Дорогие друзья, всем привет с маленького тайского острова!

Мое знакомство с Таиландом случилось лет двадцать назад. Это была любовь с первого взгляда, которая переросла в глубокую привязанность к этой стране. Она стала, без преувеличения, вторым домом для нашей семьи, местом ресурса и творчества. Все эти годы мы старались прилетать сюда так часто, как могли. Именно здесь я написала лучшие главы своих двух книг. Именно здесь я сняла ролик, который открыл мой YouTube канал в марте. В конце февраля мы прилетели с семьей на наш тайский остров, рассчитывая пробыть здесь чуть больше месяца, а задержались вот уже почти на полгода.

Почему?

С нами на острове две наши собаки: серьезный черный микс овчарки Ричард и очаровательная лабро-шоколадка Зетта. Мы никогда не покупали наших собак, мы давали им дом и любовь, когда они становились не нужны людям, которые были их хозяевами. У этих собак непростые жизненные истории. Нам пришлось многое вместе преодолеть, чтобы вернуть им доверие к людям. Сейчас они любимые члены нашей семьи. Мы никогда их не оставляли, они всегда летали на остров вместе с нами.

Это не обычные собаки. В Москве я частенько брала их в свой кабинет. Они - воплощение дружелюбия и позитива. Не раз бывало такое, что если кто-то из моих клиентов во время психотерапевтической сессии начинал плакать, - Ричард или Зетта могли подойти к человеку и, осторожно положив ему голову на колени, слизнуть упавшую на руку слезу … Я видела удивление, теплоту и детскую радость в глазах своих клиентов. Это помогало снова вернуться надежде на понимание и близость в сердцах людей …

Эти две собаки уже успели стать любимыми героями зрителей моего недавно вышедшего док-сериала «Лидеры в моем кабинете» . Они, со свойственной им активностью и непосредственностью, стремились участвовать в съемках: то вдруг Ричард в кульминационный момент съемки начинал лаять, услышав шорох в подъезде, то Зетта прибегала, сжимая в зубах пронзительно пищащую игрушку, и нам приходилось делать новый дубль. Но потом вся наша съемочная команда начинала смеяться. Мы раскрепощались, и фильмы получались поэтому искренними и живыми. Особенно круто четверолапые зажигали в серии «Что такое любовь?» Как будто чувствовали, что это их тема))

Сейчас… Очень странные ощущения! Никогда еще я так долго не была так далеко от дома! Никогда еще так долго я не жила в отрыве от городской современной цивилизации. На нашем маленьком деревенском острове мне пришлось забыть, что такое деловые костюмы и туфли на каблуках. Оказывается, можно жить и без своего гардероба, обходиться шортами, майками и шлепанцами местного производства.))) Суета и жесткий тайминг регулярной московской жизни начинают растворяться... Неспешная, буддистская тайская атмосфера все глубже проникает в душу. Я больше не чувствую себя только гостем. Я уже частично тайка. Меня волнует будущее этой страны.

За время Пандемии обнажились тенденции, о которых раньше не говорили, – власти говорят, что Таиланд больше не хочет быть раем для сверхэкономичных бэкпекеров, для желающих понежится на белоснежном пляже в рамках дешевого «горящего» тура иностранцев...  Вопросов здесь больше, чем ответов: как и каждая страна, переживающая кризис, Таиланд тоже ищет свой путь, самоопределяется, и его выбор, похоже, склоняется не в пользу привычных толп туристов.

На стене за моей спиной - портрет легендарного короля Таиланда Рамы 5. Это был великий лидер, принесший королевству прогресс и связь с Европой. Его военная форма была сшита по дизайну и выкройкам в Петербурге в начале прошлого века.

века.

Нынче многое меняется... Мы, волею судьбы «застрявшие экспаты» - англичане, французы, американцы, русские и немцы… стараемся держаться друг друга в этом далеком азиатском мире. Так, или иначе: «Запад есть запад, восток есть восток, и вместе им не сойтись…»

Я по-прежнему люблю Таиланд, наш остров, дом со старым садом. Это место моего ресурса, но неопределенность будущего, это, как известно, одно из наиболее травмирующих чувств для человека.

Сейчас у меня больше вопросов к стране, гражданами которой мы являемся. По разным оценкам в Таиланде остается сейчас от 5.000 до 10.000 «застрявших» россиян, но чиновники почему-то не готовы организовывать более двух «вывозных» вылетов в месяц.  Вспоминаем арифметическую задачку для двоечника из старого мультфильма: «Сколько надо землекопов… пардон, самолетов, нужно, чтобы вывезти этих людей? И сколько при таком отношении к своему долгу на это потребуется времени?»  На ком и на чем экономят чиновники? Что они собираются выиграть? На что рассчитывают?

Тем более, что за свое место на так называемом «вывозном» рейсе пассажиры платят по полному тарифу, ни у кого милостыню не просят. А материальная помощь, которую некоторым удавалось получать, уже давно не выплачивается вынужденным «невозвращенцам». Многие заложники ситуации оказываются между «молотом и наковальней»: они не могут, не успевают из-за большого наплыва желающих и ограниченных технических возможностей зарегистрироваться на Госуслугах на редчайший «вывозной» рейс, и при этом тайское правительство твердо обещает, что после 26-го сентября оно будет не радо видеть европейцев в стране, от слова «совсем».

