Спустя 10 лет настало время узнать всех, кто спасся в «Беслане». То были дети каждого, проронившего слезу у телевизора/радио/компьютера. И теперь эти дети выросли. 

Если вы можете нам чем-то помочь, просьба, отправлять свои сообщения на электронный адрес: [email protected]