Правительство военное, ему надо верить.

Не сомневаюсь, мы нашли бы способ добраться из Бангкока до Москвы с двумя или тремя пересадками, к примеру через Катар и Турцию или еще как-то… Для взрослых людей с фантазией и опытом путешествий это не настолько критическая проблема.

А вот большие собаки в багажном отделении могут не выдержать больше 24 часов без воды, без возможности сходить в туалет в тесной самолетной переноске. Если еще прибавить риски потерять их на многочисленных трансферах в южных аэропортах с температурами воздуха за 40 градусов на солнцепеке и при нынешних самых экзотических и непредсказуемых эпидемиологических режимах ограничений в разных странах, то получается, что это нереальный вариант.

О чем думают управленцы из Госуслуг, организующие эвакуационные рейсы из Таиланда для граждан России? Почему только два рейса в месяц без заранее объявленных дат? Почему в форме регистрации на вывоз вообще отсутствует такая графа, как регистрация четверолапых питомцев? Но ведь животные, хоть они и не люди, – они не багаж!!! Даже в уголовном кодексе РФ есть статья о жестоком обращении с животными, но нет статьи о жестоком обращении с ручной кладью, например.

Двигаясь по цепочке всевозможных «горячих линий», включая Госуслуги, МИД, посольство, после выслушанных десятков и сотен длинных гудков в трубке, мы приходим в конце к Аэрофлоту. Он в этой цепочке назначен крайним (за ним - только мы и наши собаки). Несмотря на все статусы лояльных пользователей, наличие многократно отмененных аэрофлотовских обратных билетов до Москвы с подтвержденным заранее вывозом собак, никаких гарантий «Аэрофлот» нам не дает.

Собакам предлагается заочно, через нас - владельцев, вступить в конкурентное соревнование с другими крупными четверолапыми за шесть заветных мест в багажном отсеке самолета. От результата этой схватки чиновники ставят в зависимость судьбу преданных людям животных. Интриги здесь добавляет то, что момент начала этого соревнования заранее неизвестен. На электронную почту должно прийти послание. Точно неизвестно, когда. Если не придет (когда?), то надо звонить. Если добавить необходимость прохождения ветконтроля четвероногими не ранее, чем за 3 дня до вылета (кроме выходных и праздников), дорогу до аэропорта часов в 10, все становится еще занимательнее.

Советский Союз с его отношением к людям как к строительному материалу для общества коммунизма умер уже 30 лет назад, но национальный сценарий не ставить людей ни во что, устраивать дефицит на ровном месте и заставлять людей стоять с протянутой рукой, глубоко засажен в подсознание новых чиновников.

«За ваши же деньги, марш в очередь, сукины дети!»  Лично я решительно не согласна с таким неуважительным отношением к себе и моим питомцам.

То ли у организаторов вывозных рейсов критически нет достаточных менеджерских компетенций, то ли есть элементарный недостаток здравого смысла, а может быть, у этих людей просто нет сердца… а может, все это вместе? По факту они просто – вредители. Я не знаю, кого из них лупили по жопе в детстве, кого из них оскорбляли и унижали, кого укусила собака, кому собаку так и не разрешили завести, а кого просто не долюбили, - но сегодня они дорвались до власти и отыгрываются на реальных людях, но прежде всего на живых зверюхах, именно они оказываются самой уязвимой мишенью их бессознательной ненависти к любви, к самой жизни.

Для нашей семьи сама мысль улететь, оставив своих собак на попечении чужих людей, без понимания того, когда мы сможем за ними вернуться - неприемлема. Мы не можем с ними так поступить.                                                                                                                                           Многие говорят, что собаки живут одним моментом, они не знают прошлого и будущего. Не верьте! Они понимают и помнят все! Наши собаки помнят, как когда-то их бросали. И теперь, каждый раз, когда они видят машину, въезжающую во двор, у Ричарда начинается протест, паника, лай, он мчится первым занять свое место в машине. А Зетта, будучи очень ранимой и деликатной девочкой расстраивается и забивается в угол, будто готовясь пережить еще одну «маленькую смерть».

вернемся...

Они оба боятся, что мы сядем однажды в машину без них и не вернемся...

Собаки чувствуют все наши эмоции, они просто не могут их выразить словами. Но когда любишь, все понимаешь без слов. Они всегда летали с нами и отлично знают, что означают открытые чемоданы. На днях я что-то доставала из своего видавшего виды Самсонайта. Ричард сильно занервничал, потом принес свою любимую игрушку и уверенно положил ее в чемодан, будто говоря: «Имейте ввиду - я еду с вами!» Он посмотрел мне прямо в глаза. Этот взгляд проник в самое сердце. Мы любим своих собак, и не предадим им. Я пообещала им, что мы полетим домой только вместе.    И если нам придется остаться в Таиланде вне закона – это будет ответственностью российских чиновников.

С любовью  -  Ольга Лукина